Вот я на Тисовой улице. Жду совершенно ненужного спасения… Дурслей, не особо спрашивая их желания, увёз куда-то Элфиас Дож… формально всё добровольно, да и за рулём собственной машины был именно дядя Вернон… Ладно, я не знаю куда их увезли, так что даже если Волан-де-Морт взломает мои окклюментные щиты, где они находятся не выдам… с другой стороны, чисто теоретически, если понадобится спасти, скажем, Гермиону, патронус Дожу с вопросом где они находятся — и всё. После победы, кстати, надо будет узнать, не слишком ли плохо с ними обращались, и если вдруг что — стрясти с виновных компенсацию…
Внезапно где-то совсем рядом возник оглушающий рёв. Я осторожно выглянул из окна кухни в садик.
Сумрак садика словно подернулся рябью, сам его воздух дрожал. Затем начали по одной появляться фигуры людей, снимавших с себя Дезиллюминационное заклинание. Центр этой композиции образовал Хагрид, сидевший в шлеме и защитных очках верхом на огромном мотоцикле с черной коляской. Окружавшие его люди спешивались — главным образом с метел, лишь двое прибыли на скелетообразных лошадях с чёрными крыльями.
Они стояли достаточно плотной толпой больше 10 секунд. Будь у меня (или того кто устроил засаду) пулемёт, минимум два трупа, а при таком плотном построении, наверняка остальные ранены. Если брать чисто волшебные методы — три или даже четыре инферны выжгли бы всех с запасом. На этот раз даже Грюм и Кингсли находились в толпе… Ничему их прошлый опыт не учит…
я открыл окно. Раздался общий приветственный крик, Гермиона обняла меня, Рон похлопал по спине, а Хагрид спросил:
— Порядок, Гарри? К отправке готов?
— Конечно, — ответил я, улыбаясь всем сразу. — Для начала, заходите
— План изменился, — пророкотал Грозный Глаз Грюм, жестами подгонявший не спешивших войти в дом магов. Два набитых рюкзака тащили Люпин и Билл, которым Грюм всучил их, едва заслышав звук открывающегося окна
Я провёл гостей на кухню, где они, болтая и смеясь, устроились на стульях, на блистающих чистотой рабочих столах тети Петуньи, прислонились к ее бытовым машинам, где не отыщешь ни единого пятнышка. Рон, высокий и тощий; Гермиона, заплетшая густые волосы в длинную косу; Фред и Джордж с их совершенно одинаковыми улыбками; покрытый жуткими шрамами длинноволосый Билл; лысеющий мистер Уизли с его добрым лицом и кривовато сидящими очками; Грозный Глаз, одноногий, израненный в битвах, с ярко-синим волшебным оком, неустанно крутившимся в глазнице; Тонкс, чьи короткие волосы отливали сегодня излюбленной ею яркой краснотой; Люпин, обзаведшийся новой сединой и новыми морщинами; тонкая и прекрасная Флер; Кингсли, лысый, чернокожий и широкоплечий; Хагрид с его буйной шевелюрой и бородой, стоявший пригнувшись, чтобы не зашибить голову о потолок; и Наземникус Флетчер — маленький, грязный, вечно пристыженный, с грустными, как у бассета, глазами и спутанными волосами.
— Я надеюсь, план изменился хотя-бы нечётное число раз? — невинно осведомился я, вспоминая как планы менялись на прямо противоположные и если не повезёт, то действовал по самому первому, давно уплывшему в руки противника. Да, это были мультики, но то что я узнал о волшебниках… это вполне могло оказаться выше их понимания…
— Я тебе больше скажу, количество изменений плана — простое число… — начала Гермиона.
— Да-да, простое и чётное…
— Ты уже слышал, Гарри? — Забравшаяся на стиральную машину Тонкс повертела в воздухе левой ладонью, на которой блеснуло кольцо.
— Нет, в газете прочитал…
— Мне жаль, что тебя не было с нами, Гарри. Впрочем, всё прошло очень тихо.
