Карма Чакры 4. - Шаг 87
* * *
На любой выбор III.
* * *
Рьючидо. Глубины.
* * *
А тем самым временем…
События в испытательной камере подземной базы Рьючидо тянулись густое и мало подвижное время, пахшее привычно местной лабораторией и медицинскими препаратами, а также незримой, но вездесущей округой насыщенной аурой практически, — (исключая заглушки Фуиндзюцу) — всепроникающей сен энергии.
Свет от призрачных ламп ирьо-зелёного цвета отбрасывал зыбкие тени на стены лаборатории, высеченные через породы глубокой подземной скалы. Здесь, в сердце активно работающей исследовательской базы Узумаки, время текло по проверенным данным однозначно иначе — троекратное иначе — медленно и спокойно, опять таки, троекратно против обычного мира Шиноби, словно густая венозная кровь неспешно стекая по вскрытой кунаем вене.
В центре исследовательского зала, зажатый в сложные датчики пут из проводов окружающих допотопных мед-приборов, печатей и пассивных регистраторов чакры, стояло закреплённое тело некогда бывшее Шисуи Учиха. Его левый глаз, словно одинокий пылающий уголёк во тьме, был широко раскрыт. В нём "горели" два черных Томоэ-зрачка Шарингана, неестественно яркие на инверсии, будто выжженные раскаленной иглой паяльника по красному дереву.
Инкарнатор, в простом рабочем ирьё-халате, испачканном реагентами, завис напротив своего безвольного пациента, его пальцы постоянно скользили в миллиметрах у висков черноволосого юноши бывшего Учиха, испуская тончайшие нити изумрудно-зеленой чакры.
— Интересно… Очень интересно, — тихо бормотал он, всматриваясь в глубины зрительных нервов подопечного. Бьякуганом. Золотым додзюцу. Первое наперво: На молекулярном уровне ответственно изучая своего ценного подопытного.
Переключая видение Бьякугана всё глубже и глубже: С каждым уровнем детальнее проникая взглядом в тело пациента. На недостижимом уже для Шарингана и его предела молекул, — (канона битвы Саске против Дейдары), — пороге прозрения клеток. И много глубже.
* * *
* * *
— Хм. — сравнивал данные Узу-Сэннин с теми что помнил из всех источников.
— Нейронные связи, ответственные за копирование, активированы на восемьдесят шесть или около того процентов. Но латентная проводимость… Она выше, чем в любом мною задокументированном ранее случае. ВООБЩЕ. ЛЮБОГО. Включая и мой прототип — Хьюгу Ичиро. Ты же чувствуешь это, Шисуи? Ты чувствуешь, как твоё зрение жаждет дальнейшего движения в своей эволюции глаз, м?
Черноволосый юноша не отвечал. Он был лишь молчаливой марионеткой, пустой оболочкой, чьи навыки тела, — (включая ошмётки былого сознания), — остались утопленником в глубинах генетической памяти клеток организма на уровне ДНК, которую с каждым днём всё сильнее будил в нём Вакаши. С каждым днём всё быстрее.
Как вдруг…
Внезапно ирьёнин резко отдёрнул руку и чихнул, прямо на лицо юноши, громко и неожиданно для себя с лихим "спрейем" слюны.
— АА-ПЧКХИ! — эхо раскатилось по каменным сводам и ударилось о стены несколько раз рикошетом.
— Ёкарный… крот! Кто-то "добрый" точно меня вспоминает! — протёр переносицу, а затем вытер губы рукавом Вакаши, и на его лице на мгновение мелькнула тень некой улыбки. — Хех! И явно не последними словами, поминает. Наверняка, это наша прекрасная Цуна-сама, познавшая, — (согласно заметке Хаэро), — горечь от благодарности лупоглазого клана Учиха. Основателей мать их Конохагуре нашего Сато. Жаль, что её талант пропадает впустую на таких безнадёжных ебл… случаях отрицательной селекции, … аутизма спесивых наследников Индры куна.
