Возвращались в Хогвартс каминами, министерство наконец-то сообразило как обезопасить учащихся…
Старый пароль на Полную даму не подействовал, пароль сменился… да-да, а Маккошка, в кабинет которой я прибыл с Гриммо, была так занята, чтоб забыла об этом сказать… и даже на прямой вопрос, не поменялся ли пароль, промычала что-то невнятное.
Примчалась Гермиона с новым паролем: «трезвенность» и свитком, что занятия у Дамблдора назначены на следующий вечер.
Процитировал одну известную кинокартину: «неосторожный опохмел ведёт к длительному запою»
Первое утро нового семестра началось с того, что я застал Рона целующимся с Лавандой. с сомнением посмотрел на Рона, потом на часы, потом опять на Рона. что-то у меня категорически не сходилось. Гермиона рассказала, что провела каникулы в стиле «ничего особенного».
Живоглот, кажется, каникулами (или местом, где их пришлось провести) не слишком доволен. Во всяком случае Гермиона не особо успешно прятала от меня слегка поцарапанную руку. Моя книзла меня царапать не решилась, тем не менее напоминала мне о том, что ЧТО-ТО (точнее, КОГО-ТО) я из школы привести забыл
Я рассказал две версии того, где провёл каникулы. Одну для всех — в которой фигурировала только Лээна Сфинкс, которая так обожралась чего-то за праздничным столом, что о конца каникул и предположительно до самой Пасхи будет лежать в постельке и переваривать сожранное. Взгляды скрестились на Роне, тот намёков то ли не понял, то ли демонстративно проигнорировал.
Вторая часть — только для Гермионы (о ней даже вся остальная Расширенная Компания не знала) — про Беллатрису, которая на пятом месяце от счастья
Гермиона с задумчивым видом сказала, что плохо представляет, ЧТО нужно съесть, чтобы проспать до пасхи: даже слопав целое блюдо бутербродов Падмы в конце прошлого учебного года Лээна проспала всего сутки. А чтобы спать четыре месяца…
Мне очень хотелось обрадовать шатенку, что сожрала Лээна кусочек Волан-де-Морта, но пока рядом Рон…
Новый семестр начался на следующее утро с приятного для шестикурсников сюрприза — кто-то приколол ночью к доске объявлений в гостиной большой лист, на котором значилось:
УРОКИ ТРАНСГРЕССИИ
Если вам уже исполнилось семнадцать лет или исполнится до 31 августа, вы вправе пройти двенадцатинедельный курс обучения трансгрессии, который будет вести назначенный Министерством магии инструктор.
Желающих принять участие просим расписаться ниже.
Плата за обучение: 12 галеонов.
Я с гриффиндорской частью нашей Расширенной компании присоединились к небольшой кучке тех, кто собрался у доски объявлений и поочередно расписывался внизу листа. Рон как раз вынимал перо, чтобы поставить свое имя под именем Гермионы, когда подобравшаяся к нему сзади Лаванда закрыла Рону глаза ладонями и взвизгнула:
— Угадай кто, Бон-Бон!
Благодаря этой небольшой задержке, я, Невилл, Гермиона и Парвати расписались подряд. Немного позже присоединился и Рон, отвязавшийся, видимо от Лаванды, или, что вероятнее, отпущенный ей.
— Так, значит, трансгрессия, — сказал Рон. — Наверное, весело будет, а?
— Расщепы, кровь, кишки…
— Кишки? — нахмурилась Гермиона.
— Ну ладно, — я решил не нагнетать обстановку, — Скорее, ноги, руки… уши…
— Уши? — об ушах в качестве объекта расщепов в книжках не поминалось, так что удивляться Гермиона имела полное право.
— Если я правильно понял, что такое расщеп, то когда Дамблдор трансгрессировал вместе со мной, на Тисовой норовили остаться как раз уши.
Занятия с Дамблдором, описание того каким Том Редл рос мальчиком, потом воспоминания Морфина Гонта, дяди волан-де-Морта, и подкорректированное воспоминание Слизнорта, где впервые прозвучало слово крестраж.
— …И потому я в первый раз даю тебе домашнее задание, Гарри. Ты должен уговорить профессора Слизнорта показать свои подлинные воспоминания — они, несомненно, станут для нас самым важным источником сведений.
— Крестражей Волан-де-Морт собирался сделать семь штук, это нумерология, хотя что мешало ему ограничиться пятью или тремя… — на этом слове Дамблдор явственно вздрогнул. — А в том, что это за крестражи… Медальон Слизерина, который я видел на шее Меропы Гонт; дневник, уничтоженный на втором курсе с помощью василиска; кольцо на вашей руке, очевидно крестражем быть переставшее, раз вы так спокойно его носите. Это три из крестражей. Дальше, один, живой крестраж, это змея Тёмного Лорда, та, с кладбища, и, возможно, вы собираетесь показать мне воспоминание о том, как была найдена, но неизвестно куда пропала реликвия факультета пуффендуй. Да, на встречах отряда вашего имени упоминались и золотая чаша пуффендуя и диадема Кандиды Когтевран. Вы считаете, что Тёмный лорд смог всё это найти и превратить в крестражи?
— У Волан-де-Морта была для этого уйма времени, Гарри… — Я не понял, слышал Дамблдор то что я ему сказал или нет. Но моя фамилия как крестража пока не прозвучала, значит убивать меня Дамби, по крайней мере пока, не планирует…
— Такой талант бы да в мирное русло…
— Гарри, почему ты считаешь что крестражей именно семь?
— Простые числа, после семи идёт восемь, произведение трёх двоек, девятка — три в квадрате и десять — дважды пять. И у каждого есть недостатки, я думаю, что вздумай Волан-де-Морт создать 11 крестражей, он загнулся бы не на восьмом, так на девятом, если же сделать десять…
— Разумно, разумно… разумеется, не шесть, но почти наверняка и не пять, задание тем не менее, я отменять не буду, мне нужны подлинные воспоминания Горация Слизнорта.