“Пупупу”, — только и подумал Император. Может, ну его нахрен? Отказаться и искоренить веру в него, оградить себя от этой мерзости. Самый простой… И плохой путь. Люди твари такие — они будут верить во что угодно, а если запретить, то найдут чему поклоняться, и это будет уже какая-нибудь хрень. Ересь ему тут не нужна, а то найдётся свой обиженный на папочку Лоргар, что устроит веселье. Нет, это не наш путь.
А потому остаётся только возглавить. Но вот что делать с затемнением? Такое счастье ему не нужно. Тут проблема заключается в чём? Эмоции псиактивных существ отправляются прямиком к тем сущностям, из которых они и состоят. С ним же загвоздка — он изначально человек, и вся вера обращена лично к нему, пусть он и указал в распространяемой книге Пути Знаний, что он не бог. Но зачем слушать того, кого они считают богом? Они продолжали и продолжают считать так. В общем, вся вера идёт к нему, в том числе и такая, грязная.
Что же делать? А чтоб ему знать. Он с таким вообще вправе сталкивается, и это не смотря на память Неота. Так что придётся идти опытным путём, долго и нужно перебирая варианты. Ну, что поделать. За работу, она сама себя не сделает!
0.623.008.М29, орбита Терры, корабль Аэльдари.
Относительно молодой, по меркам Эльдар, но уже многое видевший и переживший провидец, что обещал стать сильнейшим из них, по имени Эльдрад Ультран нетерпеливо мерил шагами свой кабинет, всем своим естеством показывая раздражение.
Сидящий в кресле уже пожилой аэльдари, чей возраст можно было угадать лишь по залёгшим в уголках глаз морщинках, гладящий млеющего у него на коленях джиринкса, излучая спокойствие и уверенность, смотрел на мельтешащего провидца.
— Почему так долго? — позой выражая непокорность, процедил Эльдрад.
— Взгляни ещё раз, и грани будущего предстанут перед тобой, — ответил многозначительно учитель Эльдрада, Итариэль.
— Я видел! — продолжая источать раздражение, и не останавливаясь ни на мгновение, повысил голос на пару децибел Эльдрад, — и я абсолютно не понимаю, как такое вообще возможно?!
— Невозможное случается сплошь и рядом, а случайные на первый взгляд вещи — неслучайны, — продолжая сыпать цитатами из пабликов Земли начала 3 тысячелетия, сказал Итариэль.
— Ты вообще говорить нормально можешь? — вспылил Эльдрад, встав перед учителем и приняв позу, говорящую о плохо скрываемом гневе.
— Я-то всегда говорю нормально, это ты не хочешь слышать мои слова, — в кои-то веки прямо заявил этот несносный эльф. Как он вообще стал его наставником, если их характеры настолько не совпадают? И ведь уже сотню лет они вместе, и вместе еле пережили Падение.
С тяжёлым вздохом Эльдрад сел в кресло напротив и задумался. Как всё к этому пришло? Как так вышло, что гордый аэльдари сейчас в роли просителя перед чужаком? Конечно, он ещё не предстал, но это случится совсем скоро. И даже вся его психическая мощь не способна прозреть результат этой судьбоносной встречи. По какой-то причине эльдар был уверен, что его ждут, не смотря на то, что искусственный интеллект (гадость какая) продолжал твердить, что в данный момент Император занят и не может их принять.
Ну да, занят. Он чувствовал этого их Императора. Это настоящее чудовище в плане голой мощи в смертной оболочке, настоящий бог в языческом понимании этого слова. Сильнее него он не видел в принципе никого, даже эльдарские провидцы и те уступали правителю мон-кеев. А уж то, как он использовал свои силы… не почувствовать разразившуюся псионическую бурю на поверхности планеты пропустил бы лишь пустой. Он уже страшился встречи с ним, хотя и был твёрд в своём намерении.
