Карма Чакры 4. - Шаг 89
* * *
"Ломая Каноны".
* * *
Домен Рьючидо.
Где-то в глубинах.
* * *
Этап первый. «Расщепление».
* * *
Рьючидо всегда встречает чужаков одинаково в пещерах мудреца. А именно — тишиной, похожей на задержанное дыхание хищника. Влажный воздух тут неподвижен, как стекло;
Застывшие в веках змеи, вплавленные в стены камня, следят пустыми глазницами, в которых когда-то жили души древних хранителей. И несомненно если ты сильный сенсор, то может и ощутишь кое-где, что оные хищники до сих пор живут. Именно поэтому здесь вообще любая ошибка — корм для тех самых хищников, что ещё шевелятся в самых глубинных слоях древнего змеиного домена.
Вакаши уже многие десятки часов стоял среди окаменевших сэннинов-гигантов как маленькая беловолосая точка, едва заметная в гулкой пустоте древних пещер. В его руках постоянно ощущалась пульсация сэн-чакры, которую он собирал всё это время и направлял её исключительно на сенсорику. Домен же Рьючидо будто подыгрывал Инкарнатору, он впитывал каждое его движение, словно оценивая, достоин ли он вообще находиться здесь и впитывать священный концентрат сердца Рьючидо.
Но тем не менее Узумаки абсолютно не было дела до окаменевших обитателей местных пещер ведь непременно сегодня ему предстояло завершить важный этап в своей эволюции, большее, чем просто сосредоточение сенсорики. И даже верификации Сэндзюцу совместно с новой стихией.
Техника Муу. Киндзюцу Ивагакуре. Дыхание и важный шаг к Расщеплению своего Тела. Вот что сейчас предстояло ему.
Он опустил ладони на холодный камень. Сэн-энергия, подобно тёплой живой жидкости, потянулась вверх по позвоночнику. Инкарнатор глубоко вдохнул, и в этот миг — мир вокруг будто бы потускнел.
Он вспомнил движения Зецу который украл эту технику из архива бывшего Цучикаге — Муу, его напряжённые пальцы, движения Чакро-Системы и невероятную точность манипуляции через контроль всей чакры своего Очага.
А дальше деление молекул. Учение, Киндзюцу недоступное всем, кроме уровня-S, исключая того, кто рожден с огромным чакро-запасом в пыли гор Ивагакуре.
Но Узу-Сэннин мало того, что сам по себе имел нужный резерв чакры, так оная чакра была ещё невероятно плотной.
И именно поэтому его тело могло выдержать даже то, что убило бы большинство сильных шиноби — джонинов, минимум от уровня-А.
Наконец…
Беловолосый сложил ручные печати которые предназначались исключительно для облегчения процесса во время этапа активного обучения данного Киндзюцу.
И в тот же самый момент…
Каменные плиты под ним вздрогнули на мгновение.
Следом и воздух вспыхнул белой аурой чакры.
— «Бунрецу но Дзюцу — Техника Деления Тела»… — прошептал он почти что неслышно.
И уже следующую секунду его организм и всю плоть словно разорвали на слои — свет, кровь, чакра, нервные аксоны импульсов. Всё это он чувствовал одновременно, как будто видел собственный организм изнутри, наблюдая за тем, как потоки всех составляющих личного тела разделяются на два абсолютно равноправных — равных фрагмента.
А дальше. В следующий миг…
Слепящий отблеск ударил в стены подземного грота кольцом чакры.
И вот, когда это сияние пропало, рядом стояли два Инкарнатора Вакаши — идеальные генетические копии — истинные близнецы, созданные не гендзюцу техникой, не каким-нибудь жалким ИваБуншином или другим из стихийных, да даже не КагеБуншином, а Дроблением Материи. Таковы были последствия применения внутри истинной своей сути легендарного Киндзюцу — Техники старика Тцучикаге Муу.
* * *
И вот появилось два Инкарнатора.
Первый человек осознавал себя под именем Узумаки Вакаши. Отдельным самосознанием.
А вот Второй уже не-человек обоюдно меж означенных близнецов был генетически назван — Ооцуцуки Ичиро в честь старого имени Инкарнации. В честь Хьюги Ичиро.
Вот так и появился новый Ичиро Ооцуцуки * на этот проклятый вечными войнами свет Шиноби. А вместе с ним и второе сознание Ичиро отделилось от Узумаки Вакаши и тоже вышло на свет.
(* Ичиро Ооцуцуки — Это имя символично значило, что тот представляет именно Первого Ооцуцуки сотворённого в руках Инкарнатора).
