Джанго перерождённый — Глава 82
Том 4. Глава 6 / 82
.
Джону стало жалко хорошего человека, который ему помог, не прося ничего взамен. Тот не понимал, какую глупость совершил, продав свою душу демону.
В целом же концепция ему понравилась. Покупать души через интернет — чертовски эффективная стратегия. Ему прямо-таки хотелось воскликнуть: а что, так можно было?
В нём зародились сразу несколько желаний. Во-первых, помочь Василию вырвать его душу из лап демона, который задумал эту «игру». Во-вторых, разобраться в том, как работает подобное волшебство, чтобы когда-нибудь самому провернуть нечто подобное. В-третьих, ему хотелось посмотреть на того, кто это сделал. Последнее было самым опасным.
Несколько часов он просидел, втыкая в смартфон водителя в попытках разобраться в том, как работают чары контракта. Ему удалось отследить нить договора, которая вела к некому буферу, который, по всей видимости, являлся артефактом. Дальше нить уходила куда-то в иной мир.
Получалось, что демон забросил в этот мир артефакт, после чего пожинал плоды своих трудов. Магическая приблуда подключилась к интернету, кто-то сделал сайт для игры и закинул удочку в ожидании дурачков, которые клюнут на приманку. И ведь клевали.
Пока он пялился на экран, группа почти полностью набралась. Оставалось всего полсотни человек до заветных трёх шестёрок.
Времени на раздумья не оставалось. Если он хотел спасти Василия, то действовать нужно было как можно скорее.
Джон нащупал контракт на душе шофёра. Тот ещё не до конца активировался. По всей видимости, окончательная стадия захвата души происходила позже в тот момент, когда «игра» запускалась.
Используя свои демонические способности, Джанго подцепил нить договора и подсунул ей одну из душ из печати героя. Он выбрал почти самую обглоданную душонку, которая держалась на последнем издыхании. Её он запихнул в тело Василия. Она пыталась упорхнуть на перерождение, но молодой демон-самоучка принялся её трамбовать эфемерными ногами.
В этот момент Василий побледнел и крепче схватился за руль. Он начал замедлять фуру.
— Что-то мне плохо стало, — часто задышал он.
— Остановись, Вась, отдышись, должно полегчать.
С помощью мысленных пинков, магической заплатки и какой-то там матери Джону удалось закрепить обглоданную душонку в теле собеседника. Магический контракт плотно зацепился к ней и больше не касался души Василия. Это была победа!
Когда он закончил, в группе ушлепанов оставалось всего одно место. Остальные шестьсот шестьдесят пять контракторов были набраны. Джон поспешил нажать на кнопку согласия участия в «тестировании игры».
В следующее мгновение от экрана телефона к нему потянулась нить магического договора. Тут же он выставил у неё на пути ещё более хилую и поеденную геройской печатью душонку. Нить впилась чётко в выставленную на манер щита незримую преграду и прилипла к ней. Суть Джона при этом ни капли не пострадала.
Затем он закинул душу обратно в печать героя, где та продолжила потихоньку перевариваться. Нить контракта всё так же оставалась на ней.
В этот момент произошло сразу несколько событий. Сначала Вася припарковал фуру на обочине шоссе.
Затем счётчик на экране смартфона сменился с показания 665/666 на 666/666.
В следующий миг по нитям контракта промчался импульс заклинаний, а после этого под ногами Джона и Василия загорелись голубым сиянием магические пентакли.
— Что за херня-а-а-а?!. — провалился в портал Вася.
Джон ухнул в свой портал молча. Он хоть и не ждал именно этого, но без какого-либо подвоха не могло обойтись, и в целом он был готов ко многому.
Портал перенёс его в гигантский ангар, который был поделён на шестьсот шестьдесят шесть частей. В каждой из них находились ошарашенные и шокированные люди.
Василия удалось обнаружить не сразу. Он находился в толпе ближе к огромной арке, которая вела в соседнее помещение.
У каждого из призванных на груди намертво был приклеен бейджик, на котором было написано «Ушлепан #», после чего следовало число.
Джону достался бейджик с надписью Ушлепан #666. Его соседи носили номера 665, 664 и так далее.
