Грохот и шум битвы за порт столицы Нации Огня был настолько громок и звучен, что доносился даже до неприметной небольшой бухты за множество миль от того места, где происходило одно из решающих боестолкновений за судьбу мира и итоге столь долгой столетней войны. Именно в этом месте пристала подлодка под управлением и руководством мудрого советника, главы тайной полиции, полностью набитая его подчинёнными, что были научены без каких-либо посторонних лиц орудовать и управлять данным агрегатом, пока что не имеющим в реальности никакого хоть сколько-то ближнего аналога.
— Как оно, Ву Янь? — обратился гордо стоящий мудрый советник к своей правой руки, глядя на горизонт в виде жерла многие и многие годы назад потухшего вулкана, где в данный момент разместился главный административный центр огненного архипелага, а вместе с ним и дворец Хозяина Огня, как одна из первостепенных целей нынешнего вторжения.
— Мы провели разведку, господин. В окрестностях нет поселений и ни одной живой души, разве что редкие заставы, но не более. Как и ожидалось сейчас все силы стягиваются на подавление вторгающихся войск под командованием генерала Хау. — отчитался перед своим проводником Дай Ли агент, единственный кто на данный момент позволил себе снять респираторную маску, точнее её простенький аналог, созданный отдельным заказом всё тому же Механисту. Как минимум это помогало полицейским не путаться у своего начальника под ногами во время миссий и даже изредка кооперироваться вместе с ним, как это было во время недавнего сражения за Врата Азулона. И пускай остальные элементы были в этот момент проводнику недоступны, по крайней мере во время взаимодействия с Дай Ли агентами, однако для скрытных операций и миссий данная приблуда была, как никогда полезной.
— Добро, тогда заканчивайте с высадкой. Оставь нескольких часовых, что скроют судно до поры до времени и в бой. Нужно успеть добраться до столицы раньше аватара. — кивнул на ответ Ву Яня Ли Ян, устремляя свой взор на пока ещё спокойную небесную гладь и яркое солнце, что в скорости должны были смениться чем-то более необычным и возможно даже для кого-то зловещим. Меж тем своим взглядом слегка ухмыляющийся от предвкушения бывший наёмник выискивал упомянутого монаха, что, естественно, вызвало наплыв непрошенных воспоминаний.
* * *
За пару дней до прибытия к Вратам Азулона и начала «Закатного вторжения».
Ночь. Палуба Боско.
— Беда-беда, а ведь казалось ещё только вчера я собирался найти себе место под солнцем, а уже ворочаю судьбами людей, как мне заблагорассудится. Ну не подлец ли я, право слово? Или же как бы сказали мне наисквернейшие из всех соседей: «Ах ты, пся крев, чтоб тебя». И были бы правы… наверное. Что думаешь? — вслух рассуждал мудрый советник, расположившись на крыше капитанской рубки, где посменно дежурили операторы массивного судна, устремленного в очередной, но на этот раз самый важный бой в их жизнях. Любой обративший на проводника в этот момент взгляд человек мог бы решить, что мудрый советник выжил из ума, а уж услышав, о чем он болтал, то и подавно. Однако на деле же монолог парня хоть и являлся таковым, но всё же имел своего одного единственного, пускай и не совсем стандартного слушателя.
— Шшшш! — коротко отозвался проводнику Вару в форме весьма компактного дымного змея, обвившись об руку парня и изредка кивая или же мотая головой в ответ на сказанное им.
— Содержательно… — протянул парень, задумчиво осматривая яркую слегка подрагивающую под лунным светом палитру оболочки духа. — К слову, не слишком ли часто ты начал выползать наружу, причём когда тебе заблагорассудится? Раньше ты вообще старался и носа не казать, а теперь почти что домашняя зверушка, не находишь? — поинтересовался проводник, пронизывая своего внезапно ставшего свободолюбивым сожителя хитрым взглядом.
— Шшшш… ша! — выждав момент подобно самой настоящей змее крепко цапнул дух человека за руку, пусти совсем немного крови, но вместе с тем болезненность самого укуса оставляла желать лучшего.
— Ай… зараза! — схватил оболочку духа за его бесформенную шею и потянуло того на себя Ху Ли, после чего приподнял Вару и остановил того перед своим лицом, как нашкодившего котёнка. — И это после всего того, что я делаю для нас двоих? Никакой благодарности, знаешь ли… впрочем, — как-то резко поменялся настрой Ли Яна, уступив место некой меланхоличности или чему-то похожему. — Я и сам хорош в этом плане.
