Карма Чакры 4. Шаг - 69
* * *
"Глаза — Зеркало Души". Часть Вторая.
* * *
"Иллюзия Взгляда".
* * *
Тоже самое время.
Юго-западный наблюдательный пункт Листа.
* * *
Небеса над полем сражения Кумогакуре против Конохи в этот ночной час не были пусты. О-о-о. "Нет". Напротив. Они были полны внимательных глаз от всевозможных шиноби из разных и особенно великих Гакуре, иже наблюдателей сенсоров которые крайне пристально следили за битвой двух огромных армий.
(Активно и на радость своим наблюдателям пускающих друг другу кровь).
А также…
Прочих — уникальных глаз, которые видели дальше и много глубже, нежели чем даже современнейший из оптических приборов вроде подзорной трубы из страны Дождя, или даже Снега либо… продвинутых сенсорных техник ИваГакуре и Суны вроде Дзюцу: Дотон, Футон, + прочих эхо локаций для разведки местности в около боевой обстановке.
Один такой глаз, кроваво-красный с тремя томоэ, прямо сейчас, медленно вращающимися вокруг зрачка, был скрыт в кроне довольно высокого более 80 метров дерева на склоне горы, в более чем тринадцати километрах от эпицентра бойни тех двух армий.
И обладателем этого Шарингана, — а тем красным додзюцу был непременно Шаринган, — являлся Учиха Шисуи, член АНБУ, оперативник которого уже прозвали «Шуншин но Шисуи», что за последние годы, — (после единственного провала миссии), — отточил свои навыки, исправил ошибки, и стал гораздо сильнее — идеальным разведчиком. И не просто разведчиком, а совершенным наследником так сильно узнаваемой в мире Шиноби "Воли Огня" — плюс диверсантом Учиха и далее оной "Воли Огня" подчинённым АНБУ Хокаге.
На этот раз…
Миссия Шисуи была двойной, и обе её цели заставляли его обычно спокойное сердце сжиматься в редком, но моментами тревожном треморе ритма. Приказ от Пятого Хокаге был ясен и одновременно неопределенно опасен, как внутри так и снаружи, словно удар кунаем в спину. Не известно откуда.
Первой целью приказа был объект: Кирра Би.
Джинчурики Восьмихвостого должен был стать марионеткой Конохи. Шисуи ждал его появления, готовый в любой миг активировать Мангекё Шаринган и наложить вечное гендзюцу «Котоамацуками».
Потеря второго джинчурики поставила бы Кумогакуре на колени. Мир стал бы неизбежностью. ТМВШ с её остатками Кумо закончилась бы навсегда. А секреты, выуженные из подконтрольного разума Би… Секреты усмирения Биджу, создания Биджу-Бомб в виде луча что прожигает всё на пути, вкупе сама Биджудама, прочее на данную тему… это даже в текущее время сделало бы позиции верхушки Конохи гораздо прочнее, плюс естественно на международной арене.
Понятно дело…
Младший Би как брат Райкаге по умолчанию был просто обязан знать очень многое про секреты Кумогакуре и особенно нынешнем раскладе означенной войны: Маршруты; Тылы; Продовольствие; И другое. А где всплывают секреты чужой деревни шиноби, там всегда есть место для торга оных секретов между соседних и тем более пяти великих Гакуре.
Ну, а дальше, если не дай Ками, минимум ближайшее 5-10 лет, очередной раз загорится проклятая Мировая Война, то когда придёт время, и сосуд Узумаки Наруто более менее подрастет, опять-таки Коноха станет гораздо сильней.
Ну а пока что…
Шисуи мысленно репетировал момент для захвата одного из сильнейших противников в вечное гендзюцу, … предварительно-теоретически: Быстрый взгляд, вспышка чакры, и воля Райкаге в его младшем брате Кирра Би будет сломлена навсегда, даже не узнав об этом.
Однако.
К сожалению именно пока что означенный Би, — (прогнозами аналитиков который должен был здесь участвовать в битве к данному времени), — не появлялся, по непонятной причине. Данный враг вообще словно почувствовал шестым чувством что в сей локации местности его преданность Кумогакуре умрет навсегда.
