Джанго перерождённый — Глава 86

Том 4. Глава 10 / 86

Хабалка, стерва и плюгавый сразу обратили внимание на башню, верхние окна которой источали потустороннюю тьму.

— Это ивент! — загорелись жадностью глаза стервы. — Нам нужно успеть туда быстрее других, иначе все плюшки разберут.

— Чего стоите?! — ещё больше скривила недовольную гримасу хабалка. — А ну живо идём туда!

— Да-да, как скажете, — сильнее сгорбился плюгавый. Его выбор компании было сложно понять и принять. Казалось, будто он привык к обществу таких женщин и подчиняться им. Он безропотно поплёлся за женщинами, которые рвались первыми захапать себе все плюшки.

— Как думаете, — начала стерва, — кого пристрелили?

— Макаку, конечно же, — без малейших сомнений презрительно скорчила рожу хабалка. — А то иж какой! Я такой сильный, розовую суку трахнул, а на меня он даже не посмотрел! Поделом этой обезьяне!

— М-м… — что-то неразборчиво промычал плюгавый.

— Жаль, — вздохнула стерва. — Негр был ничего так. Рога спилить, приодеть, и на человека будет похож.

За разговорами троица добралась до башни, двери в которую не были заперты. Они поднялись по винтовой лестнице наверх и добрались до двери большой комнаты. Но стоило распахнуть дверь, как им путь преградила плёнка из пугающей тьмы.

— Ой, да это всего лишь иллюзия, — хабалка с презрением осмотрела застывших в отдалении спутников. — Давай, сходи, проверь, — подтолкнула она мужичка.

Он хоть и привык подчиняться властным женщинам, но чувство самосохранения в нём было сильно. Оттого он активно замотал головой из стороны в сторону.

— Может, не надо? — неуверенно протянул он.

— Ты мужик или кто?! — упёрла руки в бока хабалка.

— Ага! — поддакнула ей стерва с варениками вместо губ. — Ты мужик?

— Ну-у… — умирать ему не хотелось, а эта штука в дверном проёме казалась опасной. — Так-то мужик, но не надо… Я это, туточки постою… — внезапно его осенило использовать проверенную годами тактику. Он округлил глаза, схватился руками за живот и воскликнул: — Ой! Живот прихватило. Я это, кустики поищу, а вы без меня как-нибудь сами.

В следующее мгновение плюгавый оперативно слинял на лестницу и козликом резво поскакал по ней вниз.

— Ну и мужики пошли! — с презрением скорчила морду хабалка. — Ничего от них не добьёшься. Давай ты иди, — сказала она напарнице.

— А чего это я?! — начала заводиться стерва. — Это была твоя идея.

— Твоя! — огрызнулась хабалка. — Это ты кричала: ништяки, плюшки, быстрее бежим, пока никто не забрал. Вот иди, и бери!

— А вот и нет! — не хотела соваться в непонятную хрень стерва. — Это ты кричала громче всех о том, что нужно быстрее сюда бежать. Ну вот, прибежали. Иди, если хочешь.

Они спорили ещё минут десять. Ор стоял на весь замок. Одна баба поливала отборным гуано другую, и наоборот. В итоге хабалка психанула.

— Да я сама пойду, только тогда все ништяки мои!

И она на волне эмоций решительно рванула к преграде. Перед тем, как шагнуть в неё, она выставила вперёд правую руку. Со стороны казалось, будто ничего страшного не происходило. Рука прошла дальше, как ни в чём не бывало. Лишь когда она погрузилась во тьму выше локтя, до мозга женщины дошли болевые сигналы. Она резко отшатнулась назад и с ужасом уставилась на обрубок, который остался от конечности. Из него фонтаном в такт сердцебиению вылетала кровь, заливая всё вокруг. Когда алая жидкость попадала на тёмную плёнку, то первая тут же бесследно исчезала.

— А-А-А-А-А-А-А-А!!! — дикие вопли хабалки огласили весь замок.

— А-А-А-А-А-А-А-А!!! — присоединилась к ней стерва, которая ужаснулась от подобного зрелища.

— А-а-а! — хабалка пыталась остановить кровь, приложив ладонь к краю обрубка, но испытала жуткую боль. Женщина обессилела и упала на пол.

— А-а-а! — в ужасе попятилась от неё губастая стерва.

Не зная, что делать, она помчалась на лестницу и принялась бегом по ней спускаться. На выходе из башни она наткнулась на плюгавого, который при виде паники на лице девушки испугался.

