На встрече расширенной компании я рассказал, что мне нужно добыть у Слизнорта некое воспоминание, которое он уже отдал Дамблдору, но Дамблдор получил отредактированный вариант, а требуется изначальный, не редактированный.
Дафна сходу придумать ничего не смогла, посоветовала лишь не лезть на рожон. И разумеется нужно всё обдумать.
— Лээна! — вспомнила Гермиона. — Она же лучшая в легилименции! Как и в окклюменции! Она смогла бы вытащить у Слизнорта воспоминание!
— Может быть, вот только сама Лээна сейчас балдеет на Гриммо и вытаскивать воспоминания даже у самой себя не в состоянии.
— Насколько это вообще срочно? — уточнила Дафна.
— Месяц, учитывая периодичность занятий — без проблем, но затягивать до конца года вообще не вариант.
— Хм… даже не знаю что придумать…
Так и не придумали ничего. Может что хорошее придёт в голову на уроке у профессора Слизорта?
в класс вошел Слизнорт и призвал всех к тишине.
— Садитесь, садитесь, прошу вас! И побыстрее, сегодня у нас много работы! Третий закон Голпа-лотта… Кто может сказать мне?.. Ну, разумеется, мисс Гермиона!
Гермиона со страшной скоростью затараторила:
— Третий-закон-Голпалотта-гласит-что-противо-ядие-от-составного-зелья-не-сводится-к-набору-про-дивоядий-для-отдельных-его-компонентов.
— Точно! — просиял Слизнорт. — Десять очков гриффиндору! Итак, если мы примем третий закон Голпалотта за истину…
Скажем так, сам закон достаточно элементарный, как и следствия из него, а вот применение этих следствий… тут гораздо больше творчества и случайности.
— То отсюда следует, что при условии правильно проведенной идентификации ингредиентов зелья с помощью Чароискателя Эскарпина первая наша задача состоит не в относительно простом выборе противоядий для этих ингредиентов, а в поиске той добавочной составляющей, которая алхимическим путем преобразует эти элементы…
Рон, полуоткрыв рот, сидел и машинально теребил свой новенький «Расширенный курс зельеварения».
— Итак, — закончил Слизнорт, — каждый из вас должен взять с моего стола по флакону. И до конца урока изготовить противоядие от того, что в этом флаконе находится. Удачи вам и не забывайте о защитных перчатках!
Прежде чем класс сообразил, что надо поторапливаться, Гермиона спрыгнула со своего табурета и проделала половину пути до учительского стола, а к тому времени, когда я вернулся на место, успела вылить содержимое флакона в котел и уже разводила под ним огонь.
Чароискатель, чароискатель… несколько капель зелья по флаконам, в них же несколько капель того, что готовили на предыдущих уроках, эх, нет тут лакмусовых бумажек… так, осадок есть, хм, и какой же это цвет? Какой… нехороший человек вместо таблицы цветов для сравнения выдал такое бестолковое описание? Самого бы его засадить за вот это и предоставить сравнивать голубизну неба в полдень с лазурью на закате солнца после жаркого дня!
И ведь у Дафны не спросишь, она занята тем же самым.
Так, по реакции я опознал пару ядов, осталось выяснить как их смешивали и, в соответствии с законам Голпа-лотта, выяснить как смешивать противоядие…
Пару противоядий для компонентов я подобрал, это не сложно, теперь осталось применить именно закон…
— Время… СТОП! — весело воскликнул Слизнорт. — Ну-те-с, посмотрим, что у вас получилось! Блейз, чем вы меня порадуете?
Слизнорт медленно обходил класс, осматривая различные противоядия. С заданием никто до конца так и не справился, — правда, Гермиона не оставляла попыток втиснуть в свой пузырек ещё какие-то ингредиенты, прежде чем Слизнорт подойдет к ней.
— У меня два варианта, и я не уверен какой сработает.
Гермиона, потная, с сажей на носу, побагровела. Её наполовину готовое снадобье, содержавшее пятьдесят две составных части, включая и клок её собственных волос, слегка побулькивало за спиной Слизнорта, который смотрел только на меня.
