• Boosty Shared
• Inferiat

• T

• игра

Черная Бета скользила по тёмной глади моря, её темные паруса еле слышно хлопали под редкими порывами ветра. Ночь окутывала корабль плотным мраком, нарушаемым лишь скупыми проблесками лунного света, отражавшегося в неспокойной воде.

Более чем несколько недель непрерывного пути, в штиль переходя с парусов на весла и обратно, давали о себе знать. Экипаж был утомлён, матросы спали вповалку на палубе и в трюмах, а единственными бодрствующими оставались кормчий да редкие дозорные, лениво вглядывавшиеся в горизонт.

Давос Сиворт стоял у борта, задумчиво глядя в темноту, где уже скоро должны были показаться очертания Арбора. Там, в тени виноградников и массивных каменных пристаней, ждал Пакстер Редвин — лорд острова Арбор и глава дома Редвинов, получатель первого запечатанного свитка. Содержимого письма он не знал, но не сомневался, что речь шла о флоте Рэдвинов, о манёврах, о грядущей войне. То, что нельзя доверить даже воронам, и что было скреплено тяжелой королевской печатью.

Большие расстояния давали Грейджоям фору в пару месяцев. За это время Роберту предстояло собрать армию, а, главное, найти корабли для ее перевозки. Что слышал сам бывший контрабандист, умевший держать ухо востро, так это то, что часть войск пойдет по суше, объединяясь с силами северян и речных земель.

Вторая — должна объединиться с силами простора, который, впрочем, отнюдь не спешил ввязываться в намечавшийся конфликт. Тиррелы, хотя и не понесли больших потерь, сдав осаду штормового предела Эддарду Старку, все же выступали на стороне Таргариенов. И, как полагал сам Давос, именно поэтому первое письмо было адресовано именно лорду Абора.

Если всё шло по плану, королевский флот уже выходил следом.

Однако планам часто мешали непредвиденные обстоятельства. И они были уже рядом.

* * *

Чёрный силуэт боевого весельного корабля едва угадывался на фоне темного моря. Лёгкая, манёвренная ладья Железнорожденных кралась, как хищник, ведомый рукой Родрика Спарра, который был оставлен Виктарионом Грейджоем в качестве разведчика, который должен был предупредить о прибытии королевского флота. Также несколько наиболее быстроходных кораблей Железного Флота осторожно смотрели за перемещением кораблей простора.

Королевского Флота еще не было. Да и по прикидкам военноначальников и доносившихся слухах, корабли Баратеона, даже отправь он их буквально в тот же день, ни как не успевали к этому времени оказаться в этих водах. Вот только сам Родрик узнал замеченный дозорными корабль.

Черная Бета — галея Лукового Рыцаря, известного вассала Мастера над кораблями, успевшая отметиться в войне против Таргариенов, привлекла внимание командира железнорожденных. Корабли простора, к великому неудовольствию Спарра, было приказано обходить стороной. Но вдохновленные победой над Ланистерами войны уже заждались новой схватки, да ему самому было очень интересно, что же везет корабль бывшего контрабандиста к острову Рэдвинов.

Железнорожденные двигались бесшумно, без фонарей, без лишнего плеска воды, подгоняемые только мягким ветром да мощными гребками загрубелых рук. Эти корабли несли смерть.

Их воины, закалённые бурями Железных островов, уже готовились к броску. Одни перебирали пальцами рукояти мечей и топоров, предвкушая схватку. Другие шептали молитву Утонувшему Богу, намереваясь посвятить ему парочку жертв. Они не ждали сопротивления — не здесь, не на этом участке пути. Здесь, вблизи Арбора, корабли всегда шли расслабленно, не ждали нападения, верили в безопасность южных морей.

На Черной Бете никто ещё не знал, что смерть уже крадётся по волнам.

* * *

ТРЕВОГА!!! НАПАДЕНИЕ!!!

