Друзья, прошу прощение, но я вновь заболел, отчего глава получилось весьма скромного размера. Сейчас и вовсе потерял голос, а мне блин завтра в суде выступать. Да и вообще, осень выдалась для меня крайне болезненной и не продуктивной, но мы не сдаемся!
Спасибо за поддержку!
................................................................................................................................
В затемнённом конференц-зале, совмещённом с рубкой связи, ярким маяком синего цвета высилась размытая голограмма.
— Мы теряем контроль, — глава контрразведки «Цербера» полковник Эш замер перед узлом связи, — информация о наших агентах и лоббистах стала массово передаваться русским от бывших «союзников» по конфедерации. Тоже касается Иллиума. Нам с большим трудом удалось провести эвакуацию наиболее ценных кадров и активов, а что касается остальных… связь потеряна. Ещё хуже дела обстоят у боевых и связанных с ними подразделений — большие потери в целом и катастрофические у флотских в частности. В своём отчёте мы довольно подробно изложили возможные последствия…
— Я ознакомлен с Вашими выводами, полковник. Понесённые потери хоть и болезненны, но не смертельны. — Призрак был как всегда спокоен и немногословен, излучая уверенность в собственных словах и силах. — Однако они диктуют нам смену стратегии на ближайшее время или, как минимум, до восполнения понесённых потерь. Всем оставшимся агентам надлежит уйти в «спящий режим», радикально снизив свою активность и контакты с организацией и сосредоточившись на поиске, вербовке и подготовке кадров. Более тщательной.
— А что насчёт активных операций? — Хмуро спросил Раймонд у голограммы.
— По возможности свернуть. — Вмиг последовал невозмутимый ответ. — Слишком большой риск при наших потерях и сопутствующих обстоятельствах.
— В том числе операцию по «Омеге»? — Озвучив уточняющий вопрос, Эш ещё сильнее нахмурился, ожидая услышать худшее.
— Особенно, полковник. — Призрак был непреклонен. — Растрата ценных ресурсов в настолько критической ситуации совершенно недопустима.
После недолгого молчания, убедившись, что вопросов больше нет, Призрак отключился. Как и всегда, он сделал это не прощаясь. Стоило голограмме погаснуть, погрузив зал в полутьму, как хладнокровие полковника дало трещину, его глаза угрожающе сузились, а на лице яростно заплясали желваки.
— Убедился, наконец. — Нарушил опустившуюся тишину уже даже не вопрос, а утверждение. — Призрак действительно мёртв.
То были слова Петровского, следившего за всем разговором из дальнего угла, и они прозвучали подобно приговору, на что полковник промолчал, устало потирая переносицу правой рукой. Стоило только известиям о гибели Джека Харпера достигнуть базы, как в его кабинет упрямым ураганом ворвался Петровский. Мало того, что тот внёс сумятицу и хаос в строгий рабочий процесс, так он ещё и утверждал, что Призрака убили! Для полковника это заявление было настолько абсурдным, что он сперва переспросил, а следом и с трудом сдержался от громкого смеха. Но беглый русский генерал продолжал стоять на своём и начал разъедать броню здорового скептицизма, раскрывая перед собеседником историю знакомства и сближения с Харпером и «Цербером». Деталь за деталью, факт за фактом — всё выстраивалось в правдоподобную картину, в которую не так уж и тяжело было бы проверить, но всё равно Эш отмахнулся от подобных мыслей. Надо же… чтобы один из богатейших людей Альянса и известный любитель «азарийской оперы» по совместительству оказался главой такой тайной организации, как «Цербер»? Информация попросту отказывалась укладываться в голове опытного разведчика, но… в том то и дело, что Раймонд был разведчиком. Параноик настолько, что непонятно, где заканчивается профессиональная деформация, и где начинаются звоночки для клинических психологов и психиатров. Каким бы бредом всё это не казалось, но он не мог оставить подобные заявления без внимания, организовав тщательное расследование, сконцентрировавшись на «Харпер Корп» и окружении его основателя.
