На демонстрацию изобретения Хилюлюка пришли только мы с Курехой. Собственно, было бы странно заявись сюда хоть кто-то ещё. По большей части стремления старика оставались тайной, он ни с кем особо не делился своей мечтой, пусть и не скрывал, если его об этом спрашивали.
Короче говоря, не было в это пасмурное снежное утро на поляне посреди леса никого кроме нас троих. И этого было более чем достаточно.
— Знали бы вы каких усилий мне стоило добиться того, чтобы пистолетный снаряд преодолел необходимую дистанцию и добрался до облаков. — проговорил старик. Выглядел он помятым и чертовски усталым, но несмотря на это его губы были растянуты в широкой счастливой улыбке, — Вот бы ещё на центральную гору забраться. У неё высота как раз подходящая для млей задумки.
— Начинай уже, старый мошенник. Холодно. — проворчала Куреха, складывая руки на груди, не показывая при этом то, что ей действительно доставляет дискомфорт низкая температура. Даже тот факт, что она стояла в кожаной одежде поверх топика, открывающего живот, её ничуть не смущал, — Долго ещё будешь рассусоливать?
— Да-да. — отмахнулся Хилюлюк, ничуть не теряя расположение духа, поднимая руку вертикально вверх и нажимая на курок.
Громыхнул выстрел, что был в несколько раз громче обычного, а нас накрыло густым облаком дыма, перегородившего обзор. Но лёгкий ветерок справился с этим, прогоняя вместе с ним и затхлый запах сгоревшего пороха.
— Ох… — простонал Хилюлюк, держась за ладонь.
Не знаю, что он там сотворил с патроном, но револьвер банально не выдержал нагрузки и разлетелся на осколки, большая часть которых вонзилась в руку старика, а ствол и вовсе пробил ладонь насквозь. Вот только его совершенно не заботил этот факт. Он завороженно смотрел вверх, где розовое пятно стремительно разрасталось по осыпающейся на землю снегом туче.
Далеко это преобразование не зашло, видимо вещества было слишком мало, но этого было более чем достаточно, чтобы вскоре на наши головы посыпались крупные хлопья розового снега. Мне никогда прежде не доводилось видеть цветение сакуры, но зрелище и правда было довольно красивым.
— Получилось… — прошептал Хилюлюк, сияя широкой улыбкой несмотря на явную боль и обильное кровотечение, — У меня получилось!
— Да-да, молодец. — проворчала Куреха, — А теперь заткнись и дай мне руку. Старый идиот. А если бы осколки попали в глаз или, что ещё хуже, в меня? Я б тебе руки с ногами местами поменяла.
— Верю-верю. — усмехнулся старик, протягивая пострадавшую конечность, глядя женщине в глаза. Несмотря на слова она так же радостно улыбалась, довольная произошедшими событиями, — Теперь нужно создать достаточное количество вещества. Если получится, то этого будет достаточно, чтобы сакура цвела на этом острове вечно.
* * *
На вершине одной из странного вида гор, из-за которых остров и получил своё название, на достаточно просторном плато, расположился замок. Роскошное с виду каменное жилище, внутри которого поколениями проживали правители королевства Драм. И в данный момент он принадлежал Ваполу.
Высокий, крайне толстый мужчина с непропорционально большой пастью на широком лице, нижняя часть которого по какой-то причине было обшито металлическими пластинами. Он с задумчивым видом закидывал в огромный рот пищу прямо с тарелками, даже не обращая на это внимание. Всё оно было сосредоточена на окне, за которым на землю из розового облака осыпался розовый же снег.
— Чесс!!! — завопил он, что есть мочи.
Из-за двери тронного зала раздался оглушительный топот, который вскоре прекратился ивнутрь зашёл не уступающий в размерах королю мужчина в странном одеянии, будто сшитом из кусков шкур разного цвета и капюшоном, напоминающим шутовский колпак.
— Я здесь, мой король! — рявкнул он, вытягиваясь по стойке смирно и даже прикладывая ладонь к голове, отдавая честь, — Чего изволите?
— Что это? — ткнул Вапол жирным пальцем с кусочками прилипшей пищи на нём за окно, прямиком в сторону розового облака.
— Ого… Значит у него получилось? — названный Чессом выпал из образа, смотря туда, куда указал его величества, — Даже не думал, что этот день настанет.
— Отвечай! Ты знаешь, что это?! — продолжал орать король.
— Так точно, мой король! Вы, наверное, не помните, но тридцать лет назад, когда ещё правил ваш отец, на остров заявился один врач, который заявил, что заставит цвести здесь сакуру! Вы должны были слышать о нём. Его зовут Хилюлюк.
— Что ты сказал? Я должен? Кому я должен?! Ты совсем обнаглел, Чесс? Как ты смеешь вести такие речи с королём?! Захотел плетей?!
— Виноват, мой король! — рявкнул Чесс, вытягиваясь по струнке, — Я неправильно выразился! Накажите меня!
— И накажу! Сто плетей! — воскликнул Вапол, — Но я милостивый правитель, а потому можешь воспользоваться заменой. Но удары в этом случае будешь наносить сам! Понял меня?
— Да, мой король!
— Отлично. Как закончишь, приведи ко мне того, кто это создал. Как ты там сказал? Хилюлюк? Думаю у меня есть, что с ним обсудить. Эта вещь выглядит перспективно. — он сделал паузу, — И почему на моём острове до сих пор остались врачи? Я же приказал всех убить! Смеешь игнорировать мои приказы? Поймать! И того ублюдка, что калечит моих солдат тоже! Даю вам три дня!
***Подлечить старика от последствий его же решений было не трудно. Куреха вынула все осколки, я вызвал духа, что занялся ранами, прямо там, не сходя с места. Всё это время мы оставались на поляне, наблюдая за летящим с неба розовым снегом, довольно улыбаясь. Хотя счастливее Хилюлюка быть, наверное, в этот момент было нельзя.
— Наконец-то… Дело всей моей жизни, результат тридцати лет неимоверных усилий и бесконечных неудач, у меня получилось. — проговорил он, внезапно пуская слезу.
— Тц… Я была уверена, что у тебя не получится, старый мошенник. — хмыкнула Куреха, — Но что ты собираешься делать дальше? Если ты хочешь увеличить количество вещества, то тебе нужно что-то, что запустит его достаточно высоко в воздух. И пистолет тут не подойдёт, насколько я понимаю.
— Есть у меня одна идея. — кивнул старик, — Вот только непонятно пока как её привести в исполнение…