• Boosty Shared
• Paimon

• T

• система фонда scp

По камере раздавался повторяющийся ритмичный стук. Что-то мелкое ударялось об стену, отскакивало от неё и снова ударялось. И это повторялось уже сотни, тысячи раз. Следящий за камерой Тигры сбшник никак не реагировал на повторяющиеся удары. Он видел по установленным камерам видеонаблюдения, что повторяющиеся об стену удары исходили от жёлтого теннисного мячика, который от скуки кидала в стену Королева зверей.

Сбшник со скучающим видом сидел в комнате наблюдения. На столе у него стояла тарелка с горкой чипсов, а справа от неё жестяная банка газировки. Помимо обычных приёмов пищи в столовой иногда можно было взять дополнительное довольствие. В основном это дополнительное довольствие представляло собой какие-нибудь снеки, шоколад и газировки. Разумеется, это дополнительное довольствие было принято среди сбшников и моговцев на ура. Среди сбшников оно быстро стало ходовой валютой, в основном его использовали в качестве ставок в азартных играх.

Сидящему в комнате надсмотрщику Тигры недавно повезло. Он несколько раз подряд выиграл в покере у своих сослуживцев и на всю свою смену обеспечил себя дополнительным довольствием.

Поймав мяч вытянутой рукой, Тигра снова отправила его в стену, чтобы через секунду снова его словить. Мяч кидала она сильно, достаточно сильно, чтобы выбить кому-нибудь глаз при попадании, но недостаточно сильно, чтобы не суметь его словить. Реакции обычного человека ни за что не хватило бы, чтобы словить кинутый ею мяч, но вот сама она легко ловила его. Её звериная реакция была куда лучше человеческой, и что для человека могло быть быстро, для неё было привычно.

Сидя мохнатой попой на своей лежанке, она подобрала под себя ноги и уложила свою голову на коленки. Прикрыв один глаз, а вторым полуприкрытым она со скучающим выражением поглядывала за мячом. Её выражение лица слегка хмурилось. Между чёрных бровок появился бугорок, явно говорящий о том, что владелеца этих бровок была не в духе. У неё снова начались эти дни, и во время этих дней её тело бросало то в жар, то в холод. Накатывала усталость то ментальная, то физическая, а ниже пупка и в пояснице появлялись неконтролируемые приступы боли.

Для каждой девушки этот период был самым худшим в месяце, а для Тигры в особенности. Из-за своего доминантного характера она ненавидела этот период из-за слабости, которую он за собой приносил. В этот день она частично теряла свою боеспособность, отчего ещё больше бесилась и раздражалась, но если бы кто-то хотя бы на мгновение посмел намекнуть ей об этом, она бы разорвала наглеца. Никто не смел указывать Тигре на её слабости, кроме неё самой.

Так вот уже около пяти часов Тигра покидывала мяч в стену, стараясь таким образом немного отстраниться от неприятных ощущений. Её чувствительный нос иногда подёргивался, когда приставленный за ней надзиратель через стену открывал очередную свою закуску. Копчёный запах свиных сосисок, небольших закусок к пиву, вызвал у мучающейся Тигры непроизвольное слюноотделение.

Тигру в камере содержания хорошо кормили, даже лучше, чем она сама себя кормила на воле. Пять килограмм варёной говядины, двадцать штук варёных яиц, иногда куриные грудки две-три штуки, тоже варёные, бывало жареные, и жирное молоко два литра. Её просьбы через Шеда были услышаны, это благодаря ему её рацион обогатился. Раньше ей только давали варёную говядину. В следующий раз, как он придёт, она попросит его о копчёных свиных сосисках.

— Поскорее бы он пришёл, — прошептала Тигра и кинула мячик сильнее обычного. Тот пулей пролетел до стены, звонко ударился и по такой же прямой траектории вернулся обратно в руку.

Казалось, кто-то услышал её слова, ведь буквально через несколько минут она уловила знакомый запах за дверью. Он был ещё где-то вдалеке, но постепенно приближался. Рядом с ним было ещё десяток запахов отчасти знакомых, отчасти нет.

Тигра в последний раз поймала свой мячик и положила его под подушку. После чего выпрямилась и слегка понюхала себя. Её естественный звериный запах присутствовал, но кроме него, остальные слабо чувствовались. Вряд ли человеческий нос сможет уловить слабые запахи, а что насчёт её звериного… Сколько Тигра не следила за Шедом, она так ни разу и не заметила, чтобы тому не нравился её запах. А раз она не заметила, то значит её запах ему не противен. Ну или по крайней мере тот хорошо это скрывает.

Поэтому в отношении Шеда Тигра немного поумерила свой бзик насчёт собственного запаха.

