• Boosty Shared
• Bandileros

• T

• 18+
• гарри поттер

Дорогие друзья. Вот и лето прошло! Я обещал проду до конца лета — я сдержал обещание — прода сегодня есть!

Мне по понятным причинам бахнуть пивка нельзя — здоровье не позволяет — а вот вам можно. Бахните за меня бутылочку тёмного или светлого.

Мне особенно можно жаловаться — это было моё худшее лето! Июнь — +15 за окном, холодно. Июль — до 7го числа было холодно, а 7го — когда потеплело — болгарку уронил на ногу и сидел дома безвылазно! Август — изредка выбирался из дома только до магазина.

и… всё. Лето прошло. Ни купания — уже лет десять или больше нигде не плавал и не купался. Ни встреч с друзьями, ни шашлыков или пивка, ни отдыха, ничего, вообще ничего.

Только летнее тепло — единственная отрада, что осталась.

Грустно вот так просрать лето.

Суд над Сириусом Блэком был организован великолепно. Дамблдор постарался — и очень сильно постарался — министр пытался пропихнуть себя и своих людей в судейскую коллегию, а Дамблдор убеждал всех, что поскольку обвинения частично касаются министерства — то это невозможно, и Корнелиус не должен быть в составе суда — так как заинтересован в обвинительном приговоре.

В итоге удалось заставить Фаджа отступить.

Я прибыл к залу суда вместе с Гермионой. Дамблдор, вместе с остальными, встретил нас — я впервые видел его друзей и коллег, его министерскую партию, так сказать.

— Гарри, — старик взял меня за плечо, ведя в зал суда, — ты готов?

— Да, сэр. Полностью и давно.

— Очень хорошо.

Агата вела на поводке Сириуса в анимагической форме. Её пытались остановить, но Дамблдор настаивал и ничего, прошли. Зал суда оказался большим, старинным, трибуны располагались полукругом, над небольшой ареной внизу.

Никто не ожидал никаких сенсаций — ведь никто не знал, что на суд явится сам Сириус Блэк. Зато тут был Хагрид, кстати, и журналисты — но к счастью, обычные команды. Я заметил журналистов Дейли Мэджик. Ежедневный Пророк не удостоил «нелепый суд над Блэком» своего присутствия. Это было хорошо — ДМ — моё издание, и напишет оно так, как надо — продажи пойдут вверх, сам суд был в газете распиарен как следует, о нём много писали, и поэтому продажи пойдут вверх, когда у Ежедневного Пророка обнаружится только перепечатки моей газеты.

А продажи это тиражи, это деньги, которые я заработаю. И что важнее — репутация Газеты. ДМ сможет нехило подняться на этом деле — и завоевать себе любовь публики — а если немного постараться и раздавать номера газеты бесплатно — и ещё сделать их интересней и качественней, чем у Пророка — то можно сделать на этом большие деньги и сместить Ежедневный Пророк с пьедестала.

Тут мой расчёт прост — ЕП мы обвиняем в том, что они подлизывают министерству и Фаджу — а самого Фаджа обливаем дерьмом так, чтобы не выплыл вообще — утонул и не всплыл. Конечно, «Карманная газетёнка самого некомпетентного министра» — это титул, который подразумевает падение продаж.

Я не чурался и чёрного пиара для конкурентов, и переманивания перспективных журналистов из ЕП в ДМ, предлагая им хорошие деньги и надёжную работу.

Финальным штрихом в битве титанов должен был стать бой на судебной арене в деле Блэка — Пророк из принципа, по глупости своей, не послал людей — потому что тут были репортёры из ДМ, а ещё мой ДМ пиарил это событие — и являться на него им было ниже своей гордыни.

Что ж, отыграем и эту партию на пять с плюсом.

В зале суда не было аншлага, половина мест зрителей была пустыми, пришли некоторые люди — пара профессоров из школы, несколько людей из аврората, кто знал Сириуса Блэка, и я занял место рядом с Агатой.