А ведь ничто не предвещало. Когда сотню лет назад он только предстал перед Итариэлем, то был восторженным юношей, что только выбрал свой путь. С тем пор много времени утекло, он видел такие ужасы галактики, что иные напрочь бы потеряли сон. А его видения… Как сказал ему учитель, когда он смог его всё же уговорить принять его в качестве ученика, то у Эльдрада огромный потенциал. Но этот потенциал скрывал многое опасности. Он учил его правильно толковать полученные видения, видеть смыслы и подтексты внутри других смыслов. Видеть за пределами обычного зрения и ощущать вне привычных ощущений. За сотню лет он познал многое, но ещё больше ему только предстоит узнать.
А вот учитель… Молодой эльдар никак не мог понять, отчего его учитель всегда столь спокоен. Это буквально заставляло кипеть его горячую кровь. А уж медитации. Да, Эльдрад понимал их важность, но ему сложно было сидеть длительное время на одном месте, и лишь огромный самоконтроль позволял ему оставаться на месте. А потому сейчас его пророческий дар по большей части не подчинялся ему, навевая иногда образы и формы в произвольное время.
Вот и два года назад, когда они скрывались в Паутине от Той-Что-Жаждет, в его разум пришло очередное видение. Ужасное по содержанию и великолепное по сути. В нём он и его народ были не просто союзниками мон-кеев, они входили в состав их галактического образования, так ещё и были счастливы, бок о бок с примитивами строя общее государство. От увиденного он был в полнейшем шоке, и ещё несколько дней пытался прийти в себя. Чтобы аэльдари, да прислуживали низшим существам?! Да не бывать такому! Это явно какой-то выверт эмпиреев, ведь так?
С этим он и обратился к своему учителю, на что тот, как это и бывает обычно у него, ответил пространными размышлениями о судьбе и предназначении. Это стало причиной для их первой, но не последней, ссоры. Да, позже он пришёл извиниться, но осадочек-то остался. Но продолжая размышлять, Эльдрад просматривал вероятности. И все они были безрадостными. И он снова и снова обращался к тому видению, что подкинул ему варп. Снова и снова он смотрел его, осматривал со всех сторон, обнюхивал, пытался расширить своё восприятие, чтобы как можно более полно увидеть и рассмотреть подробности пророчества.
И в какой-то момент ему открылось немного больше, чем он видел ранее. В этой сцене он стоял перед человеком, что внушал как своим внешним видом, так и психической мощью. Он сидел, облачённый в блестящие золотом доспехи и слушал его, Эльдрада. После этого до него дошло, что это основная причина произошедшего в видении. Он говорил с этим мон-кеем, после чего для аэльдари наступит новая эпоха рассвета, пусть и под чужой рукой. Им не придётся выживать и тем более совершать коллективное самоубийство для создания чего-то, что могло помочь против Той-Что-Жаждет. И он принял это. Если для выживания потребуется подчиниться — они обязаны смирить свою гордыню, которая уже привела к ужасным событиям.
И если для этого он должен поговорить с правителем мон… людей, то так тому и быть. Единственной проблемой было то, о чём говорить. В отличие от всего остального пророчества, эта сцена была статичным кадром, и все попытки узнать о предмете разговора оказывались провальными. А потому нужно быть очень осторожным в своих словах и суждениях, потому что пророчества — слишком ненадёжная вещь, и могут разрушиться от любого неосторожного чиха.
Неожиданно для него сработал сигнал связи, и Эльдрад поспешил установить соединение. Всё тот же искусственный интеллект, который отзывался на имя Прометей, сообщил: — Император освободился, и готов принять вас. Прошу следовать по указанному маршруту, не отклоняйтесь от него, в противном случае вы будете уничтожены.
Он переглянулся с учителем, что всё также бесстрастно взирал на всё вокруг. Спускаться по выделенному вектору было достаточно жутко — мощные системы ПВО и ПКО неотрывно следили за кораблём, держа на мушке, готовые в любой момент разнести их кораблик на куски. Отчего по спине Эльдрада пробежала предательская холодная капля. Весьма тёплый приём, конечно.
