• Boosty Shared
• Bandileros

• T

• 18+
• гарри поттер

— Вот как? Как интересно, ну-с, молодые люди, — Дамблдор осмотрел всю шеренгу, — вы все знаете, почему вы здесь. Правилами хогвартса запрещены близкие отношения между учениками. Давайте разбираться. Уизли?

Тут встал Флитвик:

— Был пойман около гостиной Равенкло, вместе с мисс Кристал. Страстно целовались и его руки явно были под её юбкой.

— Вот как, кхм, — Дамблдор улыбнулся, — старосты факультетов, а ведут себя как хулиганы. Три дня отработок с мистером Филчем.

Перси было ужасно стыдно — он был очень педантичен и фанатично хотел устроиться в министерство, стать чиновником, а тут… тут подростковые гормоны его подставили. Он смущался очень сильно и краснел, точнее шёл красными пятнами. Мисс Кристал держалась намного спокойнее и поблагодарив за лёгкое наказание, отвела его в сторону от остальных.

— Мистер Джексон и мисс Линдберг, — сказала Макгонагалл, — очень настойчивая пара, вчера вечером мы их застали в пустом классе на третьем этаже, они явно намеревались продолжать…

— Я протестую, — сказал парень, по виду семикурсник, — во-первых — мы с седьмого курса, и люди взрослые, ну а во-вторых — мисс Линдберг моя невеста. Свадьба будет следующим летом, так что…

— Никаких так что, — сказала Макгонагалл, — вы могли потерпеть. Директор, что думаете?

— Обойдёмся словесным предупреждением.

— Директор! — воскликнула Макгонагалл.

— Минерва, не будь так строга. Ты же видишь, эти дети скоро своих детей иметь будут, зачем нам расстраивать такую замечательную пару?

Минерва поджала губы и отпустила их. Следующий из «особой партии» — это Анжелина Джонсон — сексапильная красотка, мастер в квиддиче и любимица публики, и парень курсом старше. Анжелина была на шестом курсе.

— Их поймала я. Целовались, тоже руки распускали, — сказала Спраут.

— Очень хорошо. Неделя отработок обоим. Седрик Диггори?

Флитвик снова похвастался, что поймал их лично, во время слишком далеко зашедшей сцены с поцелуями. Чжоу Чанг бросала на меня странные взгляды, и на Седрика. Сам парень был довольно… на мой взгляд, гордыни ему не занимать, а так — парень как парень.

— Неделя отработок с мистером Филчем, — сказал директор, махнув рукой им отойти.

— Мистер Поттер и мисс Грейнджер. Третьекурсники.

— Я их поймал, — заявил Снейп директору, — и судя по стонам, которыми мисс Грейнджер чуть не оглушила портреты в коридорах, они успели наделать много глупостей.

— Гарри, это правда? — Дамблдор посмотрел на меня с укоризной. Снейп всё-таки мой личный враг, мог и выставить в выгодном ему свете.

— Ложь.

— Да как ты…

Я посмотрел на Снейпа и продолжил:

— Я поставил заглушающие чары на дверь и помещение, так что профессор Снейп явно лжёт.

Дамблдор хмыкнул. А вот старшекурсники, которые тут были, слушали каждое слово.

— Я спросил тебя не об этом, Гарри, — тон у директора был мягким, как у психиатра, — вы успели сделать то, о чём мы тут говорим?

— Профессор, можно уточнить вопрос. Что именно?

— Мне пригласить мадам Помфри для проверки, или сам ответишь?

— А, ну… конечно, успели. Хотя мы и не торопились, сэр. Профессор Снейп пришёл только на четвёртый заход. Какая уж тут эрекция, — всплеснул я руками.

Гермиона пылала ушами. А вот Анжелина Джонсон присвистнула откуда-то из толпы старшекурсников.

— Вот как, значит, Северус всё-таки опоздал. Ну что ж, вас двоих ждёт увлекательный визит в больничное крыло, а потом я буду вынужден поставить в известность родителей мисс Грейнджер о назначенном ей наказании и его причине.

Гермиона ещё сильнее сжала мою руку. Я понял, что ситуацию нужно спасать:

— Сэр, её родители знают о наших отношениях. Летом профессора Снейпа вокруг нас не наблюдается, знаете ли, — я широко обнял Гермиону правой рукой за талию, — если вы понимаете, о чём я.

