• Boosty Shared
• Bandileros

• T

• 18+
• гарри поттер

Зайдя в палатку Сириуса, я заметил, что тут царил лёгкий беспорядок. А места внутри было полным-полно. Палатку всё-таки проектировали профессионалы, и я добавил от себя — в комплекте была мебель и всё что нужно — столы, кресла, диваны, ванная, комнаты на пятерых человек… Стены палатки пропускали свет. Довольно интересная конструкция мягкого расширения — внутри она была не просто больше, чем снаружи — пространственный барьер был на ткани палатки, и поэтому её можно было свернуть или даже сложить, и барьер не разрушался — он так же складывался. Обычно незримое расширение требует определённого внутреннего пространства — чем оно стабильнее, тем лучше держатся чары — поэтому идеально наложить его на сундук, или шкаф — хуже на мягкую сумку, а палатка… Но мы нашли выход, который это исправлял.

Дебильное министерство требовало сделать вид лагеря похожий на магловский, потому что тут жило несколько маглов — абсурд ситуации был в том, что десять тысяч волшебников, которые носятся на мётлах и творят магию вокруг себя — трудно заставить стать похожими на маглов.

Именно этим фактом я и высказал недовольство, когда заметил, что в главном зале палатки есть люди — в частности, Артур Уизли.

— Гарри! — он встал с дивана, — как я рад тебя видеть!

— И я вас, сэр, — мы пожали друг другу руки.

— Что ты говорил про маглов?

— Что это идиотизм. Волшебники, пытающиеся казаться маглами — кажутся пациентами, сбежавшими из психиатрической лечебницы. Вокруг все плевать хотели на конспирацию.

— Ну Гарри, — нахмурился Артур.

— Сэр. Так и есть. Это очень нелепая затея, и думаю, многие «благодарны» министерству за такую заботу о маглах, что нельзя палочками пользоваться.

— Все всё равно пользуются, — отмахнулся Артур.

— Надеюсь, их не штрафуют? А то это выглядело бы как отличный план заработать на штрафах, и попутно вызвать глухую ненависть к Англии у волшебников всего мира.

Артур промолчал.

— А где Сириус?

— Он сейчас будет. Пошёл за выпивкой.

— Куда?

— Тут есть неподалёку место, где продают отличное пиво.

— Вот это хорошо, — улыбнулся я, — пивка бы сейчас, а то после вчерашнего… — я покачал головой, — Кричер! Приготовь к пиву креветок в кляре.

Кричер появился, поклонился и исчез.

— Они быстро готовятся, — пояснил я Артуру, — и мои любимые.

Сириус не сплоховал — он тащил на себе дюжину пинтовых бутылок с пивом, и когда заметил меня, сгрузил всё это на стол.

— Куда столько? — возмутился Артур.

— Ну мы же постараемся. Гарри! — Сириус схватил меня в стальные объятья, — как ты?

— Нормально, — я кое-как освободился и отдышался, — ну и хватка у тебя, бродяга! — я взял одну бутылку и открыл по-магловски — то есть без палочки, что было вновинку для Блэка и даже для Артура. У меня на брелке была открывашка.

— Ирландское? — я отпил из горлышка, — Как молодая жена, Сириус, не доконала?

— Ну разве что немного, — смутился Блэк, — она ушла сейчас к подругам, с ней интересно.

— Когда уже порадуете нас маленькими блэками?

— Гарри, — Сириус возмутился.

— Что Гарри? Я тут не при делах. Хочешь сказать Агате, чтобы она род продолжала? Вот, бери пример с мистера Уизли! Шесть парней!

Артур хихикнул, а Сириус выдохнул.

— Анжелина не согласится столько рожать. Нет, мы пока не думали о таком, слишком смело.

— Сириус, у нас сегодня будет шикарное дело — как я слышал, секретность соблюдена. Я лично отрывался и говорил с Болгарами, они выйдут в бой на новых мётлах.

— Ставки против них, я знаю.

— Играют они неплохо, хотя Ирландцы заметно лучше. Вся надежда на Крама.

Тут появились горячие креветки — целая тарелка, в золотистом кляре. И я спешно начал ими закусывать. Артур и Сириус тоже угощались и пили, Артур налил в большую пивную кружку, а Сириус глушил пиво из горла, как и я. Оно так вкуснее, по-моему.

— А у вас с Гермионой как? Сломали уже все койки в отеле?

— Что ты, они зачарованы, слава богу, — хихикнул я, — поэтому не сломались, как бы мы не пытались. И нет, Блэк, даже не надейся, что у меня дети появятся раньше твоих.

— Я и не надеюсь.