Профессор Слизнорт наклонился к пробиркам, внимательно рассмотрел их.
— Великолепно! С первого раза… да, получилось не идеально, но попытка просто отличная! Ничего лишнего, в отличие от мисс Грейнджер; и вот этот даже сработает!
— Не подскажете. В чём я ошибся во втором случае?
— А сами как предполагаете?
— Я не смог точно определить цвет, поэтому…
— Разумеется…
И Слизнорт закатил лекцию которая именно к зельеварению имела не самое прямое отношение, больше к чарам вообще и магии иллюзии в частности. О создании, управлении и применении. Да, именно с помощью иллюзии можно было получить образцы цветов с которыми нужно сравнивать.
Дафна и Гермиона торопливо записывали где такое можно найти и почитать. Помня канон и то, что наезд в лоб не сработает, подходить к Слизнорту с вопросом о крестажах прямо сейчас я не стал.
А я таки наведался в выручай-комнату. Нашёл её виде мастерской, в которой стоял исчезательный шкаф и шкаф инструментов. Судя по диагностическим чарам, Малфой не придумал ничего лучше, чем тупо долбить по шкафу десятками и сотнями репаро. Типа благодаря этому примитивному ремонту шкаф удастся починить.
Его собственно, починить удастся, ввалив несколько тысяч таких заклинаний. Потому что как оно устроено Малфой не имеет ни малейшего понятия, и узнавать не хочет! А я читал о подобном, знаю что именно нужно восстанавливать. Как чаще всего так и, после внимательной диагностики, у конкретно этого шкафа.
Ну с попорченной редуктами стенкой Малфой сам справится, справляться, кстати, уже начал. А вот с контуром переноса, подпорченным, видимо, тем самым Монтегю, или братьями Уизли в процессе запихивания того в шкаф, придётся повозиться уже мне. Вытащил дощечку с управляющим контуром, и поставил на его место грубо обрезанную доску с рунным поглотителем: выжрет всё, что Малфой сюда впихнёт, может заодно и ножки исправит.
А пластинку с контуром переноса я в столярке доработаю, да так, что Малфой наизнанку вывернет! План-то уже есть!
В столярке поправил рунную цепочку, можно сказать, отреставрировал всё как было, мне же нужен правильно работающий шкаф, ну и потом ещё и его неправильно работающая версия.
Поэтому обстругал ещё две дощечки под те же размеры, и на них наносятся другие руны. Вообще, почти те же что и на оригинал (мне ж нужен работающий шкаф), но с небольшим дополнением.
В базовой версии объём шкафа делился на кусочки высотой в дюйм, и после переноса собирался в том же порядке — просто быстро и безопасно, а на всякие запреты трансгрессии уламывал приличный запас энергии в шкафу и пол и потолок из массива белого дуба, именно на эти части приходилась основная нагрузка при пробивании антирансгрессионных барьеров, в частности, Хогвартса.
В моей версии, основанной на киношных «тестах» Малфоя, конструкция немножко другая. Кусочки объединялись в кластеры по четыре, и при переносе, если соответствующий переключатель повёрнут как надо — всё «собиралось» правильно, а если не как надо, то самый нижний слой так и оставался самым нижним, а все остальные перемешивались в почти случайном (за это «почти» отвечал переключатель, каждому его положению соответствовал свой порядок) порядке. То есть я, зная устройство, могу переместиться без проблем, и если оставлю переключатель в безопасном положении — то и за мной будут ходить так же без проблем. А стоит, выйдя из шкафа, повернуть переключатель, и преследователи воспользовавшись тем же шкафом, попадут в пункт назначения с виде нарубленных (и перемешанных) кусков мяса.
Малфой когда будет тестировать шкаф, будет заставлять перемещаться яблоки и птичку, и то и другое прекрасно войдёт на самый нижний слой, и с исправным шкафом слетает в «Горбин и Бэркс» и вернётся в целом виде. А стоит воспользоваться шкафом человеку или даже эльфу — к месту назначения прибудет мясная нарезка.
А ещё предохранитель в виде не перемешиваемого нижнего слоя нужен для того, чтобы переправлять (в любой модификации шкафа) мою диверсантку Дарки.