Уступил там, где не надо было. — перевёл свой взгляд мудрый советник Ба Синг Се на собственную ногу, что в отличие от другой такой же конечности в полусложенном состоянии, вытянуто валялась плашмя, как никому ненужный кусок камня. Хотя на деле лишь немногие знали, что под плотной тканью действительно скрывается окаменевшая плоть.
— Да уж, от силы не так уж и просто отказаться, даже зная все последствия, а уж когда о них ты и не сном не духом, то и подавно. — с кривой усмешкой прокомментировал собственное состояние Ли Ян, кое не слишком-то и многим отличалось от того, что было не так давно до битвы с двумя драконами, разве что теперь процесс фоссилизации перекинулся на другое место, причём так быстро, отчего казалось будто бы парень и не пропускал целый поток добровольной энергии совсем недавно. И ведь, казалось, будто бы парень не так уж и часто стал пользоваться состоянием проводника для собственных нужд, но всё равно процесс лишь скорился. — Надеюсь, твои частые вылазки не связаны с желанием покинуть тонущий корабль, правда же? — уточнил данную возможность Ли Ян, на что дух оскорблённо фыркнул, а после посмотрел на человека, как на идиота словно бы спрашивая: «Ты это серьёзно сейчас? Если бы смог что-то подобное давно бы сделал, мы с тобой в одной лодке, а потому будь добр не возводи на меня всякий поклёп». Довольно подробное описание мыслей духовного создания, однако благодаря укреплению их связи Вару действительно мог сказать одним лишь взглядом или же жестом очень и очень многое.
— Ха-ха-ха. — коротко посмеялся Ли Ян в ответ на реакцию духа, благополучно кладя его себе на подверженную окаменению конечность. — Ладно, знаю, что сам виноват, да и тебе явно такое положение дел не с руки… рук? Хвоста? Да и чёрт бы с ним. — махнул рукой на подбор подходящего слова бывший наёмник в то время, как могучий дух подобно действительно домашнему питомцу извиняющее свернулся калачиком на окаменелой конечности, стараясь не смотреть на человека в действительности чувствуя перед ним что-то наподобие вины за последствия, вызванные усиленным использованием его способностей. И даже то, что вина за во многом лежала именно на проводнике, т.к. даже осознав опасность тот не перестал активно пользоваться их состоянием синергии, всё равно столь нестандартное для любого духа чувство вины никуда не делось.
— Вот же ж печаль-беда. По итогу, как и в самом начале только мы друг у друга и остались. Может это действительно судьба, чтоб его? — с иронией протянул проводник делая то, что никогда ранее не делал, а именно начал поглаживать духа-напарника по его дымной оболочки, тем самым вызывая со стороны Вару что-то похожее на шипение. Определённо не жди их двоих впереди одни из самых сложных испытания было бы легко обмануться столь «домашней», во многих смыслах, атмосферой. Однако, спокойная, но несколько мрачная гладь океана под редким светом убывающей луны не давала забыть ни о чём из самого важного. Оттого и на лице Ли Яна стало отражаться уже давно несвойственное ему противоречие.
Говорить что-либо ещё проводник совсем не хотел, а потому мирно наслаждался этим редчайшим в своём спокойствии и умиротворении моментом. Впрочем, уже через пару минут стало понятно, что монолог юноши вовремя прекратился, ибо в столь поздний час на палубе корабле появилось двое незваных и видимо, совсем, как и он, страдающих бессонницей гостей. Причём прекрасно знакомых Ли Яну гостей в лице аватара и водяной волшебницы, между которыми царила весьма несвойственная им двоим атмосфера. С налётом неловких, но вместе с тем осознанных чувств. Мудрый советник понял, что надобно и честь знать, да и подслушивать за товарищами было не в его правилах, однако, к несчастью, диалог между парнем и девушкой вовсю шёл, причём тот же взгляд Аанга был обращён прямиком в сторону капитанской рубки, отчего покинуть место своего пребывания незамеченным Ли Яну уже точно бы не удалось. Паршиво, во всех смыслах.
