Плач Снега и Магии. Глава 15.1
Аловолосая ведьма *******
Добавив три кусочка сахара в свой чай Дарджилинг, Сьюзен Боунс лениво помешала ложечкой в чашке. Убедившись, что сахар как следует растворился, она отхлебнула из чашки, наслаждаясь сладким и бодрящим напитком, который помог успокоить её гнев в сторону этого негодяя Уоррингтона. При одной только мысли о нём у неё начинали дёргаться глаза.
Сьюзен запросто могла сойти за третьекурсницу и прекрасно понимала, что является одной из самых красивых девушек на своём курсе, да и в следующем. В составленном несколькими старшеклассниками списке горячих ведьм она занимала куда более высокое место, чем любая из её одногодок, за исключением Трейси Дэвис, что всего на две строчки ниже. Её отец и мать не только предупредили её о такой возможности и об опасностях, которые это потенциально может нести, но и подготовили Сьюзен к тому, чтобы она могла дать отпор любым дерзким обидчикам.
В её возрасте даже о свиданиях ещё не думали, не говоря уже о том, чтобы продвинуться на десяток шагов дальше. Похотливый придурок с самомнением и полным отсутствием преданности просто вызывал отвращение, несмотря на свою великолепную внешность. Отношения были одной из самых важных вещей для чистокровной ведьмы, и растрачивать свою непорочность ради какого-то неверного хама, который даже не удосужился соблюсти элементарную вежливость, было против всего, чему учила её мать.
Слева от неё послышался звук осторожно поставленной на тарелку чашки, откуда, к несчастью, уже сбежал её симпатичный сосед.
Аловолосая ведьма обернулась и увидела, как светловолосая Трейси Дэвис наливает себе чашку жасминового чая. Девушка положила один кубик сахара, прежде чем заметила её взгляд. Глаза Трейси с вызовом сузились, и она добавила ещё два, чтобы их количество сравнялось с количество в чашке Сьюзен. Скривив губы и с вызовом посмотрев на неё зелёными глазами, слизеринка добавила ещё один кубик, прежде чем сделать щедрый глоток.
— …И это всё, что тебе нужно знать на эту тему, — закончила объяснять биологический процесс совокупления Гермиона Грейнджер внимательной Луне, которая быстро кивнула и сделала несколько пометок на пергаментном свитке с оборками.
— Понятно, но я сейчас столкнулась с некоторыми терминами, которые заставили меня задуматься об их назначении, например, миссионерская…
Сьюзен подавила нарастающее веселье и перестала обращать внимание на девочку, поскольку уже поняла, что та с ними в этот момент уже просто дурачится. Пусть она и сомневалась, что Луна солгала им о своём незнании процесса зачатия, но быстро всё усвоила после первого же раунда объяснений. К сожалению, Грейнджер осталась единственной, кто ещё ничего не понял, и Ханне, сидевшей рядом с ней, пришлось прикусить губу, чтобы не захихикать.
Не обращая внимания на остальных присутствующих, Сьюзен прищурила свои голубые глаза, заметив явный вызов со стороны блондинки. Аловолосая ведьма положила в свою чашку ещё два кубика, прежде чем размешать и активировать своё Магическое Зрение — редкую врождённую способность видеть магию и ощущать её вкус, хотя и с побочным эффектом, заставляющим глаза светиться.
Волшебный отпечаток Дэвис был совершенно уникален как по виду, так и по вкусу — он был намного теплее и ярче , чем у любой из её сокурсниц. Тем не менее, её взгляд, похоже, Трейси никак не затронул, поскольку слизеринка сохраняла нейтральное выражение лица. Сьюзен подняла свою чашку и сделала большой глоток из неё, но тут же поморщилась.
Слишком уж сладко.
Все надежды на то, что Дэвис этого не заметила, быстро развеялись из-за надоедливой ухмылки Трейси.
Их маленькая игра началась со встречи в лазарете. Сьюзен неплохо ладила с Дафной — подружиться с эксцентричной девушкой было довольно легко. Однако её сводная сестра оказалась более жёсткой и непреклонной, хоть они и наполовину близнецы.
По правде говоря, она не могла соперничать с Трейси в успеваемости — слизеринка не испытывала недостатка в уме, амбициях и трудолюбии — сочетание, которое трудно превзойти. С другой стороны, у Сьюзен не хватало терпения выполнять нудную работу, которой требовали от них бесконечное чтение и школьные занятия. О, справлялась она с этим достаточно хорошо, но овладение каждым кусочком ненужных знаний оказывалось слишком скучным. Приличных оценок ей хватало, особенно если учесть, что с палочкой она справлялась блестяще, как и с любой практической магией.