Пересмотр дела не означал, что мы обвиняем министерство напрямую. Во время обвинения Сириуса обвинителем выступало государство — но сейчас у нас появилась возможность. Обвинителем выступал я.

После представления состава суда, встал Дамблдор, и с места объявил:

— Леди и джентльмены. Во время процесса над Сириусом Блэком двенадцать лет назад было допущено слишком много процессуальных ошибок. Поэтому мы настоятельно хотим пересмотреть это дело, рассмотрев все возможные доказательства и свидетельские показания, а так же — пригласить некоторых свидетелей, которых мы не имели возможности допросить тогда. Я апелирую к суду об участии в процессе крёстного сына Сириуса, Гарри, который не мог присутствовать в суде двенадцать лет назад в связи с возрастом.

— Мистер Дамблдор, — Амелия Боунс, руководившая судом, спросила, — почему вы настаиваете на участии мистера Поттера?

— Мистера Блэка, ваша честь. Гарри Джеймс Поттер был и остаётся крёстным сыном Сириуса, а так же привязан к роду Блэк, в связи с чем, не так давно, принял титул Лорда Блэка. Он, как глава рода, имеет безусловное право представлять членов своего рода на суде.

Амелия Боунс смотрела на меня. Ну а журналисты — начали записывать что-то и фотографировать. Амелия прокашлялась:

— Хорошо, принимается. В соответствии с законом Лорд Блэк имеет право представлять любого члена рода, а так же отвечать вместо него.

— Гарри, подойди сюда.

Я вышел к трибуне, обращённой к залу, и стоящей рядом, но чуть ниже. Деревянная старая трибуна, и поднялся по ступенькам к ней. Благо рост уже позволял — я чуть-чуть подрос за последние полгода под влиянием магии алтаря, она сильно подстёгивала и оздоровляла организм, почти до идеала.

— Ваше имя? — спросила Амелия Боунс.

— Гарри Джеймс Блэк, мэм.

— Блэк? А не Поттер?

— С принятием титула лорда Блэка семья Поттер включена в состав рода Блэк, целиком, и прекратила своё существование.

Амелия пошушукалась со своей помощницей и снова обратила внимание на меня.

— Мистер Блэк, вы представляете здесь интересы Сириуса Блэка?

— Да, мэм. Как глава его рода, я имею право представлять в суде его интересы и отвечать от его имени.

— Вам известно, за что был осуждён Сириус Блэк?

— Да, мэм, мне известна эта история.

— У вас возникли сомнения в виновности Сириуса Блэка?

— Протестую! — воскликнул Фадж, — субъективные сомнения к делу не относятся!

— Мистер Фадж, — Амелия постучала молотком судьи, — протест отклонён.

— Да, мэм. У меня возникли разумные сомнения относительно правдивости официальной версии. Первый вопрос, который пришёл мне в голову — кто видел, как Сириус Блэк убил Питера Петтигрю? Видел ли кто-то труп Питера Петтигрю? Видел ли кто-то, как Сириус Блэк присутствовал рядом с Томом Риддлом, так же известным под уголовной кличкой «Волдеморт». Видел ли кто-то, как он передал ему сведения? Может ли кто-то, находясь под клятвой, в суде, подтвердить, что видел или слышал неопровержимые свидетельства его предательства?

Народ начал переглядываться.

— Ответ — нет. Я не нашёл свидетелей ни одного действия, которое указывало бы на вину Сириуса Блэка в службе уголовнику Волдеморту. Следующий вопрос, который я задал себе — может ли кто-то подтвердить, что Сириус Блэк был хранителем тайны фиделиуса? Видел ли кто-то наложение ритуала на Сириуса, или принимал от него адрес дома Поттеров в Годриковой впадине? И тоже нет — никто не видел, никто не принимал. Все, кто были причастны к ритуалу Фиделиуса — мертвы.

На этот раз публика стала громче переговариваться, и Амелия стуком молотка заставила всех замолчать, и пригрозила вывести из зала суда шумящих.