— Там… Там… — любительница пчелиных укусов в губы схватила мужика за грудки и начала его трясти.

— Там? — с опаской покосился он на вход в башню, ожидая, что оттуда появится какой-нибудь монстр.

— Там НАТАША! — истерично выкрикнула стерва.

— Ну-у… — протянул мужик. — Наташа… Да, знаю. Вы там вместе были. А я ещё это… ещё раз хочу в кустики.

— ЕЙ РУКУ ОТОРВАЛО! — проорала ему в лицо губастая. — Помоги ей, ты же мужчина!

— Но-о… — плюгавый с ещё большим опасением стал коситься на дверь. — Я же не доктор. Чем я смогу ей помочь? А что случилось? На вас напали?

— Это всё дверь. Понимаешь? — стерву колотило. Она готова была в любой момент перейти с обычной истерики на деструктивную панику. — Наташа сунула туда руку, и всё!

— И всё? — мужчина вопросительно смотрел на собеседницу, ожидая продолжения.

— И всё… — продолжила она. — Нет у неё больше руки. Иди к ней, сделай что-нибудь.

— Ну… — замялся он, боясь идти в столь опасное место, в котором можно остаться без конечностей. — Но-но-но… Я лечить не умею. Я простой социальный психолог. Максимум могу ей показать тест Роршаха, но вряд ли он ей поможет.

— Тем более! — стерва ухватила мужика за руку и потянула за собой. — ТЫ ЖЕ ВРАЧ!

— Да нет, — активно замотал он головой из стороны в сторону. — Какой врач? Ты чего? Я психолог! Нас из настоящей медицины ничему не учили. Я могу её выслушать, и всё. Всё! Я профессиональный слушатель. Тем более, я двадцать лет просто принимал наркоманов и оформлял бумажки.

— Но ты же врач! — стерва продолжала тянуть его вверх по ступеням.

— Ты чем слушаешь? Не врач я. НЕ ВРАЧ! — запаниковал он, сорвавшись на крик. — Я грёбаный бесполезный психолог с зарплатой двадцать пять штук. Я просто прихожу на работу, заполняю бумажки и стараюсь поскорее избавиться от очередного торчка.

Губастая всё же затянула его наверх. Они обнаружили на полу неподвижную хабалку, которая лежала в луже собственной крови.

— Вот, — вытолкнула она вперёд мужика. — Лечи её.

— Лечи? — он с опаской подошёл к пациентке и попытался нащупать пульс у неё на шее. После чего поднялся на ноги и обернулся к спутнице. — Некого тут лечить.

— Как же некого? — возмутилась губастая. — Вот же Наташа лежит на полу.

Плюгавый словно словил просветление. Он снова наклонился над «пациенткой» и полез ей под блузку.

— Ты что делаешь, извращенец?! — возмутилась губастая.

— Вот, — продемонстрировал он маленькую статуэтку негритёнка. — Я же говорю, что лечить некого. Она уже отъехала на тот свет.

— Дай сюда!

Вместо того чтобы расстроиться из-за гибели напарницы, стерва попыталась выхватить статуэтку из руки мужчины. Но тот крепко вцепился в фигурку и не хотел её лишаться.

— С чего бы это? — возмутился он. — Она моя!

— Моя! — женщина пыталась вырвать фигурку. — Ты же мужчина, а значит должен уступить девушке.

— Да достали! — плюгавого прорвало, будто негатив копился у него всю жизнь, но больше он терпеть не мог. — С икс игрека я кому-то должен? Ты мне не жена, не мать, не сестра. Ты вообще какая-то левая баба с пельменями вмести губ и непомерным самомнением! С какого икс игрека ты решила, что тебе все мужики должны? А не пошла бы ты на икс игрек?!

— Ах, так?! — стерва рассвирепела и попыталась выцарапать мужику глаза.

Лишаться зрения плюгавому не хотелось. Он прикрыл их, после чего в отчаянном порыве спастись оттолкнул губастую бестию. Та от толчка упала спиной вперёд, и угодила прямиком в дверной проём, который продолжала защищать плёнка тьмы.

В следующий миг верхней половины туловища у неё не стало, но со стороны казалось, будто она лежала наполовину в коридоре, наполовину в комнате за преградой.

Мужик опасался касаться чёрной пакости. Он заподозрил неладное из-за того, что стерва перестала шевелиться. Он с омерзением на лице схватил её за ноги и оттащил от барьера.

После этого его вырвало, поскольку ему предстало отвратительное зрелище внутренностей женщины, тело которой отсутствовало почти до пупка.