Взгляд Узумаки снова обратился к Шисуи, вытер слюну с необременённого интеллектом лика подопытного и отбросив лишние мысли принялся дальше изучать по сути уже "собственный" Шаринган. Работы предстояло мягко говоря дюже много поскольку сей Шаринган и именно этого представителя Учиха был действительно уникальный и не-похожий на все остальные в мире от слова "СОВСЕМ".
А потому-то изучение означенного красного глаза в потенциале вершины развития его до стадии Менгекё есть, — (внимание, барабанная дробь в честь внука Кагами и наследника генов Индры), — Четыре-Томоэ-Зрачка… продолжалась.
* * *
* * *
Восемь часов спустя.
Подземная база-лаборатория.
Позже…
В сырых тюремных казематах Рьючидо уже немного успевших обзавестись аурой страха подопытных кумо-нинов. Вакаши, сменивший рабочее "кимоно вивисектора" на привычное одеяние шиноби, неспешно шел вдоль ряда клеток. В одной из них сейчас перед ним на полу был развернут Свиток Хранения Пленных, из печати которого по команде импульса чакры Сэннина немедленно материализовались три фигуры.
Одна за другой.
Первой шикарной фигурой появилась Самуи. Та самая блондинка-капитан из Кумо, которую ранее пленил фуинщик. Её безупречная форма джонина была уже немного помята, лицо бледно, но в глазах куноичи горел стылый огонь презрения с небольшой толикой страха. Пока, небольшой.
За ней, дрожа, возникли ещё трое генинов — её подопечные — юноши в колличестве двух экземпляров четырнадцати лет. И одна девица, не старше пятнадцати.
— Проснись, красавица. — голос Вакаши прозвучал довольно мягко, почти дружелюбно, но в тоже время в оной мягкости таились и стальные ноты опасной — уже взведеннной пружины некоего смертельного механизма. (Сдерживаемого маской вежливости, пока что сдерживаемого).
Самуи резко подняла голову, пытаясь вскочить, но… цепи с блокираторами чакры грубо дёрнули её назад, прижав к холодной стене каменного мешка тюремной клетки.
— Ты… Узумаки. К-кх, к-ха. Проклятый палач-ш. — прошипела она.
— М-да. Собственной персоной. Рад, что меня теперь узнают даже в столь отдаленных краях как селение скрытое в облаках. Поверьте, уважаемая. Это лестно. Правда. — (Вакаши подошёл ближе, и невольно зловещая его тень накрыла её). — У нас с вами есть дела, милая дама. Вы будете тренировать моего подопытного. Научите его всему, что знаете о стихии Райтона. Естественно, включая и вашу версию "Райтон но Йорой". Плюс, конечно же и ваши навыки искусства кендзюцу танто… Все.
— И с чего бы мне это делать, Монстр? Особенно для тебя? — в её голосе звучала ненависть. И ещё "что-то" неясное. (Может, презрение?) Но лишь пока, неясное.
— А с того милая дама, что у вас есть выбор. И ЭТО. Хороший так сказать вариант… — Вакаши сделал паузу, давая словам просочиться в её сознание. А затем резко перешёл с формального на более грубый подход. — Ты сотрудничаешь. Ты учишь. И! Как следствие! Твои генины остаются живы и здоровы. Правда здорово?
— К тому же. — добавил беловолосый Учёный. — Твоим подопечным, и тебе в конце концов, мы безопасно, плюс весьма безболезненно просто сотрём память об этом удивительном месте. А дальше всё просто. По одному, в качестве жеста моей доброй воли, отправим всех вас домой. Но. Именно ты красавица вернёшься самой последней, потому что гарантировать нашу… взаимную… скажем так, "честность", нам с тобой жизненно важно необходимо.
Учёный ирьёнин наклонился так близко, что она почувствовала его дыхание.
