Карма Чакры 4. - Шаг 77
* * *
"Ад для Крыс". Часть II.
* * *
Западный Фронт.
Атмосфера на западе явно была в отчаянном положении. Здесь пахло не расплавленным камнем вкупе пеплом огромных масштабов Стихии Огня, как на юге, а железом, озоном, кровью, статикой электричества, а ещё веяло толикой, малого, но уже ощутимого страха. Да. Это был, …
Густой, запах страха, который чуют даже не-сенсоры, ели он очень близок и бьёт по масштабам.
Инкарнатор, в этот момент, словно черный болид пронёсся по небу, пролетел над полем сражений, Бьякуган Узу-Сэннина впитал всю картину с высоты 2 километров, целиком, без искажений.
И картина эта была, … удручающей.
Уже небольшие, — (прежде жирным числом), — но пара отборных отрядов Листа из элитных Джонинов и иже АНБУ, призванных защищать штаб, в также часть фронта на западе, были прижаты к выступу западных скал. Их шиноби таяли с каждой минутой под давлением элитных-сил Кумо-Штурмовиков, напором идущих «Молотом Кумогакуре» — личной гвардии Райкаге. Несколько сотен закалённых в боях ВМВШ и ТМВШ А-ранговых ветеранов "Облака", ведомые волей Йондайме, методично с помощью самых сильных из "Райтон но Йорой" обладателей ниндзя, дробили оборону Листа.
А в центре этого Ада бушевала дуэль монстров уровня Каге.
Сандайме Хокаге Сарутоби Хирузен, сражался на максимум своих сил и даже сверх своей скорости, его посох «Кокоу-Адаман» мелькал, парируя ослепительно быстрые атаки Йондайме Эя. Но Хирузен был вынужден прикрывать также Джирайю. Когда, … Джирайя же, несмотря на то, что являлся Жабьим Санином, уже выпал из своего Сэн-режима, и теперь истекал кровью. Его грудь была рассечена ударом «Райтон: Райтуши но Хиэн» — «Стихия Молнии: Ладонь-Молнии». Он отбивался, но его движения с каждой минутой теряли в точности, а дыхание постепенно сбивалось, и вот-вот стало прерывистым. Почти совсем незаметно.
Но!
Райкаге, словно акула, что почуяла кровь, сосредоточил всю свою ярость и мощь на Хирузене, дабы пытаясь пробить путь и добить парой серий ударов Джирайю.
Преимущество постепенно кренилось, "нет", в какой-то момент оно вдруг стремительно начало падать в сторону Кумогакуре. Еще минута, максимум пять — и защита штаба Конохи падёт, рухнет. А вместе — главной защитой, падёт и основная верхушка штаба Листа Всего Южного Фронта!
(Что есть катастрофа в сражении двух армий само по себе. Страшная катастрофа).
И именно в эти минуты свет под знаком "Луны" для армии Кумогакуре оборвал сам себя.
Высоко в небе, над эпицентром дуэли монстров уровня Каге, завис глянцево-черный силуэт облачённый «Ива но Йорой».
Понятное дело для сенсоров Конохагуре…
Это был Узу-Сэннин.
Инкарнатор, как только прибыл, … не издал ни звука. Не бросил поддержку в виде бомбардировки. Он не произнес даже единого слова. Вообще ничего. Вакаши просто замер на одном месте высоко в небе. И сейчас явно ушёл в концентрацию.
— Эт-то чакра Узумаки? Невероятно! Н-но! Но Похоже, "да"? — опознали из ветеранов сенсоры Кумо того, кто завис посреди неба сейчас в оттенках обозначенной чакры. И естественно, стали её внимательно изучать, как весь сей объект. Гораздо подробнее. Вкупе запоминать много деталей явно уникальной и столь насыщенной чакры и ещё прочих данных новой фигуры Листа.
Меж тем же…
Черная "Ива-Броня" из плотного камня Узу-Сэннина, на удивление вспыхнула рефлектом ближайших огней отражения с земли. Казалось она холодно замерцала огнями сражения армий. Вакаши застыл подобно метеориту, застрявшему в орбите планеты, безмолвно и не понятно с какой целью собирая энергии в КейРакукей и далее правой руке.
Шиноби-сенсоры, — (по крайней мере), — из тех, кто подняли голову, косвенно опознали его. (Врага Кумогакуре номер один).
И у всех, от рядового токубецу Конохи, и их противников, до самого Эй Райкаге, кровь встала в жилах на краткий миг активации КейРакукей младшего Ооцуцуки. (А затем быстрого скрытия этого КейРакукей).
И именно Йондайме в том числе уловил оный момент. Оценив его в ранге-S+.
Прямо сейчас…
Для Эя, в том силуэте появился не очередной враг. Которых он лично уже перебил сотнями Листовиков, если не тысячи. Это был ходячий символ его провала как Каге, квинтэссенция ненависти. Долг, перед деревней, который можно было оплатить только кровью.
(И ветераны из его сенсоров, что пережили удар Биджудамы Вакаши по Кумогакуре, молчаливо кивнули Йондайме и подтвердили ему, что "это" тот самый кровный враг "Облака").
