• Boosty Shared
• Katren134

• T

• gothic
• готика

Всем большой привет, мои дорогие.

Здоровью стало чуть хуже, поэтому завтра беру вынужденный выходной, чтобы суметь отлежаться за эти выходные. Но не переживайте, в понедельник получите сразу две главы.

Спасибо за понимание, и приятного чтения!

Глава-57-Квартет-почти-в-сборе.fb2

Глава 57 - Квартет почти в сборе.docx

То же место, то же время.

— А мы? — после генеральских слов на лицах его подручных появляется полнейшее смятение — широко распахнутые глаза, воздвигнутые на лоб брови и чуть приоткрытые рты. Их удивление понять легко — шли махаться с зазнавшимся бароном, а в итоге он будет гонять винище с боссом?

— А вы идите и потолкуйте с Ярвисом, — через плечо бросает генерал. — Перво-наперво он должен был доложить мне, а не разбираться самому! Что из этого вышло… Ладно, Хильд. Пойдём.

Ли разворачивается на каблуках сапожищ и спускается по широкой каменной тропке на средний, между этим и нижним, уровень. Я же, протискнувшись мимо его людей, смотрящих на меня с неприкрытой враждебностью, спешу за ним. На развилке генерал сворачивает к охраняемому проходу, и уже через десяток шагов мы оказываемся в его покоях. Да-а… Этот человек, похоже, самый скромный каторжник из всех прочих, за исключением магов. Комната Ли была выдолблена из камня и имела откровенно мало удобств — шаткая кровать, набитая соломой, никаких подушек и только тонюсенькое одеяло. Стол, несколько стульев и небольшое количество глиняной посуды, среди которой явственно выделялся один серебряный кубок. Пускай тот и был не из золота, но выглядел… Боже мой! Изящная ножка, переходящая в чашу, инкрустированную рубинами, что были ласково укрыты виноградными лозами. У Гомеза такого богатства не было отродясь.

— Понравился? — спрашивает у меня генерал, проследив за направлением взгляда. — Я получил его за кампанию в Варанте, за особые заслуги перед страной… Ну, то известная история.

— Только глупец откажется послушать такую историю из уст того, кто её творил, — значительная доля лести и небольшой крючок, дабы выудить побольше информации об этом генерале. Увы, но после того случая с паладинами, выставлять себя ещё большим глупцом никак не могу. А Ли, судя по всему, личность очень известная.

— Ха-ха-ха, — коротко смеётся генерал, отодвигая один из стульев и указывая на него мне раскрытой ладонью. — Ты бы хорошо прижился при дворе, парень. Ничто не продвигает по службе так сильно, как вовремя и к месту сказанные, мгм, тёплые слова. Присаживайся, а я пока налью нам выпивки.

— Я больше сторонник практической пользы, — пожимаю плечами, послушно усаживаясь за стол. Ли в это время поворачивается ко мне спиной и подходит к шкафу, из которого на свет появляется чуть пыльная винная бутылка. Один удар сердца, и генерал разливает содержимое по глиняным кружкам. — Тёплые слова, генерал, редко выигрывают битвы. Но и сделать собеседнику, которого уважаешь, приятно — вовсе не зазорно.

— Хо-о… — генерал удивлённо смотрит на меня и садится напротив, пододвигая ко мне одну из чашек. — Пожалуй, парень, ты в разы лучше королевских лизоблюдов при дворе. Мы бы с тобой точно ужились в одном замке. Ну, за что выпьем?

— За то, чтобы у нас всё получилось, — произношу я, поднимая кружку. Генерал отвечает ухмылкой и чокается со мной. Опрокидываю содержимое чашки в рот и на вкус это нечто слегка сладкое, но достаточно крепкое. Привкус алкоголя явственно ощущается на языке. — И, раз уж мне подвернулся такой случай… — выуживаю из сумки письмо Равена и передаю его генералу. — Вот, это от Рудного барона.

— Рудного барона? — Ли вопросительно приподнимает бровь, но принимает бумагу. Разворачивает и быстро вчитывается в текст, шепотом зачитывая его вслух. — Ты сам это читал?

— Нет, — пожимаю плечами.

— Тут написано, что Старый лагерь надеется на дружеские отношения с Новым и всячески выражает готовность идти на компромисс в старых нерешённых вопросах, — продолжает наседать на меня он. — Что должно было случиться с Гомезом, чтобы отправить такое мне? Это какая-то шутка?

