Девять дней попаданчества
Если на телефоне изображение не прогружается — нажмите на него, чтобы оно открылось в полный экран или зайдите через браузер (лучше на компьютере)!
---------------
FB2:
автор: Marina's_House
Метки: Драббл, Месть, Попаданчество, Смерть второстепенных персонажей
---------------
Не всякий попаданец способен выдержать жестокие реалии фанонного мира, целенаправленно идя к своей мечте, прокладывая свой собственный путь. Один не выдержал и девяти полных дней.
---------------
«Как же я ненавижу фанон! Ненавижу читателей, которые любят наблюдать за страданиями персонажей! Ненавижу авторов, которые подогревают эти страдания рассказами с метками «ангст», «дарк», «психологическая травма» и прочими. Ненавижу этот фанонным мир, в конце концов!»
Именно такие мысли крутились в голове у шестилетнего мальчика с ярко-жёлтыми, буквально солнечными волосами и сияющими голубыми глазами. Вот только не было ни солнца, ни сияния в душе этого ребенка. Хотя души ребенка там тоже уже не было.
«Пять! Пять раз я уже попадал в больницу. Грёбаные пять раз за восемь дней! Всего лишь восемь дней прошло с момента моего попадания, перерождения, переселения, как угодно, а я, ещё раз повторю, уже пять раз был в грёбаной больнице из-за грёбаных жителей деревни с промытыми фаноном мозгами!»
Мальчик нервно переходил из одной комнаты в другую, баюкая не до конца вылеченную после перелома руку. Причина получения этой травмы, как и предыдущих, одна — он просто вышел из дома. А недолечена рука была, потому что не несла угрозу жизни «оружию деревни», поэтому после восстановления самых тяжелых повреждений ребёнок был «вежливо» выпнут за пределы госпиталя.
«Ну конечно, я же демон. Зачем тратить время на моё лечение, если я сам в итоге восстановлюсь благодаря своей «демонической сущности»? Причём «демон» — это, наверное, самое вежливое обращение ко мне, которое я слышал за эти проклятые восемь дней нахождения в этом проклятом фаноном мире».
Маленький Узумаки Наруто, а это был никто иной, как он, дошёл до кухни и заглянул в холодильник, который, как обычно, был пуст и «приглашал» мышь в нём повеситься. Ни тебе дешевого рамена, ни испорченного молока, да даже вечно ледяная вода из-под крана текла через раз.
Раздраженно, в который раз захлопнув дверцу холодильника здоровой рукой, мальчик, нервно дёргая головой, потопал в сторону комнаты. Наруто заглянул в шатающийся шкаф, залез под кровать, открыл все ящики в тумбочке у кровати, попутно перевернув ту на пол, но, как и во все предыдущие разы до этого, везде было пусто.
«Трое суток! Это, блять, ненормально!»
Запнувшись о перевернутую тумбочку и не обращая внимания на боль в мизинце, мальчик направился в ванную. Но и там единственное место для хранения чего-либо — подставка под раковиной — также оказалась пустой.
— А-а-а! — буквально теряя контроль над собой и своими эмоциями, Наруто несколько раз ударил кулачком повреждённой руки по этой подставке. Боль не отрезвляла, — я не ел уже три дня! — мальчик вылетел в коридор и, смотря в потолок, снова прокричал, — я голодаю уже долбанные три дня, вы слышите меня, уроды?!
Но, к сожалению, никто не ответил. Может быть, тот таинственный Анбу, который был приставлен к мальчику, сегодня не вышел на смену или просто где-то спал, отлынивая от работы. А может и нет никакого Анбу. Кто ж разберёт этот мир фанона.
Прислонившись к стене и буквально стекая на пол, мальчик понял только одно — он больше не может. Не может пытаться выживать, быть, существовать в этом ненормальном, придуманном больным на голову человеком мире. Да, в оригинале Наруто не любили, да, его боялись, но этот мир — это просто…
«Да я даже ни разу не добрался до «Ичираку Рамен», потому что что? Правильно: был избит по дороге. Как? Как они умудряются вычислять когда, где и каким маршрутом я куда пойду? Это ненормально!»