— А теперь, слушай внимательно… плохой вариант: Я вырву из твоей головы все твои техники с помощью ментальных личных Дзюцу. "Да". Это будет до-о-олго, и больно. К тому же, навсегда оставит тебя с больным воображением. Это — Минимум! — холодно продолжал нагонять тьмы Беловолосый. — А вот потом… Потом, поскольку между нашими Гакуре война, а ты, моя дорогая, здоровая и плодовитая куноичи, убившая не одного моего товарища и знакомых… Ты и твоя маленькая сучка-генин станете… ИНКУБАТОРАМИ! Вы будете рожать, и рожать, и рожать! Восполняя потери Конохи. Ваша жизнь превратится в кромешный марафон оплодотворения.
Узумаки выпрямился и посмотрел на бледных, трясущихся от ужаса генинов.
— Мальчишек же… Видишь ли, у меня есть давний исследовательский интерес к приживлению Кекке-Генкай. "Лавы", и "Жара"… Смерть в таких экспериментах честно скажу — это недопустимая роскошь, Самуи чан. Поняла, м? Скажу тебе ещё больше. Это дар, избавляющий от вечной агонии. А в самом конце, перед их смертью, я вытащу из их мозгов имена их родных, и ваших проклятых кумо-друзей. А затем, приду за ними. Из-за мести Узушио. И особенно, ради мести Райкаге за вашу попытку похитить мою женщину… жену. Жалости не будет.
Он снова посмотрел на неё. Во взгляде Узумаки, казалось не было сейчас ни злобы, ни удовольствия. Только холодная как чакро-сталь страны Зимы, некая непреодолимая целесообразность учёного испытателя. И неотвратимое наказание палача.
— Ну? Что выберете, уважаемая куноичи? Сотрудничество. И жизнь для всех вас? Комфортную! Или — отказ? И, … невероятно долгие муки лично для вас. И особенно ваших подопечных, в кеккей-генкай "Преисподней"?
— К-какие гарантии? Что, … Ты не обманешь? — запинаясь спросила блондинка.
— Никаких гарантий. Только достойное обращение. Или же — Наоборот! Всё будет жёстко — Больно и долго. Это. Обещаю, "Да".
Прошло несколько тихих и во всех смыслах мандражирующих минут, показавшихся для генинов вечностью прежде чем Самуи сглотнула, её взгляд, полный горести такой ситуации, отчаянно упал на испуганные лица своих подопечных шиноби — подростков головорезов воспитанных волей шахтёра безумца Эя Райкаге. Того кто и развязал эту войну.
— Ты… Монстр. — выдавила она, и в её голосе уже не было огня, только холод.
* * *
* * *
— Да… Я буду сотрудничать с тобой. Монстр. Ты ещё больший ублюдок, чем по слухам даже Орочимару.
(Меняющий из рук всех кто предложит живой ценный товар, на всякие разные скажем так гнусности).
— Хо? Хвалю. "Этот" ответ —
Правильный, сучка Райкаге. — Вакаши аккуратно, почти мягко, провел пальцами по её щеке. Она содрогнулась от прикосновения, но не отпрянула. Даже фыркнула… С неким вызовом. Немного. Заносчиво.
И тем самым определила судьбу.
Свою и остальных подопечных.
* * *
Четыре…
Плюс ещё сверху восемь часов спустя, наконец-то, как ментальный допрос, так за ним и отработка навыков на полигоне были практически завершены.
Техники Яманака понятное медленно, но с согласия блондинки верно делали своё дело.
И вот.
Вакаши таки получил базовое, теоретическое так сказать понимание принципов Райтона от пленной кумо-куноичи — блондинки Самуи.
И этого пока что было более чем достаточно.
Особенно… для начала развития Шарингана Шисуи с его бюджетным Два-Томоэ Зрачком. И как следствие ограничением скорости восприятия битвы уж точно на скоростях ниже уровня-S.
Вначале, нужно было достигнуть хотя бы уровня-А и иже "Шуншина". Затем получить Шаринган Три-Томоэ.