— Ладно, ладно, у нас еще будет время обменяться последними новостями, — грянул, перекрикивая общий гомон, Грюм, и в кухне сразу стало тихо. Грюм опустил рюкзаки на пол и повернулся ко мне. — Дедалус, полагаю, сказал тебе, что от плана А нам пришлось отказаться. Пий Толстоватый переметнулся на сторону врага, отчего у нас возникла серьезная проблема. Он добился в Министерстве решения, в силу которого подключение этого дома к Сети летучего пороха, установка здесь портала и даже любая попытка трансгрессии обратились в преступления, караемые тюремной отсидкой. Все это проделано во имя твоей безопасности, ради того, чтобы помешать Сам-Знаешь-Кому добраться до тебя. И все совершенно бессмысленно, поскольку ты и так уже надежно защищен заклятием, наложенным твоей матерью. На самом деле его усилия были направлены на то, чтобы не позволить тебе безопасно выбраться отсюда. Проблема вторая: ты несовершеннолетний, и, значит, на тебя всё ещё распространяется действие Надзора.
— Да мне…
— Да Надзор же, Надзор! — нетерпеливо произнёс Грозный Глаз. — Заклинание, которое отслеживает магические действия тех, кому ещё нет семнадцати, позволяя Министерству ловить несовершеннолетних баловников! Если ты или кто-то находящийся рядом с тобой попытается произнести заклинание, способное вызволить тебя отсюда, Толстоватый сразу узнает об этом и Пожиратели смерти тоже.
— Ждать, пока снимут Надзор, мы не можем, поскольку в тот миг, когда тебе исполнится семнадцать, ты лишишься защиты, обеспеченной твоей матерью. Короче: Пий Толстоватый полагает, что окончательно загнал тебя в угол.
Домовиков, с помощью которых я и появился здесь прямиком в Площади Гриммо, тот самый Пий, очевидно, не учёл.
— И каков наш план, — старательно копируя киношного Сталина, спросил я. — товарищ Жюков?
— Воспользуемся тем транспортом, какой у нас остался, тем, который не отслеживается Надзором, потому что никаких заклинаний не требует: метлами, фестралами и мотоциклом Хагрида.
Я тут же увидел все изъяны этой схемы (включая тот, что весь этот план попросту не нужен), однако говорить о них не стал, полагая, что это сделает сам Грозный Глаз. СПОРИТЬ с типа вумными волшебниками тоже абсолютно бесполезно, так что проще плыть по течению, и попутно набивать фраги: так этот идиотский план окажется ну хоть в чём-то полезным.
— Так вот, чары, наложенные твоей матерью, спадают при выполнении одного из двух условий: когда ты становишься совершеннолетним или когда перестаешь считать это место, — Грюм обвел рукой чистенькую кухню, — своим домом. Ты, твои дядя и тетя отправились этой ночью по разным путям, полностью сознавая, что вместе вам больше жить не придется, так?
— Не совсем. Я никогда не считал это место настоящим домом, так что чар здесь нет, не было и быть не могло, а то, что сюда до сих пор не заявилась толпа пожирателей — наверное потому что я был им не нужен…
— И стало быть, когда ты уйдешь отсюда сегодня, — продолжил Грюм, пропустивший моё замечание мимо ушей, — обратной дороги не будет, а чары спадут, едва ты окажешься вне поля их действия. Мы решили проделать это пораньше, поскольку иной выбор сводится к тому, чтобы дожидаться, когда Сам-Знаешь-Кто явится сюда и схватит тебя, как только тебе исполнится семнадцать. На нашей стороне одно обстоятельство: Сам-Знаешь-Кому не известно, что на новое место ты переберешься этой ночью. Мы скормили Министерству ложную информацию, там думают, что переезд назначен на тридцатое. Но мы имеем дело с Сам-Знаешь-Кем, поэтому полагаться только на расхождение в датах не можем. Он наверняка отправил пару Пожирателей смерти патрулировать небо в этом районе, просто на всякий случай. Поэтому мы подобрали дюжину домов и обеспечили их всевозможной защитой. Все они выглядят так, точно могут стать твоим укрытием, и все так или иначе связаны с Орденом: мой дом, жилище Кингсли, дом Моллиной тетушки Мюриэль… В общем, идея тебе понятна.
