Чёрный Гарри. 30
— И в задницу их, эти две сплетницы уже мне надоели. А неплохо мы их уели, а?
— Да, прямо по самому больному ударили — по влажным фантазиям о мальчиках.
— Девочки хотят любовь как в романах, это закон жанра, — развела руками Гермиона, высвобождаясь из моих объятий, — отпусти. Скоро мы там приедем?
— Мы два часа как отъехали. Кстати, а где Уизли? Что он не пришёл то?
— Обычно Рон не опаздывает, всегда нас находит.
— Он что, обиделся?
— Не знаю.
— Пойдём поищем его.
— Пошли.
Мы вышли из купе и пошли по вагону. В соседнем ехали парни — Невилл, Финниган, и другие — даже хафлпафец затесался. Я их поприветствовал и пошёл дальше. Купе с девочками — выглядело так, будто мы с Гермионой ворвались посреди очень секретного разговора — мгновенно замолчали и начали пялиться на нас.
— Ничего, секретничайте дальше.
Дальше попался Драко. И его верные амбалы — он даже ехал с видом, будто королевских кровей.
— Привет, друзья! — радостно сказал я, давя лыбу, — Драко, мой добрый друг, ты не видел нашего друга Рона Уизли?
— Что? — Опешил Малфой, — Кого?
— Рона, конечно же.
— Поттер! — он мгновенно вспыхнул, — я не друг всяким грязнокровкам!
Я только переглянулся с Гермионой.
— Это ты кого тут грязнокровкой назвал, выхухоль? — спросил я, доставая палочку. Драко тоже замешкавшись, достал свою.
— Тебя и твою…
Гермиона послала в него конфундус, а от заклинаний Крэбба и Гойла — весьма посредственных чар уровня первокурсника, отбился уже я. Драко не успел ничего сделать, замешкался из-за заклинания.
— За такие грязные слова в адрес двух благородных родов Блэк и Грейнджер, тебе придётся очень хорошо прочистить рот с мылом! Впрочем, сойдёт и утешительный приз.
Я бросил в него чары трансформации плоти, и ушёл. Волосы Драко на глазах начали рыжеть, а на бледном лице появляться веснушки.
— Гарри, вот и надо было? — налетела на меня Гермиона.
— Дать ему? Гермиона, за такие слова следует бить, и бить очень больно. Драко нарывался. Ты ещё не забыла, что Рон его попинал перед отбытием?
— Нет, но… При чём тут это?
— Малфой хоть и чистокровный род, но всё же не ровня Блэкам, и примерно на уровне с тобой. За оскорбления в среде чистокровных родов — нужно платить, и платить сильно. Никому нельзя позволять себя обзывать и оскорблять — уважать не будут. Собственно, мы имели право крепко его там отделать, и должны были как минимум ему вмазать. Дракусик заслужил.
— Понятно. Ну пошли дальше. А чем это ты его приложил?
— Будет красоваться теперь рыжими волосами и веснушками, как у Рона.
Гермиона не ответила, только улыбнулась.
* * * * * *
________
На ужин Малфоя буквально затаскивали его амбалы, потому что снять заклинание, которое я наложил… скажем так, его даже обнаружить будет крайне проблематично. Драко с огненно-рыжими волосами делал вид, что его не существует, и кидал озлобленные взгляды в мою сторону.
Впрочем, близнецы, которые увидели Малфоя с огненно-рыжей шевелюрой, разорались на весь зал, клялись, что наконец-то нашли их потерянного брата, радовались как дети, и приглашали его за стол — Драко от этого шипел и плевался.
Тем не менее, очень много внимания было приковано и ко мне, а потом после небольшого ужина, мы отправились по домам. Мы с Гермионой шли к себе в гостиную, взявшись за руки, когда из-за поворота на нас буквально вылетел Снейп.
— Поттер! Быстро за мной!
— Где? — я начал озираться.
— Не придуривайтесь!
— Сэр?
Снейп недовольно сверлил меня взглядом и раздувал ноздри от гнева.
— Со мной к директору. Быстро!
— Дорогая? Нас вызывают к директору?
— Утром не могли, я уже спать хочу.
— А вас, Грейнджер, никто не звал. Идите. Поттер!
— Блэк, сэр.
— Это ещё хуже!
Пришлось идти — Снейп так или иначе декан и профессор, я обязан подчиняться. Мы дошли до кабинета Дамблдора — Снейп почти бежал, а я едва успевал за его широким шагом. Специально ведь издевается, скотина!
Пройдя через горгулью, мы оказались в уже знакомом кабинете Дамблдора. И на манеже всё те же — Люциус Малфой и его рыжий сын. Рядом с Люциусом была его жена, которая обнимала драко и было заметно, сильно за него волновалась. Нарцисса Малфой выглядела очень импозантно — лет тридцати с лишним, ещё молодая, красивая беловолосая женщина с максимально бесстрастным видом.
— Я привёл его! — сказал Снейп, обрадованно. Люциус вскинулся, смотря на меня пристально. И не менее пристальным вниманием удостоила Нарцисса, — теперь то вы не уйдёте от наказания, Поттер!
Я только посмотрел косо на Снейпа и потом на Дамблдора.
— Сэр, что случилось, что за спешка?
— Гарри, мальчик мой, — Дамблдор поднялся из-за стола, — ты наверное догадываешься, почему я тебя позвал?
— Нет, сэр. Если честно, даже не представляю.