— Вот и хорошо… Нажираться перед походом я не собираюсь, после можно будет…

— После всё хорошее пиво разберут, — ответил Сириус ворчливо, — не так уж мы и напьёмся!

* * * * * * *

__________

Меня разбудила Гермиона. Господи, как болела голова! Гермиона растолкала меня, когда я уже чувствовал себя выспавшимся, но очень болезненным.

— Оу, — схватился за голову, — вот это отметили.

— Это точно!

— Ау, не кричи!

— Я шепчу. Возьми зелье, — она сунула мне в руки зелье, которое заставило меня… прилично покорёжиться, но зато через минуту я уже чувствовал себя свежим.

И пошёл вниз — спал я, видимо, в одежде. А внизу — были Сириус, Агата, которые видимо вообще не спали. Я сполз по лестнице, держась за перила, и радостно всех поприветствовал.

— Гарри! — воскликнул Сириус, — наконец-то!

— Ага, утро доброе. Хорошо вчера напились. Я вытворял что-то странное?

Сириус побледнел и отвернулся. Агата тоже.

— Гарри, у тебя что, память отшибло?

— Ну как бухали помню, а там… мало что запомнилось.

Все присутствующие переглянулись. Сириус внимательно на меня посмотрел.

— Что, совсем-совсем ничего не помнишь?

— Так что было то? — я спешно приступил к завтраку — желудок требовал немедленно его чем-нибудь наполнить, аж изжога начиналась.

— Неа.

— Ты вчера добавил нам всем седых волос, — сказала Агата, — даже мне. Помнишь, как напали пожиратели?

— Э… вроде да, — я потёр висок, — а дальше что?

— Дальше ты вскочил как ужаленный, покрылся чем-то очень тёмным, и с горящими в прямом смысле этого слова глазами бросился на них. Весь лагерь заволокло тьмой, а ты бросился биться с пожирателями смерти.

— Ого.

— Ага, я думал, у меня инфаркт будет, — продолжил за неё Сириус, — ты бросал в них чем-то очень мощным огненным, потом какими-то тёмными кольями, а когда из земли начали появляться чёрные щупальца и рвать пожирателей в клочья…

— Но это ещё ладно, цветочки, — продолжила Агата, — потом ты начал бросаться такими заклинаниями, что земля тряслась. Пожиратели дохли как мухи, ничего их не спасало. А ты хохотал и летал по лагерю, убивая их всех.

— Я думал, у меня сердце остановится, — продолжил уже Сириус, — адское зрелище.

— Я узнала «Клеть тьмы» — фирменное заклинание Блэков.

— А я не узнал. А что это были за страшного вида сгустки, после которых пожиратели так верещали?

— Не знаю, это явно очень тёмная магия.

— Они заживо превратились в мумии!

— Это Тёмное Иссушение, — зевнул я, — заклятие начального уровня магии тьмы.

— А те страшные щупальца, которые вырывались из земли? А та тьма, что накрыла весь лагерь? — спросил Сириус.

— Не знаю, о чём ты.

— Это было ужасно. Мне показалось, что меня вот-вот схватит какое-то чудовище.

— Аналогично.

— Тогда скорее всего «Пришествие тьмы» — отмахнулся я вилкой, — заклятие, воплощающее тёмное измерение. Высшая тёмная магия, очень затратное.

— Я такого даже в Азкабане не чувствовал — а там то ещё местечко.

— Вот-вот, — поддакнула Агата, — а потом ты начал кидаться мощными заклятиями во всех остальных, и бросался, хохоча, на пожирателей — желающим убежать отрубал ноги и руки, чтобы не шевелились, а остальных…

— В общем, от них мало что осталось, и к счастью это уже не живое, — сказал бледный Сириус, — А волдеморт мог так делать?

— Нет, он владел обычными заклинаниями, пусть и мастерски.

— Тогда получается Гарри сильнее?

— Не знаю, — Агата пожала плечами, — но это было ужасающе сильно ночью. От Волдеморта таких ощущений точно не возникало. Гарри просто подавил всех своим присутствием.

— Лорд Блэк это не просто титул, — фыркнул я, берясь за ветчину, — и как результат?

Они переглянулись.

— Там больше сотни трупов, Гарри, — сказала Агата, — настоящая бойня. Высушенные, разрезанные, сожжённые ужасной тёмной магией. Ты что, не понимаешь серьёзности?

— Какой серьёзности? — поднял я на неё взгляд, — какие-то додики напялили на себя маски пожирателей, я что должен делать, если на меня напали?

— Скорее ты на них. Они бежали и визжали, умоляли о пощаде, но…

— Ты всех порешил, — мстительно сказала Агата.