Наруто закрыл глаза, тяжело вздохнув.
«Как вообще этот бедный ребенок смог выживать целых шесть лет? Мои силы закончились уже на пятый день, и не важно, что сейчас уже вечер восьмого дня. Я. Не. Могу!»
Острая боль прострелила поврежденную руку, из-за чего мальчик непроизвольно дернул плечом. Все эти посещения больницы и травмы были для попаданца в новинку, ведь в прошлой жизни за свои прожитые двадцать шесть лет парень мог похвастаться отличным здоровьем, высоким иммунитетом и отсутствием переломов.
За эти прошедшие восемь дней юноша осознал, насколько на самом деле была «тепличной» его прошлая жизнь. Он был самостоятельным, давно уже жил отдельно от семьи и сам зарабатывал. Парню ни разу не приходилось голодать, до этого дня он не знал, каково это, когда от голода хочется выть и лезть на стену. Вот только в этом мире средства, которые получал попаданец, нельзя было назвать даже чаевыми. Денег хватало только на четыре пачки рамена в неделю.
Да, парень прекрасно знал, что существуют в мире ситуации, когда сама жизнь становится борьбой за выживание (взять хотя бы некоторые африканские страны), но никогда не думал, что его жизнь настолько легка и прекрасна, особенно в сравнении с этим проклятым фанонным миром. Возможно, попади он в какой-нибудь утопический роман, где люди давно преодолели ненависть и зависть друг к другу, юноша был бы другого мнения о своей родине. Но сейчас он не там, а здесь.
Засыпая на холодном полу в квартире, в которой давно не осталось целых окон, мальчик принял решение покончить со всем раз и навсегда. Сон долго не шёл из-за сильного голода и боли в поврежденной руке, но, в конечном итоге, Наруто провалился в забытье.
Утро наступило как-то неожиданно, принося с собой боль во всём теле. Кажется, даже чудотворная чакра демона не справлялась с лечением, хотя рука уже не вызывала желания её отрубить.
— Что ж, решение принято, — мальчик через силу поднялся с пола и подошёл к входной двери.
То, что собирался сделать Наруто, было весьма рискованно, в первую очередь из-за высокого шанса неудачи. К сожалению, ещё в тот проклятый пятый день, когда мальчик в предпоследний раз попал в больницу и последний раз ел, он обнаружил, что в его сознании явно стоят какие-то ментальные закладки.
Быстро дёргая дверь и выскакивая из квартиры, Наруто из всех своих оставшихся сил побежал в сторону резиденции Хокаге. Погода на улице была прекрасной: солнце тепло согревало, ещё не достигнув пика дневного зноя, а легкий бриз дарил желанную прохладу, лепестки сакуры то тут, то там пролетали мимо, жители прогуливались по цветущим паркам со своими семьями в этот чудесный выходной день.
«Хорошо устроились, фанонные ублюдки. Уже, видимо, забыли, благодаря чьему папочке вы можете сейчас отдыхать и наслаждаться жизнью, благодаря кому Лис не разгромил ваши фанонные дома. Ну ничего, я напомню».
Жестокая улыбка появилась на лице мальчика. Наруто уже как несколько дней выяснил, что делают ментальные закладки в его сознании. Первая внушает желание приносить пользу стране Огня в целом и Конохе в частности. Вторая — не даёт совершить суицид. Вот только в этом и заключались огромные лазейки для попаданца.
Добежав до резиденции и просто чудом не нарвавшись на неприятности, Наруто присел чуть сбоку от центральных ворот. Оставалось надеяться на то, что рядом с администрацией под носом у Хокаге никто не рискнет в открытую нападать.
Расчёт оказался верен: многие проходящие мимо, включая шиноби, недобро косились на ребёнка и шёпотом высказывали всё, что о нём думали, но остановиться и как-то контактировать с «демоном» под носом у начальства не решались.
«Вот и отлично, твари. Хотите фанон? Что ж, сейчас вы его получите!»