* * *
Вместо этого на поле сражения разворачивалось нечто, что заставляло Шисуи забыть об основной — главной цели выданной Хокаге, выдвинув взамен неё на первый план Вторую, "внутренним протоколом АНБУ" скрытую, и куда более тревожную цель.
Опять же, по мнению Го Дайме.
Обозначалась та самая — Вторая цель условно под шифром канзи: Узумаки.
И первому удивлению Шисуи, когда он только услышал неоднозначность этой Второй цели миссии, там стояло аналогично шифром канзи имя: Вакаши.
А если подробнее то…
Сейчас Шисуи наблюдал. И осознавал, что… Шаринган — его личное красное Додзюцу, четвертой стадии эволюции развития, этот дар наследия великого предка Индры и одновременно проклятие слепоты Мангекё, фиксировал каждую деталь с пугающей четкостью.
Шисуи с помощью единственного Мангекё отлично видел, как земля рождала исполинскую сферу, как дыхание Кьюби плавило ее в адский метеор, как тот обрушивался на врагов, давя и испепеляя в прах словно насекомых. Он видел спокойный, почти холодный взмах печатей рук Вакаши, а именно лишь одна печать Тигра, и далее слышал эхо его команды, долетевшее сквозь километры отзвуком взрыва ударной волны: «КАЦ!».
Тот самый взрыв был как разрыв преисподней Йокаевого ущелья Дзиньгоку. Полу километровый валун, очевидно наполненный внутри фуиндзюцу и вкупе чакрой Кьюби во множестве, превратился в огненный смерч, кромсающий целую армию.
И самое главное.
Вся эта казалось бы сюриалистичная тактика не была яростью бешеного Биджу, и оных зверей, к поведению которых мир кое-как но привык таки за долгие годы.
"Нет"!
Сейчас.
Самое невероятное.
Это был расчетливый, холодный геноцид, доведенный до уровня некоего извращенного, но явно искусства массового умерщвления сразу десятков, а в иных случаях, — (горящих словно раны в кавернах на теле битвы сражения), — и сотен шиноби.
— «Сила… Мадары…», — прошептал Шисуи, и его голос прозвучал чуждо ему самому. В его памяти всплыли рассказы старейшин о том, как Учиха Мадара командовал Кьюби, стоя на его спине. Затем. Мадара втиснул Кьюби в доспехи Сусаноо. И уничтожал целые горы, меняя ландшафт мира Шиноби.
И вот прямо здесь и сейчас то, что делал Вакаши, было уже очень близким по уровню сил расцвета тогда ещё молодого главы клана Учиха — Учиха Мадары, пусть и отлично иным в корне своей мощи Узу-Сэннина.
Однозначно.
Сейчас.
Беловолосый Наследник Узумаки не просто командовал. Теперь. Действительно было похоже что им был применен симбиоз между контрактором и сильнейшим из всех девяти Биджу. Он словно дирижировал мощью, которая должна была быть дикой яростью — неконтролируемой стихией самого Девятихвостого Демона Лиса, которой тот с легкостью дилетанта управлял, — (за исключением Мангекё), — перед всеми скрывая титаническое мастерство контроля над чакрой Кьюби но Йоко.
— Теоретически: Всё "это" были расчеты аналитиков АНБУ для идеального Джинчурики у сильнейшего Биджу. — подумал обладатель «Котоамацуками».
— Именно это и скорее всего "пугало" Хокаге, в перспективе. — опять пронеслась мысль шпиона наблюдателя АНБУ Конохи. — И теперь пугало самого Шисуи.
Но и это не всё.
Ещё было…
Дзюцу Полета, которое "тихушник" Вакаши, — как прозвал его отдел аналитики, — Узу-Сэннин изобрел и пусть урезанной версией, но открыл для своего клана.
Однако!
К огромному сожалению даже по просьбе Хокаге для Конохи отказал продавать. На отрез.
А ещё.
