• Boosty Shared
• Kishumaru(Sentience)

• T

• стар рейл

А в этой главе подъехал чистый эксклюзичвик для подписчиков. Нигде его более не сыщете, запрещено ведь:)

Глава 123 — Фестиваль гармонии I

123.docx

После падения Воскресенья прошло некоторое время. Пенаконии необходимо было восстановиться из-за таких потрясений. В какой-то мере началась тряска, скандалы. Остальная часть Семьи пребывала в неудобном положении, ведь их прижимали со всех сторон.

Среди гостей было слишком много влиятельных личностей. Слово одного из них могло уже доставить больших проблем, а если их будет много… Уже страшно представить, что произойдёт с активами планеты празднеств и репутацией. А она была известна за то, что тут высокий уровень безопасности и никому не стоит беспокоиться за свою жизнь.

С недавних пор это изменилось. Приход призрачного флота и радикальные действия главы одного из кланов говорили сами за себя.

Между делом КММ так и не смогла разобраться с Кроунхольдом. По крайней мере, окончательно. Хотя лично Джонатан даже не надеялся, что у них там что-то получится.

Корпорация обладает технологиями и армией, но её клыки слишком тупы, чтобы перегрызть глотку такому зверю.

Несмотря на все инциденты, фестиваль не собирались отменять. Это ведь показатель благополучия и достатка. Сюда прилетели со всех уголков вселенной. Если произойдёт отмена, то это покажет, что врагам удалось достигнуть назначенных целей. Это невыгодно Пенаконии, КММ и многим другим силам. Фестиваль гармонии — настоящий символ мира.

К слову. Причина, по которой Цзинлю не смогла попасть на финальную битву, заключилась в том, что ей не повезло быть слишком далеко в такой момент, а тяжёлые ранения не позволили ей вовремя добраться.

Она смогла доковылять лишь через пять минут после того, как с Воскресенье стало покончено. Сумасшедшая, на самом деле. У неё были раны несовместимые с жизнью, но её удалось вовремя подлатать и уложить на кровать в новой комнате, где она отсыпается уже целых два дня.

Что же до Джонатана… Он тоже отдыхал. Его тело изрядно было перенапряжено, благо, регенерация снова начала действовать, из-за чего восстановление пошло в более ускоренном темпе.

— Вот так и закрылась очередная страничка в такой необычной истории. — заключила загадочным голосом Чёрный Лебедь, сидя на диване и закинув нога на ногу.

— Говоришь так пафосно, сидя у меня в комнате. Эти слова подходят для монолога на местах наблюдателей, а не фактического деятеля. — усмехнулся Джон, заменяя бинты. Кожа в некоторых местах была слишком чувствительной. Приходилось лишний раз её закрывать, да ждать восстановления. Такие раны он получал лишь при службе на Кроунхольде.

Ему частенько встречались крайне мощные противники, с коими приходилось расчехлять всю свою мощь и уничтожать целые планеты.

— Ха-ха. Это намного ценнее, чем просто наблюдать. Позволь мне тебе помочь. — хранительница Памяти прошла к нему, после чего села рядом взялась за бинты.

— Как великодушно. — хмыкнул парень и не мешал ей.

В скором времени Лебедь оказалась у него за спиной, медленно проводя пальцем по спине. Казалось бы, у него есть регенерация, но даже сквозь неё она могла прочувствовать все шрамы. Их много. Каждый из них был ужаснее другого. Где-то порезы, где-то колотые, рванные… Даже у него на груди красовался нелицеприятный шрам.

Ей хотелось бы узнать историю каждого из них. Послушать о них, но в то же время, такое влечение пугало. Этому человеку пришлось пережить многое. Она видела это по его глазам. Как та, кто живёт воспоминаниями, коллекционирует их, наслаждается их просмотром, ей совсем не тяжело читать других, хотя это не отменяет того, что существует крайне много всяких личностей, что слишком непонятны для обычного разума.

— Ты там мотаешь или разглядываешь? — спросил Джон, когда пауза стала слишком большой.