— УЗУМАКИ! — рёв Райкаге прорвал грохот сражения, полный чистой, не разбавленной агрессии. Вкупе мести. Он на миг отпустил-отступил от Хирузена, его "Райтон но Йорой" чакра забилась в 10-кратный такт против быстрого пульса. Бешено. Ярко.
Но Инкарнатор даже не повернул голову в его сторону. Не удостоил взглядом вообще. Напротив. Бьякуган Узу-Сэннина стал "слеп" в золотой радужке глаз, и "опустел", словно обращённый внутрь себя. (Пройдясь лёгкою рябью из пяти концентрических волн, которые впрочем быстро и незаметно абсолютно для всех исчезли).
Потому что, сквозь реки чакры иже тенкецу именно левого полушария мозга, здесь и сейчас…
Узу-Сэннин просчитывал не дуэль против Райкаге, свою безопасность в ней, и на новом поле сражения, или что-то подобное. А просчитывал он всю степень угрозы от западных сил Кумогакуре. Словно задачу которой экстренно нужно решение. Наилучшее. Выгодно. Опять же, здесь и сейчас.
Либо искать выход…
В крайнем случае в нейтральный размен между верхушкой Листа и Кумогакуре.
И решение вскоре пришло.
Оно стало столь же безжалостным, — (ибо прочего выхода не было если смотреть на всю карту всех прочих великих стран, без частично погибшей верхушки Конохи), — сколь без компромисным, если оставить на случай судьбы данную ситуацию.
Вакаши медленно поднял правую руку. Пальцы ладони в "Ива-Броне" раскрылись почти в полную ширь. И за данной секундой, в полной тишине этой ладони, зловещее — буквально, родилась тьма.
Сначала — крошечный огонёк, не больше горошины, черная сфера. Она будто поглощала свет — пожирая его, оставляя после себя лишь крик в пустоте эхо, кроме сенсорики, словно дыру в реальности. Затем она начала расти, медленно, но расти в плотности, и вместе с тем пришел звук — низкий, пронизывающий визг, свистом рвущейся в клочья материи.
В какую-то долю секунды, далее…
Воздух вокруг ладони Вакаши закрутился, сжимаясь, образуя мерцающий диск аккреции — воронку из света, "невидимой" пыли и собственной чакры, которую ненасытная сфера пожирала, чтобы стать больше, с каждой секундой, и явно плотнее, ещё смертоноснее.
И сей процесс однозначно являл собой не гендзюцу. Это была суровая физика, подчиненная воле младшего Ооцуцуки в сверх мощном покрове "Ива Йорой".
* * *
* * *
— Биджудама?! — вырвалось у кого-то из сенсоров Кумо. Неверием. — Блять! Без Биджу? И даже чакро-покрова?! Ну нахуй…
Маленькая, рукотворная, но неоспоримая Биджудама.
Йондайме Эй, железный человек полностью покоривший скорость "Райтон но Йорой", чья опять-таки скорость даже сейчас была знаменита на весь мир Шиноби, на миг замер, парализованный неприятной догадкой, или даже скорее ледяным озарением. Он понял всё.
Приказ «собраться в кулак» для прорыва по штабу Конохи был идеальной тактикой для него. Ранее. И он почти его завершил. Почти. Без пары жалких минут.
Но!
Именно "это" против сил Йондайме Вакаши сейчас и использовал.
— «Этот Узу-ублюдок, — подумал Райкаге, — Узумаки обозначил элиту Кумогакуре, включая меня, как мишень Биджудамы. Плотно. Компактно. Одним ценным выстрелом он убьет всех из нас у кого "Райтон но Йорой" однозначно слабей моей. А таких, … тц, … большинство.
И теперь эта мишень — моя гвардия, элита, лучшие Кумо-Шиноби. Он 100% наведёт и ударит абсолютным оружием не в меня, а по всем остальным».
Мысль пронзила его из подсознания с быстротой собственной «Райтон: Райтуши но Хиэн» — «Стихия Молнии: Ладонь-Молнии» "Никакая броня, никакая скорость не спасет прочих, — кроме меня, — от такой хрени. Отступить. Сейчас же.
— ОТСТУПАЕМ!!! — его голос, обычно гремевший как удар грома, на этот раз был резким рыком, полным необходимости. Сдавленный низким и сверх мощным Басом. — СРОЧНО! В РАССЫПНУЮ!!!!!!!!
А следующим шагом.
Он лично подал пример.
Вспышка молнии — и вот он уже в ста метрах от эпицентра, его "Райтон но Йорой" казалось задымилась от перегрузки. За ним, сперва в ошеломленной, а затем в быстрой неразберихе, ринулись бойцы его гвардии.
Тактика, и стратегия — всё отступило на второй план, перед лицом примитивного ужаса Биджудамы, которую создал разум именно что… Не-Биджу! Они отступали, по крайнему плану "Разброса", быстро, и без долгой оглядки, оставив позади пояс собственных заградительных мин для Конохи. Кумо-элита лишь двигалась дисциплиной сильнейших бойцов, и тех своих раненых кого смогли подобрать за спиной.