Народ возмущался переносу хрен знает куда и хер знает как. Кто-то истерил, кто-то ругался матом, а кто-то застыл в ступоре и большими круглыми глазами разглядывал окружающую обстановку и своих соседей. Последних было больше всего. Но нашлись и те, кто начали показательно в гневе срывать бейджики, которые отрывались вместе с тканью. С такими людьми случались нехорошие вещи — именная табличка через несколько секунд возвращались на место, а при последующих попытках закреплялась прямо на коже. Но нашёлся один особо одарённый товарищ, которого и это не остановило. Он сорвал фиговину с кожи вместе с верхним слоем эпидермиса, отчего у него на груди остался красный след. А в следующий миг он об этом пожалел, поскольку бейджик вернулся назад, но уже вживился прямиком в кожный покров. Как же этот одарённый вопил от боли на весь ангар…
Джон сразу определил в нагрудной вещи артефакт. Ему было не до истерик, поскольку он с любопытством исследовал магический предмет и восхищался тем, насколько тонкое, сложное и одновременно с этим элегантное исполнение чар использовалось при его создании. Судя по бейджикам соседей, очень было похоже на фабричное производство. Это означало, что их творец не делал всё вручную, а создал артефакт, который клепал подобные поделки.
Но и это не всё. Сам зал был зачарован настолько мощно, что весь светился от наполнявшей его маны. Особую заинтересованность у африканца вызвали пол и потолок, каждый квадратный метр которых был усеян порталами. По всей видимости, из этих мест на головы людей или им под ноги должны были перемещаться какие-то предметы, но это не точно.
На этом интересности не заканчивались. Демоническая суть подсказывала Джанго то, что они оказались в другом мире.
— Это же надо было так заморочиться! — в его тихом голосе можно было различить восхищение.
Он зауважал того демона, который создал нечто столь масштабное и проработал даже такие мелочи, как бейджики с порядковыми номерами.
В следующее мгновение отовсюду начал доноситься женский командный голос:
— Внимание всем ушлепанам! Пройдите в соседний зал для получения инструкций и награды. Кто не пойдёт, сильно пожалеет об этом и расстанется с жизнью!
Народ не спешил выполнять приказ, а зря. Для стимуляции из портала в полу вырвался гигантский каменный кол. Если бы такой «колышек» выскочил из-под ног, ничего хорошего бедолагу не ожидало бы. Тузик грелку и то нежнее порвёт. Джанго тут же окрестил это оружие как очкодрал.
Суданец не испугался, потому что для него кол выползал медленно, будто в замедленной съёмке. Он порадовался своей догадке. Из порталов действительно появлялись предметы, только это были не подарочные призы, а средства стимуляции активности через то место, которым думали все присутствующие (естественно, за исключением такого умного и прекрасного него), когда дарили свои души демону ради того, чтобы поиграть. Что же, игру они получили, только наверняка ставкой в ней будут их жизни и души.
«Лучше бы мне свои души подарили, — грустно вздохнул он. — Я хотя бы так извращаться не стал… Потому что не умею».
После этого народ развил бурную деятельность — со всех ног рванул в соседнее помещение через тоннель. Несмотря на то, что арка была шириной не меньше трёх метров, напуганные люди умудрились устроить давку и кого-то даже затоптали.
Джон спокойным размеренным шагом прошёл через арку последним. По пути он подобрал с пола тоннеля худого паренька, на спине которого отчётливо отпечатались десятки подошв. Парень находился в бессознательном состоянии. На груди у него красовался бейдж с надписью «Ушлепан #13».
Поскольку с целительством у африканца имелись затруднения, а призывать духов он не хотел, чтобы не спалиться, то пришлось использовать обычные способы диагностики из арсенала спасателей. Пульс у пациента прощупывался, дыхание присутствовало, сильных гематом не обнаружилось. В общем, жить будет.
Когда тоннель закончился, Джон посадил бессознательное тело на пол и прислонил спиной к стене.
— Посиди пока тут, болезный.
Его глазам предстал ещё больших размеров зал, напоминающий крытый стадион без трибун и с каменным полом, если бы тот кто-то додумался построить под землёй. Впереди возвышалась сцена со стоящей на ней каменной колонной.
Джон пробрался через толпу к дальнобойщику, схватил его за руку и потащил за собой назад. У Василия на груди был прилеплен бейдж с надписью Ушлепан #45.
— Это ты? — удивился водила.
— Я, Вася, я.
