Судя по выражению лица главы внешней разведки — графа Роуэла, ожидающего его прямо за дверями вместе с главой внутренней безопасности — лордом Эниасом, его ждали с большим нетерпением.
Мысленно отвесив себе подзатыльник, Торен вытряхнул из головы меланхолию и глупости. Уже не мальчик, чтобы страдать и топиться в отчаяньи. Ученику Чёрного Дракона не пристало вести себя как размазня.
Отдать честь выходит легко и естественно, выучка берёт своё.
— Господа.
Хотя всё ещё странно, что относятся к нему не как к предателю, он разберётся с этим позже. Пока же, он примерно представляет сколько потребуется прочесть, выучить и пройти проверок на пригодность и верность. Как минимум допрос на полиграфе точно должен быть.
— Молодой человек. — Улыбки обоих мэтров поистине акульи…
Однако, всё оказывается не так страшно.
Допрос, больше похож на отчёт о проведённых годах за границей, проверка у медиков не отличается от той, что проводили при вступлении в Аркадию, а в курс дела его вводят за несколько часов. Конечно, проверка магическими артефактами по ощущениям напоминает ледяной душ с ежами, но он всё-таки достаточно разбирается в магии, чтобы сказать, когда навредить не пытаются.
Кстати, артефакты похоже те же, что и в канцелярии Тёмного Владыки. За прошедшие годы многое изменилось.
На всё про всё уходит всего двое суток, что значит, что либо от него так сильно хотят избавиться, либо положение, и правда, поджимает. Возможно и то, и то.
— В окраинах перевала некоторое время назад начали пропадать люди. — Адъютант графа передает ему планшет с разведданными. — Расследование проведённое местными силами не выявило ничего подозрительного, однако так, как речь идёт о единственной сухопутной границе с Мас-Тер, внимание к таким вещам там всегда повышенное…
Торен просматривает данные, не отвлекаясь от сухого доклада оперативников, направленных из Центра. Те тоже ничего не обнаружили, за исключением подувядшей природы у предгорья.
— …местные жители ни на что не жалуются и пропавшими не интересуются, что было бы не столь странно, если бы они все были туристами, но за последние три года пропало больше тридцати человек, половина из которых местные жители.
— А демонические компасы туда носили?
Подняв голову Эрт ловит взгляд лора Эниаса.
— Нет у нас компасов, мальчик. — Раздражённо отмахивается худой и тонкий блондин, совсем не вяжущийся с ведомством внутренней безопасности.
С генеральскими погонами он тоже не вяжется, но как раз это у Торена диссонанса не вызывает. Именно в связи с должностью, Маркони Эниасу лучше выглядеть изнеженным аристократом, хотя в империи таких не много даже среди дворян. Последние полвека считается неприличным бездельничать и бить баклуши, даже если наследство рода позволяет роскошь.
— Как нет?
— Вот так. — Подвижный словно ртуть безопасник кривит тонкие губы и вздыхает. — В последней войне все и разрядили. Те, что есть, даже мелкого духа не заметят у себя под носом.
— Тёмные предлагали свои варианты, но пользоваться ими почти никто не может. Не тянут по уровню силы.
Торен с трудом сдержал тяжёлый вздох.
“Не тянут по уровню силы,” в приложении к артефактам и знаниям Тёмной территории было печальной данностью для большинства магов Империи. Разница в силах колоссальна, хотя вернее сказать — не сопоставима по уровню практики и тренировок.
То, что маги живут дольше не практикующего магию населения было известно всегда, но насколько “дольше” это может быть, он узнал только среди тёмных магов и чаровников всех мастей.
В школе, — в которую он не ходил, заменяя домашним обучением, — и в академии, им говорили простые вещи: в среднем, маги живут на шестьдесят-восемьдесят лет дольше простых людей, легко доживая до ста-ста пятидесяти. Там, где простой обыватель в восемьдесят будет выглядеть седым стариком, маг покажет прекрасно-сохранившиеся пятьдесят, иногда “за сорок”.
Поэтому в школе учат азам, а в академии основам магических практик. Так или иначе, исключая ин-стихийников, каждый житель Империи склонен к той или иной стихийной составляющей, бытовая магия и вовсе даётся всем без исключения. (Иначе, Торен бы вылетел ещё на первом курсе).
Так он всегда думал. Так, последние сто пятьдесят лет, когда магическую науку принялись вновь изучать после упадка церкви и потерь в далёкой-далёкой войне, думала вся Империя Света…
Пришёл Тёмный Владыка и его армия и дружно посмеялись над этой парадигмой, когда в ней разобрались.
Оказывается маги могут жить и триста и пятьсот лет. Большинство и вовсе легко дотягивают до семисот, а сильные могут перевалить за тысячу.
— Что у вас вообще произошло, после того как воздвигли Стену?
