Глава 7 часть 3
В последний момент Гермиона вцепилась в плечо Поттера, заглушив вырывающийся крик. Ее тело затряслось, киска сжалась подобно тескам, пытаясь заставить кончить и Гарри. Волна удовольствия, словно вода из прорванной дамбы, захлестнула ее.
Оргазм все шел и шел, волны удовольствия проходили по Гермионе словно никогда не кончающийся шторм. Гарри не остановил руку на клиторе. Краем сознания Гермиона почувствовала, как член напрягся, как он так же близок к краю. Пэнси продолжала играться с задницей, усилия накатывающие волны похоти.
В последний раз войдя на всю длину, Гарри высунул член, светящийся от соков Гермионы. Предвкушающее улыбнувшись, он посмотрел на Пэнси.
— Очисть меня, — скомандовал он голосом, не терпящим возражения.
Пэнси неохотно, словно для вида, облизнула губы и взяла член в рот. Ее щеки набухли, всасывая предэкулят и соки Гермионы. От такого вида Гарри затвердел еще больше, ему нравились попытки Пэнси сопротивляться, нравилось то, что она исполняет его команды. Поттеру нравилась власть.
Решив, что очистила член в достаточной мере, Пэнси высунула его изо рта. С ее подбородка капала слюна и соки Гермионы, блестя в лучах уходящего солнца. Посмотрев на картину несколько секунд, Гарри помог Гермионе повернуться. От его прикосновений она затрепетала, оргазм до сих пор сказывался на теле, и ноги не хотели держать его. Он поставил ее так, что она почти села на лицо Пэнси. Она удивленно посмотрела на не менее шокированную девушку, прежде чем Гарри вошел в нее сзади.
Гермиона положила руку на голову Пэнси, не уверенная в последующих действиях. Поттер взял ее руку, положив на затылок.
— Можешь не сомневаться, — сказал он, посмотрев на Пэнси. — Заставь ее удовлетворить тебя.
С мягким нажатием рука Гермионы вошла в волосы бывшей соперницы.
Пэнси яростно и смущенно посмотрела на Поттера. Но всякое сопротивление пало перед манящей киской Гермионы. Она вернулась к работе, вкушая предэкулят Гарри и вкус Гермионы. В своей уничижительной роли Пэнси нашла чувство собственной власти. Просунув руку между ног, она вернулась к собственному удовлетворению. Она избегала смотреть на Гермиону, сосредоточившись полностью на Поттере. Она знала, что каждый стон, каждое дрожание, выбитое ее языком, являлось ее личной победой. Пэнси хотела, чтобы Гермиона почувствовала себя так же, как чувствует она.
Гарри легко трахал Гермиону сзади, густой слой их соков позволял почти без сопротивления входить и выходить члену. Их соки окропляли все тело Пэнси. Внутри нее нарастало напряжение. Ее тело стало бурей из похоти и удовольствия, внутри она разрывалась между необходимостью кончить и следовать командам Поттера, четко запрещавшими кончать. С каждым движением его яйца бились о ее глотку, посылая электрические разряды по всему телу. После целого часа самоудовлетворения она была близка, но команды Поттера!..
Не то чтобы она слушала его, ведь он же из Гриффиндора! Он ей даже не нравится? Он просто тупой, смелый, стройный, красивый игрок в квиддич… который всегда стоит горой за друзей, был предан им… с прекрасным телом… в отличии от Драко! Не может быть, чтобы она полюбила его или следовала приказам!
Но почему же она следовала его приказам? Она облизывала его член весь обед, яростно вылизывала его лучшую подругу, и теперь напрямую вылизывала ее кончу из киски, пока Гарри сзади вгонял член. Она не отрицала то удовольствие, которое она получает от извивающейся в удовольствии грязнокровки… даже если этого хочет этот придурочный Поттер! Это просто совпадение!
Рука на голове заставила ее сильнее вжаться в Гермиону. Ее и запах Гарри заставил киску сжаться. Теплое, пульсирующее тепло начала молниеносно нарастать в животе, сигнализируя о приближении оргазма. Пэнси удвоила силы, язык свободно гулял по клитору Гермионы, ведь не было смысла больше избегать этого. Она не разочарует Гар… себя, позволил оргазму отвлечь от дела.
В этот же момент Гарри добрался до груди Гермионы и начал играться с ней. Розовый твердый сосок оказался его первой жертвой. Гермиона напряглась, сжалась, доставляя Поттеру еще больше удовольствия. Громко простонав, она дала понять, что ей очень сильно нравится его подход. Она вновь очень быстро приближалась к оргазму.