— Как ты тут оказался? — на лице шофёра страх смешался с изумлением. — Как мы тут оказались?
Толпа мешала проходу, люди пихались локтями и бросали на них злые взгляды. Джон быстро пробормотал джуджу отвода глаз, после чего идти стало намного легче. Люди стали расступаться перед их парочкой.
— Твою мать! — уставился на него выпученными глазами Василий. — Это чё? Это как?
— На родине я учился у колдунов и кое-что умею в этой сфере, так что не удивляйся, Вась.
— Джон, ты знаешь, что происходит?
— Знаю, — едва заметно обозначил он кивок. — И ты должен догадываться, что пункт про дарение души в контракте «игры» был не шуткой. Ты, как и остальные, подарил душу демону, который организовал эту «игру» и призвал нас сюда.
— Да ладно! — не мог поверить спутник. — Серьёзно?
— Серьёзней некуда. Как только я это понял, то решил тебя спасти. Для этого подсунул вместо твоей душонку из своих запасов, и себя таким же образом обезопасил. Также в последний момент я успел подписаться на «игру», чтобы тебя отсюда вытянуть. Пока же придётся играть по правилам владельца этого места.
— Ну, нахер! — дальнобойщик был настолько ошарашен, что шагал автоматически, словно робот. Его движения были скованными, ноги шаркали по полу, а в глазах плескалось недоумение. — Как же так? Я же думал, что это шутка. Что демонов не существует, как и души. А тут бац!
— Ага, бац, — Джон вытянул спутника из толпы за задний ряд «игроков». — Глупо продавать или дарить свою душу даже в шутку. В мире полно демонов, которые будут совсем не против закусить ею, чтобы увеличить своё могущество. Тебе повезло, что я баловался колдовством, и кое-что в этом понимаю. Правда, подобный размах наблюдаю впервые в жизни и даже не слышал ни о чём подобном.
— Слышь, Джон, — продолжил водила, — раз ты колдун, то должен знать за каким хером нас сюда переместили. И вообще, где мы?
— Какой-то бункер в другом мире, — спокойно пояснил Джанго. — А цель мероприятия вполне понятная — закусить халявными душами. Вот только смысл так заморачиваться от меня пока ускользает. В смысле, зачем этот призыв, куча артефактов в виде бейджиков, зачарованный по самую маковку бункер и прочее…
— Джон… — прорезалось подозрение во взгляде спутника.
— Что? — вздёрнул брови африканец.
— Ты выглядишь слишком спокойным для человека, душу которого собираются схарчить, — прищурился дальнобойщик.
— Сейчас нас убивать вряд ли будут, — Джанго не повёл и бровью на подозрения в свой адрес. — По крайней мере, если кого-то убьют, то только самых крикливых и истеричных. Просто так никто бы не стал тратить колоссальные ресурсы на сотни порталов и артефактов. Подождём, когда нам навещают лапши на уши, и от этого будем делать выводы. Ты, Вася, держись рядом со мной. Так твои шансы выжить повысятся многократно.
— Хотелось бы жить, — у водилы от небольшой прогулки и нервного напряжения началась одышка. — Жена у меня в детском саду воспитателем работает. Зарплата у неё невысокая. Она в одиночку двоих оболтусов не прокормит. Её копеек хватит лишь на коммуналку и крупы с картошкой для прокорма. Мне за себя не так страшно, как за детей.
Их разговор, как и галдёж в целом, был прерван розовым дымом на сцене, из которого будто соткалась ОНА!
У Джона при виде НЕЁ сердце ухнуло в пятки. Это была демонесса огромной силы. Она превосходила его в разы. А уж её внешность… Она была весьма оригинальной.
Девушка среднего роста с пышной грудью была облачена в цветастое кимоно. Красавица, хоть сейчас на обложку журнала. А её девять розовых пушистых хвостов и такого же цвета волосы, из которых торчали лисьи ушки, лишь добавляли ей шарма. И лишь суровое лицо с лисьими чертами портило картину, вселяя в сердце опаску.
Джон при её появлении испугался, поскольку архидемона подобной мощи встретить не ожидал. Он тут же попытался замаскировать свою демоническую сущность. В прошлых мирах этого сделать не мог, а тут от испуга мгновенно создал маскировку, и сам не понял как. Лишь после действия он осознал, что рефлекторно схватил тот самый огрызок души с нитью «игрового» контракта и натянул её поверх своей сути, словно комбинезон на тело. Самое удивительное заключалось в том, что это сработало. Правда, огрызок души от слабости пытался развалиться, но Джон его удерживал в целостном состоянии.