— Ну Гарри, — улыбнулся старик в бороду. Видимо, ему издевательство над Малфоем тоже понравилось, хотя и нельзя было это показывать, — я говорю про новый имидж юного Драко. Не думаю, что рыжие волосы ему идут, разве что с лиловой мантией в горошек…
— Директор! — Люциус скрипнул зубами.
— Ах, простите, простите, мистер Малфой, что такое?
— Мой сын пострадал! На него напали!
Снейп злорадствовал. Я же делал дурака и смотрел на очаровательного Драко. А он неплох! Только веснушек многовато — надо будет убрать потом.
— Гарри, не мог бы ты объяснить причины своего поступка? — мягко спросил Дамблдор.
Он всегда был мягок, и сейчас тоже.
— Относительно нового имиджа мистера Малфоя? Хорошо. Я с супругой прогуливался по поезду, и заглянул в купе мистера Малфоя. Они были крайне нелюбезны, и изволили назвать меня и мою супругу грязнокровками.
Повисла тишина.
— Я, как лорд Блэк, Гарри Джеймс Блэк, не имею права спускать такое оскорбление!
— Верни ему нормальный цвет волос! — попросил Малфой.
— Цвет? — я удостоил Люциуса задумчивым взглядом, — хорошо, но только в том случае, если эти волосы, вместе с его головой, станут украшением моего кабинета.
— Это неприемлемо! — воскликнул он.
— Это как раз крайне гуманное предупреждение, что шутить с ним я не намерен. Оскорбление, которое он использовал против глав двух благородных родов — неприемлемо.
— Дамблдор!
— Я ничего не могу сделать, мистер Малфой. Всё, что творят дети в поезде — не относится к школе. Хогвартс-экспресс вне нашей юрисдикции, разве что министерства.
Идти на поклон к Боунс Малфой не мог — он «правая рука фаджа», а ещё привык решать вопросы взятками — что закончилось бы для него печально. Боунс взяток не брала, чем шокировала многих в министерстве, кто сразу пытался к ней подмазаться с деньгами и теперь отбывает срок в азкабане.
Малфой просверлил меня взглядом.
— В таком случае ничего кроме дуэли не остаётся!
— Дуэль? — я выгнул бровь, — Вот это да. Только силы как-то не равны. Как насчёт уравнять их? Директор?
— Да, мальчик мой?
— Я позову свою семью? Кричер!
Кричер появился с громким хлопком, чего раньше себе не позволял, и склонился в поклоне.
— Пригласи сюда Сириуса и Агату, пусть приходят камином, немедленно. Намечается дуэль с Малфоем!
Кричер так же с громким хлопком исчез, бросив презрительный взгляд на Малфоев. Этот эльф умел одним взглядом смотреть так, как будто тебя помоями из ведра окатили.
— Решил позвать своих? — фыркнул Люциус, уверенный, как видно, в своей победе.
Это он зря — Агата — лучший боец в Англии, не считая наверное самого Волдеморта и Дамблдора. А после того, как она получила магию алтаря Блэков — почти безграничную — больше, чем четыре алтаря Хогвартса вместе взятые — эта шебутная родственница стала и вовсе живым кошмаром и я бы уже на волдеморта не поставил, если бы им пришлось драться. Ну или один к трём не в его пользу. Сириус тоже заметно улучшил свои навыки — она его натаскивала дома, потому что он в Азкабане уже забыл, с какой стороны за палочку держаться надо.
— Может, выпьем чаю? Гарри?
— Не откажусь, сэр. А лимонные дольки будут?
За диалогом двух душевнобольных наблюдали все три Малфоя. И мы начали наворачивать лимонные дольки — отвратительно приторные конфетки. Я даже дал одну фениксу директора, который полетел к нам, и тот её схватил клювом. Птичка упорхнула обратно.
Люциус о чём-то быстро переговаривался с женой и сыном, шёпотом.
Через минуту появились из камина мои достойные родичи — Сириус Блэк, и изрядно похорошевшая и принарядившаяся Агата. Девушка улыбнулась, глядя на Малфоев, и их кислые мины.
— Гарри, что такое? Эй, у малфоев что, внебрачный сын от Уизли?
Люциус снова зашипел, видимо, пытаясь пародировать парселтанг. Но нет, ни одного слова не выучил, видимо. Хотя язык змей и простой для изучения.
— Мистер Блэк, — Дамблдор встал, — в поезде произошла небольшая накладочка… Мистер Малфой изволил оскорбить Гарри, и тот перекрасил его волосы. Так, что наша колдомедицина оказалась бессильна всё исправить.
— Что? — Сириус удивился, — что значит оскорбил? Директор!
— Назвал наш древнейший и благороднейший род Блэк — грязнокровками, — сложил я руки на груди. Агата заметно дёрнулась рукой к палочке. И так пригвоздила Малфоя взглядом, что тот аж отступил на шаг.
Сириус закаменел лицом. Одно дело меня назвать мудаком, дураком, и так далее — но другое дело — грязнокровка — это оскорбление всему роду. И за такое вендетта по полной программе.
Драко оказался не умнее Рона Уизли, который раньше его пнул и плюнул, как в какое-то чмо.
— Люциус, — Сириус холодно на него посмотрел, — Это правда?
— Какая разница? Я объявил дуэль.
— Гарри? — Сириус посмотрел на меня, — ну… Гарри конечно может, но я предлагаю выбрать по одному дуэлянту от семьи, и решить всё на помосте. Никаких непростительных, проиграешь — извинишься. Но шевелюру никто твоему сыну не вернёт. Победишь — снимем.