Знания по становлению Идеальным Джинчурики, которые он снова не пожелал разделить с родной деревней Листа. Тогда как даже у Кумогакуре сосуды Двуххвостого и Восьмихвостого Биджу поделились с Облаком означенной стратегической информацией.
Затем…
По оценкам аналитиков АНБУ шел ещё один значительный минус в характеристику лояльности Узумаки Вакаши к Конохагуре но Сато.
Речь идёт о геноме Шикоцумяку, который он занижая личные навыки Ирьёниндзюцу, значительно занижая, как оказалось скрыто и скорее всего долгое время уже, … интегрировал в собственное тело. А когда ему предложили добровольно передать эту информацию в научный отдел, то сам Вакаши снова отказался делиться пусть и лично добытым трудом, но таки стратегическими сведениями по разработке кеккей-генкай в ассимиляции генов для создания элитных команд шиноби Листа.
На нужды деревни. Или обмен в пуле Дзюцу Техник кланов и совета Джонинов.
Он не хотел отдавать свои знания на благо Конохи.
В первую очередь именно аналитики АНБУ начали ссылаться на то, что объект Вакаши, уже исходя из всего выше перечисленного пошел по пути "Безумия Орочимару", воплощенного в самом опасном виде экспериментов где-то внутри или скорее всего за пределами деревни.
И во вторых, что самое главное, он всё это продолжает делать тайно, без контроля согласия даже главных советников кланов Конохи и тем более разрешения самого Го Дайме.
Он пользовался прикрытием войны ТМВШ и многих прочих нужд Конохагуре но Сато в это смутное время на выгоду исключительно для себя, эгоистично.
* * *
Минуту спустя.
Тоже самое место.
Шисуи поправил маску и медленно активировал Мангекё Шаринган. (Готовый также в любой момент применить и Сусаноо).
Уникальный узор закрутился четырёх граным сюрикеном в его глазу, наполняя сознание холодным потоком Инь-чакры потомков Индры — всевидящей всемогущей силой. Он перенес свой взгляд с разрушения битвы двух армий Кумогакуре против Листа на крохотную фигурку беловолосого фуинщика поверх гигантской спины Демонического Девятихвостого Лиса.
Мангекё начал вращаться. Очень медленно. Начал анализ. Цель — Узумаки Вакаши. Задача — оценить возможность применения «Котоамацуками».
* * *
* * *
Приказ Хокаге был чёток и ясен, его нужно было исполнить, оценить, максимально, и незаметно.
Но главное, в самый подходящий момент когда вокруг безумное много окружающих факторов отвлечения внимания на поле битвы двух армий и Кьюби.
Сотни и тысячи вспышек слепящих фоном войны Дзюцу и прочих факторов для удобства шпиона и анализа наблюдения через его Мангекё Шаринган.
Сейчас всё было готово.
Ну а, если выпадет шанс, то… обстоятельства Узумаки могут сложиться по разному, и даже против него, да…
Так как все знают, весь мир Шиноби, что любому монстру нужен ошейник.
Или его необходимо убить.
* * *
Там же.
Несколькими секундами позже.
Взгляд четырёх угольного "Сюрикена" красного Додзюцу, усиленный до предела, пытался проникнуть в самую суть Вакаши. Он искал бреши, слабости в потоке чакры, моменты нестабильности, когда воля могла быть поколеблена усталостью от исчерпания уже убранного Сэн-режима, также усталостью от снятия покрова чакры Кьюби, усталостью затяжной битвы через КейРакукей Узу-Сэннина, а ещё истощения силы Додзюцу Бьякуган. И прочих факторов для внедрения вечного гендзюцу «Котоамацуками».
Да.
Это пока что был лишь интуитивный анализ Мангекё Шисуи. Но. Не более того.
Пока что… «Котоамацуками» прежде чем применить его нужно было понять шанс успешной возможности.
И… как заранее было спрогнозированно.
Всё шло согласно одному из тех означенных прогнозов.
Аналитики.
Многочисленных выводов.
* * *
Оперативник Учиха АНБУ.
Секретный наблюдательный пункт Листа.