Громкий звон колокола прорезал ночную тьму. Артур очнулся в хаосе: крики, топот ног, грохот металла и приглушённые удары, от которых задрожали деревянные переборки корабля. Он не успел даже понять, что происходит, как резкий толчок отправил его вниз, выбрасывая из гамака на холодные доски каюты. Сердце грохотало в груди.

— ВРАГИ НА БОРТ…— голос дозорного, только что разносившийся над палубой, внезапно захлебнулся, утонул в булькающем хрипе. Колокол сделал пару ударов и тоже замолчал.

Но этого уже было достаточно. Десятки матросов, срываясь с мест, метнулись вверх, на палубу, туда, где уже разносился лязг мечей, крики боли и боевые возгласы железнорожденных, скрытое нападение которых уже сорвалось.

Артур сглотнул, его пальцы сжались в кулак. Паника клокотала в его груди, но страх сменялся отчаянной решимостью. Неважно, хотел он этого или нет — выбора не было. Он выхватил из-под койки короткий нож, единственное оружие, что у него было, и, спотыкаясь, бросился к трапу, ведущему на верхнюю палубу.

Наверху бушевал ад.

Лунный свет едва пробивался сквозь клубы дыма и мрачные тени, отбрасываемые вспыхнувшими факелами. Первые нападавшие, первые подплывшие к галее на небольших лодках, уже были на палубе, их тёмные фигуры мелькали среди обезумевшей схватки. Они двигались стремительно, сокрушая сопротивление с жестокой, отточенной лёгкостью. Брызги крови летели в воздухе, тела падали на доски, а над всем этим возвышался ритмичный топот сапог новых поднимающихся нападавших.

— А-а-а-а!!! — истошный вопль падающего за борт человека оттенил мощный удар в корпус.

Чёрная Бета содрогнулась, когда массивная боевая ладья железнорожденных врезалась в её борт, цепляясь абордажными крюками. Воины в «солёной» броне с грозными топорами и кривыми клинками перескакивали через поручни, как волки, прыгающие на добычу. Один из них, окровавленный и с жуткой ухмылкой, выдернул меч из груди упавшего моряка и тут же шагнул вперёд, разя следующего.

Кто-то рухнул перед Артуром, пронзённый случайной стрелой. Его глаза уже пусто смотрели в небо, а золотистая надпись с его именем истаивала прямо на глазах. Он узнал парня — старший матрос Омерек еще вчера рассказывал ему о своей семье в Королевской Гавани. Теперь он был всего лишь безжизненной куклой, распластанной на палубе.

Артур судорожно сглотнул, но не успел даже сделать вдох, как на него уже неслась тень, занося ржавый топор. Страх сковал мышцы, заморозил время — но затем что-то щёлкнуло в голове. Он выставил перед собой нож, и шустро нырнул вбок, уходя с линии атаки, и с глухим шипением вонзил клинок в бок врага, падая, подскользнувшись на разлитой по доскам крови. Железнорожденный же взревел, споткнулся, но не упал — он был слишком крупным, слишком сильным. Или ножик был слишком коротким…

Но теперь парень был совсем безоружен.

Поняв это, заросший волосатый мужчина ухмыльнулся щербатой улыбкой, шагая в его сторону и снова размахивая своим топором… и недоуменно свел глаза к переносице, когда в затылок ему вонзилась полоска отточенного железа.

Артур не видел, кто это был — лишь размытый силуэт разящего меча, вспыхнувшего в свете луны. Клинок вылетел из головы нападавшего, и тот рухнул, на палубу, выронив свой топор.

— Не спи, Арт!!! — прокричал помогший ему матрос, в котором Артур узнал Маттоса. Он снова его спас.

Он перевёл взгляд на мёртвого моряка у своих ног и, почти не думая, выдернул меч из его остывающих пальцев. Лезвие было липким от крови, но теперь это не имело значения.