— Дезинформация вскрыта, так что готовьтесь к бою, — пожал я плечами. Ну вижу, что отговорить от дурацкого плана не получится. В принципе, что мешало даже в каноне уйти пешком на пару километров в мантии-невидимке, и трансгрессировать… нет, надо устроить массовое нарушение статута секретности, рискнуть друзьями, коллегами по ордену, чтобы Грюм сдох… короче, раз это ваша операция, вы с ней и разбирайтесь, я только себя обезопашу… — взглянул на Гермиону. Н-да, ещё её нужно спасать…
— Ты отправишься к родителям Тонкс, и, как только окажешься в пределах действия защитных заклинаний, наложенных на их дом, мы сможем перебросить тебя через портал в «Нору». Вопросы?
— М-м… да, — ответил я. — как я узнаю этих самых родителей Тонкс? И где они живут?
— Хагрид доставит… — нахмурился Грюм.
Тонкс хлопала себя по карманам, потом с виноватым видом сказала, что забыла бумажник с фотографиями в «Норе». Песец организация…
— Если предполагается бой, вы должны были учитывать возможные потери. Два года назад, когда вы забирал меня отсюда, вы сказали что я должен добраться до цели даже если вас всех перебьют. Если бы я просто тупо отстал в облаке, куда я должен был лететь? Сейчас вы опять мне ничего не сообщаете! И куда, спрашивается, я полечу, если погибнет Хагрид? Или прикажете мне привязаться к нему неразрушимой верёвкой чтобы если он потеряет сознание и свалится с мотоцикла, последовать за ним?
— Ах да, — произнёс Грюм, кажется, ответов на мои вопросы у него не было, и он решил позаботиться хотя-бы о том, с чем правиться может. — о главном-то я и забыл. Четырнадцать человек к родителям Тонкс не полетят. В эту ночь небеса пересекут семеро Гарри Поттеров — каждый со своим сопровождающим, и каждый полетит в свой укрепленный дом.
И Грюм вытащил из-под плаща флягу с грязноватой на вид жидкостью. Больше он мог ничего не объяснять.
— Это фиговая идея… — достал из ящика кухонные ножницы и сделал свою и без того лохматую причёску ещё и немного несимметричной
— Хорошо, — сказал Грюм и, хромая, приблизился ко мне, попутно вытянув из фляги пробку. — А теперь, будь добр, брось их сюда.
уронил волосы в грязную жидкость. Едва они коснулись ее поверхности, как зелье вспенилось, покрылось парком и мгновенно очистилось, став ярко-золотистым.
— О, Гарри, ты с виду куда вкуснее, чем Крэбб с Гойлом, — сказала Гермиона, но тут же заметила, как приподнялись брови Рона, и, слегка покраснев, добавила: — Ну, ты же помнишь, Гойлово варево на сопли смахивало.
— Поддельные Поттеры, построиться! — скомандовал Грюм.
Рон, Гермиона, Фред, Джордж и Флер выстроились в ряд перед сверкающей раковиной тети Петуньи.
— Одного не хватает, — сказал Люпин.
— Да тут он, — хрипло сообщил Хагрид и, сцапав Наземникуса за загривок, оторвал его от пола и поставил рядом с Флер, которая демонстративно сморщила носик и сменила место, встав между Фредом и Джорджем.
— Я же просил, меня бы лучше в защитники, — промямлил Наземникус.
Я заметил, как в кармане Флетчера скрылась серебряная ложечка тёти Петунии. И мысленно ухмыльнулся: Флетчер только что, своими руками, подписал себе смертный приговор. На ложечку я нанёс рунную цепочку, которая препятствовала трансгрессии. Аналог того. Что на Хогвартсе и прочих местах, защищённых от той самой трансгрессии. Ложечка действовала немного не так как простой барьер, для этого она слишком мала, грубо говоря, ложечка препятствует трансгресии где-то на десять дюймов вокруг себя. Но мне важна побочка, как раз из-за побочного действия Флетчер и умрёт: его раскатает в такую же тоненькую нить, как если бы он отцепился от портала при портации. И моя совесть будет абсолютно чистой: Флетчер УКРАЛ ложечку, и Флетчер ПОПЫТАЕТСЯ бросить Грюма в момент опасности.