— Уже совсем скоро. — прислонилась Катара к борту корабля, с румянцем на щеках. Взгляд её то и дело стремился переместиться с водной глади на фигуру возмужавшего и отчасти отрешённого от мирских забот монаха.
Его стандартные одежды их Храма Воздуха несколько преобразились, теперь те больше походили на таковые у Патика, более легкие, но с сохранением выверенной палитры цветов воздушной нации. Также на шее ныне имелась небольшая по своим размерам регалия в виде амулета в форме спирали, опять же преподнесённая Аангу гуру в честь окончания его обучения. Вроде как это было символом некой мудрости и статуса у кочевников, по крайней мере большая часть сохранившихся статуй имела похожий элемент, только чаще всего тройственный. Определённо, парень в искусстве покорения воздуха был не новичок и сохранись до нынешних дней хоть кто-то из монахов и те бы не смогли закрывать глаза на успехи повелителя стихий. Вот только таковых ныне не имелось, зато имелся Патик, что являлся духовным другом воздушного народа, а потому и взял на себя данное обязательство признать и оформить заслуги Аанга в традиционную для монахов регалию. Надо признать, весьма широкий жест, особенно для человека, культура которого стала не более чем историей давно минувших дней.
— О чём ты, Катара? — уточнил Аанг, т.к. фраза девушки могла относиться к чему угодно, особенно в нынешних условиях.
— Ты исполнишь свой долг, как аватар. Война окончится, а мы с Соккой сможем вернуться к себе домой, в наше племя. Все разойдутся кто-куда и даже… ты. — с некой печалью, а может быть даже скрытой обидой протянула Катара, опустив свои слегка блестящие под редкими лунными лучами очи в пол железной палубы.
— Всё заканчивается рано или же поздно. Но только для того, чтобы дать жизнь чему-то новому. — протянул Аанг, сделав шаг чуть ближе к тому месту, где стояла Катара.
— Об этом тебе тоже говорили монахи? — чуть улыбнулась водяная волшебница монаху, словно не позволяя тому разглядеть её истинные чувства по поводу того, что должно было вскоре случится.
— Нет. К этому я пришёл сам. Не всё, что говорили мне монахи является истинной, Катара. Я и сам удивился, но… их мировоззрение было слишком неполным для нашего мира. Они были мудры, но лишь для той картины, которую сами сложили для себя. Хотя думаю в этом они были бы со мной согласны. — весьма удивил своим заявлением не только девушку, но и проводника, что был вынужден не издавать ни звука, так ещё и ограждать воплощённого духа от попытки возмущённо подать голос. Определённо, не самый лучшим момент в жизни Ли Яна. Стыдоба, да и только, особенно в условиях, когда дух возмущённо цапал его за ладонь, которой проводник прикрывал тому рот.
— Вот как… — со странной интонацией протянула девушка, задумчиво и даже с какой-то нерешительную оглядываю фигуру резко повзрослевшего повелителя стихий. — … а что насчёт любви, Аанг? Думаешь монахи ошибались и на её счёт? Или всё же также были правы? — практически прямо спросила у монаха о его чувствах водяная волшебница, чуть ли не заставляя Ли Яна издать удивлённый возглас. Дочь вождя вообще была не из робкого десятка, тому же бывшему наёмнику она тоже призналась практически прямо, однако что-то мудрый советник упустил из вида сближение и развитие чувств девушки к вместилищу духа Порядка.
— Любовь? Она… мм? — собирался было сказать что-то наверняка мудрое Аанг причём вообще никак не смутившись от подобного вопроса, да только вот задавая его Катара совсем не желала слушать изречения или же мудрый мысли, а потому взяла всё в свои руки и поцеловала монашка.
Причём надо сказать довольно страстно и уверенно поцеловала.
Ли Яну уже было откровенно совестно оставаться незримым свидетелем этой сцены, хоть тот и был рад, что неразделённая любовь монаха наконец-то нашла отклик в сердце водяной волшебницы, да непросто отклик, а самый настоящий призыв к действию. Да только эти эмоции оказались весьма быстро сметены откровенным шоком, когда воздушный кочевник решительно убрал сомкнувшиеся на его лице руки девушки, а затем и вовсе мягко, но при этом решительно оттолкнул ту от себя. Пожалуй, больше мудрого советника была удивлена только сама Катара, которой только что практически прямым текстом отказали.