Этот генетический клон моргнул, поднимая взгляд на оригинала Вакаши. В его обоих зрачках блеснул холодный, свет Бьякугана — наследие того, кого уже давно нет среди живых. (Наивного и потому уже мёртвого Хьюги).
— Значит… Ичиро, — усмехнулся он. — В честь того слепого и доверчивого дурачка из клана Хьюга. — Согласен. "Это" имя будет постоянным и очень хорошим напоминанием для нашей паранойи.
На что оригинал Вакаши лишь закрыл глаза, принимая позу лотоса.
В его дыхании не осталось сомнений в «Бунрецу но Дзюцу». — «Техника Деления Тела» огромный пул испытаний провела через себя.
Даже под Бьякуганом и медицинской аппаратуры она показала себя надёжно… — только ровная вибрация сэн-чакры, которая постоянным серебристым потоком продолжала пить у окружающего пространства энергию Рьючидо — вливаться внутрь того, кто сидел в позе лотоса.
Именно он — Инкарнатор в теле Вакаши взял на себя важную роль по слежению 24/7 за дальнейшим развитием этого многодневного эксперимента.
Нужно было чётко чувствовать и своевременно, — (упаси Ками такое случится), — предупредить каждый даже теоретический сбой.
Каждое колебание чакры, которое может исказиться, если генетический клон — Ичиро дальше ошибётся в освоении Стихии Райтона. Поскольку в этом эксперименте Ооцуцуки Ичиро тоже была отведена очень важная роль.
И начиналась она с подъёма Ооцуцуки Ичиро. Его Возвышения в "небо" пещеры Рьючидо.
Одноимённый тёзка Хьюги не стал долго ждать. А просто оттолкнулся вверх от пола, и его тело мягко, почти бесшумно оторвалось от земли и медленно поднялось в воздух. Строго вертикально на несколько метров вверх.
Сейчас… перед ним зияла пасть гигантской окаменевшей змеи-мудреца — древней, треснувшей, но всё ещё хранящей в себе часть давящей на мозги плотной сэндзюцу ауры. Казалось, её огромная пасть вот-вот раскроется ещё шире, захлопнув наивную человеческую муху в капкан, что повисла перед ней прямо в воздухе.
Однако страха не было, обе ипостаси Инкарнатора давно перестали испытывать страх перед силой Рьючидо Сэндзюцу.
Ичиро поднял ладони, вспоминая технику Самуи у которой её нагло забрал — той самой куноичи, чей разум все шаблоны движения мышц данного Дзюцу он вырвал, буквально, пока та пылала гневом бессилия в подавляющих чакру кандалах Узумаки.
— «Райтон но Йорой»! … прошла активация Предварительной — Первой стадии самого знаменитого дзюцу Сандайме, а затем и Йондайме Эя.
Сначала вспышкой озона треснул воздух.
Потом кожу Ичиро окутала голубоватая рябь, будто поверхность озера, по которому прошёл разряд начала освещать себя изнутри.
Затем всё тело вспыхнуло — не ярко, но постоянным плотным потоком энергии. Чистая молния, собранная в пока ещё малозаметный защитный слой-кокон, который старые учителя Кумо называли перед глазами Самуи — первой стадией «Райтон но Йорой» — «Броня Молнии».
Ичиро начал мелко дрожать, но буквально за пару минут быстро привык к новому ощущению от вибрации Стихии Райтона, которая теперь плескалась повсеместно внутри его тела. Буквально в каждой молекуле. И даже окружающем воздухе в сердце "неба" пещеры.
* * *
* * *
На первом этапе боли практически не было — ощущалась лишь сила Райтона. И сразу возросшая скорость реакции чакро-потоков. Это был отклик от всей нервной системы под мощным допингом из «Райтон но Йорой».
И оный был первый — достаточно трудный шаг.
Именно так началась полноценная адаптация к Стихии Молнии сквозь истощение КейРакукей у Ооцуцуки Ичиро, изучение, которое только что началось.
Теперь…
Час за часом Ооцуцуки не опускался на землю. Ичиро держал броню. Гнал её по мышечным волокнам, по суставам, по нервным линиям — заставляя их резонировать. Каждый раз, когда «Райтон но Йорой» начала рассыпаться, он усиливал поток чакры, вживляя её глубже в вены, заставляя тело, привыкать.
А тем временем…
Под Ооцуцуки, на камне, сидел сам Вакаши сидел без движения, как статуя.
Сэн-чакра превращала его сознание в огромный сенсор-радар. Он видел каждую искру на теле Ичиро. Видел, когда та угасала, когда становилась нестабильной, когда возрастал шанс взорваться.