— Ладно.

— Ты не понимаешь серьёзности ситуации? — спросил Сириус, — ты применял на публике очень тёмную магию! Там все обосрались от страха, когда ты влетел и начал раскидываться заклинаниями!

Я помотал головой.

— Вроде было что-то такое…

— Что-то? Да ты там устроил такое, что министерство в шоке! Как тебя ещё не арестовали?

— Кто ж его арестует, он же Блэк, — Агата фыркнула.

— Меня спокойно арестовали — и даже разбираться не стали!

— Ты сам виноват. А нам нужно сейчас срочно что-то делать — потому что те, кто видел подобное — уже раструбили слухи по всему волшебному миру — что ты там нашёл пожирателей и накинулся на них. Они правда двоих убили до того, как ты до них дошёл, но…

— Но что?

— Публику надо настраивать. Гарри, всё серьёзно — ты показал слишком высокий для школьника уровень магии. И слишком много тёмных заклинаний. Да там все, кто был — боялись тебя!

— Вот и нажрался называется, — фыркнул я.

— Больше не пей так много, — попросил Сириус, — а по поводу тёмной магии — неудобно получилось, но вроде бы непростительными ты не кидался, так что отмажемся. Не впервой.

— Репутация главного тёмного мага в Англии тебе обеспечена. Настоящий монстр.

— Пф, публика такая ветренная! Меня уже объявляли тёмным магом в прошлом году, — закатил я глаза, — не буду отрицать. Пусть лучше боятся, чем любят.

— Дамблдор тебе мозги выест своими проповедями всеобщего блага и света, — заметно скуксился Сириус, — и нам тоже.

— Да и хрен с ним со старым, — заметно обозлился я на директора, — пусть что хочет говорит — но я не его мальчик на побегушках.

— Точно, — поддакнула Агата.

К нам пришли. Сначала появился Кричер.

— Сэр, к вам из министерства.

— Ну вот, началось.

Из министерства пришла комиссия из трёх человек — среди которых одна женщина и двое авроров. Они заметно струхнули, попав в наш дом — дом Блэков был пропитан магией так, что она словно вода струилась по коже. Нас она поддерживала и защищала, а гостям выдавала предупреждение, что хозяева не просты. Двое авроров заметили меня и напряглись ещё больше.

— Мистер Блэк, мисс Блэк, Лорд Блэк и…

— Леди Грейнджер, — представил я свою супругу.

— Лайза Хелмкрик, — представилась женщина, — аврор Дженкинс и аврор Хопкинс.

Хорошая парочка. Сириус настороженно смотрел на авроров.

— Сэр, — обратился один из них к Сириусу, — по поводу вчерашнего… нападения. Мы должны опросить участников.

— Что вам ещё?

— Сириус, — строго сказал я, — не груби. Простите его, он не очень любит авроров после Азкабана.

Я поднялся и пошёл навстречу им.

— Пойдёмте в гостиную, там удобнее. Чаю?

— Нет, спасибо.

— Сэр, — обратился Хопкинс, — вы можете дать объяснения произошедшему?

— Какие-то пожиратели смерти напали на лагерь. Убили людей, как я слышал, ну а я… защищая себя и других, напал на них. К сожалению, я очень плохо помню произошедшее.

— Почему же?

— Беспробудное пьянство по поводу победы Болгарии. Я даже не запомнил, что там было — помню кого-то бил, но не более того.

Авроры переглянулись.

— И всё?

— Вроде всё.

— Люди говорят, что…

— Я слышал. Жаль, что они настолько впечатлительные. Пожиратели Смерти — враги древнейшего и благороднейшего рода Блэк! — сказал я твёрдо, — поэтому убить их я имею полное право.

— Да, сэр, не сомневаюсь.

— Надеюсь, я никого из мирных граждан не зацепил по пьяни? Колдовать в таком состоянии очень опасно.

— Нет, наверное, нет, — было заметно, что аврорат не хочет конфликта с Блэками, — всё в порядке. Напавшие с намерением убить определённо угроза.

— Вот и хорошо.

— Дженкинс, Хопкинс, не могли вызвать для дачи показаний в аврорат? — возмутилась министерская чиновница, — Мистер Блэк, — она обратилась к Сириусу, а не ко мне, сочтя меня видимо слишком юным, — вы не желаете принять опеку над несовершеннолетним волшебником?

— Простите, мэм, над кем?

— Анна Плесант, — она достала бумаги из своего ридикюля, — Вчера её приёмный отец погиб во время инцидента на чемпионате мира, — женщина протянула документы.