0.624.008.М29 Терра, Люкс Этерна, Дворец
Как же он устал. В первую очередь он очистил себя от всех примесей, оставив только свет. Ну а дальше пытался придумать, как ограничить себя от поступающей тьмы. Особо ничего придумать так и не смог, кроме периодического очищения по строгому графику — пока не набралась критическая масса тьмы, которая начинает влиять на него. При нынешнем поступлении энергии веры это примерно раз пять часов минут на десять медитации. Пока это был оптимальный план, что он смог придумать, надо будет в дальнейшем придумать что-то более интересное.
Тем временем Император ощутил, что в комнате он не один. Прямо перед ним кто-то стоял. Он прямо кожей ощущал интерес, обращённый к нему. Так как к его покоям доступ был у ограниченного числа людей, и почти все смотрели бы на него совсем по-другому, то оставался лишь один вариант.
— Беллара, — мягко сказал Никсос, открывая глаза. Перед ним, на цыпочках, застыла его дочь с кисточкой в руке, что сейчас пыталась нанести на него макияж. Пойманная с поличным, она нисколько не растерялась, а отмерев, продолжила разукрашивать отца.
На вид девочке было лет десять, хотя на самом деле ей пять. Она и вела себя на свой возраст. Иногда не по годам рассудительна, а иногда дурачится как пятилетка. Альфамегоны в ней души не чают, постоянно находят время, чтобы с ней поиграть или почитать какую-нибудь книгу. Одетая в небесно-голубое платьице, девочка выглядела крайне мило.
В целом она была полной копией отца — такой же бронзовокожей, в живых серых глазах вечная смешинка, густые чёрные волосы достигали пояса. Но вся отцовская генетика была смягчена влиянием генов Эрды, а потому суровая прямоугольная челюсть стала более миниатюрной, и так во всём. В будущем она обещала вырасти настоящей красавицей, грозой мужских сердец, и Император уже готовился отбиваться от предложений.
Сама Беллара частенько забегала, чтобы посмотреть на отца, которого она видела не слишком часто, но была слишком умной, чтобы понимать причины его отсутствия и важность работы. Одним словом, у них тут рос настоящий двадцать первый примарх, только получившийся естественным путём.
— Как тебе, папочка? — раздался девичий голосок, от чего Никсос вынырнул из размышлений и посмотрел на дочку. Она протягивала ему небольшое зеркальце, чтобы он посмотрел в него и оценил её работу. А неплохо получилось. Если ранее, когда он только вернулся, под глазами запали тёмные круги, пусть и не очень заметные, то сейчас тонкий макияж прикрыл их. Разумеется, что он мог исправить это своей силой, в крайнем случае внушить всем именно ту внешность, какую он хочет. Но зачем, если его личный стилист справился лучше?
— Спасибо, Беллара, ты, как всегда, справилась на отлично, — с мягкой улыбкой отозвался Никсос, и слегка потрепал девочку по голове, — но разве ты сейчас не должна быть на уроках? — подпустил он больше строгости в голос.
— Да, папочка, но учитель Вакул упал с лестницы и занятие отменилось, — с небольшой грустью сказала она. И глаза прям честные-честные. Настолько честные, что им невозможно поверить.
— Нельзя вредить учителям, — строго произнёс Никсос, опустив свою тяжёлую ладонь на голову девочки и слегка надавил, — а Альфамегонов не слушай. Они те ещё барагозы, в твоём возрасте совершали ужасные, но великие дела. А ты же — не они. Ты — Беллара. Не стоит идти тем же путём, что шли до тебя другие. Пробей свой путь.
— Хорошо, пап, я запомню, — серьёзно ответила девочка, попытавшись кивнуть под всё ещё лежащей на ней рукой.
— Ну, раз так, то пошли, — усмехнувшись, сказал Никсос, вставая, и направляясь в личный тренировочный зал, что расположился в соседнем помещении. Девочка же семенила за ним, стараясь не отставать.
Активировав учебного андроида с развитыми, но ограниченными эвристическими процессорами, он бросил дочке одноручный меч, который она ловко поймала, и меч этот на её фоне выглядел двуручным. Но она всё же не обычная девочка, а дочь своего отца.