За исключением зелий, конечно — тут вся вина на Снейпе. У Сьюзен не было проблем с гербологией или кулинарией, двумя вещами, наиболее связанными с рассматриваемой дисциплиной. Кулинарить было легко, особенно после того, как мать её этому правильно обучила, чтобы она могла заботиться о младшем брате.
Как бы то ни было, их так называемые игры и соперничество обострились с тех пор, как они познакомились с Гарри Поттером и узнали скрывавшегося за этим именем мальчика. Аловолосая ведьма смогла распознать, что Дэвис им заинтересовалась, и вынуждена была признать, что тоже находит его невероятно очаровательным.
Поттер был таким невысоким и милым, как плюшевый мишка, которого приятно обнимать перед сном, совсем как её милый брат, маленький Эдвард. Однако, несмотря на внешность, Сьюзен видела , что в Гарри бушует огромная магическая сила. Ему ещё и тринадцати не исполнилось, а его магия уже начала мужать. Но подобные обыденные вещи, казалось, Мальчику-Который-Выжил вовсе и не мешали — он столько магии неосознанно излучал: густой, мощной и бурлящей, невероятный вихрь из самого холодного льда и самого жаркого огня, смешанный с чем-то куда более первобытным …
На её лице появилась непрошеная усмешка, когда она вдруг подумала: а какой же станет его магия на вкус через несколько месяцев по сравнению с нынешней? Дрожь пробежала по её спине, и она не смогла сдержать слюноотделения при этой мысли. Её способность ощущать вкус волшебства проявлялась ещё сильнее при контакте с кожей, и Сьюзен настолько привыкла к потаканию от своей семьи, что стала настоящей прилипалой. И тёте приходилось из неё это выбивать во время их спаррингов. Одна только мысль о тёте Амелии заставляла её содрогнуться.
— Сдаюсь. Поймёшь это, когда станешь старше.
Усталый стон вернул внимание Сьюзен к столу. Гермиона решительно проигнорировала Луну и взяла книгу. Хихиканье младшей девочки свидетельствовало о том, что она не обиделась, особенно когда Астория прошептала что-то, заставившее их обеих захихикать ещё сильнее.
Сьюзен улыбнулась такому невежливому поведению и, сделав маленький глоток чая, взглянула на маглорождённую с буйными волосами. Липкая сладость словно молотом ударила по её вкусовым рецепторам, заставив пожалеть, что она в этой глупой игре зашла так далеко. Тем не менее, она всё проглотила и изобразила на лице улыбку.
Это… показалось идеальным шансом — Грейнджер тут, окружена, у неё не останется другого выбора, кроме как слушать, и Поттера нет рядом, который мог бы её прикрыть собой. Сьюзен поймала взгляд Дафны и многозначительно посмотрела на маглорождённую девочку. Это их шанс поговорить с гордой гриффиндорской ведьмой, о которой Гарри Поттер так заботился, не позволяя ей прятаться за книгами. Её темноволосая подруга слегка кивнула и кашлянула, привлекая внимание.
— Слушай, Гермиона. Ты не против, если я буду называть тебя Гермионой, верно? — Дафна одарила девушку одной из своих ленивых улыбок. Буйногривая подозрительно прищурилась, но нерешительно покачала головой.
— Чудесно, ты почти ни с кем из нас не разговаривала, если вообще хоть с кем-то. Поскольку нам всем здесь так уютно, и мы здесь все девушки, то это прекрасная возможность узнать друг друга получше, — ухмылка темноволосой слизеринки сменилась лёгкой улыбкой, хотя Сьюзен видела, как та нервно теребит под столом большими пальцы. Хех, даже жизнерадостная Дафна опасалась заговаривать со вспыльчивой Грейнджер.
— И правда, у нас никогда не было возможности поговорить вне класса, и тогда лишь о занятиях, без чего-либо личного, — Сьюзен тоже решила вкинуть свою поддержку. — Как лучшая ученица нашего курса и, вероятно, самая талантливая, что ты думаешь о наших уроках? Мне бы хотелось услышать мнение по этому вопросу маглорождённой ученицы.
На лице Грейнджер появился лёгкий румянец от похвалы, а также лёгкая, но довольная улыбка, хотя Сьюзен и знала, что немного преувеличивает. Однако, как только она упомянула о статусе маглорождённой, гриффиндорка мгновенно насторожилась.
