Не тот Адам Глава 31
Так новых экзорцистов видят грешники:
Огромная благодарность Просто чел за подписку уровня "Падший серафим" и Blazingeagle321 за подписку уровня "Смертный грех"!
А вот ссылочка на песню из главы: https://www.youtube.com/watch?v=i2 ob8jxgAlo&ab_channel=CyberCatStudio
Я спускался по главной лестнице Отеля Хазбин, лениво потягивая клубничный милкшейк через трубочку. Чёрт возьми, в этом месте умудрились сделать машину, которая делает реально неплохие молочные коктейли! Конечно, и близко не уровень Рая, но вполне удовлетворительно. Я был в своём истинном облике — золотые крылья сложены за спиной, нимб мягко сияет над головой, привычная бело-золотая одежда. После внутреннего поединка с Вельзевулом, тёмной стороной моего прошлого, я чувствовал себя… цельным. Наконец-то. И маскироваться больше не было нужды, по крайней мере, здесь.
— Адам? — На звук моих шагов обернулась Чарли. Она стояла у огромной доски, сплошь увешанной фотографиями постояльцев, какими-то схемами, заметками и планами реабилитации, соединёнными безумной паутиной красных нитей. Классическая доска маньяка-конспиролога, только вместо теории заговора — теория искупления. Я уже мельком видел её «творения» во время своего пребывания здесь под личиной Баала, ещё до того, как окончательно избавился от надоедливого прошлого. Кроме лёгкого испанского стыда и недоумения, её «планы» тогда ничего не вызвали. Вся её стратегия сводилась к гениальной идее: «Давайте делать хорошие штуки — и тогда все попадут в Рай!». Просто, наивно, и абсолютно нереалистично. Но в каноне сработало.
— Чё как, солнышко? — Я махнул ей рукой с коктейлем, используя прозвище, которым её иногда называл Энджел. Морнингстар — Утренняя Звезда. Прохожу мимо её «доски безумия» и плюхаюсь в одно из мягких, хоть и пыльных, кресел в холле.
— Адам! Что ты тут делаешь?! Ох! Ты ведь мог предупредить! — Она тут же засуетилась, её энтузиазм мгновенно переключился на меня. — У нас тут немного не всё готово для… для твоего визита! Ты ведь пришёл посмотреть на результаты нашей работы? Ну вот, в общем, у нас Пентиус уже месяц не взрывает свою комнату, Энджел почти неделю продержался без наркотиков, а Хаск даже почти улыбнулся мне сегодня утром! Представляешь?! Это такой прогресс! А ещё мы планируем групповую терапию доверия и…
Она начала тараторить с такой скоростью, что успела запыхаться буквально за пару фраз. Я знал эту милейшую, наивную девушку, и прекрасно представлял, что мне сейчас попытаются взорвать мозг потоком абсолютно ненужной информации о «прогрессе» её дорогих пациентов, а потом, возможно, ещё и песню споют про радугу и дружбу. Я не то чтобы против её творчества — она действительно красиво и искренне поёт, этого одного было бы достаточно, чтобы растопить даже моё чёрное (как недавно выяснилось) сердечка, но настроение сегодня было совершенно не для песен и плясок. Хотелось либо просто тупо «посмотреть на закат» в тишине, либо пойти и методично разъебать кому-нибудь лицо. Желательно — Асмодею. И когда Лют наконец найдёт мою цель (какая же она у меня всё-таки умница), тогда я пойду разъёбывать! С больши-и-им удовольствием.
— Чарли, милая, успокойся, — мой голос прозвучал неожиданно мягко, почти по-отечески. Что, впрочем, было неудивительно. Как я уже говорил, к этой наивной девочке я испытывал только позитивные, почти родственные чувства. В отличие от её отца. Этому утколюбу в шляпе, который в каноне чуть не убил меня, а когда меня проткнули ангельским ножичком, даже не пошевелился, чтобы помочь. Странные у меня к нему претензии, да? Только вот теперь я уверен, что он знает о том, какие Серафимы на самом деле «антивоенные» создания. И что единственным их реальным защитником и щитом был Адам, которого убили на глазах этого шляпочного идиота! Который вроде как сам падший ангел и должен был бы ратовать за Рай и «дело Света»! Кроме Адама, разве что некоторые элитные экзорцистки или могущественные апостолы (какие же мерзкие ассоциации теперь вызывает у меня это слово…) могли похвастаться достаточной силой для усмирения демонов Гоэтии, и это я не про «номерных» принцев и королей говорю! А Люцифер просто стоял и смотрел… Мудак. — Я вообще-то тут давненько уже живу, ты не знала?
