Карма Чакры 4. - Шаг 92
* * *
Интерлюдия Богов Жадности. Часть I.
«Цена Силы».
* * *
Песчаный мир-измерение Кагуи Ооцуцуки.
Экспедиция разведчиков Ооцуцуки.
Где-то посреди мира бескрайних песков всматриваясь в давние следы пребывания Кагуи изучал местный храм Лорд Момошики.
Руины песчаного мира давно покинутого и разрушенного вместе с наследием Девы Ооцуцуки уже были дотошно изучены Префектом Момошики и его телохранителем Киншики.
И вот теперь, месяц и скрупулёзные исследования спустя, оба представителя Небесного Клана нашли таки зацепку в виде звёздного пути к следующему Миру Кагуи. Они расшифровали сию зацепку, педантично перепроверили на множество сотен раз, и сверились с галактической картой местного рукава галактики.
И сейчас эти космические путешественники отбывали последние часы и минуты их прибывания в данном забытом мире.
Но, вот, …
В какой-то момент Лорд Момошики уже хотел было собирался взлететь и наконец-таки покинуть сей бесплодный шар висящий посреди космической пустоты, как вдруг… он резко замер, словно к чему-то прислушиваясь.
Чему-то невероятно далёкому и идущему из глубин космической пустоты. Какому-то крику. Или по ощущениям Момошики это был скорее предсмертный вопль — вопль многих миллиардов существует.
А потом, неожиданно, сквозь ладони и Ринненган самого Момошики мелькнула нить дальней связи через Шиндзюцу Леди Кармы того далёкого космического события. Оный отклик ударил по волне Ооцуцуки. И эхо волны как призрак открыло Ринненган Префекта.
В тот же момент обладатель Ринненганов скривился на несколько секунд впитывая далёкий зов Леди Кармы.
Затем кивнул чему-то понятному лишь ему. Активировал собственную «Каму» на пару мгновений. И кивнув вверх прислужнику Киншики открыл портал. А следующим шагом, …
Момошики ушёл с данной пустынной планеты.
И шагнул в следующий Сад Кагуи Ооцуцуки.
* * *
Интерлюдия Богов Жадности. Часть II.
* * *
«Прелюдия и… Крик Пустоты».
* * *
Где-то невероятно далеко на краю галактики, там, где пространство рукавов мириадов солнц распыляется в редкое звездное полотно и само время течёт неспешно как замерзающая ртуть, возник всполох — крошечный, едва различимый на фоне космической бездны. Он дрожал, словно дыхание умирающей звезды… а затем вдруг разросся в двухметровую спиралевидную воронку, похожую на рассечённый зрачок гигантского зверя.
Возможности и смерть — они всегда приходили из таких воронок.
Но на этот раз из портала «Йомотсу Хиросака» шагнула фигура.
Белое кимоно с тусклым космическим блеском почти полностью скрывало эту фигуру. Также был виден плащ шитый в цвет космоса и одетый поверх оного кимоно.
На спине же плаща проступало восемь идеально размещённых томоэ, выстроенных вдоль позвоночника, будто зарубки древних зрачков некоего хищного божества.
Этой фигурой являлась женщина — Леди Карма Ооцуцуки. Именно она и шагнула во мрак космоса сквозь обозначенный портал.
И как только это случилось…
Последний щелчок — и разлом «Йомотсу Хиросака» схлопнулся, словно никогда не существовал. Следом… Пространственно-временной континуум быстро умолк. А все звуки космоса: — тишина реликтового излучения, пролетающих астероидов, шепот звёзд вместе с ближайшей луной — они стали слушать только её. А она их.
Жрица Ооцуцуки медленно поднялась выше уровня собственной тени, зависнув в безвоздушной реликтовой пустоте. А затем посмотрела вперёд. Там… Перед ней неспешно вращалась зелёно-голубая планета. Молодая. Сочная. Вкусная от энергии и кипящей жизни. Очень насыщенной эманаций разумной жизни.
* * *
* * *
Её бледное додзюцу белого цвета дрогнуло. Как следствие… На ничтожную незаметную долю секунды набухли вены вокруг глазниц, а потом быстро разгладились. Плюс, сами глаза раскрылись больше словно два светящихся изнутри серебряных озера.