— Стив молчит… — внезапно его шею оплели руки Лебедь. — Она занята?

— Спит. Скорее всего.

— Ха-а-а… Кажется, можно обеспечить приятное воспоминание? — спиной мужчина ощутил, как к нему прижался основательный бюст.

— Оу… Мы. Вдвоём. Кровать. Сейчас? И тебя не пугает Цзинлю? — у него это вырвалось непроизвольно. В конце концов, гнев этой женщины очень опасен для других. Но и его можно понять, Джон не может принадлежать лишь ей одной. Нужно знать границы!

— Так не ты ли говорил, что всё не так? В конце концов, слишком эгоистично требовать, чтобы такой мужчина был лишь у неё. — её шёпот щекотал его уши. — Мне бы хотелось… Хотя бы раз создать такой фрагмент.

Слегка отпрянув и развернувшись к ней, Джон не стал упускать момент, а потому быстренько занял эти мягкие и тёплые губы поцелуем. Лебедь не ожидала такой напористости, а потому попыталась отпрянуть, уже слишком поздно. Хранительнице Памяти придётся долго вспоминать этот момент, ведь этот носящий добро собрался их выжечь у неё в голове!

Ситуация быстро переменилась, когда её бросили на кровать, а парень оказался над ней.

— Э-это… Хах… Неожиданно. — показала ухмылку девушка, стараясь казаться спокойной, хотя уже можно было проследить румянец и лёгкую отдышку.

— Рядом с нами же никого нет?

— Совершенно. А если и есть, я могу… Ах!.. Можно было и дожда… Ой… М-м!.. — дождаться чего?

Джон своим рукам не указ. Одна занялась этой пышной грудью, дразня уже набухшие сосочки, а вторая направилась в путешествие от плоского живота до сочных бедёр, а там и сокровенного места недалеко. Ощущать такое аккуратное и утончённое тело через эту ткань было особенно интересно.

Всё-таки у парня есть пунктик на такую одежду. А ещё если порвать её колготки… Да. Зачем раздевать женщину, если одежда создаёт какой-то особый образ? Правильно, незачем!

Чтобы голосок Лебедь не пропадал зазря, Джонатан принялся за её шею. Это такое же уязвимое место у многих людей. Особенно удобно оставлять небольшие метки того, что ты здесь был. Именно поэтому он присосался к довольно высокому местечку, за что получил жалобный стон от хранительницы.

Она свела ноги вместе и вроде как сопротивлялась, но её тело говорило об обратном.

— Не делай… М-м! Этого! Как я объясню? — между вздохов постаралась проговорить она.

— Объяснишь что?

— Э! Мфхп!

Поздно. Теперь её рот занят совсем другим. В отличие от Стеллы, которая обычно ведома Джоном или Цзинлю, что старается доминировать и показывать своё превосходство, Чёрный Лебедь показывала какое-то равенство, просто наслаждалась процессом, не забирая и не отдавая.

Уже через время её рука сама потянулась к торсу Джонатана, а затем нашла в штанах его набухшего от возбуждения приятеля. Тот и правда был в своей сильнейшей версии, ведь ему приходилось отдыхать слишком много времени!

Кажется, такая реакция польстила партнёрше, из-за чего её тело стало более горячим.

Впрочем, Джон тоже подметил, что у неё тоже не всё гладко было в последнее время. У неё уже шортики промокли, а ножки дрожали.

— А хранительница-то не такая уж и сильная оказалась, да? — усмехнулся ей прям в лицо парень.

— Х-хах… С-с че… Уйк!.. — она не успела чего-то ответить и резко пискнула, у неё тело затряслось.

Уже кончила. Ну ничего. На подобную наглость найдётся своя управа. Джонатан достал своего бойца. Пора и ему познать радости удовольствия. Когда он показался на горизонте Лебедя, то у неё всё в горле как-то пересохло. Как в неё такой войдёт? И что будет, если это произойдёт? Она выживет? Умрёт? А от чего? От боли или удовольствия?