Когда же он преодолел брезгливость, то подошёл к останкам, чтобы забрать с живота вторую статуэтку негритёнка. Затем обыскал одежду жертв, забрал ништяки и рванул прочь из опасной башни.

На выходе из башни он встретился с пятёркой мужчин, которые свалили в то время, когда морпех размахивал пистолетом.

Первый близнец схватил его за плечи. Тут же его брат помог удержать бегуна.

— Оп-па! — ухмыльнулся первый близнец. — Какие люди! Чего бежим?

— Там опасно, — покосился плюгавый в сторону башни.

— Брат, глянь, чего у него, — указал близнец номер два на руки психолуха, в которых тот продолжал держать по статуэтке. — Кажись, это нам надо.

— О! — выползла на лицо первого близнеца хищная ухмылка. — Будь другом, поделись статуэтками.

— Сами ищите — это мои, — покрепче вцепился психолух в свою добычу.

— А ты чего такой злой? — схватил его за левое плечо второй близнец, в то время как его брат взялся за правое. — Мы же к тебе со всей душой, как к родному, а ты делиться не хочешь. Признавайся, кого грохнул? Неужто тех сучек? Ха-ха-ха! А ты, выходит, у нас маньяк.

— Ага, точно, брат, — продолжал удерживать мужика с другой стороны близнец номер один. — Тот ещё маньячело. Ты только посмотри на него — весь такой тихий, с виду безобидный и забитый, а на самом деле заманивает баб в ловушку и мочит пачками. Мне сразу показалось странным, что он не к нам присоединился, а к тем шаболдам. А у него, оказывается, был хитрый план.

— Мужики, — влез в разговор хитрован. — Давайте сначала посмотрим, что там этот тип натворил. Потом будем за статуэтки с ним говорить. А то мало ли, вдруг он ещё где-то успел парочку-другую припрятать.

— Кстати, — влез клерк. — Вы забыли уточнить, что же там за опасность, от которой он бежал?

— Точно, — близнец номер раз крепко сжал руку на плече плюгавого. — О какой опасности ты говорил?

— Там дверь-убийца, — не замедлил он с ответом. Его накрыло паникой и страхом из-за мысли о том, что его прикончат. — Мужики, я никого не убивал. Честное слово. Это всё дверь. Эти дуры в неё угодили, и она их убила.

— Звучит неправдоподобно, — выдал своё ни разу не авторитетное мнение средний.

— Давай посмотрим на твою дверь, — первый близнец с помощью брата повёл плюгавого наверх.

Когда вся группа оказалась на последнем этаже, всем стало не до веселья. Вид останков вызывал у всех рвотные позывы.

— Вот она! — психолух глазами показал на тьму в дверном проёме. — Эта штука с ними такое сотворила. Это не я.

— Статуэтки отдай, — угрожающе оскалился первый близнец.

— Ага, — вторил ему брат. — Отдай, пока мы тебя в эту дверку для проверки не кинули.

Расставаться с фигурками плюгавому не хотелось. Но и жизнь ему была дорога. Он настолько переживал и паниковал, что готов был на что угодно, лишь бы сбежать от этой банды и спасти свою шкуру. Он не придумал ничего лучше, чем бросить статуэтки в тёмную преграду и завопить во всю глотку:

— ЛОВИТЕ!

Близнецы в тот же миг его отпустили и попытались поймать каждый свою фигурку. Плюгавый почувствовал свободу, и со всех ног побежал вниз по лестнице. Трое других мужчин не успели отреагировать и поймать его.

Близнец номер один не успел на мгновение. Фигурка влетела во тьму и исчезла. Он не сумел вовремя остановиться, и сам вляпался в преграду выставленными вперёд руками и половиной головы.

За ним следом побежал хитрован, схватил его и оттащил от двери. Но было поздно — половины головы и обеих рук по локти у него уже не было.

Близнец номер два повторил судьбу брата. Его статуэтка тоже исчезла, а сам он лишился всей левой руки и трети туловища. В отличие от первого близнеца он умирал дольше и даже ненадолго успел завопить от жуткой боли.

Его схватил и оттащил от двери поздно очухавшийся клерк.

— Ну, пипец! — выдал средний, рассматривая два трупа. — Вы хоть понимаете, что из-за этих кретинов мы лишились двух статуэток? Эта тёмная хрень их уничтожила. В смысле, фигурки. Разве в правилах подобное было?