Последний раз зло усмехнувшись, Наруто закрыл глаза и погрузился в своё сознание. В следующую секунду он уже стоял по колено в воде в мрачной комнате, похожей на канализацию, напротив огромных ворот.
Это было не первое посещение сие «прекрасного» места. Первый раз юноша оказался здесь в день перерождения, то есть девять дней назад. Второй — когда, не подозревая об опасности, решил прогуляться по деревне и впервые загремел в больницу.
Осознавая, что всё происходящее вокруг лишь часть его сознания, Наруто уверенно полетел к печати на воротах. Да, именно это и собирался сделать мальчик — освободить Девятихвостого Демона Лиса.
А как же закладки, спросите вы. Не вреди деревне, не убивай себя. А тут все просто.
При снятии печати Наруто не умрёт, а просто передаст полный контроль Лису. Чисто технически достаточно хороший специалист способен запечатать демона обратно, вернув мальчика. Например, первый Хокаге с его стихией дерева или его жена с фууиндзюцу клана Узумаки могли такое провернуть при жизни. Так что это не суицид в чистом виде.
А что касается второй установки, ну так ментальная закладка порождает желание приносить только пользу деревне, избавляясь от того, что несёт вред. Но вот в чём загвоздка, понятие пользы у попаданца абсолютно иное, нежели у окружающих его ныне людей.
Существа, которых и людьми назвать язык не поворачивается, избивающие практически до смерти ребёнка, по определению не способны принести пользу, а вот их смерть более чем способна. Хокаге, неспособный предоставить минимальные условия для содержания своего «главного оружия», не приведёт селение к процветанию. Да даже архитектура многих зданий, чисто по субъективному мнению попаданца из двадцать первого века, принесёт больше пользы только после разрушения и перестройки.
Так что, по мнению юноши, уничтожение такой гнилой Конохи и такими же гнилыми корнями принесёт пользу и Стране Огня в целом, и самому Листу в частности. Конечно, после потребуется достойный лидер, что приведёт селение к процветанию, а вот где его взять, это уже не проблема Наруто.
Почему не было закладки на верность лично Хокаге? Кто ж знает, может быть автор, создавший этот фанонный мир забыл о них, а может, они бы были вписаны в историю позже.
Паря прямо перед печатью, боковым зрением мальчик отметил, что за прутьями клетки проснулся Лис. Он не кричал, угрожая уничтожить ребенка, не фонил ядовитый чакры во все стороны, а просто молча, с неподдельным интересом наблюдал, что же собрался делать его сосуд, что сейчас так пристально разглядывал «замок».
Единственное, что сейчас беспокоило Наруто — это родители этого тела. По аниме юноша помнил, что при снятии, а точнее, при попытке снятия печати, должен появиться Четвёртый Хокаге, Намикадзе Минато, и остановить своего ребенка. А вот когда клетка будет открыта, к «вечеринке» присоединится ещё и мать, Узумаки Кушина. Оставалось только надеяться, что родители этого тела проникнутся слезливой фанонной историей своего сына и позволят тому совершить месть. А если нет, то Наруто просто не станет мешать Лису самому с ними справляться. В конце концов, время этих призраков будет ограничено.
Находясь буквально в нескольких сантиметрах от печати, мальчик отметил ещё две фанонные особенности. Во-первых, верхняя часть листа уже была наполовину сдёрнута, как будто отсыревший кусок обоев отклеился от стены. Во-вторых, нижнюю часть печати по диагонали перекрывала какая-то тонкая бумажная лента со странными, смутно знакомыми письменами из кругов и прямых линий. Это мало походило на японские иероглифы, да и вообще на японскую письменность, и, похоже тоже являлось своего рода второй печатью, которая держала первую. Со стороны это выглядело так, будто бы пробоину в корабле попытались залепить лейкопластырем.
Вдруг по всему помещению разлетелся звонкий, но явно нервный смех Наруто, от чего даже Лис немного напрягся. Мальчик вспомнил, где видел эти странные иероглифы. Как и все описанные в фанфиках попаданцы, он тоже разглядывал и своё новое тело, и печать на своём животе. Вот только вместо привычной спирали с письменностями по кругу там присутствовали эти самые круги и чёрточки прямо по вверх «водоворота». Скорее всего, до попадания юноши в это тело, маленький Наруто всё же сорвал или хотя бы постарался сорвать печать, а вот эта несчастная «ленточка» — попытка деревни удержать демонов взаперти.