— Давненько? Здесь? В Отеле? — Чарли удивлённо захлопала ресницами. — И почему ты меня не предупредил? Почему скрывался? — Она даже слегка нахмурилась, выпятив нижнюю губу. Миленько.
Я молча, на пару секунд, изменил свой облик, снова превращаясь в краснокожего, рогатого Баала с холодными синими глазами. Это имя мне нравилось гораздо больше, чем «Тацуми» — имя того божка-идиота, который довёл меня до безумия или «Вельзевул», теперь ещё и по причине что в прошлой жизни я так себя называл, будучи ёбнутым на всю голову психом. Да, то, что я презирал того себя-Вельзевула, не означало, что я хорошо относился и к тем «богам». По сути, там не было правых — все они были самовлюблёнными идиотами, которые своей глупостью довели весь мир до полного пиздеца. Хотя мне до сих пор было интересно, а какого хрена в том, казалось бы, обычном мире вообще появились эти «боги», магия, «чудеса»? Явно ведь не было ничего такого раньше… Да-да, опять загадки без ответа, знаю, уже привык…
— Баал?! — потрясённо выдохнула Чарли, отступая на шаг. — Так это был ты?! Всё это время?!
Я вернул себе облик Адама.
— Ага. Надо же мне было проверить изнутри, как вы тут себя ведёте, чем дышите. Ты же понимаешь, что доверие не может возникнуть «просто так», на пустом месте? Да, ты мне сразу понравилась — хорошая девочка, искренняя, с правильными (хоть и наивными) целями. Но уж прости, без небольшой проверки на вшивость обойтись не могло. Надеюсь, ты не в обиде? — Я постарался добавить в голос немного нервозности и вины, слегка наклонил голову. Актёрское мастерство «Вельзевула» частично осталось при мне.
— Нет, Адам, что ты! Я всё понимаю! — она быстро замотала головой, хотя щёки её слегка покраснели от смущения или обиды. — Просто… Просто, давай больше без такого, ладно? Я думала, что Баал… что он мог бы стать нашим другом, может быть, даже искупить свои грехи… Ладно, неважно! Просто давай теперь обойдёмся честным общением, хорошо? А не такими вот шпионскими «проверками»? — Она решительно протянула мне руку для рукопожатия. Мне типа пожать её надо? Не, ну ладно, раз у них тут так принято… Но как-то всё равно непривычно жать руку девушке.
— Окей, постараюсь быть честным, принцесса, — я пожал её тёплую руку. И нет, если вы подумали, что это такой способ заключить со мной контракт или наебать меня — то вы ошиблись. При заключении настоящих демонических контрактов через рукопожатие нужно чётко обговорить все правила и условия, да и сама «аура сделки» чувствуется за версту. А это был действительно просто дружеский жест. У меня, конечно и не американский менталитет, но на моей прошлой родине я девушкам руки не жал, вот и удивляюсь каждый раз местным обычаям, не обращайте внимания, просто странно для меня.
— Ох, я так рада! Правда! — просияла Чарли. — Так значит, ты показался мне сейчас потому что…
— Да, потому что окончательно убедился, что твои помыслы чисты, намерения благи и вся эта прочая херня, — я дружески хлопнул её по плечу. — В общем, я тебе полностью доверяю и могу положиться. Так что не подведи дядю Адама, окей? — Я шутливо подмигнул ей и слегка приобнял за плечи.
— Ох, хорошо! Конечно! Я не подведу! Я буду стараться ещё лучше! — Чарли даже как-то вся вытянулась по струнке от важности момента, чем вызвала во мне очередной приступ умиления. Честное слово, не затискал эту прелесть до смерти я только потому, что из-за двери ближайшей комнаты как раз вышла Вэгги.
— Адам? — Она тоже явно удивилась, увидев меня здесь, да ещё и обнимающим её подругу. — Что ты тут делаешь?