— Третий вопрос, который я себе задал — Почему Сириус Блэк, будучи, по версии следствия, предателем и агентом Тёмного Лорда, узнав о его гибели — не убил меня. И не сбежал, почему он погнался за Питером Петтигрю? Чем был для него опасен Питер Петтигрю? Почему именно он вызвал у Сириуса Блэка такую реакцию? Согласитесь, логичней было предателю броситься бежать прочь, когда он почувствовал, что с Тёмным Лордом что-то случилось и его уже никто не защитит. Но он не убегал, он догонял. А убегал Питер Петтигрю.

На этот раз меня слушали все.

— Тогда мне в голову пришла другая версия событий. Хранителем тайны Фиделиуса был Питер Петтигрю, а не Сириус Блэк. Именно Петтигрю оказался той ночью там вместе со своим хозяином. Именно он предал моих родителей, и Сириус — единственный, кто знал, что он настоящий хранитель тайны. Возможно, потому что получал из его рук адрес, или присутствовал при наложении ритуала, или выборе хранителя. Это объясняло бы многое — Сириус Блэк прибыл к дому моих родителей, и увидел Питера Петтигрю — он знал, что Питер — хранитель тайны, а значит, именно он — тайный пожиратель смерти. Поняв это, Сириус бросился за ним в погоню, догнал и убил… Это не отменяло вины за смерть маглов, и тем не менее, это крайне важно.

Люди начали переглядываться. Шуметь. Амелия Боунс спросила, подавшись вперёд и снимая свой монокль:

— Мистер Блэк, ваша версия пока не имеет опровержений.

— Именно эту версию мы начали проверять, и к своему стыду, обнаружили большое количество подтверждений оной. Начать с психологии — Сириус Блэк был богат –ему досталось большое наследство. И он был единственным сыном Вальпурги Блэк, Регулус Блэк, как мы выяснили, был пожирателем смерти, но в итоге предал Волдеморта и нанёс ему серьёзный ущерб, пусть и ценой своей жизни… Ущерб, который сыграл немаловажную роль, как я предполагаю, в событиях той ночи и падении тёмного лорда. О его подвиге так никто и не узнал, хотя он умер достойно, и за правое дело. Далее — Сириус Блэк — при наличии симпатий к радикальным чистокровным — он мог просто вернуться в семью. У него уже было положение наследника рода Блэк — будущего Лорда Блэка. Ему не было нужды играть в какие-то игры с тайным агентом, притворяться, предавать, чтобы выслужиться перед Волдемортом… А ещё он не завидовал менее расторопному, менее популярному у девушек, менее богатому, и не относящемуся к «священным двадцати восьми», пусть и своему лучшему другу, Джеймсу Поттеру. При всей многовековой истории и чистоте крови семьи Поттер, сравнимой с многими родами из «священных двадцати восьми», Поттеры были волшебной семьёй, а не аристократией.

Амелия Боунс кивнула:

— Продолжайте, мистер Поттер.

— Питер Петтигрю — был из бедной волшебной семьи, полукровка. Он не был богат как его старшие друзья Джеймс и Сириус, он не был популярен у девушек, он был… обычным обывателем. Трусливым, как показало расследование, склонным убегать при любой заварушке, мастер побега от неприятностей, но вечно в тени своих старших друзей, прибившийся к ним, как к харизматичным лидерам, подпевала. Он завидовал? Скорее всего, рядом с такими двумя друзьями, он чувствовал себя вечно в тени, вечно ущемлённым и его оскорбляло такое положение. Питер Петтигрю был рядом с ними никем, и одновременно был их другом и ненавидел их, и свою зависимость от них. Это моё умозаключение, не стоит считать его свидетельским показанием. Питер Петтигрю, встретив Пожирателей Смерти, Волдеморта, которые обещали ему возможность стать Кем-то, кем-то большим, чем некрасивый и нечистокровный друг двух молодых повес, которые обещали ему силу, положение в обществе, возможность отомстить за годы унизительного положения — согласился стать предателем — и остаться около моего отца и его друзей, как друг, и шпионить для тёмного лорда, — нагонял я жути, — Питер был невзрачным, поэтому никто не заметил разницы. Роковая ошибка произошла тогда, когда его решили сделать хранителем тайны. И предложил это сделать — не мой отец, а сам Сириус Блэк, будучи уверенным, что на Питера никто и не подумает.

