Бан замолк. Когда я хотел передать ему совсем несекретные сведения о том, что некий Святой Рыцарь с кочергой в заднице очень хочет найти его товарищей и даже одну из принцесс королевства, послышался знакомый топот стальных сапог.
Я решил, что противник ещё далеко. Шаги звучали тихо. Но обернувшись, увидел его перед своим носом. Точнее, её.
— Измельчали нынче Святые Рыцари, — разочарованно покачал я головой.
Казалось, моё замечание не понравилось девушке в латах. При этом она точно была кем-то очень важным в этой тюрьме. Солдаты, охранявшие Бана, подобрались. Правда, один из них начал ещё слегка подрагивать. О, я угадал. Соплячка точно была кем-то важной в этой тюрьме.
— Иерихон… — тот самый дрожащий солдат произнёс её имя. То ли чтобы напомнить себе, то ли чтобы поприветствовать. Было непонятно.
— Я пока только ученица Святого Рыцаря, — с едва сдерживаемым раздражением произнесла Иерихон.
Имечко, кстати, у неё было интересным. Иерихон — звучит как оружие. Или бухло. Не могу определиться… Может быть, биологическое оружие?
О, понял! Её тайно доставляют во вражеское королевство, прямо в казну, а потом позволяют скупить всю корзину вайлдберриз! Иерихон — какое страшное и коварное оружие! Надо запретить его на законодательном уровне.
— На мгновение мне стало интересно, каким образом вам удалось избежать встречи с сэром Джудом, обойти его и подняться до этого этажа, но потом я поняла, что это не так уж и важно. Ваша удача закончилась здесь, — продолжила она, извлекая меч из ножен.
— Обойти сэра Джуда? Они преступники! — дошло до солдат, и их дуэт, охранявший камеру Греха, тоже наставил на нас оружие.
— Я сама займусь нарушителями, — сказала ученица Святого Рыцаря и напала на меня. Попыталась сделать это.
— Бедняжка, — покачал головой Бакли, когда Иерихон отлетела на другой конец коридора, получив от меня фирменный удар по лицу. — Мог бы с ней и помягче, братан. Девушка же…
— У противника нет пола, Бакли! Запомни это!
— Я запомню, братан. Запомню, что у противника нет пола, и что, может быть, из-за этого у тебя нет девушки.
Я схватился за сердце. Замечание Бакли принесло гораздо больше боли, чем если бы удар Иерихон всё же настиг меня.
— П-п-предатель… — сказал, с неверием уставившись на парня.
— Н-нарушители! Сдайтесь!
Заметно побледневшие от страха солдаты наставили на нас оружие.
— Какие нарушители? — спросил я. — Вы что забыли, чьё письмо я недавно показал вам? Не верите мне? Тогда, может, сбегаете к Святым Рыцарям, уточните информацию?
Солдаты переглянулись, а потом побежали. Тот, что был позади, потянул своего товарища назад, крича, что кто-то должен остаться здесь и присмотреть за камерой Бана. Другой ответил ему, что пусть сам и остаётся… В общем, они убежали вместе. Немного задержались лишь возле павшей союзницы, пытаясь поднять её и потащить вместе с собой. Иерихон им что-то прошептала, из-за чего солдаты заколебались, а потом аккуратно положили девушку обратно на пол и с криками о том, что обязательно вернутся, побежали дальше.
Когда представление подошло к концу, я подошёл к дверям камеры Греха, чтобы через мгновение отскочить в сторону. Двери упали. Высокий лохматый мужчина без проблем выбил их.
— Я тоже решил размяться. Надоело мне в этой тюрьме.
— Я вижу, обслуживание здесь так себе. Тоже цирюльника нет? Ничего, на выходе отставишь жалобу в книге отзывов, — улыбнулся я.
Мужчина уставился на меня и, несколько раз погладив свою длинную бороду, спросил:
— Думаешь, поможет? Мне кажется, этот постоялый двор уже не спасти… Хотя на что я рассчитывал, ещё до заезда зная про всего одну звезду?
— Зато было, наверное, дёшево, — пожал я плечами.
— А вот тут ты, братец, не прав, — ухмыльнулся мужчина. — Обобрали до последней нитки. Лишь портки оставили. Да и то, чтобы просто не видеть чужой голой задницы.
Мы замолчали. Несколько секунд стояли и просто дружелюбно улыбались друг другу.