Подтянув к себе поближе эту соблазнительницу, он одним движением разорвал колготки, вызывая неоднозначную реакцию с её стороны, а затем оттянул эти шортики вниз, позволяя себе взглянуть на гладко выбритую киску, что успела разгорячиться до нужной кондиции. Какая красота!

Прикрыв глаза руками, Лебедь старалась справиться со стыдом. Как-то не так она всё ожидала. Старалась быть более взрослой и собранной, а по итогу… У неё зрачки глаз сузились, когда гигант приблизился к её лону.

— Б-будь аккуратен… Я-я… Совсем не уверена! — она выставила руку перед ним, говоря это совершенно неуверенным голосом.

— Без проблем!

И с этим он вошёл в неё. Не слишком быстро, но и не слишком медленно. Раздался хлюпающий звук и шлепок. Вместе с этим по комнате послышался сдавленный стон. Лебедь стиснула зубы, схватилась за простыни кровати и запрокинула голову назад, чтобы сдержать это чувство заполненности.

«Что это такое?! Он слишком большой! Такой большой, но мне не больно! Это…» — у неё мысли начали путаться.

И это лишь начало! Джонатан начал двигаться, опробывая для себя новые горизонты. Приятно всё-таки! Каждая женщина отличается по-своему. Никогда ему не надоест нести добро всем желающим. Прекрасное времяпрепровождение! Вот как пошло! Начал долбить эти горизонты с удвоенной силой, ощущая прилив силы по всему своему телу.

Давно ему нужна была разрядка!

«Решено! С этого момента начинается арка несения добра! Именно так!» — объявил для себя в голове парень, закидывая ножки девушки себе на плечи.

С каждым новым толчком двигаться было легче. По началу Лебедь была довольно скованной и напряжённой, но Джон умел раздвигать препятствия. И в этом себе не стоит отказывать.

Впрочем, такого же мнения придерживалась его партнёрша, которая протянула руки к нему и приобняла за шею. Её лицо постепенно краснело и заплывало в приступах похоти и удовольствия.

— Фуф… Сколько… У тебя было женщин? Ха-а-а?! — спросила Чёрный Лебедь, а затем вздрогнула. Только что член внутри неё добрался до слишком приятного места, у неё в мозгу всё перестроилось.

— Разве каждой женщине не приятно знать, что она первая? — Джонатан резко поднял хранительницу и развернул спиной.

— Ой… Что ты?..

Притянув к себе эту пышную задницу и пару раз по ней хлопнув, он снова вошёл в киску по самый корень. Лебедь что-то промычала в простыню. Теперь можно было ухватиться за эти фиолетовые длинные волосы. Мужчина намотал их себе на кулак, отмечая их приятную текстуру. Сразу видно, что следит за ними.

До чего же приятная женщина во всех смыслах! За её помощь и некоторые махинации стоит отплатить добром. Подтянув её к себе, Джон начал двигаться усерднее.

Кажется, партнёрша что-то хотела сказать, но издавала лишь нечленораздельные крики, стоны и вздохи. Затем её ещё несколько раз дёрнуло, все любовные соки выливались на чистую кровать. До чего же бесстыдная!

— Молча кончаешь? И не стыдно ли тебе? — специально в такой момент он начал долбить ещё сильнее.

— Ойкх… А-а… П-п… Про-о…

— Что? Не слышу! Что там пытается сказать хранительница Памяти? Сожми киску посильнее! — Джон аж распалялся, как хлестанул по её заднице. — Вот! Уже лучше! — после всех игрищ с Цзинлю приятно вернуться в такое доминирование и нет ощущение, что через какой-то момент тебе придёт пизд… Пипец.

— П-пр-р-о-о-ости-и-и-и! — кое-как пропищала Лебедь, чем её и наградили.

Джон изверг всё накопившееся семя внутрь неё, после чего медленно отпустил, позволяя ей упасть на кровать и тяжело дышать. Ей кое-как удалось остаться в сознании. Возможно, где-то на задворках её сознания существовало эта маленькая мысль: зря. Зря она это сделала. Зря недооценила его. Да и вообще… Как ей после такого удовольствия жить нормально?