Зал загомонил.

— Мистер Поттер, вы можете подтвердить свои слова? — спросила строго Амелия Боунс.

— Да, мэм. Мы предоставим свидетелей, которые расскажут о событиях тех лет, с вашего позволения — только с использованием сыворотки правды. И я прошу дать до окончания процесса иммунитет свидетелям, которые будут вызваны.

— Конечно, мистер Поттер. Это зал суда. Я подпишу разрешение на допрос с использованием сыворотки правды. Кого вы хотите позвать сюда?

— Первый свидетель, обвиняемый Сириус Орион Блэк Третий, — представил я, — Тётя Агата?

— Да, — Агата пошла ко мне, ведя Сириуса на поводке. Амелия Боунс удивлённо на неё уставилась:

— Леди, а вы кто?

— Агата Блэк, мэм.

Я прокашлялся.

— Леди и джентльмены, позвольте представить вам мою тётю, Агату Блэк. Она дочь моего дедушки, Карлуса, и Вальпурги Блэк. Внебрачная.

В зале тишина и потом взрыв эмоций. Её начали фотографировать, а Амелия Боунс стучала молотком непрерывно. Авроры потащили некоторых особенно разгорячившихся зрителей из зала. Агата стояла под взглядами и колдофотокамерами.

— Мисс… Блэк, — Боунс, утихомирив публику, нахмурилась, — это правда?

— Я могу дать клятву или показания под Веритасериумом, если вам так интересно. Да, Джеймс Поттер и Сириус Блэк — мои родные братья.

Шумиха стихла окончательно.

— Вы не Сириус Блэк.

— Сири! — улыбнулась тётя, — К ноге!

Сириус обернулся в человека. Одет он был в строгий костюм, отлично подходящий для суда, галстук, и приведён был в идеальное состояние, даже в салон красоты сходил.

— Сириус Орион Блэк Третий, мэм, — представился он, — собственной персоной.

Сириус Блэк слегка поклонился. Амелия отшатнулась. Фадж что-то крикнул, что его надо арестовать, но Амелия приказала вывести из зала суда Корнелиуса Фаджа. И авроры утащили его, сопротивляющегося, с его места — это было немыслимо, но… Он даже сейчас пытался избежать ответственности и после гарантий от суда — приказывал аврорам. В суде. Идиот!

Судья взяла себя в руки, и пригласила Сириуса за трибуну. Я уступил ему место и встал рядом с Агатой.

— Мэм, давайте сразу сыворотку правды. Так будет проще и быстрее, чем объясняться потом и убеждать кого-то.

— Хорошо.

После допроса с сывороткой — который продлился полминуты, зал уже снова шумел. На этот раз Амелия Боунс уже была на стороне Сириуса.

— Настало время последнего свидетеля, — я вышел к трибуне, — Я попрошу внести в зал Питера Петтигрю! Живого и не совсем здорового.

Директор Дамблдор принёс клетку с крысой. Я сам достал из неё крысу, и пробудил её заклятием Энервейт, а потом применил заклинание для принудительной трансформации анимага в человека. И Питер под взглядами публики превратился в толстого, некрасивого мужичка, лысого и с крысиными чертами лица.

Рук и ног от локтей и колен у него не было.

— Представляю вам, Питер Петтигрю. Госпожа судья, я прошу суд использовать сыворотку правды.

— Думаю, в этом уже нет надобности, — ответила она, — Питер Петтигрю…

— Убивший двенадцать маглов, и откусивший себе палец, чтобы все посчитали его мёртвым, — сказал вдруг Сириус, — Сволочь… предатель!

Шум утихомиривали минуты две, и ещё двух вынесли из зала суда, кто слишком разорался.

— Довольно. Питер Петтигрю, признаёте ли вы себя виновным в службе тёмному лорду, предательстве Поттеров и убийстве маглов?