Минуты шли одна за другой.
Почти один к одному складывались в те обстоятельства.
И некоторые положительные прогнозы.
Уже несколько десятков минут Бьякуган Вакаши НЕ БЫЛ активирован очевидно по причине усталости в привычном его состоянии. Вздутия вен не было обнаружено как у других Хьюга. Реакция сенсорики 360 градусов у объекта частично не прослеживалась. Мангекё Шисуи все эти моменты очень отчётливо различал.
Явило себя лишь одно исключение — неизвестное, но почему-то жёлтое сияние ВСЕЙ ПОВЕРХНОСТИ ГЛАЗ которое появилось совсем недавно у наблюдаемого Узу-Сэннина, — (очевидно как решили аналитики ЧОБУ уже видевшие подобное, но явно в меньших масштабах, то являли собой остатки Сэн-Чакры внутри дезактивированного Бьякугана), — и более никаких внешних признаков активации додзюцу Бьякуган не было.
Однако.
Тем не менее.
Мангекё Шаринган Шисуи каким-то непонятным скорее интуитивным внутренним образом чувствовал, что как с глазами Вакаши, так и в целом его всей чакро-системой что-то определенно не так.
Всё словно шептало об этом.
Но!
Что же именно сейчас ощущал Шисуи?
Пусть и интуитивным, косвенным признакам.
Да…
«Шуншин но Шисуи», — как бы парадоксально это не звучало, — наблюдал некий мощный контроль чакры в глазах. Совокупно признаки стабилизации КейРакукей, ясное внешнее. А также… Внутреннее течение естественного сразу подкожной ауры "чакро-слепка" скорее ближе… нет, почти к идеальному образцу.
Плюс если ещё внимательнее углубляться в те наблюдения, — (что и сделал Оперативник АНБУ), — то стало опять таки заметно, что…
Чакра Узумаки, буйная и неистовая, сливалась с ядовитой, подавляющей чакрой Кьюби но Йоко в идеальный, обезличенный поток.
Он видел, как Вакаши стоял, расслабленный, его поза была позой наблюдателя вросшего в Кьюби помощью Шикоцумяку на голове Зверя, а не участника. Глаза Узу-Сэннина… даже с такого расстояния Шисуи уловил в них не безумие Биджу обычных Джинчурики, или ярость битвы будь там эволюция Шарингана, а нечто другое — нечто мрачное — холодный, безразличный анализ внешней ситуации. Информации. Ясность хищника, который знает, что он на вершине пищевой цепи.
А ещё!
Волю невероятное сильного челове… Нет! — вдруг осознал Шисуи.
— Даже скорее уже не человеческую Волю.
Это была Воля "кого-то" другого, "кого-то" чуждого данному Миру. — интуитивное и именно так шептал ему Мангекё. — Воля Чуждого Миру Шиноби.
А тем временем АНБУ всё наблюдал про себя.
— «Котоамацуками»… Неслышный ультиматум богов, меняющий волю НАВСЕГДА. Сможет ли он пробиться сквозь эту защиту? Сквозь волю, закаленную в симбиозе с демоном? — спросил свои внутренние ощущения Шисуи. — Сквозь психику, искаженную генетическими экспериментами? Сквозь приживления кеккей-генкай безумия чакры Шикоцумяку наследия Кагуя? И почти на постоянной основе сен-режим мудреца Узу-Сэннина? Ну и через явно уже не человеческий Бьякуган? Не Хьюга?
Внезапно, Вакаши, словно почувствовав незримое внимание, слегка повернул голову. Его взгляд скользнул по горизонту, мимо спрятавшегося за могучим 80 метровым деревом Учиха диверсанта АНБУ, но лишь на мгновение Шисуи почувствовал ледяной ожог. Это не было обнаружение. Это скорее стало некой поверхностной проверкой?
Или же? Предупреждение? Предупреждение высшего хищника, чувствующего присутствие другого.
И вот, жалкие секунды спустя.
Их взгляды встретились.
Глаза пересеклись на короткое но одновременно долгое мгновение.
