Утро у Гарри не задалось. Да и вообще каникулы в целом были не очень. Который уже день подряд он сидел в гостинной Гриффиндора, смотря бездумным взглядом на горящий в камине огонь. В его голове не было ни одной мысли, тишь, гладь и полное безделье. В опустевшем Хогвартсе нечем было заняться, не с кем поговорить, некуда сходить. Оставалось только читать, но так не хотелось. Поэтому он просто сидел и лениво пялился на пламя, пока его не сморил сон, от которого он очнулся спустя всего несколько минут.
За это время он успел увидеть разруху в Министерстве Магии, Волдеморта, Сириуса и даже Дамблдора, окружённых летящими вокруг лучами боевых заклинаний. И это не на шутку встревожило парня.
— Нет… — прошептал он, помотав головой, — Этого быть не может. Это всего лишь сон.
Сказав это самому себе, он было уже успокоился и рухнул обратно в кресло, но тут же вновь поднялся. Перед его глазами всплыло воспоминание. Седобородый старик с добродушной улыбкой и очками половинками на перегосице стоял и ласково отвечал на его вопрос о том почему произошло то или иное явление. «Это магия, Гарри» — набатом звучало в его голове, отчего он уже ни о чем больше не думая сорвался с места и побежал на выход из гостинной.
* * *
Дамблдор не зря слыл сильнейшим. Чарами он швырялся как из пулемёта, не давая мне продыху. Я уклонялся, защищался, то и дело менял форму на анмагическую и обратно, используя разницу в размерах ради того, чтобы не словить луч очередного заклинания или проклятья. Но вот атаковать у меня не выходило. Изредка я выбрасывал хранящиеся в сотворённом Риком механизме капли различных зелий, но их запас не был бесконечным, а до тех, что имелись в карманах добраться не было возможности. Белобородый без бороды не давал мне и шанса на контратаку, но и попасть никак не мог. И этот паритет продолжался бы достаточно долго, если бы в очередной мой рывок в сторону не прервала внезапно возникшая преграда, которую я в упор не видел.
— Хм… Сириус исправно исполняет всё ему приказанное. — с довольством в голосе произнёс Дамблдор, отгоняя меня в сторону метко брошенным заклинанием, после чего до моих ушей донесся сдавленный вскрик от того, кто именно стоял в проёме. И голос я узнал.
— Поттер, черти тебя дери, что ты тут забыл? — пробормотал я, наблюдая как Дамблдор бросает оглушатель в летевшую к нему на высокой скорости тушку, после чего выдёргивает из ослабевших рук Старшую Палочку вместе с мантией-невидимкой, — Наконец-то…
С каким-то трепетом в голосе он посмотрел на предметы в своей руке, после чего без лишних слов накинул мантию себе на плечи и исчез из виду, громко при этом хохоча. И разума в этом смехе не было от слова совсем. Только пропитанный безумием восторг, который спустя некоторое время затих.
— Поттер, тупой кретин… — прошипел я, крутя головой во все стороны, — Вот что тебе здесь было нужно?
Сам Гарри валялся где-то у стены, откинутый рукой Дамблдора прочь. И судя по вздымающейся груди он был вполне себе живым, пусть и без сознания. Но вот какого он вообще здесь делает мне не совсем понятно. Вернее, ясно из слов Дамблдора, что это дело рук Сириуса, а тот со своими демонами и не на такое способен, но вот что он делал именно в этом помещении, если сам Сириус находится за его пределами?
Впрочем, все эти мысли промелькнули в моей голове и исчезли как дым, так как у меня была проблема куда серьёзнее. Дамблдор всё ещё был рядом, я был в этом уверен. Старик совершенно выжил из ума и меня точно бы живым не отпустил. Особенно имея такой козырь в руках, как мантия-невидимка.
— Авада Кедавра. — услышал я со спины и тут же взмыл под потолок, уходя от изумрудного луча Смертельного проклятья. Там я и завис, широко расставив в сторону крылья, наблюдая как испускает последний вздох, Мальчик-Который-Выжил. Второй Авады он не пережил.
— Чтоб тебя… — выдохнул я и резко сложил крылья, уходя в пике, уходя от очередной атаки, из которого тут же вышел, высвобождая накопленную магию Огня. Огненный вал промчался по всей комнате передо мной, заполняя её ярким светом пламени. Однако в одном месте, в комнате, осталось тёмное пятно, которое магическое пламя старательно обходило стороной. И именно туда был направлен мой взор. В ту же секунду мой облик вернулся к изначальному, а палочка, появившаяся в ладони, выписала несложное плетение. Резкий порыв ветра, достаточно сильный, взметнул полу мантии, из которой торчала рука сжимающая Бузинную Палочку.
Если бы не этот факт, то мне бы никогда не удалось сорвать мантию-невидимку с тела Дамблдора. Пока она тщательно запахнута, скрывая своего владельца от взоров даже Вечной, ничто не сможет её снять. Но стоит появиться лишь маленькой части тела, как подобная защита больше не будет работать.
Полы легендарного артефакта взметнулись в воздух, открывая уродливое тело Волдеморта, которым в данный момент владел Дамблдор, а по комнате вновь разнеслись слова Смертельного Проклятья. Вот только на этот раз они были произнесены не Великим Светлым, а мной.
— Ха-ха-ха-ха! Что ты делаешь? Смертельное Проклятье нипочём тому, кто стал повелителем самой Смерти! — раздался лишённый какой-либо ясности ума вопль, сопровождавшийся свистом проносящегося изумрудного луча.
С легкой вспышкой заклинание достигло цели и рассыпалось, врезавшись в тело моего врага, который даже не предпринял попытки как-либо уклониться. Он просто принял его на грудь, что и стало его самой большой ошибкой.
Он ещё был жив, насколько можно вообще так сказать про тело Волдеморта. Стоял на том же самом месте, мог говорить, смотреть, двигаться. Но мелкие частички, словно чёрные хлопья, стали отваливаться от его тела.
— Нет… Не может быть! Я повелитель Смерти! Умри, Тофана! — рявкнул он, направляя в меня волшебную палочку, но та выпала из истлевшей руки и со стуком упала на пол, покатившись по каменному полу, — Я не могу так умереть! Душа! Да, мне нужна душа!
С этими словами он полез в карман мантии уцелевшей конечностью и вытащил из него костяной шарик, который попытался донести до рта.
— Секо. — произнёс я коротко. Рассекающее заклинание разорвало дистанцию между нами, отрезая и вторую руку отвлечённого врага, что лишь ускорило его распад.
— Я не умру так просто! Я ещё вернусь, Тофана!
— Не думаю. — покачал я головой, выпуская мощное Депульсо, которое и стало конечной точкой в нежизни Волдемортовского тела. Ошмёток души тут же выскользнул из кучки праха, поверх которого лежала одежда и исчезла в стене, сквозь которую просочилась. Я же подошёл к тому, что осталось от Дамблдора и раскидав ногой прах, наклонился, чтобы поднять пару симпатичных серьг, — Фоукс. Дело сделано.