— Гомез мёртв.

— Он… что? Этот ублюдок помер? Как!? — восклицает генерал Ли.

— М-м… у него, скажем так, внезапно развилась резкая непереносимость металла, — развожу руками. А что тут ещё скажешь? Откровенно признавать, что новое руководство лагеря зарезало старое как свинью, мне не хотелось. — Похороны были этим утром.

— Ха-ха-ха! — генерал Ли громко хлопает ладонью по столу и заходится в приступе безудержного смеха. — Ха-ха! Боже милостивый! Гомез, ха, помер! Да если об этом узнают в лагере, то гулянка по этому поводу будет минимум недельная!

Н-да. Гомез нажил себе настолько много врагов, что… есть вообще хоть одна душа, которая вспомнит его добрым словом? Впрочем, сейчас вовсе не об этом. Приходится прождать некоторое время, пока генерал полностью не успокоится. Он то прекращал смеяться, то, задав пару уточняющих вопросов, вновь возвращался к этому моменту.

— Хух! — громко выдыхает он, откидываясь на спинку стула и устремляя взгляд на каменный шероховатый потолок. — Такой ублюдок и так бесславно помер… Удивительные дела происходят нынче в колонии. То демон найдётся, то, ха-ха, Гомез копыта откинет. Ну, туда ему и дорога. Пусть демоны Белиара вдоволь отыграются на нём за его подлую душонку. Но ты ведь, Хильдебранд, не за тем пришёл к Сатурасу, чтобы вести с ним праздные беседы, так?

— Тебя, генерал, не проведёшь, — позволяю лёгкой улыбке растянуться на лице и чуть отвожу взгляд в сторону. — К сожалению, Старая шахта обвалилась. Погибли шахтёры. Вся руда осталась на глубине. Нам нечем расплатиться с королём…

— Ясно, — протягивает он. — Значит, ты пришёл за рудой к Сатурасу… Что ж, это понятное решение. Ведь кто только не слышал о моей ненависти к королю… Но знай, — на этих и последующих словах он вперивает в меня немигающий взгляд, полный гнева и ненависти. Казалось, что клокочущая в них ярость вот-вот сожжёт меня. Но не я был ею целью, не я. — Хоть я и растерял остатки любви и уважения к этому человеку, я патриот Миртаны. И точно не хочу, чтобы она пала к ногам этих зеленошкурых уродов. Так что, Хильд, я помогу вам в этом деле. Но! Может сложиться так, что мне самому потребуется помощь от одного конкретного мага Огня… Смекаешь?

— Приложу все силы для этого, — согласно киваю. Не в том я положении, чтобы разбрасываться такими людьми. А ответная услуга… Ну, посмотрим, что там загадает генерал для меня.

— Вот и славно. Что касается нашей доли, то…

— Сатурас уже попросил половину для Нового лагеря, — перебиваю его. Пусть сами между собой решают, кто и сколько себе возьмёт. Ли понимающе хмыкает. — А ещё у меня возник вот такой вопрос… Нужны ли вам свободные рудокопы? И как насчёт налаживания прямой торговли между нашими лагерями? В разрезе предстоящих событий у нас нет никакой нужды цепляться что за руду, что за какие-то иные запасы. В скором времени мы выступим одним фронтом перед лицом страшного врага, и ты, генерал, как никто другой понимает, что фронт должен быть одинаково силён во всех местах. Болотники, думаю, нас только поддержат.

— Хм… Озадачил ты меня, Хильдебранд, — с ноткой веселья в тоне произносит генерал и, поднявшись со стула, протягивает мне сухую и крепкую ладонь. — Предложений было высказано масса, и каждое по-своему, хах, интересно. Но я должен обдумать всё это и поговорить со своими людьми.

— Понимаю, — еле заметно склоняю перед ним голову. — И не тороплю с ответами. Я вернусь сюда через пару дней, чтобы ещё раз поговорить с Сатурасом.

— Хорошо, — отвечает он, крепко стискивая мою руку. — К тому времени я подготовлю ответы.

На этом наш разговор подошёл к концу. Генерал на поверку оказался весьма занятным малым — прямолинейный, не любит лести и при этом искренне ненавидит королевскую власть. Узнай он, что я засланный Робаром казачок, то… навряд ли бы генерал вставлял нам палки в колёса — слишком умён для этого. Но и о дальнейшей даже минимальной дружбе, без попыток объясниться, можно было бы забыть. Ха-а, и почему я только не поинтересовался тогда о задании? Хоть знал бы, о чём изначального Хильда просили. Но да хрен с ним.