«И даже после такого, они всё ещё не поняли, насколько опасно так относиться к этому ребёнку. Фанон головного мозга, не иначе».
Попаданец нервно усмехнулся и, не теряя больше ни мгновения, одним быстрым движением сорвал сразу две печати. Первые несколько секунд ничего не происходило: не появился Минато с его пафосными извинениями, не прибежала взволнованная Кушина — хотя, возможно, они приходили при первой попытке сорвать печать, — да даже Лис в явном шоке с недоверием смотрел на плавающий в воде сорванный «замок» его тюрьмы.
— Ну, что, Курама? — отреагировав на своё имя, Девятихвостый моментально переключил взгляд на свой сосуд, «сломанный сосуд», как подсказывало его сознание, — теперь ты у руля, а с меня хватит, — ничего больше не говоря, мальчик со спокойной душой и радостью в сердце залетел за всё ещё не распахнутые прутья клетки.
Первым порывом Лиса было спросить, откуда этот джинчурики знал его имя, но годами желанная свобода так и манила. Поэтому, не обращая больше никакого внимания на странного ребенка, Курамы с неподдельным восторгом вырвался из клетки.
Прекрасный и тёплый весенний день цветения сакуры обратился адом для жителей деревни. Бедствие, о котором люди с ужасом вспоминали, вернулось — Девятихвостый Демон Лис вырвался на свободу прямо в сердце Листа!
Может быть, если бы Учиха Шисуи не ушёл несколько дней назад на задание за пределы страны, демон был бы быстро запечатан его Мангекё Шаринганом, а не крушил бы прямо сейчас селение.
Может быть, если бы сегодня Третий Хокаге не решил провести не очень-то и важный совет джонинов, а Наруто сел с левой, а не правой стороны ворот, то большая часть элиты шиноби Конохи выжила бы при появлении Девятихвостого, который после трансформации встал прямо на то место, где находился зал собраний.
Может быть, если бы впервые за много лет глава клана Учиха не покинул территорию деревни по личным обстоятельствам, то Лис был бы усмирён его Мангекё Шаринганом, который мужчина скрывал. Тогда, по возвращении домой, Фугако не узнал бы, что не один из его сыновей и жена не выжили при нападении.
Может быть, если бы глава секретного подразделения Данзо чуть меньше уделял внимания ошибкам нынешнего Хокаге, а чуть больше тратил время на изменения своего тела, то уже бы освоил Идзанаги и не умер бы с большей частью Корня, включая единственного владельца мокутона, при попадании Биджудамы в скалу, за которой скрывалась тайная база.
Может быть, если бы верные друзья Четвёртого Хокаге в этом мире, команда Ино-Шика-Чо, знающие, как обращаются с сыном Минато, не закрывали бы на это глаза в угоду интересам своих кланов, то они не наблюдали бы сейчас с ужасом и осознанием невозвратной потери за выжженной пустошью, где ещё несколько секунд назад была игровая площадка, на которой веселились их дети.
И множество других «может быть, если бы…». Но всё сложилось, как сложилось. В этот «чудесный» выходной день Коноха была стёрта с лица земли на несколько лет раньше, чем предполагалось каноном. Курама, отомстивший за себя и отплативший странному джинчурике за свободу, покинул территорию в неизвестном направлении.
Возможно, когда-нибудь Акацуки поймают Лиса и объединят обратно в десятихвостого, погрузив весь мир в Цукиёми. Но попаданца это уже не будет волновать.
Прямо сейчас душа юноши находится в своём собственном Цукиёми, в котором он всё ещё живёт своей простой и счастливой жизнью где-то на просторах родной страны, ходит на работу, встречается с друзьями, а в свободное время смотрит аниме Наруто, читает фанфики и совершенно не думает о том, что ему когда-нибудь придётся голодать, терпеть невыносимую боль и мечтать о смерти.