— Угусь, привет, Вэгги, как сама? Как настроение? — Я непринуждённо махнул ей рукой, будто мы старые приятели, встретившиеся за чашкой кофе.
— … — Вэгги молча смерила меня своим обычным подозрительным взглядом.
— Эм, Вэгги, ты не поверишь! Оказывается, Баал всё это время был Адамом! Ну, то есть, он как бы был Адамом, но притворялся Баалом, и как бы он, в общем, проверял нас и нашу работу, и вот теперь он нам доверяет и… — рукой останавливаю словесный поток Чарли, которую опять «понесло».
— Угу, всё верно. Тот самый чокнутый краснокожий грешник с рогами, который почти месяц вечно сидел в своей закрытой комнате и выходил только по ночам — это был я, — спокойно пояснил я Вэгги. — Следил за «чистотой помыслов» вот этого милейшего создания, — указываю на смущённую и покрасневшую Чарли.
— Это… многое объясняет, — немного удивлённо, но уже не раздражённо произнесла Вэгги, усаживаясь в кресло передо мной и слегка наклоняя голову вбок. — И каков же твой вердикт, Адам? Что ты думаешь о нашем отеле теперь?
— Вердикт? Всё чики-пуки, как говорится. Мотивы принцессы чисты, как слеза младенца, энтузиазма вагон, персонал… ну, персонал старается, как может. Так что, думаю, я готов предоставить вам кое-какую ценную информацию. За хорошее поведение, разумеется.
— Информацию? — радостно-удивлённо воскликнула Чарли.
— Хорошее поведение? Ты серьёзно? — возмущённо-смущённо буркнула Вэгги.
— Вот-вот. Именно так, — кивнул я. — Чарли, скажи мне, ты ведь не очень часто общаешься со своим папашей-ебантяем в последнее время?
— Адам! Не называй его так! Пожалуйста. — тут же сгрустнула принцесса Ада. — Да, мы с ним… не очень близки сейчас… После того, как они с мамой разошлись. — Она потупилась и отвела взгляд, а Вэгги ободряюще положила ей руку на плечо.
— Вот в этом-то и есть одна из проблем! И для тебя, и для твоего отеля! Позови его сюда, в отель. Устрой ему экскурсию, покажи, расскажи, что тут и как, каких «успехов» вы добились. А потом, когда он немного растает, расспроси его о том, его старом проекте, где он пытался сделать что-то вроде «Рая в Аду» или как они там эту свою ебланскую идею называли? — Я закатил глаза и махнул рукой в воздухе. — У него наверняка были какие-то наработки по реальному изменению грешников. Может, он чем-то поделится с тобой? Ну и встреча поможет вам наладить отношения.
— Ну… я не уверена, что он согласится прийти… И захочет ли он говорить об этом… — начала Чарли привычно отмазываться, но тут мне на помощь пришла Вэгги.
— Чарли, мне кажется, Адам прав, — твёрдо сказала она, взяв принцессу за подбородок и заставив посмотреть на себя. — Тебе действительно нужно попытаться восстановить отношения с отцом. И его опыт мог бы быть полезен.
— Вэгги, я… — Неуверенно кивнула Чарли.
— Так, ладно, вы тут сами со своими лесбийскими приколами и семейными драмами разбирайтесь, — я поднялся с кресла и направился к выходу из холла. — У папочки-Адама есть дела поважнее.
— Ох, Адам, подожди! — Чарли остановила меня, схватив за руку. — Спасибо тебе! Правда! Мне… мне было важно получить хоть какую-то поддержку со стороны Рая… И с отцом я… я обязательно поговорю! Спасибо!
— Вот и умница, — я по-отечески потрепал её по голове. — Удачи вам тут, девочки, — подмигиваю обеим и выхожу за дверь, после чего сразу переношусь в Рай, успевая заметить краем глаза, как Энджел, сосущий какое-то розовое мороженое у входа, с отвисшей челюстью и выпученными глазами смотрит на место, где я только что стоял. Ах да, точно. Я ведь и нимб, и крылья не убирал в этот раз. Ну да и плевать. Зато эффектно.