— Ох, Гарри, — простонала Гермиона. — Я собираюсь кончить… Да! Сильнее! Мерлин! Как же хорошо!
— Отлично, — с натяжкой ответил Поттер. — Я люблю твою грудь. Она идеальна.
Гермиона засмущалась, сказанные слова отозвались теплом в сердце.
— Они не такие уж и большие, — про себя прошептала она.
— Твоя грудь идеальная, — Гарри начал усиленно играться с ней. — Идеальный размер для моей руки. К тому же она вся моя, я могу делать с ней все, что захочу.
Поттер нашёл губами изгиб её шеи, целуя и покусывая чувствительную кожу. Тело Гермионы ответило на его прикосновение, прильнув, дав лучший вид на себя. Пэнси продолжала работать внизу, вместе с членом Гарри ведя к оргазму.
Выгнув спину, откинувшись назад, Гермиона кончила, полностью покрыв Пэнси своими соками.
Следом кончила и Пэнси. Ее ноги затряслись, и лишь чудом она не упала лицом вниз. Рука между ног продолжала двигаться, играясь с киской. Ее запах наполнил комнату, соединяясь с запахами Гермионы и Гарри. Неспособная сдержать собственное обещание, Пэнси отпрянула и отдалась собственному наслаждению.
Продолжая орошать лицо Пэнси, Гермиона сжалась, сдавив член Поттера. Его оргазм нарастал, становясь словно волна, с каждой секундой все больше и больше. Собрав всю волю, Гарри сдерживал его.
Гермиона прекратила кончать, в последний раз сжалась со всей силой. Не выдержав, загнав член насколько мог, слегка зайдя в матку, Поттер кончил, окрасив внутренности девушки в белый цвет. Ощущения были словно не с земли, словно сама богиня похоти вселилась в Гермиону, выдаивая его до последней капли. После нескольких секунд с громким хлюпающим звуком Гарри высунул член, первая струя полетела на ребра Гермионы, вторая — на грудь, третья струя спермы упала на лицо Пэнси.
Пэнси крепко закрыла глаза, открыв рот в беззвучном крике похоти. Она почувствовала тепло спермы Гарри на щеке, и против своей воли высунула язык и слизала пару капель. Странный солоноватый вкус, который, тем не менее, ей нравился. Жадно слизав капли, рукой она собрала оставшеюся жидкость и слизала ее с руки.
Постепенно оргазм Гарри утихал, Гермиона упала на него, не чувствуя ни единой кости в теле. Легко поймав ее, он осторожно уложил тело на мягкий диван. Девушка все еще познавала последствия оргазма, тяжело прерывисто дыша. В ее глазах смешалось удовольствие и усталость, а также розовые бабочки любви. Гарри поцеловал лоб девушки, аккуратно, с любовью, проведя рукой по лбу.
— Мерлин, ты королева моей мечты. Ты самая лучшая подруга, о которой я только мог мечтать.
Приподняв Гермиону, Поттер положил ее голову на грудь. Его глаза опустились на Пэнси, до сих пор лежащую на полу, в собственных соках. Член Поттера был еще полутвердым, блестящим от спермы и соков Гермионы.
— С тобой я еще не закончил, — несколько минут в обнимку с Гермионой пролетели словно секунда. Аккуратно уложив Гермиону обратно, он наклонился и взял волосы Пэнси, притянув лицо к члену.
— Мерлин, Поттер. Не надо быть грубым, ты мог просто попросить, — поняв сказанный ей слова, Пэнси в панике начала оправдываться. — Не… не то чтобы я подчинилась! Я совсем не люблю тебя! я не должна выполнять твои приказы!
Гарри не мог не засмеяться.
— Как мило, — отпустив ее волосы, он провел рукой по щеке. — Особенно когда ты притворяешься злой.
Пэнси покраснела, приятно чувство распространилось по груди, хотя она и пыталась игнорировать его.
Она напыжилась, показывая всем видом злость.
— Я не милая, — слабо сказала, но злостный огонь в глаза превратился в маленький тлеющий уголек.
Гарри успокаивал ее, а смех был заразительным. Невольно она обнаружила, что наслаждается его глазами, его словами и тем, что он делает с ней.
Несколько секунд поддержав руку над членом, Пэнси взяла его в рот, смотря прямо в глаза Поттера. Однако в этот раз на ее губах была улыбка, подавить которую она не могла. Гарри заметил это изменение и почувствовал свою победу. Он сломил ее ледяную оболочку, теперь она добровольно участвует в их играх.
Осталось вспомнить, что такого она сделала, что заставила его захотеть закрыть рот всем, что только можно.