Ни один мужчина ей не нужен, если он не будет на том же уровне, что и этот человек.

По крайней мере, Лебедь начала медленно приходить в себя, пока не почувствовала, что её снова поставили в позу. Подняли одну ножку вверх.

— Э?.. Что ты… — ей удалось кое-как сфокусировать взгляд на эрегированном члене. Это что же получается? Такое возможно? Кажется, она не помнила тех моментов, когда другие могли быть готовыми уже через меньше, чем минуту? — П-погоди… Мне нужна передышка… Прошу… Я же…

— Какая передышка?

Следующий толчок выключил Лебедя.

* * *

Прошло четыре часа.

Джонатан сидел на краю кровати с полотенцем на плече и с самым довольным лицом на всей Пенаконии. Вот оно. Блаженство. Он уже успел помыться, расслабиться, подумать о всяком, пока его пассия валялась на кровати, да отходила от их безумных скачек.

Примерно на втором раунде Лебедь потерялась в реальности, в середине она не соображала совершенно, а под конец её частенько приходилось включать обратно, да и вся кровать теперь выглядела очень грязной из-за их игрищ. Но зато Джон доволен собой, не растерял навыки.

В его руках красовались чёрные трусики хранительницы Памяти. Вот он! Новый долгожданный трофей.

Хлопнув по попке девушки, мужчина заговорил:

— Вот вам хорошее воспоминание!

Кажется, она что-то промычала. Но это так. Лирика.

Сейчас дело вообще опасное. Джонатан заметил это под конец секса, но за ними определённо кто-то наблюдал. Опять. Дверь была слегка приоткрыта, а за ней ощущалось слабое присутствие. Их не прервали, что очень вежливо. В конце концов, Джон бы очень разозлился.

Сейчас безымянные отлёживаются, отдыхают, никто никого не должен беспокоить почём зря. Ну, может, Химеко с Вельтом что-нибудь делают, решают организационные вопросики, остаются в курсе событий на Пенаконии. Сюда ведь не так давно заявилась крайне важная шишка из КММ.

Концерт Зарянки перенесли на добрую недельку вперёд. Время есть. Но кому он понадобился в такой момент?

Цзинлю проснулась? Ну, они оба тогда бы оказались в опасности. Смертельной.

— Ах… Чего гадать? Пойду и сам гляну. — встав с кровати, Джонатан смело пошёл навстречу судьбе. Если там всё-таки безумная мечница, стоит принять смерть с гордо поднятой головой. А с другой стороны, это его соблазнили…

Открыв дверь и выглянув в коридор, у него лицо осунулось. Из всех возможных личностей тут стояла именно она. У стены, прислонившись к ней. Их взгляды пересеклись.

— Ахерон, ты это специально делаешь? Ну, приходишь в неудобные моменты, а? — второй раз уже такое случилось. То со Стеллой, то теперь с Лебедь…

— М-м. У тебя насыщенная жизнь.

— Спасибо.

— Я пришла к тебе, потому что хотела поблагодарить.

— Да? И за что?

У неё слегка бровь дёрнулась. В смысле, этот же человек прекрасно всё понимает, не так ли? Он помог ей в тот момент, а она не отплатила ему тем же… Ей помешал тот воитель из Кроунхольда, которого во второй раз она превратила в ничто. А ещё не успела на помощь против Воскресенье.

Сделала ли она вообще хоть что-то правильно? Обладая такой силой, Ахерон больше наблюдала, чем помогала.

— Ты решился остановить этот луч, который даже Эманатора был способен покалечить. — объяснила «рейнджер».

— А, ты об этом. Да не беспокойся. Уже большая часть всех ранений исчезла.

— Ясно…

— Та-а-ак…

Ахерон пялилась на него некоторое время, а затем схватила за руку:

— Думаю… Я должна поблагодарить тебя лучше. Прогуляешься со мной? — и настойчиво потянула за руку.

— Ну, без проблем. Дай одеться только.

