Медоед глава 20 Ум и хитрость
Минерва вздохнула, устало глядя на письмо, принесённое вороном.
Жизнь в последние пару лет её не баловала. Сначала умер супруг, оставив её одинокой вдовой и, если бы не помощь Альбуса, Минерва не представляла, как бы она всё это выдержала. Он помог устроиться в школу преподавателем трансфигурации, помог влиться в коллектив, помог пережить потерю. Минерва начала потихоньку оживать, и тут судьба нанесла ещё один удар.
Умер Альбус.
Проклятье или яд — до конца так и не определили — скосили Великого Светлого мага резко и внезапно. Альбус всегда был крепок телом, не обратил внимания на недомогание… И это стало началом конца. Когда его нашли, было уже поздно. Слишком, слишком поздно, и Минерва никак не могла поверить, что его больше нет.
Его смерть её подкосила. Минерва пыталась выполнять свои обязанности, пыталась жить, как прежде, но не получалось. А потом внезапно начались проверки в Хогвартсе, и её судьба повисла на волоске.
Чтобы преподавать в Хогвартсе в профессорском звании, требовалось подтверждённое мастерство, а Минерва была всего лишь Подмастерьем трансфигурации, и учил её Дамблдор, имевший звание Мастера. Если бы он доучил её, то стал бы Магистром, но в последние годы это мало его интересовало: деканство и дела МКМ отнимали слишком много времени. Он не успел… и теперь Минерва имела право работать не более чем ассистентом преподавателя с соответствующим — очень небольшим — жалованьем.
Диппет ещё в начале года предупредил её обо всём этом, но, поглощённая горем, Минерва отмахнулась от его слов. Она думала о чём угодно: о том, что теперь с ними будет, с соратниками Альбуса, светлыми магами, готовыми бороться против засилья Тьмы. О своём горе: Альбуса Минерва очень уважала и даже любила в глубине души. О школе, в которой творилось чёрт знает что: мелкий Брок Принц взбаламутил всех, открыто набирая вассалов. Минерва кипела от возмущения, пыталась пресечь безобразие, но сначала получила выговор от Помоны, потом от Диппета…
И теперь вдруг оказалось, что ей милостиво позволили доработать год, а после… После она должна или подтвердить мастерство, и тогда ей позволят вернуться, или идти на все четыре стороны!
Минерва была в ужасе.
Письмо от младших братьев, Малькольма и Роберта, вырвало её из хандры и мрачного осознания перспектив. Они спрашивали, как она там, в своём Хогвартсе, звали в гости на пасхальные каникулы, и Минерва едва не расплакалась от тепла, которым веяло от каждой строчки.
Она немедленно написала ответ и впервые с момента смерти Дамблдора почувствовала, что не одна на этом свете.
Завязавшаяся переписка позволила ожить и начать трезво думать. Братья вылетели из семейного гнезда сразу же, как стали совершеннолетними. Они, как и Минерва, были магами, и отец, пресвитерианский пастор, пусть и любил своих детей, смириться с тем, что они маги, не смог. А когда умерла Изабелла, их мать и его супруга… Ну, отношения стали очень натянутыми.
Братьев поносило по свету, они сумели разбогатеть: крепкие середнячки со стабильным доходом. Теперь им не приходилось жить в строжайшей экономии… Они нашли родню матери — остатки некогда многочисленного семейства Росс, буквально пара человек: бабушка Изабеллы и пара детей, и теперь помогали очень радушно воспринявшим их родственникам наладить жизнь, взяв под крыло.
И они приглашали Минерву.
Ей не хотелось становиться приживалкой — она же ещё так молода! Но у неё были сбережения, а в семье были и ещё будут дети. Маги. Пока не поступившие в Хогвартс. Она же сможет их учить! Пусть самым основам.
Решено! Она доработает этот год и примет предложение братьев.
Определившись, Минерва воспряла духом и написала ответ. Пора устраивать свою жизнь. А дело Света… Его найдётся, кому продолжить.
*~*~*
Люциус вздохнул, глядя в окно, за которым открывался прекрасный вид на французский парк. Каникулы подходили к концу, и он всё больше убеждался в том, что совет, данный ему Броком, правильный. И его решение тоже правильное. Надо идти в Итон. Деньги есть, он может позволить себе оплатить обучение сам, не прибегая к помощи отца, который в последнее время вёл себя…
Не нравилось Люциусу его поведение. Очень не нравилось.