— Аанг? Но… почему? — явно испытывая горечь и находясь на грани спрашивала водяная волшебница у повелителя стихий, что старался нынче смотреть куда угодно, но только не на неё.
— Прости, Катара, но боюсь я не смогу. Не сейчас, не сегодня. — практически слово в слово, ну или по крайней мере с похожим посылом повторял слова бывшего наёмника уже при его отказе той же девушке аватар. Чем опять же явно не сыграл на пользу всей ситуации. — Слишком… слишком всё сложно, и наша связь сейчас стала бы ошибкой. Ещё раз, прости. — переведя взгляд на явно обозлённую уже вторым в её жизни отказом девушку крайне серьёзно произнёс Аанг с нечитаемым выражением лица.
Катара не сказала больше не слова, а только облила лицо монаха водяной волной, что высоко поднялась над бортом Боско, после чего убежала обратно в свою каюту на ходу роняя пару слезинок. И честно говоря, стать свидетелем подобной сцены и врагу нельзя было пожелать на взгляд проводника. И да, получалось так, что он крупно пожалел, что не покинул своё место пребывания ещё в самом начале. Так хотя бы он смог помешать этой сцене вообще разыграться, но в итоге лишь вызвал совестливые ощущение. «Классно», ничего не сказать, ни прибавить, ни убавить.
— Господин Ян. — внезапно позвал аж поперхнувшегося проводника повелитель стихий из своего мокрого и с опущенной вниз головой состояния. — Я знаю, что вы здесь. Я бы хотел с вами поговорит, если вы не против.
— Да уж, и как ты только узнал? Я был уверен, что с моей стороны не было ни звука. — понял проводник по уверенности монаха, что действительно был раскрыт и потому не стал ломать комедию. Появился он в скорости облачившись в дымную вуаль прямо перед Аангом, почёсывая собственный затылок от неловкости всей ситуации. Вару же поняв положение дел развеял свою оболочку и всецело вернулся в нутро души своего изначального сосуда.
— Я… просто чувству вас. Это началось уже давно. — словно нехотя признался аватар, чем в очередной раз вызвал удивление на лице Ли Яна и вместе с тем тревогу этими сами словами. Чувствует его? Но как? А почему же тогда он не ощущает чего-то подобного, да и вообще…
* * *
— … господин мудрый советник? Глава? — вырвал из воспоминаний Ли Яна голос Ву Яня, заставляя обратить на себя взгляд. — Мы закончили, господин. Агенты ждут только вашего приказа о выдвижении. — без всяких уточнений отозвался мужчина на красноречивый вопросительный взгляд своего начальника.
В тот же момент проводник перевёл свой взгляд на преклонившихся перед ним подчинённых. Стройные ряды мастеров, как земной, так и металлической стихии в численности до целой сотни бойцов напомнили ему об основной задаче и вместе с тем вселили в Ли Яна уверенность удачного её выполнения. Усмешка озарила лицо бывшего наёмника, когда тот позволил себе надеть свою любимую шляпу, должно быть в один из самых последних раз. Его светлые одеяния советника древней столицы вновь были заменены на тёмные, что активно поглощали солнечный свет солнца, что уже в скором времени должно было быть скрыто другим космическим телом. Спина юноши выпрямилась, а сам он стоял, как никогда гордо, не давая Дай Ли агентом даже возможности углядеть в нём слабость или намёк на даже самую мысль о их поражении.
— Итак. — под звуки битвы из столичного порта перевёл свой взгляд мудрый советник на единственную выбивающуюся из общего вида фигура в тёмном неброском плаще без опознавательных знаков, что следуя призывному жесту бывшего наёмника подобралась к тому чуть ближе. — Ты готова?
— Да. — раздался короткий девичий ответ с нотками непокорности, но вместе с тем голова скрытой плащом фигуры была склонена перед главой тайной полиции, совсем как привыкли это делать его подчинённые.
— Отличный настрой, принцесса. Не забывайте о своей роли и в скорости сможете вернуться на отдых к озеру Лаогай. — произнёс ключевую фразу Ли Ян и в тот же момент капюшон с лица неизвестной спал, демонстрируя несколько отрешённый взгляд огненной принцессы, что в тайне от большинства союзников была возвращена к себе на родину. С целью известной только ей и советникам древнего города.