— Ой, что сейчас начнётся… — говоря это, Бакли стал медленно отходить от нас.
Следовало парню договорить, как мы сразу же напали друг на друга. Неожиданно я чуть не оказался по другую сторону баррикад. Кулак Бана угодил мне по челюсти, а мой удар поразил печень Греха. Ладно, он оказался немного сильнее того рыцаря, который попался ещё на первом этаже.
Мужчина улыбнулся, словно происходящее доставляло ему удовольствие, но затем улыбка быстро исчезла с его лица. Оно приняло какой-то озадаченный вид. Ненадолго. Скоро противника вырвало кровью. Чтобы не попасть под «обстрел», сделал два шага назад.
— Ого, какой неприятный удар, — потирая область печени ладонью, сказал Бан. — А с виду не скажешь, что ты вложил в него столько силы.
— Ты показался мне сильным. Вот и решил перестать сдерживаться хотя бы немного.
Затем мы вновь напали друг на друга. Только на этот раз я не позволил Бану даже коснуться меня. И новый удар снова пришёлся по его печени. Я оказался за спиной Греха, а он рухнул на колени, чтобы уже во второй раз проблеваться кровью.
— Кха… Кха… Вот же… Как ты это делаешь?
Бан попытался отвлечь меня разговором, чтобы повернуться и сделать подсечку. Но я просто подпрыгнул и приземлился на его ногу, ломая колено.
— Я просто слышал про твою репутацию, Бессмертный. Мой опыт подсказывает, что большинству из вашей шайки регенератов физические травмы нипочём. Такой подход с вами не работает.
Бан притянул к себе ногу и сбросил её с меня. За мгновение конечность противника стала целой. Я позволил ему подняться, а потом мы в очередной раз обменялись ударами. Было видно невооружённым глазом, что Бану достаётся. Его физические травмы заживали очень быстро, но Грех всё равно замедлялся и будто бы страдал от боли.
— Бакли! — крикнул я, не прекращая бить противника. — Новый урок! Слушай внимательно! Твоя сила или магия на самом деле не имеют значения! Гораздо важнее кое-что другое! Твой дух! Тот, кто всегда верен себе, одержит победу!
— Кха… Хорошо сказано, — произнёс Бан, отлетев от меня.
Вытерев с уголка губ струйку крови, Грех напал. Кажется, он тоже не знал слова «сдаться». Всё это время Бан огребал, но всё равно продолжал подниматься на ноги. Настойчивость противника восхитила меня. Я стал бить немного сильнее.
— Как ты уже понял, — урок продолжился, — всё дело в духе. Наши желания и стремления подкрепляют магию. Чем крепче воля, тем сильнее удар! Как бы это абсурдно ни было, работает всегда и на всех. Особенно хорошо помогает в битвах с такого рода противниками.
— Так вот оно что… — Бан в очередной раз вытер кровь и разговором решил потянуть время, чтобы отдышаться и восстановиться. — Каким-то образом ты бьёшь не только по плоти, но и самой душе. Поэтому мне так больно, несмотря на слабые удары. И из-за этого я выблевал столько крови. Травмированная душа травмирует и плоть.
— Какой догадливый! — восхитился противником. — Я закрою глаза на то, что прямым текстом всё поведал тебе.
— Это было интересно, но, как видишь, твоя странная магия на мне не очень-то работает! Я всё ещё на ногах! — Бан раскинул руки в стороны и ухмыльнулся. Его заявление никак не соответствовало человеку, который успел уже несколько раз поваляться на полу.
Я отзеркалил его ухмылку.
— Так, урок бы оказался плох, если бы победил тебя сразу. Бакли бы не увидел, на что в действительности способен дух. И это не магия, а то, что подкрепляет магию или простой удар кулаком.
На мгновение лицо Бана дрогнуло. Он моргнул. В этот момент я стремительно разорвал разделяющее нас расстояние и впечатал колено ему в живот. Грех отлетел от меня, даже не успев заметить удар. Собой он сбил несущуюся к нам девушку, ту самую ученицу Святого Рыцаря. К удивлению, она смогла встать на ноги после моего удара.
— А я-то думал, что дух нужен лишь для того, чтобы противостоять неприятной магии или чему-то похожему. Даже в голову не приходило, что дух можно использовать в бою вот так.