Сейчас я собираюсь как следует подготовиться и «выгулять» своих девочек. Как раз новое оружие и броня от Саракаэля должны быть готовы. Одна очень важная шишка из Ада суёт свою похотливую шишку туда, куда её совсем не просят — в мир людей. И за это я его сегодня очень, очень сильно отшлёпаю.
* * *
Взгляд со стороны
Клуб "Ozzie's", Круг Похоти, Ад.
Полумрак дорогого, пропитанного похотью, ночного клуба тонул в неоновом розово-фиолетовом свете, тяжёлых басах музыки и густом запахе дорогого парфюма, смешанного с алкоголем, потом и возбуждением. За столиками сидели демоны всех мастей — от богатых бесов в дорогих костюмах до разряженных импов и суккубов, жаждущих развлечений. Атмосфера похоти и разврата здесь была почти осязаемой.
За одним из лучших столиков, у самой сцены, сидели двое. Принц Столас, нервно теребящий салфетку и бросающий тоскливые взгляды на своего спутника. И Блитц, который полностью игнорировал принца, увлечённо разглядывая что-то в зале через бинокль.
— Так и что именно сподвигло тебя пригласить меня в это место, Блитци? — не выдержал наконец Столас, стараясь придать голосу беззаботность, но в нём явно сквозила обида. Обстановка явно была не для него, слишком шумная, слишком вульгарная.
— О, ну, просто… показалось, что мы сможем тут хорошенько… эээ… развлечься? Понимаешь? — заискивающе пробормотал Блитц, не отрывая бинокль от глаз. Он явно кого-то выслеживал. — Попались!
— Оу, Блитц, ты кого-то ищешь? Может, я могу помочь? — с надеждой спросил принц Гоэтии, наклоняясь к нему.
— Я ищу никого, как тебе такое? — холодно отозвался бес, всё так же не отрываясь от наблюдения.
В этот момент к их столику грациозно подошла официантка — миниатюрная, эффектная краснокожая демоница с чертами рептилии, длинным хвостом и в облегающем фиолетовом платье с белым меховым воротником. В руках она держала планшет и ручку для записи заказа.
— Могу я вас… «обслужить»? — игриво промурлыкала она, бросив откровенно похотливый взгляд на Столаса, но потом, видимо, заметив его спутника или вспомнив о правилах заведения, быстро поправилась: — То есть… могу я предложить вам пару напитков?
— Да, эм… — Столас тут же воспрял духом, надеясь хоть теперь привлечь внимание Блитца. Он схватил брошюрку с меню напитков. — Возможно, немного вина на двоих? Тебе больше нравится красное или белое, Блитц? Или, может быть, шампанское? — с надеждой спросил принц, заглядывая в лицо своему безучастному спутнику, который всё так же пялился в бинокль. Складывалось полное ощущение, что Столас здесь вообще лишний. Но не мог же Блитц позвать его сюда просто так, без всякой причины? Значит, он хотел его видеть… Наверное.
— Да как захочешь, — буркнул бес, не обращая никакого внимания на скрытую печаль в словах филина.
Расстроенный Столас совсем сник, но, чтобы не потерять лицо перед официанткой, нервно хихикнул.
— Э-э… давайте тогда все три! Почему бы и нет? — немного неловко произнёс он. Официантка с непроницаемым лицом кивнула и удалилась выполнять странный заказ. — Что же, Блитц… как прошёл твой день? — Столас нервно постукивал длинными пальцами по столу, пытаясь завязать разговор.
Бес был настолько удивлён этим вопросом, что даже опустил бинокль.
— А? Эм… Хорошо, я думаю. Мы сегодня убили много бородатых мудаков. — И он снова прильнул к биноклю.
— О, звучит… весело, — с натянутой улыбкой поддержал беседу филин. — И как… ты их убил? — задал принц довольно странный вопрос, отчего Блитц даже обернулся, снова отвлекаясь от наблюдения.
— Как убил? В смысле? Ну, пулями, типо! Их там дохера было! — он развёл руками в стороны.
— Ах, да. Точно. Пулями. Конечно. Итак… что же всё-таки заставило тебя после всего этого… пригласить меня на свидание? Сюда? — наконец задал он главный вопрос, который его мучил. Было совершенно не похоже, что Блитцу интересна его компания сегодня.