До того, как наследник Малфой пошёл в Хогвартс, Абраксас Малфой обещал ему, что когда Люциус достигнет совершеннолетия, то вступит в орден Вальпургиевых рыцарей и под руководством величайшего тёмного мага поведёт Англию — магическую, разумеется, — к славе и процветанию. Люциус и сам мечтал, как войдёт в круг соратников и будет… Что будет, он по малолетству не представлял, но его очень впечатляли солидные и серьёзные маги, которые иногда собирались в Малфой-мэноре. Отец даже представил его Тёмному лорду — пугающе мощному и красивому.
А потом Тёмный лорд перестал их навещать. И собирающиеся в поместье маги выглядели растерянными и недовольными.
Зато Брок с остальными членами своей семьи цвели и пахли. Томас Марволо Риддл стал их союзником и другом в благодарность за указанную возможность, о чём не стеснялся говорить громко и вслух. Снятие меток выбило что Абраксаса, что остальных из колеи, а уж когда на балу обнародовали титул Риддла…
Что тут началось!
Абраксас никак не мог это ни принять, ни переварить. Он был зол и недоволен. Люциус, не стеснявшийся подслушивать, приезжая на каникулы, подсматривать и вообще получать информацию из самых разных источников, сумел разузнать, что так взбесило его отца.
Оказывается, он покровительствовал Тёмному лорду — тогда просто Тому Риддлу — ещё со школы. Сильнейший тёмный маг был сиротой, выросшим в приюте. И когда тот набрал силу, влияние и власть, уверенно двигаясь к посту министра магии, Абраксас рассчитывал стать правой рукой и тенью министра. Открытая власть лорда Малфоя не привлекала. А вот закулисная — очень и очень. Быть при власти вдобавок крайне выгодно, а деньги Абраксас любил.
Становление Риддла Певереллом одним махом обрубило всё и сразу: и влияние на Томаса, и планы, и мечты. Лорда Певерелла не интересовали теперь ни власть, ни игра в тайное общество, ни бывшие соратники по борьбе за их мечты о власти… Он хотел заниматься научной работой, жить в своё удовольствие, жениться, наконец, завести детей, развивать бизнес и привлекать вассалов.
Абраксасу и остальным членам канувшего в Лету Ордена Вальпурги в этих планах места не было. Совсем.
Именно потеря контроля и упущенные возможности бесили Абраксаса и его друзей больше всего. Раньше они поглядывали на Риддла со снисходительной благожелательностью. Теперь Риддл не обращал на них внимания. Прежде у него было множество точек уязвимости, слабостей, на которых Абраксас умело и с удовольствием играл. Но лорд Певерелл стал невероятно цельной личностью — и совершенно бесстрашной. А как, не скатываясь в уголовщину, повлиять на мага, который ничего и никого не боится?
Люциус наблюдал за отцом, думал и делал выводы: брать пример надо не с него, а с Принца. Брока Принца. Потому что именно после общения с ним так изменился Риддл. И вообще у наследника Принц множество очень богатых идей и понятные цели. Его не прельщали абстракции и пресловутое благо всех в ущерб каждому. Он хотел расти и развиваться, жить в своё удовольствие, защищать семью… Простые и понятные мотивы. А ещё Брок предпочитал открытые и доверительные отношения, а не постоянные манипуляции, которые просто обожал Абраксас.
Это Люциусу импонировало.
Он с детства рос в среде интриг и постоянного прощупывания слабостей, общение с Броком показало, что в семье такого быть не должно. А теперь, глядя, как бесится отец, Люциус видел, что и с друзьями надо по-другому. Иначе это не дружба.
Наблюдать за Броком оказалось поучительно и выгодно. Одна идея с открытым набором вассалов чего стоила! А уж хитрость пошедшего на Хаффлпафф Принца Люциус оценил крайне высоко: одно это позволило Броку привлечь на свою сторону уйму заинтересованных в обеспеченном будущем подростков.
Люц понаблюдал, почитал контракт, который предлагал потенциальным вассалам Брок… И решил изменить тактику. Теперь он набирал вассалов не для рода Малфой, а лично для себя.
Ему было что предложить вассалам: работу, определённый статус в магическом мире, возможность учиться. От покойной матери в наследство Люциусу остались и деньги, и земли, и даже пара магических мануфактур. Там были нужны работники, да и ему самому понадобится в будущем по меньшей мере секретарь, которого ещё предстояло найти. Так почему не начать поиски сейчас?
Сперва ученики восприняли его предложения настороженно. Но Люциус позаботился о том, чтобы предлагаемый им контракт не содержал подводных камней, опасных неточностей и ловушек, копируя броков почти полностью, и это помогло. Сначала один. Потом второй. И на Слизерине учились полукровки, маглорождённые и сироты. Они тоже хотели защиты и обеспеченности. Все эти подростки пришли к нему. Как и ещё пара юных ведьм и магов с Рейвенкло.