* * *
* * *
Ну а в следующий момент…
Додзюцу жрицы Ооцуцуки — её Бьякуган вспыхнул.
Лунный свет, режущий толщу пустоты, будто копьё того самого додзюцу, пробил атмосферу планеты и расширил свой обзор по всем слоям обозримой материи. Сенсорика жрицы Ооцуцуки была воистину чудовищной — она буквально развивалась — вплавлялась в её суть тысячелетиями, фруктами чакры, и эволюций чужих миров. Такой взгляд видел даже то, что скрыто временем и зарождается в самых ближайших вероятностях будущего.
Планета же на космическом горизонте… она раскрылась перед жрицей Ооцуцуки, как располосованный вскрытый кокон. Как бабочка под внимательным взглядом очень дотошного энтомолога.
Океаны.
Континенты.
Города.
Пульсирующие магистрали каких-то энергопроводов.
Множество людских жизней.
Какие-то непонятные строения.
Тени спутников, как ничтожные металлические насекомые, болтающиеся на орбите этого мира.
А ещё…
Сотни тысяч эмоций ярчайших представителей людей местной планеты, миллионы мыслей, и более восьми миллиардов жизней — всё схлопнулось в один единственный импульс восприятия чудовищно мощного тысячелетнего Додзюцу.
Леди Карма выдохнула с тихим восхищением.
— Какая ценность… более восьми миллиардов разумных душ. Мир невероятно богат на энергию жизни. "Нет". Не так. Он воистину давно переспел.
Но уже в следующую минуту её эмоции восхищения очень быстро изменились и взгляд Жрицы Бога Ооцуцуки внезапно и резко потемнел.
— Хм. Это… Неприятно. — произнесла она, чуть наклонив голову. — Чисто технологическая цивилизация, м? Похоже "Да". Люди без чакры… и всё же достигшие очень опасного порога развития.
— Их наука уже буквально грызёт фундамент материи. Её самые основы зарождения. — взгляд представителя Небесного Клана продолжал изучать.
Додзюцу видело: расщепление материи. Некие "фермы" для расщепления Атомов. Реакторы. Прототипы двигателей, мечтающих вырваться в космос.
Лицо жрицы исказила брезгливая тень.
— Слишком поздно. Они слишком сильно развились. Увы… Посадить Божественное Семя уже невозможно — сопротивление будет безумным со стороны этих людей. Они научились уничтожать себя сильнее, чем мы способны подавить их, в одиночку.
— По крайней мере мы погубим этот мир раньше, чем Планетарный Фрукт здесь вырастит. — оценила жрица прогноз по превращению данного мира в новый сад Ооцуцуки.
Леди Карма начала вибрировать в пустоте, словно горящая комета, концентрируя чакру.
Левый глаз небесной женщины начал сильно жечь изнутри.
Затем… Пульсировать быстро, но привычно изменяя свою внутреннюю структуру. И усложняя себя. Многократно.
Бледная склера серебристого Бьякугана постепенно темнела, оттенок за оттенком — будто чернила вытекающие из глубин зрачка заполняли всё вокруг.
Сосуды множились напряжением и постепенно трескались, пока по щеке тонкой нитью в какой-то момент не потекла кровь.
Додзюцу левой глазницы шаг за шагом проходило метаморфозы. И завершало свои изменения.
И вот наконец зрачок вспыхнул.
А затем на месте прежнего глаза появился он…
Джоган.
Глаз, который нельзя было надолго оставлять «активированным». Потому что Чистый Глаз пробуждался и пожирал собственный организм сам. Самое проблемное додзюцу Небесного Клана. Но зато самое дальнозоркое. Оно открывалось само — когда рядом сплетались нити вероятностей будущего. Или, в ещё одном редком случае, когда обученный Ооцуцуки лично обращался к его Истинному Богу.
И теперь Джоган в очередной раз через боль и кровь своего носителя послал зов.
Не на эту планету или даже в ближайшую оукумену космоса местного рукава и края галактики, а гораздо дальше.
И глубже.
Сигнал вызова пошёл сквозь ткань континуума пространственно-временных измерений, туда, где в древнем пристанище парил Небесный Мир Клана Ооцуцуки.