Хм, после того, как Иерихон была сбита во второй раз, она предприняла новую попытку встать на ноги. Успешную. Но раньше неё на ноги поднялся Грех и побежал в мою сторону. На его пути как раз находилась девушка. Он совсем не обратил на неё внимание. А вот сама Иерихон и не думала пропускать Бана.
Несколько быстрых взмахов мечом и выдохшаяся девушка опустила свой клинок. Бан сделал ещё парочку шагов и застыл. На мгновение в коридоре возникла странная тишина.
— З-зачем ты это сделала? — первым, так сказать, пришёл в себя Бакли. Он обратился к ученице Святого Рыцаря с явной паникой в голосе.
— Я уже поняла, что не способна победить вас. Но у меня есть долг… Хотя бы не позволю вытащить из этой тюрьму одного из Смертных Грехов…
Девушка замолчала, поняв, что происходит нечто странное. Бан почему-то всё ещё стоял на ногах.
Повернувшись, он погладил хорошо выбритый подбородок, а затем провёл рукой по подстриженным волосам.
— Меня, что ли? — спросил Грех. — У тебя, видать, проблемы со слухом. Этот придурок только что учил сопляка, как делать больно бессмертным.
— Невозможно! — потеряв самообладание, Иерихон упала на колени.
— Зачем? Зачем ты это сделала?! — повторил Бакли, но на этот раз куда более сердито. — Теперь Макс не отвяжется от меня! Захочет подстричь мечом! Благодаря тебе теперь я, к сожалению, знаю, что это возможно!
Постепенно в Бане что-то менялось. С самого выхода из камеры он менялся. Словно с каждым моим ударом потихоньку пробуждался. Сейчас Грех ощущался совсем по-другому. Не так, как в тот момент, когда только выполз из своей камеры. Ранее казалось, что он лишь немного сильнее побеждённого мной на первом этаже Святого Рыцаря, а сейчас так, что раздавил бы его и даже не заметил. Теперь я верил, что когда-то Бессмертный состоял в одном из сильнейших рыцарских орденов королевства.
Похоже, самое время заканчивать урок. Надеюсь, Бакли усвоил материал.
— Продолжим? — повернувшись ко мне, спросил бывший заключённый.
— Нет, — коротко ответив ему, возник за мгновение позади. Положив на плечо Греха руку, произнёс: — Зима: ледниковый период.
Тело Бессмертного моментально покрылось тонкой корочкой льда. Целой осталась только его голова. Судя по выражению лица, Бан попытался вырваться из моих ледяных оков, но у него ничего не вышло.
— Силёнок не хватает… — неожиданно спокойно произнёс он. — Одолжишь свои?
Затем я ощутил нечто странное, словно… у меня пытаются украсть физическую мощь. Не смог сдержаться и от всей души рассмеялся.
— Я очень жадный, приятель. На мне такое не работает.
Судя по кислому выражению лица, Грех понял это уже сам.
— Да что за ты…
Он не успел договорить. Я коснулся его затылка и забрал большую часть силы. Бан потерял сознание.
— Доставай верёвку, Бакли. Тащить Бана будешь ты.
— А он не разобьётся, когда буду спускать его по лестнице? — спросил парень, в руках которого уже была верёвка.
— Не должен.
— Не должен? — сощурившись, спросил мой спутник.
— Я однажды использовал противника, которого поразил этим же заклинанием, в качестве санок. Он не разбился, а значит, и этот не должен.
— Бедняга… — покачал головой Бакли.
— Он был разбойником, — добавил я.
— Всё равно жалко. Он явно нагрешил не настолько, чтобы встретиться с тобой.
— Иногда мне кажется, что ты пытаешься выставить меня за какое-то чудовище, — с осуждением произнёс.
Бакли пожал плечами и потащил связанного и поваленного на пол Бана.
— Да у тебя самого всё хорошо получается.
Проходя мимо Иерихон, схватил её за кирасу и потащил к лестнице. Она начала брыкаться только через метр.
— Отпусти меня, преступник! Хочешь использовать меня, чтобы шантажировать моих товарищей?
— Именно, — кивнул на заявление догадливой девушки.
Местные как-то наскучили мне. Более или менее приличную силу в этой крепости имел только Бан. Да и то сражаться с ним тоже было скучно. Это даже не сражение, а избиение, если честно. Не хотелось больше тратить время на местных, поэтому использую Иерихон, чтобы спокойно пройти мимо них.