Питер ничего не понимал и вертел головой. Вопрос повторился.

— На этот раз тебе не сбежать. Лапок уже нет, — расхохотался Сириус, и Амелия заставила его уйти отсюда и сесть рядом с остальными зрителями.

— Д… да! — он заблеял, — пожалуйста, не казните меня! Я не хотел! Гарри, Гарри! — он попытался дёрнуться ко мне, но никто не посочувствовал калеке, — он заставил меня! Он меня пытал! Я не хотел…

— Выдать тайну фиделиуса можно только добровольно, Питер. Едва ли тебя кто-то пытал.

Амелия попросила авроров его заткнуть и спросила меня:

— Мистер Блэк, из-за действий этого… человека была уничтожена чистокровная семья Поттер. Это даёт вам право решать его дальнейшую судьбу.

— Нет, мэм, это не так. Семья Поттер не была истреблена полностью, к тому же у неё есть своё наследие — это чистокровный род Грейнджер.

— Простите? — спросила Амелия, — это из Ирландии?

— Нет, мэм, — я бросил взгляд на Гермиону, и объяснил суду, — мой дед и прадед занимались созданием родового алтаря. К несчастью, они не успели закончить свою работу. В доме деда я обнаружил незаконченный родовой алтарь Поттеров, который должен был сделать мою семью — полноценным магическим родом.

Тут уже и Дамблдор подобрался. О, а вот и скотина Люциус Малфой, пялится, с прищуром. Я вздохнул и продолжил:

— Я принял решение о ликвидации семьи Поттер не просто так. Я закончил родовой алтарь, что не успел сделать мой дед, и очистил его от родовой магии, тем самым получив чистый алтарь, который мог быть привязан к любому волшебнику. Автоматически делающий его самым чистокровным человеком в мире — потому что не имеет ни одной связи с другими семьями, которые так или иначе, даже Блэки, уже не имеют абсолютной чистоты крови, разве что по происхождению, но не по сути. Я предложил мисс Гермионе Грейнджер принять этот алтарь, и она согласилась.

— То есть мисс Грейнджер… — задумалась Боунс.

— Чистокровнее всех присутствующих здесь, — улыбнулся я, — а ещё, она, леди и основательница чистокровного рода, согласилась стать моей женой. Но так как мы возглавляем два разных рода — то и фамилии у нас разные. Наши дети будут носить фамилию благородного рода Грейнджер, а не Блэк. В каком-то смысле, семьи Поттер и правда нет — но что-то уходит, а что-то новое появляется на его месте, вместе с надеждой на перемены к лучшему.

Про то, что Гермиона моя жена — знал только Сириус и Агата, а Дамблдор — ни сном ни духом. Как и Макгонагалл — я тактично умалчивал и обходил тему наших отношений. Старик сейчас хватал ртом воздух, а Макгонагалл по-моему зависла где-то в своих мыслях.

— Кхм… Мистер Блэк, позвольте поздравить вас со свадьбой и замечательной невестой, — сказала Боунс.

— Благодарю, мэм.

— А как же род Блэк? Ваши дети не унаследуют его?

— Думаю, Сириус не даст семье Блэк исчезнуть, — улыбнулся я, — я же не прямой кровный наследник. Теоретически, это возможно только в одном случае, мэм, если Сириус родит дочь, и его дочь — родит мне сына — только тогда мой ребёнок сможет быть блэком по крови и претендовать на титул.

— Понятно. Что ж, благодарю за ответ.

Она встала и удалилась — а вот я…

Сначала меня схватила Гермиона, потом радостный Сириус, а потом ещё и подошли журналисты — вот они то и начали…

Мне, если бы они были мне чужими — следовало бы сейчас убежать — но как я могу? Какой я после этого мужчина и бизнесмен? Поэтому я объявил:

— Леди и джентльмены, если вы не против, то я дам эксклюзивное интервью только Дейли Мэджик, потому что это издание с самого начала честно освещало события. Мне не хотелось бы столкнуться с чем-то вроде насквозь фальшивых и выдуманных фантазий Риты Скитер.