А уже следующим действием…
Леди Карма у груди коснулась амулета, похожего на диск лунного осколка. Из-за чего он сразу же вспыхнул, умножая летящий сквозь время и пространство сигнал во многие и многие разы.
Вслед зачем… Её секунды растянулись в ожидании ответа с той стороны.
Опять.
Одна за другой.
Так прошло 10 секунд, 29, 45, минута, вторая, пятая. Время ожидания всё шло и шло. Неспешно. И вроде как безответно монотонное.
Но в какой-то момент, что-то изменилось в окружающей реликтовой пустоте. В какую-то долю миллисекунды, казалось оная реликтовая Пустота затрепетала.
И именно в этот самый момент у Жрицы Ооцуцуки на лбу… проявил себя очертаниями Ринненган.
* * *
* * *
А потом он ожил, и через пару секунд…
Глаз Сансары у Жрицы ярко вспыхнул, но не её волей, а чужой, более могущественной Силой с той стороны призывных Врат реальности.
И это была истинно Божественная Мощь Силы. И чудовищная Воля.
И вот именно тогда…
Через роговой узор глазного зрачка на мир посмотрел Бог Ооцуцуки.
Это "Нечто", что было древнее самой концепции существования данной планетарной цивилизации. Существо, которое давно уже не имело имени, потому что все имена в мире не могли вместить его полного могущества и сути Шиндзюцу.
Оно смотрело через свою Жрицу, как кукловод смотрит глазами марионетки, как учёный изучает через вторичную линзу телескопа интересный ему крайне далёкий мир.
В это же самое время тело леди Кармы дрожало от невыносимой тяжести давления от пребывания в ней сознания Бога.
Глаз Бога Ооцуцуки внимательно и жадно охватил планету максимально доступным спектром сенсорики своей ничтожной слуги-марионетки.
Это длилось несколько десятков несчастных секунд.
После чего Божество Ооцуцуки взвесило истинную цену данного мира — цену энергии многих миллиардов жизней существование сей планеты.
Он ощутил каждую жизнь. Каждую из них. Ощутил общий потенциал энергии разумных существ в столь обильном на эту энергию ментальную пищу.
И ещё мгновение спустя, точно узнал…
Ценность.
Плотность сильно развитой жизнью планеты.
И эта Энергия светилась изнутри колоссальным потоком. А ещё представляла собой невероятный вкус.
Это была Сладость страха цивилизации, которая успела приблизиться к космосу, звёздам, почти что свободе, и истине, но…
Но не поняв, что истина — это Он.
И тогда прозвучал Его Вердикт, как…
Апокалипсис. Оный настал и обрушился холодно без эмоций и каких-либо слов в вакууме вечно тихого космоса.
За какую-то долю секунды в пустоте пояса космической "златовласки" появилось нечто нереально планетарных размеров.
Портал появился и вырос размером более чем лунная орбита. Он раскрылся словно страшные врата бестиария Лавкрафта, созданного из чистой тьмы. И из его глубин вышла рука — кристаллическо-синяя, сияющая, как отлитая из жидкого света, но при этом столь же колоссальная в космических размерах, как сущность, которой она принадлежала.
Эта Рука тут же рванула планету. Она натурально вцепилась в неё хищной хваткой когтей Божественной Сверх Сущности.
И в ту же секунду начался Армагеддон.
Все Океаны вскипели.
Континенты затрещали по швам.
Планета слетела с орбиты и даже не успела издать «предсмертного стона» от коллапса материи из которой она состояла — звук просто не прошёл через голодный вакуум хищного космоса.
* * *
* * *
И всё же этот немой крик прозвучал словно звук отчаянной последней боли.
Как будто нить зарождения мира, тянувшуюся от центра ядра к звёздам, … её резко перерезали.
Планета взвыла в своей сути.
Океаны поднялись много километровыми стенами.
Все атмосферные слои заштормило так сильно, что сама погода начала визжать, как живое существо.
Но затем Мир почувствовал страх людей.
Множество крошечных искр разума — своего рода нервных импульсов, бегущих по его телу — рванулись вверх в панике.
Сотни миллионов и миллиарды одновременно.
Каждый — шепот боли. Очередной отчаянный крик, энная и следующая смерть которую планета слышала как:
— «Почему?»