Автоматическая дверь раздвинулась, хвост Тигры самопроизвольно завилял. Её вертикальные глаза уставились на входную дверь, ожидая, пока в них войдёт Шед. И он вошёл, только вместе с ним ещё появилась целая группа мужчин в снаряжении. Раньше они выступали в качестве охранников Шеда, пока тот не стал ей больше доверять и отказался от них. Все последующие встречи охрана Шеда находилась снаружи.

Тигра посмотрела на вошедших охранников несколько секунд и даже со своим плохим настроением всё равно умудрилась довольно рыкнуть. Ведь эти вооружённые мужики притащили ей наконец-то нормальную кровать и даже довольно большой душ, так ещё и средства гигиены, в которых Тигра очень нуждалась в эти дни. Её мнение об охране, к которым до этого она относилась презрительно, мгновенно улучшилось. Она даже довольно похлопала по каске одного мимо проходящего, выражая ему своё одобрение. Тот конечно её доброты не оценил и быстро отскочил от неё. Тигра на это только фыркнула и потопала к Шеду. Ведь она прекрасно знала, кто был главным виновником её обновок.

— Ну как тебе? Всё нравится?

Стоило ей только подойти, как Шед поинтересовался у неё, всё ли ей нравится. Она решительно в ответ довольно оскалилась, как бы и без слов говоря ему, что она всем довольна. На что Шед протянул к ней руку и коснулся её меха на плече. Он снова начал ласкать её!

— Опять начинаешь… — угрожающе прорычала Тигра, хотя виляющий хвостик позади неё выдавал женщину с головой.

Да и вообще, хоть она и показывала внешне, что ей его прикосновения не нравятся, умом-то она отдавала себе отчёт, что на самом деле они ей очень и очень нравятся. Именно по большей части из-за этого она с нетерпением ждала, пока он снова придёт. Тигре трудно было это признать, но ей нравилось получать от него ласки. Когда он вёл себя рядом с ней мягко, гладил её и говорил нежные вещи, она, взрослая тридцатилетняя Тигра, невольно превращалась в маленького беззащитного котёнка из детского дома. Такая перемена характера здорово била по ментальному здоровью Тигрицы, рядом с Шедом она буквально становилась глупой. Он делал её глупой!

Только после контакта с ним через некоторое время она приходила в себя и давала отчёт своей глупости. Первый раз, когда это случилось, она планировала бороться с ним. Второй раз она хотела это контролировать. Третий же раз Тигра решила просто сдаться. Ну просто ей слишком нравилось это ощущение, ощущение того, что тебя кто-то любит и лелеет. Даже если это ощущение было ложным и на самом деле Шед ничего такого к ней не испытывал, а всё его отношение было продиктовано ему приказом свыше. Даже если так, для Тигры всё равно было слишком сладкими эти нежные чувства.

Если всё это было ложным, она готова была поиграть с врунишками в эту маленькую игру и пока они удовлетворяют её потребности и не требуют ничего неразумного, она готова продолжать.

— Последнее время ты хорошо себя вела, — спустя несколько минут поглаживаний сообщил ей Шед.

— Откуда ты знаешь? Тебя же всё это время не было, — возмущённо тыкнула ему в лоб пальцем Тигра и слегка отвела взгляд. Одно дело, когда он поглаживал её, пока они были в приватной обстановке, без людей в камере, другое дело, когда помимо него было ещё полно народу. Пришедшая вместе с Шедом охрана, доставив кровать и душ, никуда не ушла. Одна группа стала собирать кровать, другая собирать и подключать огромную душевую кабину.

— Может меня рядом и не было, но поверь, мне каждый день о тебе докладывают. О твоём настроении, твоём поведении, о том, как ты сегодня питалась, всё ли съела или чего-то не понравилось…

Разговор о еде напомнил Тигре о свиных сосисках, которые в соседнем комнате пожирал её надзиратель. У неё снова слегка побежали слюнки и она обратилась к Шеду:

— Насчёт еды, я хочу, чтобы мне завтра вместо варёной говядины принесли пять килограмм копчённых свиных сосисок!

— Ни за что, — тут же отреагировал Шед, и глазом не моргнув. От его резкого и быстрого ответа мордочка Тигры невольно вытянулась. Она никак не ожидала услышать от него такой быстрый и бескомпромиссный отказ. Он никогда до этого ни в чём ей не отказывал.

— Почему? — нахмурилась Тигра пуще прежнего. В её вопросе даже прозвучало утробное угрожающее рычание, признак того, что она перешла в очень серьёзный режим. Другие бы, хотя бы немного знающие Тигру, в тот же миг бы отпрянули от неё и сбежали, так как её утробное рычание не предвещало ничего хорошего, скорее с него всегда начиналась жестокая расчеленёнка. Но Шед был особенным, он то ли не замечал опасное рычание зверолюдки, то ли не придавал ему значения.