— Её здесь нет.

— Не важно. Прошу, но не здесь — мы не можем занимать зал суда.

Через полчаса нас фотографировали — вместе и по отдельности, меня с Гермионой, и даже Гермиону без меня, Сириуса, и даже Агату. Семейное фото.

А потом мы все дали интервью — Агата ушла от расспросов о её прошлом, сказав, что это нежелательно говорить, чтобы не подставлять людей, которые ей помогли. Сириус же разливался соловьём о том, как он мечтал убить крысу, бредил этим и сбежал из тюрьмы.

Меня с Гермионой попросили дать интервью более подробное — о том, кто мы, как мы до жизни такой докатились… и я дал. Интервью затянулось больше чем на час, мы рассказывали про нашу жизнь, особенности родовой магии, хитросплетения наших отношений, и признались друг другу в любви ещё раз, обнявшись. Журналисточки аж умилились.

После чего в Дейли Мэджик спустя всего два часа вышла разгромная статья, особым номером — «СИРИУС БЛЭК ОПРАВДАН!

ГАРРИ ПОТТЕР — НЕ ПОТТЕР!

ГРЕЙНДЖЕР — НОВЫЙ ЧИСТОКРОВНЫЙ РОД АНГЛИИ!

ВНЕБРАЧНАЯ ДОЧЬ ВАЛЬПУРГИ БЛЭК И КАРЛУСА ПОТТЕРА ВЕРНУЛАСЬ В АНГЛИЮ!!!

ПИТЕР ПЕТТИГРЮ КАЗНЁН. КОРНЕЛИУС ФАДЖ ДО ПОСЛЕДНЕГО ПЫТАЛСЯ УБИТЬ БЛЭКА!»

Последнее было самым мощным — потому что Фадж действительно пытался кричать, чтобы Сириуса арестовали — за что его вышвырнули из зала суда, так как минуту назад суд гарантировал Сириусу неприкосновенность, и собственно, Сириус уже был в суде.

Корнелиус Фадж был глуп, оказывается, настолько — потому что Блэк просто и без затей поливал дерьмом его и его администрацию, которая распространяла и насаждала миф — и запугивала общество страшным убийцей блэком, тогда как он и мухи не обидит, а в результате — у нас есть много пострадавших и чуть было не погибшие школьники.

Короче, газета была панихидой политической карьере Корнелиуса Фаджа — потому что Сириус по моему настоянию не пошёл с министерством на мировую — ведь его не только задержали и нарушили права, но ещё он чистокровный и благородный — а это подразумевает суд Только в составе визенгамота, и никак иначе. Это привелегия знати.

И уже не соскочить тем, что «время было такое» или «да у тебя репутация» — он Блэк. Осудив его как какого-то пройдоху из лютного, министерство само себе положило грабли и смачно на них прыгнуло, потому что Сириус затребовал компенсацию, и в частности — за многочисленные нарушения.

Я присоединился, и мы вместе накатились на Фаджа по полной программе.

Теперь его сделали главным виновником того, что он ни в чём не разобравшись, не только не пытался следовать закону, но осознав незаконность своих действий — пытался убить Блэка с помощью дементоров, чтобы скрыть следы преступления.

И началось… Вечер в доме Блэков оказался просто бомбическим — мы праздновали — вино и шампанское текло рекой, Кричер не успевал приносить алкоголь и закуски, еду, радость была огромная — а в магическом мире разразилась буря.

Корнелиус Фадж падал. Его политическая карьера шла ко дну — потому что такие претензии не от Гарри Поттера, а от Лорда Блэка — это чудовищной силы удар. А тем более обвинение в попытке убийства члена рода без суда и следствия.

Ну и попутно в доме на Гриммо был праздник.

А утром я и Гермиона, проведя незабываемую ночку, встретились с Дамблдором — он пришёл в семь утра к нам домой, и ждал, пока мы спустимся. Пришлось залиться кофе и слушать старика.