В один момент даже пришлось ломать "призрачный" строй, на отдельные малые группы шиноби, лишь бы уйти из зоны удара. (Предполагаемого поражения, по крайней мере того, что увидели сенсоры от чакра-потока беловолосого Узумаки).
Дуэль уровня Каге была брошена и забыта. (Однако, только на время). Победа блицкрига стратегии тоже была сорвана в один короткий момент.
И ценой всему этому стала лишь простая наглядная демонстрация силы против очень больших скоплений врагов.
Вакаши, всё также не двигался. Следил Бьякуганом за отступлением разрозненных сил Йондайме. Он видел, как несколько вражеских ручейков ниндзя превращаются в множество одиночек и уходят на север в сторону горизонта. (Границы Кумогакуре). А затем, постепенно, они потеряли всякую тактическую целостность. Общую. Эффективность. И общую мощь.
— «Фу-ууух! Неужели. Мой Блеф удался?!». — выдохнул в душе Наследник Узушио, и добавил ещё про себя. — «Хрен бы чакры хватило на ещё одну Биджудаму. Хорошо что Райкаге, почти нихрена достоверно пока не знает про нас. Иначе, пришлось бы идти… "Вабанк". Что есть невероятно плохо само по себе. Чудовищно негативно для всей Конохи. Практически проигрышь».
* * *
Там же.
Две минуты долой.
В уме Инкарнатора прозвучал знакомый, и спокойный голос Иноичи Яманака, передающий приказ от Шикаку: «Вакаши. Рискованный ход. Но Угроза миновала. Немедленно возвращайся в штаб. Требуется прогноз общих сил и совещание по завершению… ».
— «… Иночи, эм-м, я понял тебя. Но мне нужно не меньше чем 5 минут. Поглотить "Бомбу". Тогда сразу буду на месте». — отозвался крайне уставший Узу-Сэннин, и получил подтверждение штаба.
И дальше, как следствие этого…
Свист Биджудамы начал постепенно стихать. Черная сфера, лишённая пищи из чакры, медленно ужималась в объеме, уменьшалась, поглощая саму основу себя через КейРакукей младшего Ооцуцуки. Пока наконец-то, от нее не осталась лишь тёмная точка. А затем и она исчезла. Словно и не было той никогда.
Давление, сжимающее грудь почти всем бойцам, — (исключая адреналиновых психов вроде Учиха, и ещё раненых или контуженных), — давление на ниндзя штаба Листа, разом ослабло.
Тишина, постепенно упавшая на поле боя, была ещё нерешительной. Её нарушали стоны раненых, в том числе и прерывистый хрип, тяжелым сипом — вкупе, дыханием Джирайи.
— Эт-то. П-победа? — вопросительно, скорее лично себе, опять прохрипел тихо Жабий Санин. И далее посмотрел пустым взглядом сквозь бездонное небо. В новый рассвет.
— Да-а. Похоже, эта победа осталась за нами. — беззвучно прошептал Вакаши, без капли триумфа, лишь с малой толикой облегчения. При этом испытывая тень какой-то холодной рациональности от удовольствия сложной, но решённой задачи в самой экстренной, мать её ситуации.
Он спокойно, аккуратно и плавно, опустился на землю, после обратно впитал через кожу черный глянец "Ива Йорой" с шелестом стихии Дотона. И пройдя мимо уставших, но благодарных шиноби Конохи, которые расступались перед дорогой того, кто смог пусть не на долго, но отогнать самого сильного Каге среди этого поколения стран Шиноби — Йондайме Эя, (Инкарнатор направился в сторону штаба).
— Тц. Дерьмо! Йокаев Фугаку, и Бибизьян! Вы же могли ещё продержаться по-дольше? Хотя бы на 20 минут? — Узу-Сэннин шёл с досадой в душе, огромной, от того почему преждевременно показал всем, свою "глупую демонстрацию силы". — Э-эх. Очень жаль. Выбор был крайне хреновым, по месту и времени, на политической шоги Элементальных стран, но раскрыться пришлось… Тц. Увы, слишком рано "это" случилось.
Тем не менее…
Вакаши шёл, оставляя за собой не только поле сражения, но и новую, что только родилась истину мира Шиноби, которую отныне будут знать минимум Кумогакуре, а потом, если действовать столь опрометчиво вновь, то и все великие страны достоверно узнают, включая первую очередь через Гакуре: Что, … Очевидно, Коноха больше не обладает скрытым "Оружием-Тайной". Теперь Райкаге Эй лично увидел живого контрактора Кьюби. Который умеет минимум в одну Биджудаму сдержать против мини-толпы.
И имя этому младшему Ооцуцуки что столь наивно себя показал без Биджу-Покрова и с Биджудамой в руке — Узумаки Вакаши.
Теперь, … о нём, достоверно может узнать и даже сам монстр Джиген! Тысячелетний враг! Он же монстр по имени ИМБА — Исшики.
Сильнейший на этой планете Ооцуцуки из всех!
* * *