Покидаю покои Ли, и прямо передо мной из ниоткуда возникает высокий и чернокожий наёмник. Он скрещивает могучие руки на груди, и от каждого движения видно, как под его кожей перекатываются мышцы. На туловище надет типичный наёмничий доспех — собранный из остатков брони стражников Франкенштейн с добавлением большого количества пушистого меха из всех щелей. Руки, от середины плеча и до пальцев, были полностью открыты. А вот ноги, наоборот, были хорошо защищены. Из-за спины выглядывала рукоять громадного двулезвийного топора, который больше подстать орку, а не человеку. На лицо же… настоящий разбойник. Иначе и не скажешь. Короткий, но большой, практически распластанный нос, толстые губы и широкая полоска чернющих усов над ним.

— Это ты тот тип, который наших руками разметал у ворот? — спрашивает он. Что удивительно, но агрессии или чего-то подобного в его тоне нет и в помине.

— Я, — коротко отвечаю правду.

— Пойдём! — восклицает он. — Померяемся силой!

И, не дожидаясь моего ответа, здоровяк разворачивается и направляется в сторону одного из костров наёмников, на ходу выкрикивая: “Тащите стол, Белиаровы выродки!”. Ну, это что-то забавное… Когда приближаюсь к нему, то всё уже готово: парни разместили стол на более-менее ровной поверхности и подкатили к нему пару бочек, чтобы нам обоим можно было усесться. Древесина неистово скрипит под весом гиганта, но удерживает его.

— Ну? — нетерпеливо выдыхает наёмник, ставя правый локоть на столешницу.

Принимаю правила этой игры и размещаюсь напротив наёмника, так же выставляя руку вперёд. Его длинные пальцы обхватывают мою ладонь железными тисками. Один из собравшихся вокруг нас наёмников выходит вперёд и кладёт обе ладони на наши руки.

— Итак, господа! — громко произносит лысоватый наёмник. — Небывалое зрелище! Целый баро-он про-отив… ГО-ОРНА! Делайте ставки, пока не стало слишком поздно!

Вы хотите мне сказать, что эта оглобля напротив меня и есть тот самый Горн, к которому меня послал Мильтен? Хах, у судьбы есть чувство юмора. Впрочем, хороший шанс испытать что себя, что самого наёмника. А дальше проходит ещё пара минут перед тем, как поток желающих поставить ставку наконец-то иссякает. И, к слову, на меня поставило двое или трое, а вот на Горна — больше двух десятков точно.

— Вы готовы? — спрашивает наёмник, водя щетинистой мордой между нами. — Ита-ак! Раз! Два! Три! НАЧАЛИ!

Наёмник моментально бросается в бой и со всей силы наваливается на мою руку, пока собравшаяся вокруг нас толпа громко скандирует его имя. Не успей я среагировать, победа точно отошла бы ему, а так… мы ещё побарахтаемся. Постепенно, для большей драматичности, начинаю теснить Горна — каким бы сильным здоровяк ни был, но с троллем ему самой природой не дано сопротивляться. Здоровяк же, задорно хмыкнув, прикладывает ещё больше усилий, и расклад кардинально меняется — теперь уже моя рука неуклонно стремиться к деревянной поверхности. Похоже, что не я один тут балуюсь эликсирами! Но к чёрту! Сжимаю его руку ещё крепче и уже со всей своей мощью тяну его влево! Горн сильно жмурит глаза и практически ревёт от натуги, но его кисть с грохотом обрушивается на поверхность стола. Самого гиганта повело в сторону, но тот сумел удержаться на месте.

— Ух, — произносит он под гробовую тишину. — Я как будто с троллем в схватке сцепился… А ты хорош, мужик!

— ДА-А-А! — кричит кто-то из толпы. — Не зря на барона последнее поставил!

— Горн, ты нахер ему поддался, а? — произносит ещё один наёмник, шлёпая ладонью по спине здоровяка. — Ты бы…

— Ещё слово, Дит, и я тебе руку оторву, — бурчит Горн и обращается уже ко мне. — Ты, наверн, слышал, но меня зовут Горном. А тебя как?