— Молчать! — рявкнул Грюм. — Я тебе уже говорил, червяку бесхребетному, любой Пожиратель смерти, на которого мы напоремся, будет стараться схватить Поттера, а не убить его. Дамблдор всегда говорил: Сам-Знаешь-Кто намерен прикончить Поттера лично. Хуже всего придется защитникам, потому что их-то Пожиратели смерти постараются прикончить.
Услышанное, похоже, не сильно успокоило Наземникуса, но Грюм уже извлек из-под мантии шесть стопочек размером с подставку для яйца, раздал их стоявшим в строю и налил каждому по небольшой порции Оборотного зелья.
— Ну, теперь все разом…
Рон, Гермиона, Фред, Джордж, Флер и Наземникус проглотили зелье. Каждый из них, ощутив его в горле, ахнул и сморщился, и мгновенно лица их начали пузыриться, точно закипающий воск. Гермиона и Наземникус вытягивались, увеличиваясь в росте, Рон, Фред и Джордж уменьшались, волосы у всех темнели, а у Гермионы с Флер они словно втянулись внутрь черепов.
Грюм, не обращая на происходящее никакого внимания, развязывал принесенные им с собой рюкзаки, а когда выпрямился, перед ним уже стояли, пыхтя и отдуваясь, шестеро Гарри Поттеров.
Фред и Джордж повернулись друг к другу и одновременно произнесли:
— Ух ты, какие мы одинаковые!
— Ну, не знаю, — сказал Фред, изучив свое отражение в кастрюле, — по-моему, я всё ещё покрасивее.
— Фу, — произнесла оглядевшая себя в дверце микроволновки Флер. — Билл, не смот'ги на меня, я у'година.
— Для тех, кому одежда великовата, здесь найдутся размеры поменьше, — сообщил Грюм, указывая на первый рюкзак, — и наоборот. Да про очки не забудьте, шесть пар лежат в боковом кармане. А как переоденетесь, разберете то, что лежит во втором рюкзаке.
Настоящему мне казалось, что я попал то ли на шоу двойников самого себя, то ли в фильм «атака клонов»… ничего более причудливого я в своей жизни не видел, а видеть мне приходилось вещи очень странные. я наблюдал за тем, как шестеро моих двойников роются, извлекая одежду, в рюкзаках, как они надевают очки, сбрасывают с себя то, во что они были одеты. Когда они начали с совершенной беззастенчивостью раздеваться, захотелось, чтобы хотя бы у Гермионы и Флёр зелье оказалось некачественным и они превратились обратно. Выставлять напоказ моё тело им явно было легче, чем свои собственные.
— Так и знал, что про татуировку Джинни наврала, — сказал Рон, оглядев свою голую грудь.
— Ну и зрение у тебя, Гарри, ужас какой-то, — сообщила, надевая очки, Гермиона.
— Кстати, Гермиона, зря вы с Флёр прикрываете грудь… она ж не женская… и Флёр, мне кажется, никакая одежда не смогла бы скрыть, будь у тебя такой размер…
Одевшись, поддельные Поттеры вытащили из второго рюкзака совиные клетки, в каждой из которых находилось чучело белой совы, и такие же, как у Гарри, рюкзачки.
У Тонкс затрещала по швам одежда, кажется она хотела продемонстрировать, ЧТО одежда может скрывать…
— Стоп, — поднял палец Кингсли. — Гарри, а где ТВОЯ сова?
— В Лондоне… я не хочу рисковать ей…
— Э… — Грюм резко замер. — Вы все должны выглядеть одинаково! Прячьте клетки с совами обратно.
— Хорошо, — произнёс Грюм, когда перед нами выстроились семеро одинаково одетых и нагруженных очкастых Гарри. — Делимся на пары так: Наземникус отправляется со мной, на метле…
— Почему это я с тобой? — спросил стоявший ближе других к двери поддельный Гарри.
— Потому что за тобой глаз да глаз нужен, — прорычал Грюм и, больше уже не сводя, в соответствии со сказанным, волшебного ока с Наземникуса, продолжал: — Артур и Фред…
— Я Джордж, — сказал тот из близнецов, на которого указал Грюм. — Неужели вы не можете различить нас, даже когда мы обращаемся в Гарри?