Но в этот момент их разговор снова перебили. Музыка стихла, свет в зале погас, оставив лишь неоновые розово-зелёные всполохи, а со сцены раздался громкий, искажённый роботизированный голос клоуна.
— Дамы и господа! Я вижу сегодня в зале так много сексуальных лиц! — На ярко освещённую сцену с шеста ловко спустился Физзаролли — высокий, худощавый бес с клоунским гримом и роботизированными конечностями. У него было ромбовидное светло-розовое лицо, красный клоунский нос и два чёрных круга на щеках. Глаза — лаймово-зелёные с розовой радужкой. Длинный, заострённый хвост с разноцветными полосками. Его руки и ноги — это сложные роботизированные протезы, которые могли вытягиваться, изгибаться и вращаться гораздо лучше, чем обычные конечности. Физзаролли носил яркую шляпу шута с колокольчиками; двойной воротник — белый с фиолетовым и чёрный с жёлтыми колокольчиками. Его сценический костюм был вызывающе ярким — красный спереди с жёлтыми сердечками, синий сзади с чёрными сердечками, полосатые фиолетово-белые рукава и брюки, чёрные туфли на каблуке.
— Добро пожаловать в «Оззи»! В место для всех видов извращённых фантазий! — Он эффектно покрутился на шесте, удлиняя и укорачивая свои роботизированные руки и ноги, посылая воздушные поцелуи публике. — Выставьте на всеобщее обозрение все ваши тайные предпочтения! Ведь сегодня к нам присоединился сам Асмодеус! — Физзаролли назвал имя Асмодея, популярное среди демонологов и сектантов и указал на тёмный балкончик над сценой, где появилась гигантская фигура. — Ну же, покажите ему немного своей любви!
(Примечание автора: Оказалось, что многие читают моё произведение, даже не ознакомившись с оригиналом. Я же заметил, что довольно кратко описываю внешность персонажей. Как думаете, стоит продолжать в том же духе или попробовать описывать их более подробно?)
Физзаролли сложил руки над головой в форме сердечка, и зал взорвался восторженными аплодисментами, криками и похотливыми стонами.
— Он только что сказал "Асмодеус"? — немного испуганно прошептал Столас. Он явно не был в восторге от перспективы встретиться здесь с одним из Смертных Грехов, который мог потом растрепать по всему Аду о его сомнительных связях с простым бесом.
— О, блядь, быть такого не может! Только не он! — с абсолютно потерянным видом пробормотал Блитц, не обращая внимания на слова Столаса. Он поспешно схватил меню и попытался прикрыть им своё лицо. Похоже, у него с Физзаролли были какие-то старые счёты.
Тем временем клоун-киборг на сцене продолжал своё шоу:
— Я — один в своём роде! Неповторимый Физ-за-рол-ли! — Под аплодисменты он невероятно растянул свои руки, держа в них рекламный плакат со своим изображением метров на пять в каждую сторону. — Некоторые из вас могут узнать это лихое клоунское лицо по многочисленным игрушечным копиям моего тела, которые продаются по всему Аду! — Он продемонстрировал брошюру с изображением робота в виде себя, после чего ловким движением рук превратил её в микрофон. — Моё тело великолепно спроектировано самой главной Персоной этого места! И я готов… — он демонстративно закатал рукав, проводя рукой по гладкому металлу протеза, — …нести вам сегодня удовольствие! У нас сегодня просто потрясающий состав — Веросика Мэйдэй! — Он указал на барную стойку, где действительно сидела та самая розовокожая суккуба. Она на секунду растерялась от такого внимания, но потом возбуждающе улыбнулась и начала принимать различные сексуальные позы под вспышки камер. — Влажные мыслишки и дрочуны! — Рядом с Веросикой возникла группка маленьких пошлых импов.
Толпа в зале снова взревела от восторга.
— Пока все разогреваются, у меня есть шутка! — весело объявил Физзаролли. — Есть ли здесь те, кто слышал про срань, произошедшую в Лу-Лу Лэнде? — Ответом ему был дружный смех всего зала. Клоун и сам поддержал его своим механическим смехом. — О да, вот что скажу, я бы пожал руку этому сумасшедшему сукиному сыну, который решил сжечь эту сраную дыру! — произнёс он с широкой улыбкой, но потом его лицо ненадолго исказилось злобой. — После чего ударил бы его по лицу, ведь я этим огорчён! — Снова улыбка. — Тот робо-я сделал нам больше денег, развлекая этих детей, чем те, что мы продаём для ваших потех, — Он сделал непристойный жест рукой. — Если вы понимаете, о чём я! — И он снова залился механическим смехом вместе с залом.