Сама компания была чиста, так же как и апартаменты миллиардера на Иллиуме и его загородная усадьба, которая хоть и была достаточно хорошо защищена, но… скажем так, видал полковник и более неприступные «гнёзда параноиков». Вся охрана хоть и состояла из высококлассных спецов, была частной и также не имела никакого отношения к карманным структурам и компаниям «Цербера». Но одну интригующую зацепку найти удалось — сверхмощный блок дальней связи, что был установлен в штаб-квартире корпорации и был оперативно демонтирован неизвестными на следующий же день после убийства богача. Чудо техники было… нетипичным. Точнее, оно было новейшего и, что важнее, военного образца, что удалось понять по оставшейся аппаратуре. Всё-таки те, кто «демонтировал» систему, явно торопились, и у них не было возможности качественно зачистить все следы.
И само тело миллиардера найти так и не удалось…
Несмотря на то, что собранные на Иллиуме материалы говорили о чём-то лишь косвенно, именно они стали тем пёрышком, что стало перевешивать внутренние весы крепнущей паранойи в пользу слов Петровского. Призрак перестал выходить на связь, пропуская в том числе и «контрольные» сеансы, что было крайне нетипично для него и шло вразрез с лично им же разработанными инструкциями. Это длилось, пока спустя три недели после «пропажи» от него не поступил запрос на сеанс связи. Тот самый, который только что подошёл к концу.
— Открой глаза и взгляни на факты, Эш! — Петровский сбавил громкость своего голоса и приблизился к полковнику практически вплотную. — Никаких отчётов он не читал, потому что ты их ему не направляли. Никаких операций по «Омеге» не планировалось. Призрак погиб, и если наш противник завладел оборудованием связи, то наверняка получил доступ к некоторым каналам. Не удивлюсь, если ты сейчас говорил с самим Александром.
— Это может быть ошибка… — сипло выдавил Раймонд, постепенно возвращая себе самообладание.
— Может, — легко согласился русский, но быстро добавил, — а может и нет. Вот только цена нашей ошибки непомерна, полковник. Если мы ошибаемся и всё это — хитрый план Призрака, то, зная Джека, я ожидаю, что наши действия будут только одобрены. Если нет, то… наше слепое бездействие очень дорого нам обойдётся.
— Если информация о гибели Призрака выйдет наружу, то «Церберу» конец. — Спокойно заметил Эш, окончательно успокоившись и начав рационально рассуждать. — В составе организации достаточно амбициозных и одиозных личностей, что с удовольствием растащат «Цербер» на куски.
— Нам и не нужно делиться выводами с другими, Раймонд. — Петровский, подстроившись под спокойный тон собеседника, продолжал напирать. — Главное — не допустить чтобы «Цербер» попал под контроль Российской империи.
— Если он уже не под контролем. — Мрачно предположил Эш.
— Вряд ли. — Петровский сложил руки на груди и огладил ладонью короткую бородку. — В противном случае не было бы нужды в этом сеансе связи, и мы бы уже отбивались от русского флота, явившегося по наши души. Как я понимаю, в их расположении есть одна из систем связи Призрака и некоторые контакты, а также шифры. Всё. Доступа к основному массиву данных и контролю они точно не имеют.
— Как и мы. — Напомнил генералу собеседник. — Расположение Штаба засекречено даже для высокопоставленных членов организации.
«Особенно для них» — промелькнула мысль в голове у Раймонда.
— Верно, — быстро согласился Петровский, — кроме, разве что, доверенных агентов, бывших в подчинении лично Призрака.
— Таких немного, — задумчиво произёес полковник, осознав куда клонит Петровский, — Миранда Лоусон, Кай Лен…
— Они смогут дать нам доступ? — Живо поинтересовался Петровский.
— Как минимум, у них должны быть коды доступа. Я знаю лишь то, что штаб расположен на космической станции и имеет собственные протоколы безопасности, а персонал подчиняется исключительно Призраку.