— Простите, Джордж…
— Да я пошутил, вообще-то я Фред…
— Хватит дурака валять! — рявкнул Грюм. — Второй из вас — Джордж, Фред или кто вы там, — с Римусом. Мисс Делакур…
— Я повезу Флёр на фестрале, — сказал Билл. — Она не любит мётел.
Флёр подошла к нему и встала рядом, глядя на Билла с сентиментальным, раболепным обожанием, которое, как от души надеялся Гарри, никогда больше на его лице не появится.
— Мисс Грейнджер с Кингсли, тоже на фестрале…
Гермиона обрадованно ответила на улыбку Кингсли — Гарри знал, что и она чувствует себя на метле неуверенно.
— Выходит, остаемся только мы с тобой, Рон! — весело воскликнула Тонкс спрятавшая огромную грудь и теперь меняла себе лицо… — Гарри, моя мама выглядит… примерно вот так!
— До сих пор носит розовые волосы?
Волосы очень похожей на Беллатрису Андромеды Тонкс скачком перекрасились сначала в ярко-красный, потом в угольно-чёрный (сходство с Беллатрисой стало просто поразительным), а потом так остановились на каштановом.
Рон выглядел далеко не таким довольным, как Гермиона.
— А мы с тобой, Гарри. Не против? — не без некоторой тревоги в голосе спросил Хагрид. — Покатим на мотоцикле, я, понимаешь, тяжеловат для метелок с фестралами. Правда, я и на мотоцикле кучу места занимаю, так что давай уж в коляску.
— У тебя-же там есть к чему привязаться?
Хагрид кивнул.
— Мы думаем, что Пожиратели смерти ожидают увидеть тебя на метле, — пояснил Грюм, по-видимому, заметил моё недовольство хотя вызвано оно не тем, что мне придётся лететь на мотоцикле самим планом. — У Снегга была куча времени, чтобы рассказать им про тебя всё, о чём он прежде не упоминал. Поэтому, если мы наткнемся на Пожирателей, они, как мы полагаем, выберут одного из тех Поттеров, что хорошо сидят на метле. Ну ладно, — продолжал он, завязав рюкзак, в который была уложена одежда ложных Поттеров, и направившись с ним к задней двери. — До отправления осталось три минуты. Запирать дверь бессмысленно, Пожирателей смерти, когда они сюда заявятся, замок не остановит… Вперёд…
— Кто поможет?
Шагнул Римус.
Я торопливо прошёл в прихожую, чтобы забрать свой рюкзачок, автомат, и «Молнию». Оборотню указал на три цинка патронов:
— Это в коляску, так чтобы вон те метки в виде патронов смотрели вверх.
— Что это за маркировка? — удивился Римус, глядя на зелёную полосу на ящике.
— Эта маркировка означает: «у нас пролилась краска»
Мы с Люпином присоединился в заднем саду ко всем прочим. Справа и слева от него подёргивались в руках хозяев метлы, Кингсли уже подсаживал Гермиону на фестрала, Билл подсаживал Флёр на другого. Хагрид, снова нацепивший очки, стоял у мотоцикла.
Быстро подошёл к Гермионе потом Флёр и Тонкс, каждой досталось по маленькому щиту, Гермионе ещё и три ракеты, которые я готовил. Ещё три ракеты оставил себе…
Моя голова оказалась на несколько футов ниже всех прочих: Рон ухмылялся, глядя на меня, сидящего точно ребенок в игрушечном автомобиле. Я запихал рюкзак себе под ноги, а метлу положил вдоль коляски, так чтобы можно было при необходимости пересесть на неё.
— Артур малость поколдовал над этой штукой, — сказал Хагрид, совершенно не заметивший мои неудобства. Он оседлал мотоцикл, слегка крякнувший и дюймов на пять ушедший в землю. — Тут теперь пара штучек есть, управляются прямо с руля. Вот эта — моя идея.
И он указал толстым пальцем на багровую кнопку по соседству со спидометром.
— Прошу вас, Хагрид, будьте осторожны, — сказал стоявший рядом с нами, придерживая метлу, мистер Уизли. — Я до сих пор не уверен в разумности этого средства, и, уж во всяком случае, прибегать к нему следует только в крайних случаях.