И только потом брать новую высоту…
Но тут всё правильно. Тут, как говорится "Кто спешит, тот и людей насмешит", а потому "Всему своё время".
На тренировочном же полигоне спустя ещё пару очень потных часов, последние несколько тысяч попыток беспрерывно искрились молнии.
Вакаши в большей из-за чакро-запасов и его марионетка, Шисуи в меньшей степени, двигались в странном, почти синхронном танце повторяя до миллиметра движения друг друга. Чисто физически. Переходя на спарринг между собой время от времени по принципу боя с тенью, за исключением того, что оба были из живой плоти и крови (Райтоном, пускай и самую малость, но уже похожими оттенками чакры).
Пальцы Шисуи из-за врождённо большей предрасположенности Райтона, под управлением воли Вакаши, высекали в воздухе короткие, яростные разряды. "Да". Пока ещё они были ощутимо грубы, не везде чётки из-за медленной адаптации тела Сэннина к новой стихии Молнии, но в них уже чувствовался постепенный рост смертоносной мощи данного Элемента Молнии.
Причем данный прогресс был по меркам даже клана Учиха достаточно прогрессивным в своей скорости обучения.
А совместно с Шисуи через его донорский Шаринган ещё дублировал в силу навыков все упражнения сам Инкарнатор. Постепенно подстраивался. Но уже в родном… в теле Наследника ичизоку Узумаки.
Вакаши оттачивал аналогично, одно за другим движение стихии "Райтона", также заученное им в сознании Самуи, вживляя его прямо в подкорку мозга и память рефлексов собственных мышц через доппеля суррогата Шисуи.
(Вживляя его прямо в мышечную память и "куклы").
Это был жутковатый спектакль: молнии, рождаемые руками мальчишки-марионетки, под холодным взглядом его кукловода-хозяина.
Первый Ооцуцуки за вторым "суррогатом"… Повторяли друг друга на спарринге.
Они быстро осваивали стихию Райтона между собой.
Как одна душа разделенная на два тела сразу.
* * *
И именно в этот момент…
Один из клонов разведчиков, дежуривших в Не-Рьючидо, прислал плановый импульс через микро-разлом.
Естественно…
Такой сигнал был согласован заранее для разведчиков буншинов в нужное время. Соответственно как и план выхода связи.
Но как оказалось на этот раз новости были по своему нестандартными. И мягкого говоря минимум интересными именно что для наследника Узумаки.
А меж тем буншин разведчик выдал краткий доклад.
— «Обнаружен странный субъект. Опасность ранг-S. Белый Зецу. Вышел на контакт по собственной воле. Утверждает, что имеет для тебя ценное предложение». — развеялся клон под конец полностью передал послание. Плюс дал визуальный пакет информации с координатами места и время для деловой встречи с "Растением" по прозвищу Белый Зецу.
(Ибо чакра закончилась у этого разведчика летуна, но в итоге он свою миссию выполнил и передал новости от опасного белого Мокутон "Существа").
* * *
* * *
Инкарнатор же замер, прекратив спарринг.
Молнии на руках Шисуи тоже быстро погасли.
В глазах самого Узу-Сэннина вспыхнула опасливая, но некая тень интереса, холодная и острая, как лезвие его танто.
Паранойя конечно опять обыденно начала яро и въедливо подавать святые признаки истерики, паломничества предосторожности, вкупе взятия уже нового — 92 уровня гуру мастерства.
Но вместе с тем.
И…
Ценная добыча похоже сама шла в руки.
Как и Война, казалось, снова собиралась нанести Сэннину ещё один, совершенно неожиданный ход конем "кавалерии" в мировой партии шоги.
Но вот вопрос? Будет ли данный ход — ПРОХОДНЫМ?
Или это хитрая воля лидера… Акацуки?
Истинного Лидера.
И очевидно — Ловушка.
Вот в чем вопрос?
* * *