— Уверена, что есть полно других маглорождённых учеников, которые смогут рассказать об этом куда лучше меня.
Сьюзен была не единственной, кто нахмурился, услышав язвительный ответ. У Грейнджер имелись серьёзные проблемы с гневом, но, что более важно, это доказало кое-что значимое — у неё нет друзей, кроме Гарри.
— Не понимаю, с чего ты так решила, Гермиона, но со всего нашего курса здесь у нас только одна маглорождённая, — Ханна, сидевшая рядом с девочкой, растерянно моргнула. — К сожалению, Джастин не особо много сил уделяет учёбе. Его семья — богатая знать магловского мира, поэтому о деньгах или таких обыденных вещах, как работа, ему переживать никогда не придётся. Он не сильно-то отличается от Дафны.
— Да не говори! Должно быть, именно поэтому он так хорошо ладит с Макмилланом, а? — Гринграсс широко ухмыльнулась, скрестив руки на груди, отчего её младшая сестра захихикала, а сестра-блондинка раздражённо вздохнула.
— Суть в том, что ты лучшая ученица на нашем курсе, и к тому же маглорождённая, — настаивала Сьюзен, пристально глядя на Грейнджер. — И всё же тебя редко можно увидеть с кем-то, кроме Гарри или Рональда, когда он был ещё жив, даже с твоими соседками по комнате. Ты никогда не заговаривала ни с кем из нас, и избегала попыток с тобой подружиться.
Сьюзен с трудом сдержалась, чтобы не нахмуриться при воспоминании о предыдущем часе.
Когда они с Ханной попытались заговорить с маглорождённой, пока Дафна добывала им этот зал, гриффиндорка достала книгу и притворилась, что их нет. Хуже того, Сьюзен даже не была уверена, сделано ли это намеренно — Грейнджер иногда бывала очень недалёкой.
— Ты даже не потрудилась пообщаться со вторым единственным маглорождённым с нашего курса!
— Мне не нужны новые друзья, — огрызнулась девушка с буйными волосами, но Сьюзен это не остановило.
— Неужели ты думаешь, что настолько нас лучше, что мы не стоим твоего времени? — это был удар ниже пояса, но Сьюзен нужно было как следует девушку оценить.
— Что? Нет, конечно, нет! — к счастью, Гермиона так о них не думала. Что вызвало у Сьюзен больше вопросов, чем ответов.
— Тогда в чём дело? Неужели мы такие скучные?
— Нет. Я… просто… — девушка запнулась, и Сьюзен подумала, что, возможно, у той просто проблемы с заводом друзей.
— Я так чую, ты на самом деле не понимаешь, что значит быть маглорождённой.
— Меня достаточно часто называли грязнокровкой, чтобы я смогла получить представление, Сьюзен, — беззаботно ответила девушка, хотя аловолосая ведьма без труда расслышала в её словах печаль и одиночество.
— Нет, Гермиона, мне кажется, что ты своё положение на самом деле не понимаешь, — она наклонилась ближе, и волшебный стол автоматически выдвинулся, позволяя ей опереться на него локтями. — Ты познакомилась с магическим миром, только когда тебе исполнилось одиннадцать, и у тебя едва нашлось времени привыкнуть к этому новому миру по сравнению со среднестатистической ведьмой. Дело в том, что у тебя та же проблема, что и у почти каждого маглорождённого или выросшего в магловской семье человека, которых я встречала.
— О? И скажи же тогда, какая?
— Ты веришь, что раз это место называется Магической Британией, то оно, по сути, такое же, как и магловская Британия, только с размахиваниями палочкой и использованием волшебства. Ты веришь, что мы придерживаемся тех же ценностей, что и обычные маглы, что мы поменяли Рождество на Йоль, просто потому что хотим выделиться, — её голос стал резким, и Ханна предостерегающе дёрнула её за рукав, но Сьюзен было всё равно. — Что мы поклоняемся вашей бесполезной королеве и бессильной знати вашего народа. Или, может быть , ты считаешь, что мы отсталые и ретрограды, которым нужно показать просвещённость магловского общества. Я права?
Сьюзен не стала сдерживаться, так как сама мысль о том, чтобы принять общество маглов в своём мире… быть вынужденной потворствовать людям, которые намного слабее и ничтожнее её.
Вызывала раздражение… Разве мало того, что она их и так терпела?