— Ну хорошо, — произнёс Грюм. — Прошу всех приготовиться, мы должны стартовать точно в одно время, иначе наш отвлекающий маневр не сработает.
Все, вылетавшие на мётлах, оседлали их.
— Держись крепче, Рон, — сказала Тонкс, и я увидел, как Рон, бросив на Люпина виноватый косой взгляд, обхватил её за талию.
Хагрид включил мотоциклетный мотор — тот взревел, точно дракон, коляска задрожала.
— Всем удачи! — крикнул Грюм. — Увидимся примерно через час в «Норе». На счет три. Раз… два… ТРИ.
Мотоцикл заревел ещё громче. Я почувствовал, как коляска неприятно накренилась — Вероятно, Хагрид или мистер Уизли, балансируя мотоцикл-с-коляской не учли моего дополнительного веса, Глаза немного слезились, волосы относило с лица назад. Вокруг набирали высоту мётлы, мимо промелькнул длинный чёрный хвост фестрала. Я быстро привязал страховочную петлю к скобам внутри коляски, теперь по крайней мере могу вертеться как угодно и не свалюсь. Мы поднимались в небо все выше и выше…
И тут, откуда ни возьмись, из пустоты появился уже окруживший нас противник. По меньшей мере тридцать фигур в капюшонах висело в воздухе, образовав большое кольцо, в самую середину которого поднимались, ничего пока не замечая, члены Ордена…
Крики, вспышки зеленого огня со всех сторон. Хагрид заорал, и мотоцикл перевернулся. Я утратил всякое чувство ориентации: уличные огни над головой, вопли со всех сторон; я изо всех сил цеплялся за края коляски.
— Опять кренделя выделываешь! О не-ет!
Мотоцикл рывком вернулся в правильное положение. Секундное облегчение, а следом снова всполох зеленого пламени.
— Хагрид, не сбивай прицел!
Мотоцикл, набирая скорость, несся вперед. Я держался одной рукой за ручку, а второй поднял к плечу автомат. Предохранитель, прицел на первого попавшегося. Жму на спуск — очередь. Зелёные трассеры летят куда попало, но первого попадания хватает: Пожиратель схватился за грудь и исчез за нижним краем коляски.
Перекомпоновываюсь, так чтобы ногами упираться в края коляски, спиной в сиденье, поза получается достаточно устойчивой, чтобы взяться за оружие обеими руками. Ещё очередь — на этот раз куда более кучная — и второй Пожиратель летит вниз в форме звезды: кажется на этот раз умер настолько быстро, что даже зажать рану не успел.
Обернувшись, я увидел две пролетавших мимо его левого уха струи зеленого огня: четверка Пожирателей смерти оторвалась от кольца и преследовала нас, паля в широкую спину Хагрида. Хагрид вильнул в сторону, но Пожиратели не отставали, выпуская по мотоциклу одно заклятие за другим. Я навёл оружие в центр масс. Короткая очередь (стабильности у предназначенного для удержания двумя руками оружия при удерживании одной никакой, так что длинные очереди — просто лишний расход патронов) — трассы скользнули между преследователями. Сразу резко сбавившим темп.
— Держись, Гарри, щас они у меня получат! — рычал Хагрид.
Я обернулся как раз вовремя, для того чтобы увидеть, как толстый палец Хагрида врезается в зеленую кнопку около датчика расхода топлива.
Стена, плотная кирпичная стена вырвалась из выхлопной трубы. Изогнув шею, я смотрел, как она разрастается в воздухе. Трое Пожирателей смерти сумели увернуться от нее, а вот четвертому повезло меньше: он исчез за стеной, а затем камнем полетел из-под нее вниз вместе с разломанной на куски метлой. Один из его товарищей замедлил ход, чтобы спасти падающего, однако Хагрид навалился на руль, мотоцикл прибавил скорость, и вскоре стена и эти двое Пожирателей скрылись во мраке.
Новые Убивающие заклятия, выпущенные палочками двух продолжавших преследование Пожирателей смерти, просвистели мимо — Пожиратели целили в Хагрида. я отвечал им короткими очередями из автомата. В голове мелькнула мысль о фейерверках, только я помню, что такая же — последняя мысль пилота в известном анекдоте. Разворачиваюсь и сменяю магазин, сколько осталось патронов в оборудованном расширением пространства я понятия не имею, а прилепленный к отметке — пополнится патронами из цинка, не сказать что быстро, но главное автоматически.