— Хильдебранд, — отвечаю ему, и наёмник сплёвывает вязкую слюну в сторону. Судя по крику, она попала кому-то на ботинок.

— Сложное имечко, — хмыкает тот с ухмылкой. — Но тебе подходит. Ну, будем знакомы! Айда за мной…

Поднявшись с бочки Горн влёгкую нависает над большей частью остальных наёмников, среди которых началась небольшая свара из-за того, кто кому и сколько должен заплатить. Великан рассекает толпу подобно ледоколу, и я устремляюсь за ним в образовавшуюся брешь. Один шаг, второй, третий, и теперь можно вдохнуть полную грудь свежего воздуха — время, судя по небосводу, уже перевалило за обед. Ну да, важные разговоры они такие, сжирают не одну и даже не две минуты. Пока то, пока сё… Ноги сами собой несут меня за наёмником, пока тот, согнувшись в две погибели, не заходит внутрь белокаменного домишки.

— Осторожно, ступени! — слышится его бас из дверного проёма, и я тут же опускаю взгляд. И впрямь, три ступеньки уходят вниз.

Внутри дома Горна куда просторнее, чем казалось на первый взгляд — заселившись сюда, наёмник видно выкопал половину кубометра земли точно, чтобы опустить уровень пола. Лишь так он с комфортом смог поместиться здесь. В это время Горн присаживается на безногую кровать и со стоящего подле неё тумбу подхватывает бутыль с вином. Откупоривает пробку и выливает половину жидкости в себя, и затем протягивает её мне. Повторяю его жест, если поморщусь или откажусь — могу его обидеть. И… Горн подсунул мне то ещё пойло. Крепкое и забористое настолько, что меня сразу замутило. Не от алкоголя, нет. От пронзительного привкуса.

— Ха-ха, наш человек! — восклицает он. — Брось куда-нибудь, я потом приберусь… Ну, Хильд, ты мне вот что скажи… Ты реально барон?

— А то ж, — хмыкаю я, аккуратно приставляя пустую бутылку рядом с собой. — Самый настоящий, рукоположенный всеми остальными.

— Хоть один нормальный мужик среди этих остолопов появился, — Горн с довольным лицом хлопает себя по бедру. — И как раз вовремя, если последние события учитывать…

— Так ты в курсе? — вопрос вырывается сам собой. Казалось, что осведомлены будут только верхние круга… Значит, Горн не такой простой, каким хочет показаться.

— Не всего, понятное дело, — отмахивается тот. — Сатурас очень дозированно делится информацией с теми, кто не является членом его круга. Но про демона и юниторы — да, знаю… Последний я и добывал. Ух, хреновы гоблины… Ненавижу мелких тварей. Целюсь по ним плохо.

— Тебе бы что-нибудь побыстрее секиры взять, — ухмыляюсь и в очередной раз лезу в сумку за письмом. Теперь моя почтальонская смена точно закончилась. — И, кстати, держи. Мильтен попросил передать его тебе…

— А ну-ка! — Горн нетерпеливо выхватывает письмо прямо из моих рук. — М-м, интересно… Мильт пишет, что ты собираешь свою команду, и мне может быть интересно с тобой поработать. Для чего тебе отряд?

— Барьер скоро рухнет, и для всех бывших каторжников настанут тяжелые времена. Так или иначе. Лично мне светит прямая дорога в церковь Инноса, а там царят особенные порядки. Не такие вольные, как здесь, — произнесённая некогда речь легко ложится на язык. — И мне без верных друзей, что будут готовы взять на себя разную грязную работёнку, никуда. Мильтен и Диего уже согласились.

— Остались, значит, только мы с Лестером, — хмыкает наёмник, комкая исписанный пергамент. — Порученцы при маге Огня, значит… По сути, Хильд, это ничем не будет отличаться от моего положения при Сатурасе. Даже, наверное, похуже будут дела обстоять. У тебя какой круг?

— Через несколько недель возьму четвёртый.

— У-у, силён, — Горн несколько раз кивает головой, оценивая меня. — Значит, пара лет туда-сюда, и будет пятый… М-м, если заплатишь мне сполна, я буду готов потерпеть это неудобство.

— С тобой разговор вести куда проще, чем с Диего, — хмыкаю я. — По рукам.

— Мы, наёмники, романтикой как старый прохвост не страдаем, — отвечает он. — Покуда будешь мне платить — я с тобой.