— О, я знаю, о чём ты! У меня таких четыре! Ахахахаха! — радостно крикнул какой-то толстый маленький бес из толпы.
Клоун на секунду отвернулся от зала и тихо прошипел в скрытый микрофон:
— Так, это ко мне не подпускать!
Затем он снова повернулся к залу с сияющей улыбкой.
— Итак! Не будем больше терять времени! Наше небольшое новое выступление! Приходит на нашу сцену из кольца Гнева! Аплодисменты Мокси! — Физзаролли указал на столик, где сидел маленький аккуратный бес с белыми волосами и его спутница с чёрными. — У которого вообще нет интересного псевдонима…
Чмокнув свою удивлённую жену в щёку, Мокси с гитарой, которая была почти размером с него самого, неуверенно вышел на сцену и взял микрофон из рук Физзаролли. Сам же клоун-киборг довольно быстро и ловко скрылся на том самом тёмном балкончике, где уже во всей своей красе возвышалась примечательная фигура хозяина заведения.
Асмодей был невероятно высоким демоном, облачённым в яркие, почти карнавальные одежды. Его длинные руки, очень узкая талия и неестественно широкая грудная клетка придавали его телу странную, гротескную пропорцию. За спиной у него торчали три огромных пера — красное, чёрное и белое. Его тёмно-синяя голова была увенчана густой гривой ярко-голубых волос, похожих на пламя, и в этой гриве были вплетены… ещё два лица! Маска барана справа и маска быка слева, которые, казалось, жили своей жизнью и могли говорить вместе с ним. Основное лицо Асмодея с излучающими холодное зелёное свечение глазами и широким зубастым ртом довершало этот жуткий образ. Он носил тёмно-синий жилет с пышными синими манжетами и запонками в виде сердец. На животе сияла большая золотая застёжка, тоже в форме сердца. Его длинные ноги были обуты в странные зубчатые туфли на высоком каблуке. Завершал образ высокий чёрный цилиндр с алыми и белыми перьями на красной ленте. Он действительно выглядел как воплощение Похоти — яркий, гротескный, неестественно притягательный и отталкивающий одновременно.
— Эм… Всем привет… — раздался из микрофона на сцене голос Мокси, сопровождаемый оглушающим мерзким визгом микрофона. Бесёнок поморщился. — Оу, простите… Кхм… Привет. Спасибо, что позволили мне быть здесь сегодня. Для меня честь выступать… — начал он дрожащим голосом, но его тут же перебили.
— За-а-аебись! Ик! Пой мальчик! — раздался пьяный выкрик из зала.
Мокси сглотнул и продолжил:
— Э-эта песня… посвящается моей жене. Это сюрприз на нашу первую годовщину… Люблю тебя, Милли…
Из его гитары полились первые, непривычно нежные и мелодичные для этого места звуки.
— Мы вместе, будто бы масло и огонь, будто бы Патрик и Спанч Боб, будто личинки и сгнившая плоть… — искренне, хоть и немного фальшивя, пел бес на сцене, вкладывая всю душу в слова. Посетители клуба удивлённо и разочарованно переглядывались, морщились, ожидая явно не этого. — От сердца я пою, с тобой находиться рад в Аду, любовь наша — сказка на яву… — продолжал Мокси, не замечая всё более раздражённого взгляда со стороны Асмодея на балконе и откровенно злой, игривой ухмылки Физзаролли рядом с ним. — Манящие чары твои я ловлю… — В этот момент из-под сцены хлынул розовый дым, и некоторые парочки в зале, поддавшись непривычной для этого места романтической атмосфере, даже начали обниматься и даже наслаждаться столь необычной для этого места песней. — Прямо сейчас мы начинаем наш любовный рассказ, продлится он вечность — между нами связь… — продолжал петь бес, с нежностью глядя на свою любимую жену за столиком. — Мы вместе, мы вместе… — повторял он, как вдруг к его песне нагло и громко добавились два новых, совершенно неуместных голоса…
— В покоях «Оззи» запел ты о любви?! — пророкотал Асмодей, внезапно появившийся на сцене прямо за спиной у Мокси.