И так продолжалось.
И как следствие этого обучения…
Пещеры Рьючидо день за днём светились всё ярче под щебетанием молний.
Многоголосое эхо. Тысяч и тысяч молний.
Постоянно. Час за часом. И далее день за днём. Тренировками Ичиро с Вакаши, а также десятков их КагеБуншинов освещали округу — синим и золотистым отблеском молний, как отражение в подземной реке далёкой грозы.
На пятый день молнии на руках Ичиро начали рваться клочьями.
На седьмой — броня несколько раз пропадала полностью.
На девятый — он снова держал её, причём уже стабильнее чем раньше, за весь день не дрогнув ни разу.
На двенадцатый — генетический клон дышал уже тяжело, но всё ещё продолжал активно удерживать минимально возможный покров из «Райтон но Йорой». Его взгляд светился фанатичным упорством пока он висел в воздухе перед открытой пастью веками назад окаменевшей змеи-мудреца.
И вот таки это произошло, организм пусть минимально, но кое-как привык на тринадцатый день…
— Стабилизация… завершена, — выдохнул он. — Но это только начало. Первая стадия по освоению всей мощи «Райтон но Йорой».
И словно надвое разрезая данный процесс адаптации в самый последний момент…
Под Ооцуцуки Ичиро оригинальный Вакаши наконец-то вышел из медитации открыв Бьякуган — и в глубине зрачка его Первородного Бьякугана прошла кругом волна — некая рябь, словно удар от капли расходился по гладкой поверхности всего глаза.
И вот появился один, два, а потом на секунду и новый концентрический круг, но потом словно отрезало. И всё снова пропало.
Вновь остался лишь Бьякуган и хищный огонёк отражения Драконьей пещеры Рьючидо.
— Верно. Сейчас всё станет только хуже. — поднялся Инкарнатор. Он повернулся вслед за генетическим клоном Ичиро к огромной пасти окаменевшей змеи-мудреца.
А следующий момент всю округу Рьючидо озарила яркая вспышка шипения молний сферической чакры — чакры вокруг Узумаки Вакаши, будто в ответ на молчание Драконьих пещер.
* * *
* * *
Молния вспыхнула…
Очередной энный раз.
Цикличный процесс повторился за долгие дни адаптации и обучения Райтону.
А говорить если конкретнее, то…
Множество теневых клонов развеялись отдавая Вакаши совместно с Ичиро всю память. А также опыт накопленный за эти долгие бесконечные дни тренировок.
Память буншинов Теневиков полноводной рекой энный раз хлынула к обоим оригинальным хозяевам. К Вакаши, и аналогично в Ичиро.
После чего настал новый этап.
Инкарнатор в обоих своих ипостасях как Вакаши, и понятно генетический клон Ичиро, точно знал: лишь первая стадия «Райтон но Йорой» прошла без большой крови.
Однако даже так.
Освоение Стихии Молнии вплоть до А-ранга уже приоткрыло своё окно к минимально привыкшей КейРакукей для активации, пусть пока ещё крайне чакро-затратных, но тем не менее реально уже необходимых в ТМВШ — проклятой третьей войне техник Райтона.
— Даже личинка шиноби по имени Саске Учиха менее чем за один месяц освоил Чидори и стихию Райтона до уровня-А. — выдохнул Ичиро. А Вакаши, добавил, весомое вслух. — Мы разделили оригинальное тело надвое! Но даже сейчас Учиха Фугаку — Джонин уровня Каге, пяти кратно уступает нам в чакро-запасе. Каждому по отдельности. Мне и тебе.
— Верно, Ваки. Теперь нас стало двое. Нагрузка на мозг тоже разделилась на два. — подсчитал плюсы Ичиро. И добавил. — Ты, я, и ещё 26 КагеБуншинов ускоряют процесс адаптации в 26 раз.
— Да. Пещеры Рьючидо аналогично дают нам нужное время Аники. Фактически, … Это троекратная выгода времени. — согласился Вакаши, и уточнил. — И именно поэтому изучить райтон техники Саске Учиха, — («Чидори» и прочие), — мы должны с тобой одновременно успеть. Нет. Даже обязаны.
— Это очень хорошая мотивация, Ваки. — согласно кивнул продолжая висеть в сердце Драконьей пещеры Рьючидо генетический клон. — Но когда мы начнём, м?
— Завтра. — прозвучал краткий ответ. — Мы добъем все результаты в лаборатории.
— Закрепим всё научно.
— И завтра снова начнём.
— «Чидори». А также самое вкусное…
— «Чидори но Эйсо» нас ждёт впереди!
* * *