* * *

Вот так они через какое-то время оказались в баре отеля.

Ахерон чем-то напоминала своим видом Цзинлю. Тоже всегда такая хладнокровная, но, в отличие от повернутой на мечах, в ней нет той остринки, скрытой угрозы или агрессии. У неё просто всегда такое выражение лица.

Они сидели за столом, пока им не принесли их напитки. За всеми действиями парня наблюдала эта женщина и молчала. Вот он взял бокал, вот он сделал глоток. Затем она произвела те же действия в точности до миллиметра.

«Что за херня творится?» — лишь эта мысль кружилась у Джона в башке всё это время.

Потом официант предоставил закуски, блюда. Создавалось ощущение, что ему давно не приходилось плотно покушать. Все эти драки, хитрые планы врагов здорово его утомили. Тем более, надо было восстанавливать энергию после хранительницы. Она, наверное, всё ещё пытается встать. Бедняжка. Но зато наверняка запомнит!

— У меня создаётся впечатление, что ты что-то хочешь у меня спросить. — направил на неё ложку Джонатан.

— Это так очевидно? — та наклонила голову в бок.

— Ты не представляешь.

— М-м… Мне стало интересно. А это правда настолько приятно?

— Мы сейчас о чём? — слегка поддался вперёд парень.

— То, что вы делали с Чёрным Лебедем.

— Это зависит от настроения. С каким человеком. Эмоции, чувства, умения… На самом деле очень много факторов. — учёным тоном отметил он, словно это действительно крайне важное искусство. Ну, так оно и было! Нельзя представить более худшего позора, чем опростоволоситься в постели. А затем ещё прослыть неудачником. Сама мысль бросает в дрожь.

— Вот как. Сложнее, чем я думала. — Ахерон реально состроила задумчивую моську.

— А тебе разве нужно об этом думать?

— Да. Я думала, как тебе отплатить за помощь. Секс подойдёт?

Джонатан нарочито допил алкоголь, а затем присвистнул:

— Тебе настолько нечего делать? Не думаю, что так нужно делать.

— На самом деле… Мне понравился поцелуй. Я его запомнила. Эти тёплые ощущения.

А вот Джон лишь помнил этот огромный бюст. Сиськи у Ахерон большие, но из чисто джентльменских побуждений он не мог просто взять и принять такую «награду».

— У меня много плохих чувств. Я не помню, что именно с ними связано, но их слишком много. Они частенько затмевают мои воспоминания, но всякий раз, когда обнажаю клинок… Я теряю их, вернее, создаю смутное ощущение, что они исчезли. И порой я чувствую грусть, но даже не могу понять почему.

Неутешительная судьба для Эманатора. Платить памятью. Возможно, сам бы Джон на такое согласился, потому что хотел уже забыть о зверствах, но нашёл способ с ними мириться. Убегать от прошлого не имеет смысла, с ним нужно столкнуться. Иначе двинуться дальше не получится.

— Ты секс теперь каждому встречному будешь предлагать в качестве благодарности?

— Ну… Это же приятно, так ведь?

— Ты… Бл… Блин… — у него слов не находилось, он выдохнул, затем попытался что-то сформировать в башке, а затем снова выдохнул. Ну не так это работает, мать твою! Хоть какое-то уважение к себе надо иметь!

— Это шутка. — внезапно мягко улыбнулась Ахерон. — Ты говорил о чувствах. Я не против, если это будешь ты. — и положила руку на сердце.

Что ж. В такой формулировке уже другое дело. Но… Но не слишком ли быстро развиваются события? Джонатан нахмурился. Нет, не быстро. Это само собой разумеющееся. Он достоин награды. Хотя недавно он говорил слегка обратное, но если женщина настаивает, то грех отказываться.

— Тогда давай сначала насладимся обычными разговорами. — для того, чтобы затрахать Эманатора, нужно подготовиться. Не только морально, но и физически. Этот бой будет… Наверняка самым тяжёлым из всех, какой только у него был. — «Если это будет уровень выше Цзинлю… Битва будет легендарной».