— В таком случае, нам нужно действовать быстро и решительно, Эш. — Петровский хмуро взглянул на полковника. — Если царь первым доберётся да штаба «Цербера» и возьмёт его под контроль, нам всем конец.
«Петровский прав». — Констатировал в голове полковник. — «Этого нельзя допустить».
— Я направлю лучших агентов на поиски Лоусон и Лена. — Хоть и вынуждено, но Раймонд уступил напору генерала и мрачных перспектив, которые сулили альтернативные варианты. — А также продолжу расследование…
— Не тешьте себя иллюзиями, Раймонд. — Без издёвки произнёс Петровский, направившись к выходу из зала. — Я соберу под контроль все наши оставшиеся силы и боевые подразделения. Боюсь, они нам вскоре понадобятся.
Полковник Эш ещё долго смотрел в закрывшиеся двери после ухода Петровского, оценивая и взвешивая перспективы и новые обстоятельства. Вопросов было слишком много. Как русские могли узнать настоящую личность Призрака? Какую роль во всём могла сыграть информированность Петровского? Не мог ли беглый русский генерал таким образом купить себе свободу? Тогда почему он сейчас здесь? Или… может, Раймонд всё это время не там искал шпиона? В любом случае, пока без Петровского ему не обойтись — у Эша банально нет полномочий и права командовать боевыми подразделениями, но стоит только взять под контроль штаб, как перед ним откроются все двери и возможности. Он продолжит дело Призрака, а «Цербер» восстановится и подготовится к новой войне надлежащим образом. В этом Раймонд Эш был полностью уверен.
«Осталось только понять — зачем русским был нужен этот сеанс связи?» — Очередной вопрос, ответ на который Раймонд так пока и не нашёл.
* * *
— Не интересует. — По голограмме крогана прошла волна помех.
— Крайне легкомысленный ответ, доктор Дройас. — Раздражённо почти что прошипел Сарен, нависнув над миниатюрной голограммой, что проецировалась из подлокотника командного кресла. — Я предлагаю Вам реальный шанс возродить величие собственной расы. Безграничное финансирование. Уникальные, невиданные ранее технологии. Свобода действий. И… Вы отказываетесь от всего этого?
— Именно! — Кроган злобно ощерился, демонстрируя свои внушительные клыки. — Мне не нужны подачки от турианцев. Больше нет. Дни возрождения моего народа уже наступили и теперь нет нужды пресмыкаться и лизать твой паскудный зад, СПЕКТР!
— Возрождение? — Холодный, скрежещущий голос турианца взорвался праведным гневом, а глазные импланты заискрились на миг более ярким голубым светом. — Твоя раса продалась в рабство людям! Насколько же надо пасть, чтобы пойти на такое? Говорящее зверьё! Вас следовало уничтожить всех до одного, чтоб вы не дожили до такого позора!
— Ах-ха-ха!— Кроган явно пребывал в прекрасном настроении, так открыто и искреннее насмехаясь над чужими словами. — Твой гнев забавляет меня, турианец. В нём чувствуется страх и беспомощность… мне нравится. Не забывай это чувство, СПЕКТР, ибо времена, когда о мой народ можно было вытирать ноги, прошли.
В следующий миг голограмма потухла, оставляя Сарена наедине со своими мыслями… и не только со своими. Сарен зарычал и резко вскочил с места, словно обжёгшийся дикий зверь. Его обуревала жажда что-нибудь разрушить, сломать, опрокинуть, растоптать, испепелить на худой конец. Но уже ставший привычным холодный поток остудил деструктивные порывы, позволяя самообладанию вновь вернуться к турианцу.
— Биомусор… — холодный, с отчётливым механическим лязгом голос пронеёся по мостику чудовищного корабля, а его обладатель стал неторопливо расхаживать, ведя внутренний диалог, который иногда «прорывался» наружу. — Кроганы должны были стать нашим авангардом… теперь… нужны новые инструменты… ты обеспокоен?