Тишина, повисшая в комнате, свидетельствовала о том, что все обратили на них внимание. Гермиона сначала открыла рот, чтобы возразить, но в конце резко закрыла его. После мучительно долгого разглядывания стола гриффиндорка, наконец, повернулась к аловолосой ведьме.
— Ты права, я действительно верила во всё это и, возможно, в нечто похуже.
— Правда? — что ж, это неожиданно, возможно, всё окажется не так сложно, как опасалась Сьюзен.
— …Это всплыло в одной из моих бесед с Гарри. У него нет желания возвращаться в магловский мир, и он планирует принять свои должности и титулы в магическом. Всё, что ты упомянула, мой друг уже успел подробно объяснить в деталях, — Грейнджер откинулась на спинку сидения и закрыла глаза, медленно выдохнув, словно для того, чтобы успокоиться.
Это, конечно, стало неожиданностью, но, тем не менее, новость вышла отличная. Гарри Поттер снова спас положение , и Сьюзен даже не смогла заставить себя удивиться.
— Приятно это слышать, Гермиона. Когда у тебя день рождения, если ты не против поделиться?
— 19-ого сентября.
Сьюзен лишь улыбнулась от её замешательства.
— А, ты тоже рано расцвела. Моё 3-его сентября, я на нашем курсе, наверное, самая старшая.
Глаза девушки слегка расширились, но она кивнула, чуток нахмурившись.
— А зачем ты спрашиваешь?
— Первые знаки взросления у тебя уже были, верно?
Девушка кивнула, всё ещё пребывая в замешательстве.
— Тогда ты понимаешь, что теперь ничуть не отличаешься от той, какой была раньше. Ты всё та же Гермиона Грейнджер, хотя и с небольшими отличиями, — ещё один кивок, Гермиона выглядела нетерпеливой, что заставило Сьюзен дразняще улыбнуться. — Значит, ты жила в волшебном мире уже два года, но, вероятно, ничего не знала о некоторых ритуалах и обрядах, которые могла совершить в свой день рождения и которые, пусть и не изменят твою жизнь, но могут тебе помочь.
— Что?! А разве ритуалы не запрещены министерством? — лицо девушки с буйными волосами исказилось от шока, и Сьюзен облизнула губы, почувствовав, как от девушки исходит магия. Грейнджер не была самой могущественной в комнате, но у неё имелся особый магический вкус, и Сьюзен он вполне подходил. Для неё это стало ещё одной причиной подружиться с гриффиндоркой, потому что именно так у них с Ханной и сложились крепкие дружеские отношения.
— Не стану отрицать, что некоторые ритуалы могут нанести вреда, но нет, ритуалы не запрещены, как бы министерство ни старалось, — фыркнула Трейси. — Им просто удалось удалить все упоминания о них из книг и других источников знаний. Но не тревожься, в библиотеке Хогвартса по-прежнему есть множество книг на эту тему, хотя все они находятся в запретной секции.
Сьюзен подавила укол раздражения и заставила себя не обращать внимания на Дэвис — слизеринка снова бросала ей вызов.
Грейнджер кивнула с облегчением на лице, и Сьюзен увидела, как в глубине её карих глаз проносятся мысли о возможностях. Неужели маглорождённая девушка оказалась лишь жутким книжным червём, а вовсе не грубой зубрилой?
В итоге ведьма с буйными волосами смерила Дэвис ровным взглядом.
— Тогда зачем всё это упоминать?
— Потому что причина, по которой ритуалы заслужили плохую репутацию, заключалась в маглорождённой ведьме, жившей сто лет назад, которая не понимала этой концепции и боялась её, — глаза Трейси стали жёсткими и холодными, как два кусочка нефрита. — Некая маглорождённая ведьма в конце 1800-х годов по имени Беатрис Уимборн выступала за полную отмену ритуалов и обрядов. Эта женщина была ярой атеисткой, презиравшей магловские ритуалы и обряды англиканской церкви и перенесла эту ненависть на нашу культуру. Это одна из причин, по которой маглорождённым не доверяют — потому что они боятся того, чего не понимают, и срываются в критику, вместо того чтобы интегрироваться.
Слова Трейси сопровождались кивками и одобрительным гулом, и Сьюзен неохотно признала, что даже она не смогла бы сказать это лучше. Гермиона быстро справилась со своим удивлением и задумчиво нахмурилась, пока её разум, несомненно, переваривал только что полученную информацию.
…