— Лучше сантименты при себе держи! — пропел Физзаролли, по-клоунски маша пальцем перед самым носом ошарашенного Мокси.
— Мы объясним, коль ты вникать сам не стал! — самовлюблённо прогудел Асмодей, отталкивая беса в сторону.
— Воплощение похоти — Асмодей тут правит бал! — провизжал Физзаролли, указывая на воплощение греха Похоти.
— Дай мне разврат! И похоть в глазах! — проревел Асмодей, подхватывая ритм и начиная пританцовывать под завывания Физзаролли.
— Грудь пронзает и пах! Огонь страсти в глазах! В доме том Асмодея! — Асмодей крутанулся вокруг себя, после чего картинно прилёг на сцену, но даже так он был раза в три выше бедного беса.
— Ты пришёл к нам попеть любовный свой романс? — лениво потянулся Повелитель Похоти. — На сцене бархатной побыть выпал шанс! — Он резко придвинулся к лицу охреневшего Мокси. — Что же, у нас пословица на такое есть одна!
В следующую секунду Мокси схватили цепкие роботизированные руки Физзаролли.
— «Жалкая сентиментальность только сукам нужна!» — издевательски пропел киборг, закручивая Мокси на сцене.
— Коль глупый трёп душе твоей мил. — пританцовывая, добавил Асмодей и ткнул пальцем в лоб барахтающемуся Мокси. — Брось сопливый бред, пока люлей не получил! — Он оттолкнул беса, и тот шлёпнулся на пол. — Мы поём здесь про похоть и желание!
Физзаролли тем временем притянул к сцене несколько клеток с полуголыми танцовщицами и подвесил Мокси за шкирку на одну из них.
— Растление, возбуждение жгут душу как пламя! — пропел Физзаролли.
— Так дай мне разврат! — Асмодей снова схватил бедного импа и, приблизив его к своему лицу, проревел, пританцовывая в такт музыке. — Похоть в глазах! — Он снова отбросил его на пол. — Грудь пронзает и пах, крошка-бес ты сейчас в доме том Асмодея! — Повелитель Похоти схватился за пилон на сцене и эротично закрутился вокруг него. — Давай, песню нам спой! Былую тему отбрось долой! — Он станцевал у пилона, после чего с откровенно возбуждённым выражением лица снова приблизился к Мокси. — Сделай жёстче и больше не ной! — и он сунул микрофон прямо в лицо бесу. — Микрофон твой включён.
— Желаю… — дрожащим голосом начал Мокси.
— Чего же: Страпон? Золотой дождь? Бондаж? — тут же перебил его Физзаролли своим визгливым смехом.
— Желаю нежности в любви… — упрямо закончил Мокси, глядя на Милли.
Асмодей разочарованно вздохнул так, что с потолка посыпалась штукатурка, и с отвращением откинул микрофон в сторону.
— Ну какой же тюфяк! Вся атмосфера мертва! И ты поёшь нам сей шлак, чтоб насладилась «жена»? — заорал он на весь зал.
— Погодите! Я подглядывал за этими двумя много раз! — неожиданно для всех встал со своего места Блитц, пытаясь защитить своего… Друга?
— Что? Блитц! — повернулся к нему смущённый и удивлённый Мокси.
— И, честно говоря, — продолжил Блитц, обращаясь к Асмодею, — их секс выглядит довольно увлекательно!
Тут в перепалку немедленно вступил Физзаролли, узнав давнего знакомого.
— А, БлитцО! Пришёл сказать нам пару слов?! — нагло ухмыльнулся клоун. — Народ, гляньте! Тот парень полный позор! — Красный прожектор тут же выхватил из полумрака зажмурившегося Блитца. — Откуда эту наглость на советы ты взял? У самого жизнь просто полный кал! — Растянув роботизированную шею, Физзаролли с издевательской ухмылкой приблизил своё клоунское лицо вплотную к Блитцу.
— Да, с Блитцом мы были парой! — внезапно раздался со стороны бара голос Веросики Мэйдэй, которая решила добавить масла в огонь.