Казалось оно вспыхнуло бесконечными искрами чакры двух додзюцу: Мангекё Шаринган, а напротив него не человеческий Бьякуган. Пылающее золотом додзюцу словно не от этого Мира.
Полное отсутствие осторожности у обладателя Бьякугана. Или это можно сказать игнорирование угрозы? Либо некая иная логика. Безразличие. Вот что было в тех жёлтых глазах.
— Ооцуцу… ? Что? — прочитал не разборчиво Мангекё по еле заметным движениям гортани и плотно сомкнутых губ Вакаши. Узумаки не издал не звука, но… Лишь по движениям мышц даже не разомкнутых губ.
— Какое ещё Ооцуцу… ? Что это такое вообще Ооцуцу… ? — пытался понять не разборчивый смысл движения оных сомкнутых челюстных мышц у объекта Учиха наблюдатель АНБУ.
А потом. Вдруг. Пришло понимание.
Что таким образом ему бросили вызов.
Сердце Шисуи заколотилось. Он деактивировал Мангекё, отступив вглубь тени. Рука непроизвольно дрогнула.
— Не получится, — прошелестел он в ужасе и осознании. — «Котоамацуками» не сработает. Он уже — НЕ Человек! Его воля… она не человеческая. Она срослась с чем-то ещё? Срослась с волей Биджу? М-мм. Я не смогу ее сломить, не вызвав ответной реакции, которая уничтожит и меня, и, возможно, половину… клана Учиха?
— «А возможно Конохи». — пришла ещё внезапно страшная мысль.
Он снова посмотрел на поле боя.
Отступление Кумогакуре, ярость Райкаге — все это теперь казалось мелким, незначительным театром Кабуки на фоне главного пришедшего понимания действа Не Человеческой Воли.
Шисуи осознал для себя, понял и принял страшную правду. Хокаге был прав, опасаясь Вакаши. Но он ошибался, думая, что его можно ещё контролировать, хотя бы лично.
Оказалось что "нет"!
Слишком поздно.
Поводок не накинуть на "это" существо. Теперь очевидно остался только вариант контроля через клан, жену, детей, включая его не рождённого ребенка, и прочих родных.
Малый клан Узумаки как стало ясно теперь даже отдаленно не подмять мягкой рукой. Только политикой. Большой политикой. Он встал вровень с великими кланами Учиха и Хьюга.
Глобальной политикой.
Перед глазами Оперативника АНБУ вновь появился взгляд контрактора нашедший его на фоне черных гарью как драпировка хвостов Кьюби но Йоко, Инверсии, Сетчатки, Ночи, Бьякуган, и надбровные точки наследия Кагуя. Максимально равнодушная поза с опорой на Шикоцумяку геном вросшей зубами костей натурально в хребет Демона Лиса и Фуиндзюцу кольца хранилищ на обоих руках.
Их глаза снова встретились и… разошлись.
* * *
* * *
— А Коноха. — продолжил анализ шпион.
— Коноха не обрела оружие. Или Нового Джинчурики. Нет. Она вскормила и лично развязала руки новому агрессору вроде Мадары — полу-богу войны. И этот агрессор, Узумаки Вакаши, беловолосый Сэннин с золотисто-ясным взглядом, больше не служил исключительно деревне. — мелькали улетающие хаотичные мысли Шисуи подобно испуганным воробьям. — Он все эти годы словно шёл с деревней Листа по пути, — (возможно подобно Орочимару), — и похоже служил только своей собственной, непостижимой Не Человеческой логике.
И теперь Учиха Шисуи, один из сильнейших шиноби Конохи, с величайшим додзюцу в своем арсенале, должен как только так сразу был вернуться к Хокаге и доложить что второй пункт оценки Узумаки Вакаши. И главное его подчинения воли потерпел… Провал.
Явный провал, который означал, что тень, отбрасываемая Конохой, стала длиннее, темнее, плюс в перспективе бесконечно опаснее.
И эта тень проявила в сути своей имя.
УЗУМАКИ ВАКАШИ!
* * *