Артур крепче сжал меч, его пальцы едва удерживали рукоять, скользкую от крови. В горле пересохло, тело дрожало от адреналина, но времени на раздумья не было. Вокруг всё ещё бушевал бой: железнорожденные рычали, метались по палубе, вспарывая животы, кромсая плоть, топча трупы, едва различая своих и чужих. В воздухе пахло кровью, потом и гарью — где-то от опрокинутого факела загорелся пока что небольшой пожар.

— Давай, шевелись! — рявкнул Маттос, грубо дёрнув его за плечо. — Вставай, Артур!

Парень рывком поднялся на ноги и тут же почувствовал, как подкашиваются колени. Он наступил прямо на чьи-то внутренности — склизкие, ещё тёплые. Желудок скрутило и Артура едва не вырвало. Но даже на это времени не было. Маттоса уже оттеснил следующий противник, сбив своим весом худощавого парня, занося над ним меч.

Артур, разом забыв все уроки фехтования, держа меч перед собой с отчаянным криком понесся на противника, вонзая клинок в спину подставившегося налетчика. Тот умер не сразу, отмахнувшись своим орудием так, что едва не достал до вновь рухнувшего на спину парня.

Это его и спасло. Меч второго железнорожденного, которого не видел парень просвистел сверху, а, затем его шея обзавелась зияющей раной, и хлынувшая оттуда кровь забрызгала Артуру лицо.

— Пекло… — ругнулся знакомый голос, в котором Артур с облегчением узнал второго боцмана. — Парень, накой ты вылез… Оружие подбери и сзади держись. Маттос, где твой отец?!

— Возле… юта… —тяжело дыша, ответил парень, зажимая бок. Видимо тот железнорожденный все же сумел его достать.

— Пробиваемся туда, — хмуро произнес Рэй, оглядывая двух юнцов.

* * *

Ночная атака продолжалась всего несколько минут, но самому Артуру показалась целой жизнью.

Вместе с Маттосом и Рэем они все-таки пробились к сиру Давосу, который вместе с десятком матросов сформировал ударный отряд, выбивающий завязших в одиночных стычках железнорожденных с палубы корабля. Те, рассчитывая на ночное преимущество, напали гораздо меньшим числом и сейчас эта ошибка стоила им всего. Крики становились реже, удары — глуше. Артур тяжело дышал, чувствуя, как с каждым мгновением напряжение спадает, уступая место тупой усталости. По палубе валялись трупы — их было слишком много, чтобы сразу понять, кто из них друг, а кто враг.

Железнорожденные отступали.

Те, кто ещё был жив, пятясь, пробирались к своему судну — лёгкой боевой ладье, что теперь покачивалась на волнах у борта «Чёрной Беты». Они больше не бросались в бой слепо, не выкрикивали боевые кличи. Напротив — они прорывались к верёвочным лестницам, отшвыривая мёртвых, не заботясь о раненых. Один моряк в цепях попытался взобраться первым, но его товарищ без колебаний сбросил вниз, чтобы самому ухватиться за верёвку.

— Не дайте им уйти! — разнёсся по палубе голос Давоса.

Матросы бросились в погоню, сбивая отчаянных налётчиков в море, пронзая их мечами, а немногие лучники вслепую стреляли вслед. Кто-то успел добраться до ладьи, кто-то — уже мёртвый — так и остался висеть на борту, застыв в последних судорогах.

Но ладья всё же успела оторваться.

Кто-то на ней уже перерезал оставшиеся канаты, и сильный порыв ветра раздувал парус, уводя судно прочь. Один из выживших железнорожденных, низкий мужчина в кожаной броне, с густой гривой волос, стоял у борта, выкрикивая что-то неразборчивое, но его голос утонул в шуме волн и треске горящих обломков.

Они ушли.

— Вот ублюдки… — пробормотал бледный Маттос, всё ещё зажимая бок. — Чертовы трусы!

Но никто не стал их преследовать. Ночью погоня была опасной для самого экипажа Черной Беты, да и преследовать налётчиков было бессмысленно. Их ладья качнулась на волнах, быстро скрываясь в ночи, словно чёрная тень на фоне мутных звёзд.