Дамблдор улыбнулся в усы, а профессор Макгонагалл возмущённо засопела прямо над душой.

— Конечно, конечно. И всё же, вы нарушили правила школы, и понесёте серьёзное наказание. Я вынужден лишить вас походов в Хогсмид в этом году.

— Но сэр! — Гермиона удивилась.

— Сэр!

— Никаких сэр, — возразил Дамблдор, — это окончательное решение. И вы оба отправляетесь к Мадам Помфри для диагностики и будете отбывать у неё свои отработки — до конца года!

Это было жестоко — отработка — это целый час пахать там. Мы не стали спорить — бесполезно. Дамблдор согласно кивнул и махнул рукой:

— Идите, начинаете отработку сегодня же.

* * * * * *

________

Слухи… что такое слухи? Анжелина Джонсон и все остальные участники разноса тут же бросились в свои гостиные, чтобы поведать о паре оборзевших третьекурсников и ужасном наказании. Так что уже через пятнадцать минут во всех четырёх гостиных Хогвартса девушки и парни пересказывали друг другу историю о том, что Поттер — во-первых повалил грейнджер, три или пять раз, а во-вторых — что они наказаны очень серьёзно.

Рон Уизли, услышавший такие новости, закашлялся. Болтала их Анжелина.

— Эй, Гарри не такой.

— Да ты что за него заступаешься, я сама там была, в кабинете, они вину признали.

— Э… У них любовь что ли? — спросил краснеющий Невилл.

— Очень деятельная, знаешь ли, — хихикнула краснеющая девушка, — ох он её там отодрал…

Невилл ушёл в астрал, а Рон… Рон Уизли надулся — ну и… лучшие друзья, нашлись… не могли сказать сразу, что у них такое.

Впрочем, его быстро увлекла игра в шахматы.

* * * * * *

________

Мадам Помфри уже не раз была мне спасителем, и у меня даже была именная койка — на которую меня всегда укладывали, поэтому сегодняшний визит был немного… неприятным. Гермиона вздохнула, отряхнула мантию, школьную юбку, и глянула на меня:

— Ну что, Гарри, пора встречать последствия нашей бурной ночки.

— И не говори.

— Жаль, что так вышло. Я бы хотела ещё повторить.

— А ты ненасытна.

— Не сегодня же, — фыркнула девушка, — на неделе. Только надо придумать, как.

— Придумывать ты всегда умеешь.

Гермиона первая вошла в больничное крыло и я за ней. Мадам Помфри уже ждала нас. Эта пухленькая пожилая ведьма неизвестного возраста — точно старше Макгонагалл, потому что она и Макгонагалл лечила, когда та училась в школе, встала, уперла руки в бока и махнула рукой:

— Поттер, Грейнджер, мне уже сообщали о вас. Проходите. Итак, Гермиона, иди за мной.

Помфри увела Гермиону в соседнее с общей палатой помещение, и вернулись они только спустя пять минут. Гермиона поправляла юбку, видимо, Помфри успела осмотреть её визуально.

— Мистер Поттер, вижу, вы не церемонились. Идите ко мне, молодые люди. Итак, я должна вас предупредить, что вам не следует заниматься сексом в школе.

— Мы знаем, — ответила краснеющая Гермиона.

— В школе об этом сразу же узнают — наложено табу, которое сообщит учителю о нарушениях. За пределами школы — например, в Хогсмиде, можете сколько угодно, это не страшно. Теперь о безопасности! — оскалилась медиведьма, — вы использовали заклинание против зачатия детей?

— Да, мэм, я использовал.

— Очень хорошо, очень. Как я узнала, это ваш не первый раз, верно?

— Ну начали мы летом…

— Можете не продолжать, — подняла она руку, — так что я могу отчитаться перед Альбусом, что вы предупреждены о последствиях?

— Да, мэм.

— Тогда спрошу прямо — что вы знаете о зачатии детей в волшебном мире? — это она спросила у Гермионы.

Я навострил уши.

— Ну… а разве оно отличается?

— Немного. Пары, которые хотят завести детей — используют специальное зелье, которое помогает процессу. Оно же может управлять количеством детей — хотя реже бывает естественным, так сказать, путём.