— Бля, Веросика! И ты здесь… — с постным лицом произнёс Блитц.
— Его я ублажала! — продолжала поп-звезда Ада, картинно выгибаясь на барной стойке под вспышки камер её восторженных поклонников. — В ответ желанной ласки от него не получала. — Она провела пальцем из стороны в сторону, а потом резко спрыгнула со стойки и толкнула Блитца так, что тот не удержался и снова упал, на этот раз врезавшись спиной в край сцены. — В постели бес-эгоист, на людях столь неказист и лишь сердца можеть «бить»! — с неподдельной ненавистью и обидой прошипела Веросика, глядя прямо в глаза своему бывшему любовнику.
— Неужто у тебя за столиком принц сейчас сидит? — вновь встрял Асмодей, с интересом разглядывая Столаса, пока Физзаролли подлетел к столику растерявшегося Столаса.
— Столас? Это ты? — спросил Асмодей, подходя ближе.
Тут же кто-то из гостей поддержал хозяина заведения:
— Ты что с бесом спишь?!
Асмодей подошёл к столику Столаса и с насмешливой жалостью посмотрел на него сверху вниз.
— О, мой лорд, как же низко ты пал… Была красавица жена! Дитя! Всё, что желал! — Он приобнял шокированного Столаса за плечи, создавая рядом с ним полупрозрачные дымные силуэты его семьи — Стеллы и Октавии. — Надеюсь ты семью сберёг? Не бросил их ради него… — Он кивнул в сторону подавленного Блитца, которого Физзаролли уже усадил на стул напротив Столаса. — Жизнь обменял на разврат! — Столас окончательно смутился и прикрыл лицо меню. — И похоть пылает в глазах!
— Грудь хватай или пах! — снова запел Асмодей, возвращаясь на сцену и разводя руки в стороны. — И причёску поправь! Пути не будет назад! Не привратись сразу в прах… в доме том Асмоде-е-е-е…
БУМ!!!
Его песню прервал оглушительный грохот. Массивные входные двери клуба с треском вылетели внутрь, разлетаясь на щепки. В образовавшийся проём ворвались десятки фигур в незнакомой броне — чёрной с золотыми вставками, с закрытыми шлемами-масками с злобными ухмылками, из-за спин виднелись сложенные ангельские крылья. Экзорцисты?! Здесь?! В круге Похоти?! Не в день Истребления?! Да ещё и в другой броне и с… огнестрельным оружием в руках?!
Вслед за ними часть потолка над сценой обрушилась с грохотом, и в образовавшийся проём, окутанный золотым сиянием, плавно влетел Адам. В полном боевом облачении: сияющая броня, знакомая, но теперь ещё более грозная маска, огромные золотые крылья за спиной и невероятно мощная, давящая аура чистого Света, смешанного с праведным гневом.
Он приземлился на сцену прямо перед ошарашенным Асмодеем.
— Тук-тук, ублюдок! Папочка прилетел, чтобы лично порвать одну слишком наглую, похотливую жопу! — Голос Адама, усиленный магией, прогремел на весь клуб. Он хищно ухмыльнулся, глядя прямо в три пары глаз ошеломлённого Повелителя Похоти.
Фух !
Наконец-то дописана 31 глава! После небольшого перерыва я всё-таки справился — почти 30 тысяч символов! И всё это стало возможным благодаря вашей поддержке. Спасибо за донаты — завтра на работу мне тоже идти не придётся, слава Свету, как говорится.
Глава писалась на удивление легко и приятно: обошлось без бед с головой, а это уже отличный знак.Кстати, забавный момент: я изначально рассчитывал что у песни будут субтитры, но, конечно же, их там не оказалось. Пришлось ориентироваться на слух и немного переделать текст так, как я его слышал и хотел передать. Ну да и ладно!
И да — я обещал в первых главах обойтись без песен… Наебал получается. Надеюсь, вы не в обиде и вам понравится то, что получилось. ;)
И да, эта глава частично пересказывает одну из серий Адского Босса. Теперь, думаю, стало понятнее, почему я старался аккуратно обращаться с каноном — чтобы в будущем использовать его в своих авторских, злобных целях :)
Не забывайте: вы всегда можете поддержать автора — активностью или чеканной монетой. И обязательно оставляйте комментарии, это очень важно!