Мастер недоверчиво читает учебник по истории “для углублённого изучения” из списка рекомендованной литературы Имперской Академии Истории и Права. Дипломатическое ведомство доставляет их по запросу для лучшего понимания между государствами.
Торен корпит над свитками с магическими основами, пытаясь выполнить невыполнимое — учиться и не хоронить себя в учёбе. Недавно Владыка запретил ему проводить всё свободное время в библиотеке: плохо сказывается на усвоении знаний и состоянии здоровья.
— Конфликт социального и церковного института. В результате войны погибло восемьдесят процентов магов, прожиточный минимум резко сократился до пятидесяти-шестидесяти лет. И больше влияние Церкви одинаково не устроило аристократов и простых людей…
— Мальчик, — Мастер вздыхает и смотрит на него очень терпеливо. — Всё это, слово в слово, я прочитал в этом замечательном учебнике, — он демонстративно взвешивает в руке небольшую книгу в нежно-голубом переплёте с гербом империи на обложке. — Проблема лишь в том, что мне это ни о чём не говорит, а информация из ваших архивов ещё не пришла, но по отчётам работающего там человека, не сильно отличается от официальных учебников.
Эрт всё же поднимает взгляд на Владыку. По его мнению, она и не должна отличаться, последние сто лет, Императорская семья поощряла политику открытой и прозрачной истории.
— Доведённые требованиями и ужесточенными нормами церкви до ручки обыватели, спалили большую часть высшего духовенства, подняв его на вилы. — Сформулировал он кратко то, что пряталось за обтекаемыми фразами “конфликт” и “утрата влияния”. — Резкое развитие научно-технического прогресса свело на нет необходимость глубокого изучения магии, оставив только бытовые, целительские, артефакторные и сильно урезанные боевые направления. Гидроэлектростанция оказалась проще и эффективнее десяти лет обучения двух десятков магов.
— Вот как…
Так что не было ничего удивительного, что артефакты рассчитанные на развитый магический потенциал в руках светлых почти не работали. Магов нужного уровня у них не было и, вероятно, не будет ещё долгое время, даже если затея Императора с обучением по обмену во что-то выльется.
Магия в Империи просто не востребована.
— Мне нужен демонический компас, — вздохнул Торен. — Дайте мне разряженный или неисправный, я починю. Восстановить один-два за пару-тройку дней, моих сил хватит.
И может быть что-то ещё, потому что если там действительно будут духи-демоны-шаманы Мас-Тер, он хотел бы заметить раньше, чем отзовутся силы паладина. В конце концов, именно в этом у него опыта нет.
— Выдадим, — кивает граф Роуэл.
А ещё документы, справки и полный набор сопроводительных. Даже водительские права, экзамен на которые он сдавал в череде прочих ещё на третьем курсе. Их срок действия ещё не истёк, но стоит обновить знания.
Среди обязательны проволочек, он всё же заглядывает в архив, за документами, дипломом и свидетельством. Туго перевязанный чёрным плетёным шнуром с сургучной печатью Боевой Академии, свиток жжёт руки. Печати в нём свидетельствуют об окончании высшей ступени магического ученичества. Будь он всё ещё на Тёмных территориях, держателю этого документа позволили бы выбрать гарнизон для службы: от гвардии Владыки, до аванпоста у границы.
Мастер боя. Статус, которым гордился бы любой выпускник.
Торен смотрит на витиеватую строку свидетельства, ощущая как в горле встаёт ком. Владыка Тариус позаботился обо всём заранее. О будущем, о котором Торен снова не думал и о месте, в которое он мог вернуться или остаться…
— Молодой человек! — Окликает его пожилой интендант, когда время на ознакомление с документами непозволительно затягивается. — Не забудьте забрать посылку со склада, она вас уже неделю как дожидается.
— Посылку?..
Сквозь тяжёлое чувство засевшее в груди приходит недоумение. Торен безуспешно пытается представить о какой посылке может идти речь. Неужели Тёмный Владыка ещё что-то отправил вслед документам? Но что? И зачем? Всё своё Торен забрал с собой, да и было у него не много.
— Что-то крупногабаритное, если судить по документам. Пришло на ваше имя. — Отвечает интендант, сверяясь с планшетом. — Отвечает не дипломатическая служба.
Тогда ещё удивительнее. Посылка отправленная внутри Империи. Кто мог ему что-то посылать? Ведь даже о его возвращении знал очень ограниченный круг людей.
— Хорошо, я посмотрю.
Он сворачивает свиток обратно и вновь перевязывает его шнурком, мысленно гадая, что теперь с этим делать. Будь это диплом Аркадии он мог бы послать его домой… По крайней мере, тот отец бы как минимум положил в семейный архив. Но при мысли об отце, скептически рассматривающим свиток Боевой Академии, в голову приходят мысли только о костре или мусорке.