Помфри села за свой стол.

— После того, как ведьма заберемннеет, её, как правило, помещают в клинику Мунго, под специальные чары и зелья, и она засыпает.

Гермиона встрепенулась:

— Зачем?

— Магические выбросы матери могут навредить плоду, а эмоции в этот период неконтролируемы. Поэтому беременность проходит во сне, просыпаясь, ведьма получает на руки ребёнка, и не испытывает никаких тревог и боли в процессе деторождения. Многие, знаете ли, боятся. Но далеко не все сразу засыпают — хотя медицина рекомендует сделать это на втором месяце беременности.

— И со мной так же?

— Да, мистер Поттер, ваша мать легла в Мунго через месяц после вашего зачатия. Вы встречали хоть одну беременную ведьму?

— Нет, никогда.

— То то и оно, мистер Поттер. Мисс Грейнджер, даже если вы стали меньше бояться деторождения — я решительно не рекомендую этот процесс — он серьёзно навредит вашей магии, пока она не закончила формироваться.

— А когда…

— В семнадцать, примерно, лет — когда вы выпуститесь из школы, можно приступать, если будет желание. Мистер Поттер, я ведь надеюсь на вашу исключительную порядочность…

— Мэм, Гермиона моя жена, и я люблю её, — я обнял Гермиону за талию, — конечно, вы можете рассчитывать на порядочность.

— Жена?

— Да, мы принесли клятвы у алтаря рода Гермионы этим летом.

— Рода Гермионы? — помфри ещё больше заинтересовалась.

— Гермиона чистокровная. Теперь — я…

Я рассказал мадам Помфри, как стал наследником и лордом Блэком, про недоделанный алтарь, про то, что я завершил работу деда, и про то, как очистил алтарь нейтральной магией, а потом привязал его к Гермионе.

— Таким образом Гермиона — абсолютно чистокровна, ни единой связи с волшебными семьями. Идеальная жена.

— Да и для вашего потомства будет непросто найти пару, — хмыкнула Помфри, — за них передерутся!

— Мэм, я не понимаю, — Гермиона смущалась, но она уже привыкла к мысли, что дети — это обязательно, и никакого шанса не рожать у неё нет, — почему?

— Потому, милочка, что генеалогия — главнейшее в выборе невесты или жениха. Именно поэтому в среде чистокровных нет свободы выбора — нельзя жениться на ком попало, и замуж за кого попало идти тоже. Магия родителей передаётся ребёнку — а так как волшебный мир ограничен… магия не любит, когда брак родственный, даже если родственники не очень близкие. Это не магловская генетика, это магия — у неё своя наследственность. А ваши дети будут ближе всего к вам — они наиболее чистые с волшебной точки зрения и все, кто не в близком родстве с вами — могут претендовать. Пожалуй… — задумалась Помфри, — стоит исключить семьи Лонгботтом, Гринграсс, Блэк, поскольку предки Гарри из этих семей.

— Предки?

— Ваша бабушка блэк, её мать, пробабушка — из семьи Гринграсс. Мать вашего деда — Лаура Лонгботтом, приходящаяся тётей ныне здравствующей Августе Лонгботтом. А так да.

— Вы хорошо знаете генеалогию.

— Я здесь давно, да и как колдомедик должна знать такие вещи. Что ж, если угодно — то можете заниматься любовью в больничном крыле.

— Мэм? — воскликнула Гермиона.

— Больничное крыло отделено от чар табу. Здесь нет никаких следящих или оповещающих чар, и собственная система безопасности, отдельная от остального Хогвартса. Ну раз вы муж и жена, то я не против, — махнула рукой добрая старушка, которую мы оба обняли и расцеловали в щёки.

— Спасибо, — улыбнулась Гермиона.

— Вижу, это больше вам надо.

— Ну не то чтобы… — смутилась Гермиона, — но я просто…

— Влюбилась в процесс, — хихикнул я, — совсем не гордо, но зато искренне.

— Да, — призналась она.

— Но только после того, как закончите помогать, — хмыкнула вдруг Помфри, — а то разбежались!

— Что мы можем сделать?

— Для начала — будете приходить каждый день после шести вечера и помогать мне. Потом мы решим, что делать дальше. А сейчас идите.