— Заткнулись все! — на мелочи кицунэ не разменивалась — сразу же наложила на всех присутствующих в зале проклятье молчания.
На Джона чары не подействовали, но только на него одного. И он не собирался этого демонстрировать.
Народ принялся неистово пучить зенки и распахивать рты, будто выкрикивали ругательства и угрозы. При этом в зале были слышны только их гневный топот и сопение.
— НЕ СТУЧАТЬ! — раздражённо взмахнула хвостами кицунэ. — Кто будет стучать — забаню!
Стуки ногами не прекратились, лишь усилились. Несколько возмущенных мужиков бросились к сцене, крепко сжимая кулаки.
«Вот дураки! — Джону хотелось приложить себя по лицу пятерней. — Это же надо догадаться бросаться с кулаками на архидемона… Вот если бы у них была хотя бы ядерная боеголовка… и то следовало бы раз сто подумать».
— Я предупреждала, — дёрнула одним из хвостов розовая девушка-лиса и вскинула вверх правый кулак. — Банхамер всем нарушителям!
В следующий миг из порталов в полу начали вырываться огромные каменные колья. Бессердечная физика делала своё грязное дело — камни натыкали людей на пики, словно пьяный энтомолог бесполезных бабочек на булавку, и не всегда поражало тех, кого посчитали нарушителями. Когда человека разрывает колом — зрелище не из приятных. Кому-то везло, если так можно назвать повреждённую руку, ногу или сразу обе ноги. Но большей части не везло — куски их тел разлетались по округе.
На лицах людей застыли маски непередаваемого животного ужаса. Они вопили во всю глотку от страха и боли, но в пространство не вырывалось ни единого звука.
Очкодралы сократили группу «игроков» примерно на треть. Джон с Васей не пострадали. Последний в ужасе застыл восковой статуей и стальной хваткой вцепился в руку чернокожего товарища.
Джон хоть и знал, где можно стоять в безопасности и выглядел спокойно, но… После казни начал паниковать из-за того, что почувствовал, как печать героя захватила души всех тех людей, которые только что погибли. Все души вместе с нитями магического контракта!
— Хм… — на лице кицунэ широко распахнулись глаза. — Не поняла! — захлопала она ресницами и в недоумении хаотично принялась махать хвостиками. Дальше она продолжила тихо бормотать себе под нос: — А куда души делись? Что за дела?! Не понимаю. Система что ли забаговала?
В этот момент Джанго панически думал лишь о том, чтобы кицунэ не заметила того, что это он захапал её души. И ведь никак ей не объяснить, что он этого не хотел делать, что это печать героя своеволием занималась. А ведь пара сотен нитей контрактов вели к нему. Они были подобны большой светящейся стрелке, которая указывала на вора: смотрите, вот он стоит и даже не думает прятаться.
На самом деле он как раз всерьёз размышлял над тем, как зачистить следы. В итоге он решил спрятать улики оригинальным способом — сожрать их. Он на пробу закинул в демоническую топку одну из душ. Предварительно перед этим старательно выдернул из неё магический контракт. Просто так покидать свою жертву тот не желал, видимо, это место давало нитям закрепляться прочней, чем на Земле. Поэтому пришлось вырывать договор с ошмётками духовных оболочек.
Как ни странно, одна из «указок» исчезла. Это вселило в сердце суданца надежду. Он тут же принялся забрасывать в «желудок» все свежие души, безжалостно выдирая из них контрактные обязательства.
В этот момент он сам себе больше всего напоминал главного бухгалтера нечистой на руку фирмы, к которому ввалился ОМОН. И пока стражи порядка до его кабинета не добрались, тот начал поедать документы из чёрной бухгалтерии. Жадно, без запивания, один компромат за другим.
Также и Джанго жрал души как можно быстрее, чтобы кицунэ не успела их заметить. В итоге он поглотил все улики и отбросил от себя подальше лишние нити контрактов. После этого он чувствовал себя словно после новогоднего застолья — сытым и пьяным колобком, которого лучше не кантовать.