На «Чёрной Бете», после хаоса схватки, наступила напряжённая тишина.

Давос осматривал выживших, выкрикивая команды. В живых осталось едва половина экипажа. Кто-то стонал, кто-то корчился от боли, кто-то уже молча смотрел в небо пустыми глазами. Некоторые матросы носились по судну, заливая горящие снасти морской водой. Некоторые со злостью добивали немногих раненых кракенов, пока Давос не одернул излишне ретивых. Ему нужен был хотя бы один пленник.

Артур тяжело сглотнул, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. Перед глазами вновь маячили золотистые символы и цифры, и только сейчас он осознал, что был как никогда близок к тому, чтобы оказаться еще одним телом лежащим на палубе с вскрытыми кишками.

Впервые за всю ночь ему стало действительно страшно. Живот парня закрутило, и его вырвало прямо на палубу.

— Ничего юнга, в первый раз всегда так, — похлопал нагнувшегося парня по спине второй боцман. Бывалый наемник, повидавший много смертей, сразу заметил состояние мальчишки который, на удивление показал себя с лучшей стороны, лично прикончив двух кракенов. Да, ему во многом повезло, но все же… — Ты молодец, Арт.

— Буэ-э-э… — было ему ответом, на что Рэй усмехнулся, подбирая валявшееся неподалеку ведро и зачерпывая морской воды.

— На, держи, — вручил он ему это ведро, на что уже опорожнивший желудок Артур уставился на него непонимающим взглядом.

— Да я… уже вроде как… — слабым голосом ответил тот, сжимая ведро.

— Это конечно хорошо, — хохотнул мужчина. — Только палуба сама себя не отдраит. Шевелись юнга. Поверь мне, засохшую кровь смывать гораздо сложнее…

* * *

Следующее утро выдалось хмурым. Тёмные тучи медленно плыли над горизонтом, море оставалось неспокойным, и в воздухе всё ещё витал запах крови и копоти. Артур проснулся раньше, чем хотел, — тело ломило, каждый мускул ныл, а мысли всё ещё путались в событиях ночи.

Палуба выглядела иначе, чем вчера. Бóльшую часть мёртвых уже сбросили за борт, и теперь на досках лишь зарубки и тёмные пятна гари напоминали о недавней резне. Где-то у бушприта под охраной сидел раненый железнорожденный — единственный выживший из нападавших. Его руки были скручены верёвками, а под левым глазом запеклась клякса крови.

— Очухался, юнга? — раздался хриплый голос Рэя.

Артур обернулся. Второй боцман стоял неподалёку, сжимая в руках обнаженный одноручный меч, проходясь по тщательно очищенному клинку точильным камнем. Глаза его, хоть и весело блестели, оставались внимательными. Рядом стоял холщовый мешок.

— Да… — Артур потер затылок, ощущая жжение от множества ссадин. — Голова гудит.

— Ничего, привыкнешь, — усмехнулся мужчина и, бросив взгляд на палубу, добавил: — Ты, кстати, богаче стал.

— Что?

— Ага. Трофеи с убитых тобой ублюдков. По морскому закону, тебе положено.

Парень моргнул, всё ещё не понимая, о чём речь, но тут Рэй протянул ему небольшой мешочек, в котором что-то звякнуло.

— Я… я не знал, что так можно, — пробормотал он, чувствуя, как в животе снова неприятно сжалось.

— Это море, парень. Здесь либо ты, либо тебя. И если ты их уложил, их добро теперь твоё. Или твое теперь чье-то, если не повезет… — Усмехнулся бывалый наемник. — Главное ушами не хлопать при дележке. Но я в этот раз за тебя поработал, цени.

Артур поколебался, но всё же развернул мешочек. Внутри были серебряные монеты, пара медных и… перстень с выгравированным символом кракена. Он сглотнул, перевернув его в пальцах. Перстень ему был явно велик, подходя разве что под большой палец.