— Итак, покажи мне, чему ты научилась, — одобрительным кивком показал Никсос на андроида. Девочка, одетая во всё тоже короткое, до середины бедра, голубое платье, хищно улыбнулась и размашистыми, но чётко выверенными движениями размялась, привыкая к весу оружия.
— Начали, — скомандовал Император, и маленький голубой вихрь сорвался с места, с ходу атакуя андроида, навязывая высокий темп боя. Никсос смотрел на свою дочь, и в сердце теплилась гордость, разливаясь приятным теплом в груди. Чёткие движения, скорость ударов, хорошая защита. Ей всего пять, а она знает и может больше, чем многие не то, что сверстники, а взрослые. Между тем, он не превращал её в оружие, инструмент. Он давал ей прожить эту жизнь, наставлял, но не вдалбливал, побуждал, но не принуждал. Девочка сама заинтересовалась оружием в столь юном возрасте, сама вынудила его найти учителя. Да и в целом он одобрял такой интерес. По его мнению, каждый должен уметь постоять за себя и защитить других. А уж дочь Императора и подавно. Это её святые долг и обязанность.
Тем временем, робот пропустил несколько неприятных ударов, тогда как Беллара продолжала носиться по всему залу, не выказывая ни единого признака усталости. Наконец, поднырнув под слегка замедленный после повреждения плеча удар противника, девочка точным движением вскрыла корпус как консервную банку.
Никсос сделал несколько громких хлопков, обозначая победу и удовлетворение увиденным. Беллара, встрёпанная как маленький воробушек, сдула прядь волос с разгорячённого лица. На её лице растеклась широкая улыбка. В прошлый раз этот андроид накостылял ей, так что сейчас она взяла матч-реванш. Ну а платье было ещё одним уровнем сложности.
— Ты молодец, — похвалил её Никсос, стоило ей слегка успокоиться и вернуть меч на место, — ты уже неплохо справляешься. В следующий раз твоим соперником будет Мусаши.
— Ого, — округлила глаза девочка, и было отчего. Этого робота собрал лично Никсос около тысячи лет назад, и лично написал код искусственного интеллекта для него. Постепенно обучаясь, Мусаши превратился в полноценную личность и был постоянным спарринг-партнёром Императора. За столько времени это имя стало даже не просто легендарным, а нарицательным. Сейчас он здесь отсутствовал, гоняя Альфамегонов в их части дворца, когда они свободны. Молодые обалдуи, пусть и выросли в здоровенных лбов, но обалдуями и остались, больше полагаясь на тихие операции. Но ведь не всегда нужна тайность, иногда нужно и громко, с ноги, влетать. Здесь у них уже были некоторые проблемы, что и показал прошедший бой. Чуть не треть потерь пришлась именно на двадцатый легион. А потому что Альфамегонов, что легионеров, будут усиленно гонять до вменяемого результата.
— Да, Мусаши будет теперь тебя обучать, ты показала, что готова, — с улыбкой кивнул Никсос. Он, в принципе, всегда расплывался в улыбке, стоило ему посмотреть на дочку. Вот такая она была умилительной, — ну всё, беги в душ и переоденься.
Стоило Белларе убежать, как подал голос Прометей:
— Государь, вы не забыли, что вас ждёт аэльдари?
— Нет, я помню, — поморщился он. Как же ему не хотелось с ним общаться, по крайней мере, сейчас. Это же сам, мать его, Эльдрад Ультран, эльдарский дед, что дожил до событий сорок второго тысячелетия и влиял на судьбу всей галактики. Для человечества этой нехороший персонаж, потому как использовал людей для прикрытия и спасения других эльдаров. Нет, так-то понятно, кто ему мон-кеи, а кто свои братушки-аэльдари. Да и нельзя о нём так говорить, сейчас это не тот прожжённый мудак, что жертвует миллиардами людей ради спасения одной эльфийской жизни. Здесь и сейчас он молод, и непонятно, чего ради припёрся сюда. Он не виновен в том, что совершала его другая версия, и то в отдалённом будущем. Не время для предубеждения.
— Блять, — тяжело вздохнув, протянул Император.