Остальных подчистую выгреб Брок. Гриффиндор ещё колебался, но Люциус был уверен: как только закончатся каникулы, львята побегут к его другу.
Ничего. Это только начало. Впереди ещё курс. Конечно, конкуренции не избежать, но за год можно набрать армию вассалов.
А пока нужно получше выяснить у Брока, как и кто может подписать договор об обучении с Итоном. В Хогвартс Люциус был записан с рождения. С Итоном точно не всё так просто.
Предположения оказались верными: вернувшегося с каникул Брока обступила чуть ли не половина всех имеющихся в Хогвартсе гриффиндорцев. Брок кивал, назначал встречи, что-то сообщил ранее согласившимся, от чего они повеселели… Разобравшись со всеми кандидатами, Брок облегчённо выдохнул и пошёл навещать друзей и знакомых.
К Люциусу он подошёл к первому.
Обсуждать Итон, правда, пришлось позже. Брок послушал и покивал. С Итоном действительно было очень непросто. Это в Хогвартс набирали всех подряд, главное, чтобы деньги были и магия, а вот с Итоном такой номер не проходил. Чтобы поступить в это учебное заведение, требовались мозги в первую очередь, а потом уже деньги, связи, ну и магия, если соискателем являлся маг.
Брок уже всё разузнал, получил тесты, и теперь Люциус читал и чувствовал, что волосы дыбом становятся. Здесь требовалось не заучивать ответ, а думать.
— Мне… понадобятся репетиторы, — нехотя признался он.
— Мне тоже, — хлопнул его по плечу Брок. — С налёта в Итон не поступить. Слушай, а ты летом отцу очень нужен?
— Я вообще сомневаюсь, что ему нужен, — буркнул Люциус. — Что ты предлагаешь?
— Приезжай к нам на всё лето. И к Итону будем готовиться, и летние задания делать, и развлекаться найдётся время. Томас в гости придёт. Охотиться будем.
Люциус вспомнил вечно раздражённого в последнее время отца, пустое поместье, нудные балы и перемывания костей, и тут же кивнул.
— Согласен. На всё лето. Отец… неважно.
— Отлично, — просиял улыбкой Брок. — Значит, решено. Времени у нас в обрез, так что придётся приложить усилия. Дедушка сказал, что репетиторов подберёт. Он в Итоне учился, так что связи остались и он знает, что и как.
Люциус повеселел. Раз лорд Принц взялся обеспечивать подготовку внука, то всё будет на высшем уровне. Осталось доучиться этот год, а потом свалить в гости, не нарвавшись дома на скандал.
— Твой дедушка может написать моему отцу? — спросил он. — Приглашение. Иначе получается…
— Грубо и по-хамски, — подхватил Брок. — Дед напишет. Придумает, что.
— Отец попытается втереться в доверие, — предупредил Люциус.
— Дед разберётся, — пообещал Брок. — Он очень умный. Надо бы твоему отцу чем-то отвлечься… Напишу деду, пусть придумает.
Люциус покивал. Лорд Принц придумает. Он, в отличие от лорда Малфоя, был умным, а не хитрым. Теперь Люциус разницу понимал и видел.
Дальше всё шло по накатанной: они учились, беседовали, ходили на факультативные занятия, строили планы, окучивали потенциальных вассалов. Время летело быстро.
И вот уже подходит пора экзаменов, а за ними маячили каникулы. Домой Люциус ехал со сложными чувствами, надеясь, что всё получится. Отец встретил его равнодушным кивком. Обязательный обед, на котором Люциус отвечал на вопросы и в конце которого Абраксас безапелляционно заявил, что это лето он должен провести в поместье Принцев.
И тут же начал наставлять, что Люциус должен делать: куда смотреть, что вынюхивать и прочее. Слушая этот инструктаж, Люциус мысленно похвалил себя за то, что не стал хвастаться успехами на ниве привлечения вассалов, пошедших под его руку. Абраксас хотел, чтобы он следил и втирался в доверие, а главное — попробовал как можно больше разузнать о лорде Певерелле, который должен был вот-вот жениться на Эйлин Принц.
Люциус кивал и соглашался, как и полагается почтительному сыну. Правило «выслушай и сделай по-своему» он затвердил ещё до Хогвартса. Что рассказать и написать лорду Малфою про лорда Певерелла, они с Броком придумают.
Они с Броком… У Люциуса есть друг! Не доставшиеся по наследству вассалы — бестолковые Крэбб и Гойл, а самый настоящий друг!
Люциус поклялся себе, что сделает всё, чтобы сохранить эту дружбу.