— Щас я им еще выдам, Гарри, держись! — крикнул Хагрид и ударил по второй кнопке.
На сей раз из выхлопной трубы вылетела огромная сеть, но Пожиратели смерти были к этому готовы. Они не только ушли в стороны, уклоняясь от нее, — к ним еще и присоединился их компаньон, отставший, чтобы спасти потерявшего сознание товарища. Он неожиданно выскочил из темноты, и теперь все трое гнались за мотоциклом, осыпая его заклятиями.
— Ну уж вот это точно сработает, держись крепче, Гарри! — заорал Хагрид и бухнул сразу всей ладонью по багровой кнопке у спидометра.
Из выхлопной трубы с ревом, который ни с чем спутать невозможно, вырвался раскаленный до голубоватой белизны драконов огонь, и мотоцикл, словно пуля, рванулся вперед, сопровождаемый треском корежимого металла. я увидел, как Пожиратели бросились врассыпную, спасаясь от смертоносной струи огня, и в тот же миг коляска угрожающе закачалась: могучее ускорение сокрушило металлический крепеж, соединявший её с мотоциклом.
— Ничего, Гарри! — взревел Хагрид, которого прилив скорости уложил на сиденье почти навзничь. Теперь мотоцикл остался без управления, а от бешеного полета коляска продолжала выкручиваться и отламываться. — Я все починю, Гарри, не бойся! — грянул Хагрид и выхватил из кармана куртки розовый зонтик с цветочками.
— Хагрид! Не надо! Давай я!
— РЕПАРО !
Коляска с оглушительным грохотом оторвалась окончательно: сначала набранная мотоциклом скорость несла её вперёд, но вскоре она начала терять высоту.
«Блин, у меня ж даже кукол летающих нет!»
в отчаянии ткнул в коляску палочкой и крикнул:
— Вингардиум левиоса!
Коляска стрельнула вверх, точно пробка из бутылки, — неуправляемая, но всё ещё парящая в воздухе. На миг я испытал облегчение: не разобьюсь, однако мимо уже проносились новые заклятия — троица Пожирателей смерти приближалась. А вот на заклятия пожирателей попасться можно…
но первым делом собственное спасение: перерезаю верёвку, которой привязался к коляске, теперь выпасть из неё НАДО.
Поднимаю автомат: раз пошла такая пьянка, хоть с собой захвачу побольше. Оружие обеим руками, прицел, длинная очередь — один из Пожирателей слетает метлы…
— Я иду, Гарри! — проорал из темноты Хагрид, но я почувствовал, что коляска снова пошла вниз
Прицел на второго — тоже готов, третий пережил их ненадолго. А вот теперь можно…
Коляска начала падать уже всерьез… пожалуй, пора браться за метлу.
— Я иду, Гарри, иду!
Седлаю метлу прямо в воздухе
— Прости, Гарри, прости, — постанывал Хагрид. — Не надо мне было самому за починку браться.
— Дорогу показывай! — из мрака появилась ещё пара Пожирателей смерти, нагонявшая мотоцикл.
Как только разделявшее их пространство опять начали пронизывать заклятия, я сделал мёртвую петлю, благо «Молния» это позволяет, но самое главное, я зашёл противнику в хвост и теперь им приходилось разворачиваться на метлах, чтобы пускать в меня заклятия. Ну а мне всего лишь достать палочку снести ближайшего пожирателя режущим. Не знаю куда я попал, но с полсекунды за противником тянулся шлейф кровищи, потом я потерял его из виду, закидывая заклинаниями второго.
— Мы почти на месте, Гарри, почти добрались! — прокричал Хагрид.
Я увидел, что мотоцикл пошел на снижение, хотя огни, горевшие на земле, еще казались далекими, как звезды. Я тоже снижался. Почувствовал, как прошёл через что-то вроде барьера, знакомое ощущение… ага, именно так было на втором курсе… когда на машине падали на Хогвартс… а то, барьер не должен задерживать всё? Точнее, всех? Как он понял, что меня пропускать можно, а Волан-де-Морта нельзя?