— Он теперь твой, — хмыкнул Рэй. — Помнишь здоровяка с топором? Теперь — он кормит рыб, а ты жив. Видишь, какую драгоценность тебе в наследство оставил…

Артур вдруг почувствовал странную смесь гордости и отвращения. Гордости — за то, что убил действительно сильного, по сравнению с мальчиком и вовсе огромного бородатого противника. Отвращения, потому что ничего честного в том, как именно он убил того мужчину не было. Противник просто отвлекся на застрявший в черепе одного из матросов топор и удачно подставил спину под удар Артура. С первого раза тот учел опыт, и бил, как и учил Маттос — под левое ребро.

— Кстати, это тоже тебе, — передал второй боцман парню меч, а также холщовый мешок. — Держи, заслужил.

— Это же… — загорелись глаза парня, когда он принял в руки начищенный клинок. Меч погибшего Омерека он отдал. Его личные вещи и оружие, как и у остальных погибших членов команды, доставались семьям. Он заглянул в мешок, где увидел части от кожаной брони. — Спасибо, Рэй…

— Да не за что, парень, это все еще твоя доля, — пожал плечами второй боцман. — Тот топор тебе был бы не по плечу, как и бронька. Так что сменял на что-то подходящее тебе по размеру. Не всегда ведь тебе с голым задом по палубе бегать, верно?

Мужчина рассмеялся, видимо вспоминая вид парня, который выбежал на палубу в одних портках.

— Да, наверное, — несмело улыбнулся Артур, свое первое личное оружие. Мечи, даже самые дешевые все равно стоили очень дорого. На один такой можно было купить как минимум несколько коров, или безбедно жить пару лет. Раньше приютский парень мог о таком только мечтать, а сейчас у него даже появились собственные деньги. Серебро…

— Только не забудь зайти к кожевеннику, подогнать под твой размер, — предупредил его Рэй. — Даже не думай просто так надевать, это кончится очень плачевно, парень.

— Рэй, а когда мы наконец приплывем? — задал Артур волнующий его вопрос. Ему нравилась жизнь на корабле…, но даже так, мальчик очень хотел самостоятельно увидеть другие земли, города. То, чего девятеилетний парень никогда не видел проведя всю жизнь в блошином конце.

— Уже скоро парень, — взлохматил его черные волосы мужчина. — Пара дней, может меньше, и я угощу тебя знаменитым Аборским вином в честь твоей первой битвы!

— А мы разве идем не в Хайгарден? — спросил Артур, воодушевленный обещанием. Он за свою жизнь никогда не пил алкоголь, но слухи о знаменитом вине разумеется слышал.

— Кхм… — кашлянул второй боцман поняв, что ненароком проговорился о том, о чем обычным матросам знать не следовало. Впрочем, пункт назначения и так был близко, так что вреда от этого особо не было. — Туда, туда, но сделаем остановку в Арборе, чтобы пополнить запасы… впрочем, меньше думай, больше делай, юнга. Палуба…

— Сама себя не отдраит, — уныло продолжил Артур, понимая, что работы еще предстояло очень много. — Я помню…

— Ну, держи нос по ветру, — произнес Рэй, намереваясь подсластить пилюлю. — Так как Маттос тебя тренировать не сможет, пожалуй, преподам тебе пару уроков, как закончишь…

— Я мигом! — уже на бегу прокричал мальчишка, унося прижимаемые к груди пожитки в трюм.

Молодость… Старый наемник улыбнулся, и перевёл взгляд на горизонт. Где-то там, далеко, железнорожденные зализывали раны и Давос опасался, что они предпримут еще одну попытку, которую обескровленный экипаж мог и не пережить.

Двадцать убитых. Семь раненых, из которых двое так же моги в любой момент отдать душу Семерым. Долгая ночь дорого обошлась команде Сиворта, хотя пленный ненароком рассказал кое-что интересное, даже не собираясь этого делать. Но Арбор уже был близко.

«Чёрная Бета» продолжала путь.