— К-хм… — клерк с брезгливым выражением лица полез доставать появившиеся фигурки из-под одежды близнецов. — В правилах ничего не было сказано о том, что эти штуки нельзя уничтожить. Если вы не против, они будут храниться у меня. Так будет надёжней.

— А чего это у тебя? — возмутился хитрован. — У меня точно будет надёжней.

— Мужики, — влез средний. — Не о том спорите. Лучше подумайте о том, что две статуэтки уничтожены. Вы понимаете?

— Ничего страшного, — клерк пытался придать себе уверенный вид. — Всё равно у одного из нас их тринадцать. Нужно его лишь найти. Я уверен в том, что это тот негр. Уж больно неубедительные у него были отмазки.

— И что ты с ним будешь делать? — резонно вопросил средний. — Ты же видел его. Он ебучего демона отшпилил! И после этого у него появились рога. Я более чем уверен в том, что он от той лисуки получил кучу плюшек и сам стал демоном.

— Нас трое, а он один, — произнёс клерк.

— Угу-угу-угу… — подключился переполненный скепсисом хитрован. — Только этот один, боюсь, нас всех троих играючи положит.

— Да ладно, — отмахнулся клерк. — Придумаем что-нибудь. У нас в запасе двенадцать дней.

— Кстати, — вновь взял слово средний. — Насчёт двенадцати дней. А что мы есть будем?

* * *

На этот раз Джон проспал всего лишь сутки. После пробуждения он чувствовал себя великолепно. Его мана стала плотнее, будто он совершил рывок и перешёл на иной уровень. Для подтверждения своих выводов он полез в игровой интерфейс. И там действительно присутствовали изменения в статусе. Его демоническая суть эволюционировала от ранга А до А+.

Он полез проверить свою статистику. И не зря это сделал. Там обнаружилось, что за время сна он заработал пять тысяч семьсот очков экспы. В качестве неё выступала энергия от душ, которые захватывали игроки.

Самым логичным объяснением этому было то, что в пределах радиуса печати героя погибали животные. Печать захватывала их души, которые тут же поглощались Системой.

На экспу точно пошли не люди, потому что их сути попадали в геройскую печать, и в ней оставались, словно жертвы паука в паутине.

Ушлепан #666

Высший демон, ранг А+

Характеристики:

Сила — 1001 / 2000

Ловкость — 323 / 2000

Скорость — 1001 / 2000

Выносливость — 1001 / 2000

Живучесть — 1001 / 2000

Либидо — 11

Мана — 723 / 2000

Оказалось, что все его характеристики немного подросли, за исключением маны и либидо. Но этому имелось логичное объяснение. От коктейльчика энергий из рубина прокачалась его демоническая суть. У адских демонов, к которым принадлежал Заган, физическая составляющая является основной. Магию им следует тренировать и развивать отдельно.

Магическим развитием у него занималась печать героя, но делала это однобоко. Джон удивлялся тому, что Система не определила его способность использовать магию тьмы в качестве особенности. Впрочем, от багов не застрахована ни одна разработка разумных, даже если это крутая печать продвинутого архидемона.

Он сомневался в том, что создательницей столь сложных магических печатей является розовая кицунэ. Она хоть и выглядела невероятно сильной, но не показалась ему особо умной. А это означало, что над ней есть кто-то более могучий — лидер, которому подчиняются другие архидемоны. Встречаться с ним было нежелательно как минимум до тех пор, пока он сам не достигнет хотя бы такого же уровня сил, как у кицунэ. Тогда есть шанс не лишиться жизни и, самое главное, души.

Просто погибнуть, фигня с его бессмертием. Если он умрёт, то снова переродится в двухтысячном году на Земле неподалеку от родного стойбища. А вот потерять душу, ещё и при встрече с демоном — это конец. Тот обглодает его суть до самого ядрышка. Это его отбросит на самое начало пути реинкарнации, который придётся начинать с простейшего одноклеточного организма.

Хорошее настроение от прорыва на иной уровень быстро улетучилось после проверки печати героя. В ней покоились пять душ игроков.

Пришлось снова избавляться от улик — выдирать магические контракты и закидывать души в топку.

— Вот не сидится им на попе ровно…

Стоило ему снять с окон и двери защитные поля, как ему в нос ударила вонь от разложения. Её источник, вернее, источники в количестве четырёх штук обнаружились прямо под дверью.

— Да вы издеваетесь! — возмутился он, но лишь на мгновение. В следующий миг он тьмой уничтожил органику и избавился от противного запаха, после чего устремил жадный взор на четыре рубина. — М-м-м… Вкусняшки! Идите ко мне, мои хорошие…