На последнем слове Сарен поражённо замер, а его мандибулы раздраженно завибрировали. СПЕКТР делал большие ставки на эту расу. Хорошо вооружённая и оснащенная армия кроганов при прочих равных могла стать непреодолимой силой, но практически бесконтрольной… как раньше думал турианец. Теперь в его распоряжении были технологии, с помощью которых без особых трудов удалось бы создать послушную армию рабов. Ему не хватало лишь специалистов по кроганской генетике, которых на всю галактику были считанные единицы. Единицы, которые бесследно растворились и Дройас был одним из них. А ещё он был одним из немногих, кто вышел на связь и прямо отказался от дальнейшего сотрудничества, в то время как остальные не соизволили сделать и этого.
— Нет… заинтересован… — Произнёс турианец, словно повторяя за кем-то. — Заинтересован этими лысыми обезьянами, что только столетие назад вышли в космос? Паразиты, стремящиеся заполнить собой всё пространство. Ничтожества, лелеющие несбыточные надежды о доминировании…
Весть о том, что кроганы ушли под руку одного из человеческих властителей повергло Сарена в шок. В его голове эти факты и образы попросту не находили места, они противоречили всему, что было, казалось бы, так очевидно и правильно. Целая раса до безумия гордых и непокорных воителей преклонила колено перед человеком, изменив баланс сил в галактике и… преобразовав старые раны турианца в нечто новое. Былое пренебрежение никуда не исчезло, но теперь от него стало веять чем-то новым, мерзким и гнетущим… страхом. Вассальное, дочернее, подчинённое, какое угодно, но полноценное, централизованное, функционирующее государство кроганов. Ночной кошмар Цитадели, воплотившийся в реальность. А теперь, эти безмозглые приматы отдали им часть галактики в качестве охотничьих угодий! Люди в своей глупости и невежестве обрекают всех на страшное и кровавое будущее.
Не сказать, что Сарен ненавидел исключительно людей. Нет, совсем нет. По правде говоря, турианец ненавидел всех — азари, саларианцев, кроганов, волусов, батарианцев и даже других турианцев, что не подпадали под его критерии «истинного турианца». Склочные, жадные, недисциплинированные, разобщённые, неспособные принять единое решение и, вместе с тем, наживающие себе капиталы, пока его народ тянет ярмо миротворцев и защитников. Пока Турианская Иерархия тратит огромные силы и средства для поддержания мира и порядка, остальные расы беззаботно проводят время в своё удовольствие, торгуя, в том числе интересами и жизнями его собратьев. Интересами расы, что делает наибольший вклад в развитие и стабильность галактики. Не азари, не саларианцы, а именно турианцы, на чьих костях и жертве покоится мир и покой, которые все они знают, и без которого они сгинут.
Сегодня турианцы низведены до безмолвных боевых слуг, что охраняют нынешний порядок вещей и статус-кво. Но вскоре всё изменится. Сарен все изменит, и он покажет своему народу иной путь. Путь к достойному месту в галактике и истинному величию. Однако… он не мог не согласиться со своим «партнером». Столь неожиданно и стремительно разразившаяся война в Терминусе серьёзно спутала им планы, отчего им пришлось быть более осторожными и менее решительными в своих действиях, дабы избежать внимания противоборствующих сторон. Такой подход не удивлял Сарена, но его подоплёка? Опасения. Обеспокоенное внимание к человечеству со стороны «партнёра», что требовал от турианца всё больше и больше информации о нём, и особенно о Российской империи, этом отвратительном и несуразном клоне Иерархии…
— Теперь ты видишь, что империя — угроза, верно? — Довольно проговорил турианец. — Они опаснее прочих, вероломнее и хитрее, но всё ещё слепы… гр-р-р-ра! Без армии сделать это невозможно! Откуда? Да… Раннох… геты непредсказуемы… нам всё равно потребуется время, чтобы нарастить силы… ты и так ждал тысячи лет, не можешь потерпеть ещё пару циклов?... Возможно, имеет смысл посетить Цитадель — в архивах СПЕКТРов могли появиться новые данные… Разумеется, без тебя.