— Они вредные. Мы изучили твой организм и подобрали для тебя идеальную диету, чтобы максимально эффективно поддерживать твоё физическое и ментальное здоровье. Такое серьёзное отступление от диеты может навредить твоему здоровью, ты же заметила, что в этом месяце твои симптомы менструации стали менее болезненными и ты чувствуешь себя намного лучше? — рука Шеда соскользнула с плеча Тигры и прислонилась к пупку, начав поглаживания по круговому движению. От его прикосновения по телу зверолюдки пробежала дрожь, и она на мгновение растерялась. Даже боль ниже пупка и в пояснице стала не такой интенсивной.

— Но я хочу свиные сосиски… — разгладилось угрожающее лицо Тигры, и она уже без лишней угрозы снова прорычала свою просьбу. Только в этот раз это именно звучало как просьба, без лишней агрессии.

Слова Шеда по поводу своей менструации она проглотила и никак на них не отреагировала, хотя раньше разорвала бы любого, кто посмел бы тыкнуть об этом ей в лицо. И без разницы, желали бы те ей добра или насмехались бы над ней.

— Хорошо, я поговорю об этом, и тебе в рацион несколько раз добавят по пятьсот грамм копчёных свиных сосисок. Но это будет не завтра, а как минимум через пару дней, когда ты немного отойдёшь, — спустя ещё пару минут поглаживаний Тигры по её плотно сшитым мышцам на животе смягчился Шед, чем несказанно обрадовал зверолюдку. Она на радостях обняла его и крепко прижала к себе. Лицо парня уткнулось в ложбинку меж грудей женщины. В его нос ударил глубокий запах влажной земли после дождя в лесу, смешанный с таким же глубоким, тёплым и слегка сладковатым запахом мускуса.

Именно эта смесь запахов была естественным запахом зверолюдки, который Шелдон не раз чуял, заходя к ней в камеру. Он не был неприятным, мерзким или раздражающим. Скорее он был непривычным для человека и больше был характерен для диких животных. Вот как раз это соответствие запахов отталкивало людей от Тигры ещё больше. Просто один этот запах уже говорил о нечеловеческой природе Тигры.

Шелдону, конечно, было приятно прижиматься лицом к объёмным и пушистым женским грудям. Но всё же всему меру знать надо. Да и тем более было как-то жутко оставаться в объятиях существа, которое, если захочет, может тебя в этих объятиях в пасту раздавить, и ты ничего с этим сделать не сможешь. Поэтому, чтобы выбраться из них, он вытянул руки наружу и несколько раз похлопал зверолюдку по спине. Пришлось хлопать именно несколько раз, потому что с первого она то ли не поняла, то ли специально решила его подержать в объятиях немного дольше.

— Королева зверей, ты немного сбила меня. Вообще подарком за твоё хорошее поведение будут не свиные сосиски. Фонд подготовил для тебя другой, хороший подарок. Он тебе обязательно понравится, — загадочно заговорил Шед. Интерес Тигры моментально возрос к этому скрытому подарку. Всё же она была наполовину кошкой и от этого была довольно любопытной, особенно её любопытство простиралось в сторону того, что принадлежало ей. Подарок ей ещё не подарили, но только услышав о нём, она уже считала его своим.

— Где он? — оглянулась по сторонам Тигрица, но кроме собирающих душ и кровать рабочих она больше ничего не увидела.

— Нам нужно будет на время покинуть твою камеру содержания. Подарок находится снаружи, — с этими словами Шед достал из-за спины чёрный, стильный ошейник.

— Что это? — сощурилась Тигра, намекая на ошейник в руках парня.

— Твой новый ошейник, — спокойно ответил тот.

— Я его не надену! — ни секунды раздумий. Моментальный отказ!

— Не беспокойся. Тебе не придётся его надевать, я сам надену его на тебя.

— Рыыыы, — зарычала Тигра и даже выпустила острые ногти.

— Ну-ну, не рычи. Посмотри, какой он красивый, и сравни его со своим громоздким. Наверное, он тебе мешает во время сна, возможно, шея затекает? Я ведь о тебе забочусь, специально утвердил для тебя новый ошейник… — начал тираду Шелдон, речью и всем своим видом показывая, как он сильно заботиться о Тигре. — Ну же, будь послушной. Опустись немного, я поменяю тебе ошейник.

Тигра была выше Шелдона на полторы головы. Просто так, без её содействия снять и надеть новый ошейник было трудно. Поэтому-то Шелдон и попросил Тигру чуть-чуть опуститься, чтобы её шея оказалась хотя бы на уровне его глаз.