— «Что происходит?»
— «Помоги…»
Этот Мир попытался выжить. Он очень старался.
Изо всех сил сопротивлялся в попытке избежать смерти.
Он напряг свои тектонические пластины, пытаясь оттолкнуть пальцы Сущности.
Сжатые горные хребты трещали, как кости, выламываемые из суставов.
Магма продолжала бить вверх километровыми фонтанами плазмы планеты, словно артериальная кровь под чудовищным давлением, стремящаяся защитить сердце.
Но рука Высшего была неумолима. И сопротивление подавлялось.
Она продолжала сжимать.
И ещё секунду спустя мир впервые за 5 миллиардов лет понял:
он умирает.
Как конец Армагеддона…
Воля Бога сжала мир, словно сочный плод. Цепь разрушения запустила последние мгновения его реальности. Земляная кора полностью облупилась как яичная скорлупа и взорвалась огромными осколками пополам с раскалённой магмой.
А вместе с последним действом и Гравитация планеты каллапсировала, прощаясь с железным ядром некогда зелёного мира, отпуская реальность и ломаясь под Чудовищной Хваткой.
Сверх Сущность Ооцуцуки потянула руку назад — и как следствие планета исчезла в портале. Целиком.
Вместе с бывшими городами.
С жизнями.
С мечтами.
С миллиардами и миллиардами энергии душ разумных существ.
Эта цивилизация не успела развиться для отпора ТАКОГО колоссального агрессора. Она пыталась, но не успела сбежать в бескрайний космос, чтобы появился ещё один шанс. Более восьми миллиардов разумных существ погибли с планетой даже не в бою. А были просто съедены.
Леди Карма Ооцуцуки плавно опустила взгляд Додзюцу.
Глаз Сансары на её лбу закрылся. Как и Джоган Жрицы вновь стал просто мощным Бьякуганом в её левой глазнице.
Казалось, прямо сейчас…
Тишина наблюдения сверх развитого Бьякугана вновь вернулась в безмолвный простор космоса.
Взгляд слуги БОГА на долю секунды очередной раз изучающее и придирчиво прилип… но теперь, уже, к следующей — Красной планете, — (четвёртой от местной Звезды), — на которой были следы некогда древней жизни. Невероятно давних времён.
Опытный взор Жрицы быстро нашёл огромную гору диаметром около 600 километров. Она оказалась самой высокой в данной звёздной системе — Больше Двадцати Одного километра. Поверхность давно мертвой Красной планеты сама говорила за себя, что когда-то неимоверно давно здесь проросло Семя Бога и был полностью опустошён Планетарный вид Мира.
И лишь слабое эхо этой полностью уже мёртвой звёздной системы разрезало пустоту.
Оное эхо оказалось звучанием голоса чудом переживших апокалипсис единиц крошечных душ разумных существ улетающих вместе с остатками жизненной энергии планеты. Прямо сейчас они стремились в новый цикл реинкарнации разрезая пустоту космоса вместе с энергией жизни осколков исчезнувшего мира.
— Ещё один мир. Ещё одна жертва. Ещё одна капля силы… для нашего Клана. — остатки энергии умирающего мира впитались в глазницы марионетки Бога. Её глаза вновь претерпели эволюцию. Стали сильнее, с помощью жертвы данной планеты. А миссия… Эта миссия завершилась успешно.
Так прошло ещё какое-то время и…
Гуманоидная фигура растворилась в новой воронке портала.
— «Йомотцу Хиросака»! — чёрная спираль поглотила последние слова Ооцуцуки как только что опустошённый космос.
И окружающее пространство снова стало прежним.
Мрачным и тёмным на краю галактики в редкой россыпи удаленных на десятки парсеков белых карликов.
Холодным.
И ждущим, кроме света местной Звезды, чего-то ещё, возможно своего последнего шанса, или каких-то событий…
И только одинокий спутник во внешнем кольце осиротевшей системы отразил тот крошечный блик света далёкого Светила словно мячик пинг-понга.
В эту секунду оное событие произошло всего лишь на ничтожную долю мгновения как вспышка пятна воспоминаний — последние слова — последнее отражение света погибшей цивилизации.
А ещё…
Набор букв:
— Voyager 01.
* * *