— Не позволю! — крикнула ученица Святого Рыцаря и приставила к своему горлу остриё меча, чтобы совершить какую-то глупость.
Когда она ударила, я моментально прикрыл её шею ладонью, затем схватил клинок и выкинул его в сторону.
— Даже достойно умереть…
Девушка резко замолчала. Я высосал большую часть и её сил. Правда, не настолько, чтобы Иерихон, как Бан, потеряла сознание.
— Поверь мне, быть мёртвым очень скучно. Тебе не понравится. Лучше выживи и… Не знаю? Подкачайся там и через парочку лет попробуй отомстить мне. Я же явно задел твою гордость. Или что там у рыцарей отвечает за месть? Задетая честь?
— Наверное, всё же честь, братан. Но я сомневаюсь, что с честью какая-то проблема. Ты же просто победил её. Хоть и быстро, и вообще не напрягаясь.
— Но сейчас же потащу по лестнице. Как думаешь, ей понравится чувствовать каждую ступеньку своей задницей? А потом ещё использую в качестве живого щита, чтобы местные мушки… Я хотел сказать стража… Стража отстала от нас.
Бакли задумался и через пару секунд покивал.
— Тогда да. Она может возненавидеть тебя всем сердцем, братан. Зря я в тебе сомневался.
— Если что, — обратился я к нашей заложнице, — меня победить у тебя вряд ли выйдет даже через десятилетия. Ищи Бакли. Поверь, его смерть сильно огорчит меня.
Нервно рассмеявшись, Бакли произнёс:
— На самом деле мы не так уж и близки.
— Ты же называешь меня братаном, — запротестовал я.
— Это потому, что у меня плохо с именами. Вот кто нас сюда послал? Полковник Сандерс?
— А ещё говоришь, что плохо. Я бы его не вспомнил, но ты сразу назвал имя рыцаря с кочергой в заднице. И даже звание запомнил!
Солдаты, которые охраняли камеру Бана, оказались не такими уж трусами. Я думал, они вообще залягут где-то на дно, спрячутся, пока всё не закончится, но дуэт на самом деле пошёл к Святым Рыцарям и предупредил их о вторжении.
Понял я это, когда один из Святых Рыцарей решил устроить засаду. Возле него по обе руки стояли те самые знакомые солдаты. В отличие от Святого Рыцаря, этот дуэт явно нервничал. Они преградили проход в коридоре на этаж ниже.
Почему же это было засадой, раз они стояли в таком месте? Рыцарь, что предпочитал вместо меча посох с колокольчиком, использовал магию. Это не было иллюзией. Нечто другое… Какая-то промывка мозгов. Гипноз, наверное. По сути, я и Бакли не должны были видеть его. К сожалению, он не знал, что такая магия на нас не действовала. На меня уж точно. А Бакли получил отрезвляющий подзатыльник, после чего смог увидеть противника перед носом.
Хоть лицо рыцаря было полностью закрыто, но ощутил от него волну удивления. Я вытащил вперёд всё такую же слабую Иерихон и поднял её на уровень лица Святого Рыцаря.
— Пропусти нас, и тогда она не пострадает.
Угу, если пропустит, Бакли не защекочет девушку до смерти.
Рыцарь не колебался. Уже в следующее мгновение его посох начал падать на мою протянутую руку. Если бы такой удар попал по слабому человеку, то даже с учётом того, что он был нанесён посохом, невезучее создание вполне могло разрубить пополам.
Я резко дёрнул руку с Иерихон обратно. Мне бы Рыцарь ничего не сделал. Но вот девушке, через тело которой и хотели ударить, не поздоровилось бы. В итоге посох я словил свободной рукой.
— Она же вроде как твой товарищ. Возможно, ученица, — произнёс с отчётливым неодобрением в голосе.
— Такому мусору, что позволил захватить себя противнику, не место среди свиты Рыцарей Клыков Судьбы, — пытаясь вырвать свой посох, сказал противник.
— Ясно, — ответил ему.
А если приглядеться, то на лицах сопровождения Рыцаря были видны следы свежих побоев. И казалось, что они всё же гораздо больше боялись Святого Рыцаря, а не меня.
Вскоре мы продолжили путь. Позади нас остался Святой Рыцарь, из задницы которого торчал его собственный посох. Простых солдат я пожалел. Побитый вид Иерихон точно вызвал у них чувство жалости.