Тигра долго порыкивала и фыркала, оценивая ошейник в руках Шеда, потом медленно перевела взгляд на свой собственный. Новый и правда был в раза так три меньше и выглядел симпатично, не чета её нынешнему огромному куску бесцветного железа. Новый ошейник был ей симпатичен, но сам факт надевания на неё ошейника, вот в чём крылась главная проблема. Если она добровольно даст надеть на себя ошейник, разве это не будет самым что ни на есть унижением?

— Я сама его надену! — выдала Тигра. Самостоятельное надевание нового ошейника казалось ей более приемлемым.

— Нет, я не могу на это согласиться, — покачал головой Шелдон. — Посмотри, какой красивый ошейник, он намного легче и удобнее твоего нынешнего.

Он передал новый ошейник в руки Тигры, чтобы она самолично оценила его не только визуально, но и на ощупь. Почувствовала этот мягкий внутренний материал, его лёгкость и ещё раз оценила его стильный чёрный дизайн. Чем-то этот ошейник напоминал женский чокер, только выполненный полностью из металла.

Пока Тигра крутила ошейник, он всячески старался расположить её к положительному ответу. Делал он это, разумеется, с помощью поглаживаний. Его ручные учёные, изучая записи с камер видеонаблюдения, составили для него новую стратегию поведения. Особенно над ней поработал новый учёный с уровнем доступа А. Не доверять или сомневаться в аналитических навыках учёного такого высокого доступа было как минимум глупо. Поэтому он действовал по предложенной стратегии. Кровать с душем, новый ошейник и секретный подарок. Всё это было этапами новой стратегии по прививанию ценностей Фонда зверолюдке. Шелдону в этом всём приходилось выступать якорем для сближения, так как, по-видимому, он чем-то мутантке приглянулся.

— Хорошо! — яростно рыкнула Тигра и резко бросила ошейник к ногам Шелдона. — Надевай!

Прошло где-то минут десять, и зверолюдка сдалась. Внутри про себя парень хмыкнул. Недолго сопротивлялась строптивая кошка. Он думал, что она окажется куда неприступнее.

Шелдон наклонился и подобрал брошенный ошейник. Тигра тем временем слегка отошла назад и наклонилась корпусом. Её ночнушка в виде платья слегка оттянулась вниз, открывая вид на две свисающие груди.

Он протянул руки к её шеи и за несколько нажатий снял громоздкий ошейник. Огромная железка с глухим стуком ударилась о пол камеры содержания. Шея зверолюдки оказалась на свободе. Так продолжалось недолго, и почти мгновенно на её шее защёлкнулся новый ошейник, который с виду казался менее безопасным, чем прошлый. Но это было обманчивое чувство, на самом деле новый, с виду хрупкий, ошейник был намного прочнее и обладал всё теми же, только улучшенными функциями. Взрыв при попытке снятия ошейника был в раза три мощнее, как и разряды электричества, которые он мог выдавать.

— Доволен?! — недовольно зыркнула Тигра исподлобья, когда ошейник был точно на ней закреплён.

— Да, а теперь пошли. Как раз к нашему возвращению парни закончат.

…….

Египет. В 20 километрах от Александрии, граница пустыни Сахара.

Колонна пикапов «Тойота» неслась по пустыне. На нескольких из них были закреплены пулемёты. Неожиданно один из пикапов, тот, который ехал первым, на полной скорости влетел в песчаную яму и застрял в ней. Чернокожие люди успели повыпрыгивать из пикапа, а сам пикап медленно ушёл в пески.

— Что это за чертовщина?! — выругался чернокожий, по-видимому босс группы.

— Смотрите, на месте исчезновения пикапа образовалась воронка! Песок уходит под землю! — закричал кто-то, и все уставились на неожиданно появившуюся воронку.

Никто не понимал, почему воронка появилась, куда делся пикап и куда собственного уходит песок. Никто, кроме одного уже далеко немолодого чернокожего старика.

— Босс, возможно нам повезло! Песок уходит куда-то под землю, а значит, что под землёй есть довольно большая полость. Настолько большая, что она смогла утянуть в себя целый пикап!

— И чё толку нам от этой полости? — недобро зыркнул на него босс. — Как мы пикап-то из-под песков достанем?

— Босс, да забудьте об этом пикапе! Возможно нам сказочно повезло, и мы наткнулись на египетскую гробницу! В них полно золота и драгоценных камней, если мы и вправду наткнулись на одну такую, мы сделаем целое состояние на ней!

(Тигра. В этот раз генерация что-то в обще не задалась. Нейронки нормально человеческую голову сделать не могли, а если и делали, то там другие нюансы появлялись. В итоге выборка делалась лучших из худших)

Автор:

Глава потолще-побольше. Следующая глава пн-вт.  В вт скорее всего выйдет.