И, разумеется, я для начала провёл с Дарки несколько тренировок-испытаний, чтобы убедиться, что она сможет выполнить миссию. Дарки при открытой двери шкафа забиралась к тому месту, где установлен управляющий контур, открывала декоративную панель, скрывающую его и меняла один контур на другой. По плану, я отправлю её в «Горбин и Бэркс», с нормальной модификации шкафа, Дарки меняет пластину в «Горбине и Бэрке», а в это время меняю пластину в шкафу в Хогвартсе, таким образом шкафы вновь становятся одинаковыми, у Дарки будет примерно час на то чтобы вернуться. Затем, если Дарки её часть не удастся, я поменяю пластинку обратно и на возвращение у Дарки вся оставшаяся ночь, если это не получится (полный провал), Дарки спрячет модифицированную пластинку (по возможности) и выберется в Лютный, и дальше доберётся домой на Гриммо любым способом. В качестве одного из — наймёт сову в совятне, несколько кнатов и сикль на подобный случай у катжитки есть.
* * *
Наступил февраль, снег вокруг школы растаял, его сменила холодная, безотрадная сырость. Лиловато-серые тучи низко нависали над замком, непрекращающийся ледяной дождь покрыл лужайки скользкой грязью. В результате первый урок трансгрессии для шестикурсников, назначенный на субботнее утро, чтобы им не пришлось пропускать обычных занятий, решено было провести не под открытым небом, а в Большом зале.
Мы с Гермионой, придя в зал (Рон явился в обществе Лаванды), обнаружили, что столы из него исчезли. Дождь хлестал по высоким окнам, волшебный потолок смутно клубился над учениками, толпившимися перед деканами факультетов — профессорами Макгонагалл, Снегг, Флитвик, Стебль — и низеньким волшебником, который как раз и был, сообразил я, присланным из Министерства инструктором трансгрессии. Инструктор отличался странной бесцветностью — прозрачные ресницы, тонкие волосы — и казался таким легоньким, точно одного порыва ветра хватило бы, чтобы унести его куда подальше. Я подумал, не постоянные ли появления и исчезновения каким-то образом лишили его материальности, или такая хрупкость — просто идеальное качество для всякого, кому нравится исчезать прямо на ваших глазах?
— С добрым утром, — сказал министерский волшебник, когда все ученики собрались, а деканы призвали их соблюдать тишину. — Меня зовут Уилки Двукрест. Министерство прислало меня, чтобы я провел здесь следующие двенадцать недель в качестве инструктора трансгрессии. Надеюсь, за это время мне удастся подготовить вас к трансгрессионным испытаниям…
— Малфой, потише и повнимательнее! — рявкнула профессор Макгонагалл.
Все оглянулись. Малфой залился тусклой краской и с разгневанным видом отскочил от Крэбба, с которым он, похоже, шепотом переругивался.
— …после чего многие из вас будут к этим испытаниям готовы, — как ни в чем не бывало продолжал Двукрест. — Вы, вероятно, знаете, что пользоваться трансгрессией в Хогвартсе невозможно. Чтобы дать вам попрактиковаться, директор школы снял соответствующее заклинание, но исключительно в пределах Большого зала и только на один час. Помните, что заниматься трансгрессией вне этих стен вам не удастся и что попытки такого рода будут весьма неразумными. А теперь прошу всех встать так, чтобы перед вами осталось пять футов свободного пространства.
Началась толкотня, ученики разделялись, налетали друг на друга и громко требовали, чтобы им очистили место. Деканы переходили от ученика к ученику, расставляя их по местам и прекращая споры.
Разумеется, вся наша расширенная компания почитала несколько книжек из запретной секции (пару достала Дарки, а уже из них выписал названия и заказал во «Флорш и Блоттс» через Ольгу). Теорию все знали, с практикой… мы как раз будем заниматься именно практикой! Теория как оно работает — Гермиона вполне себе узнала базовые принципы, протеевы чары лежат в их основе.
В течение первого часа случился только расщеп со Сьюзан Боунс. Кстати, ей ещё повезло, что отделилась именно нога. По методике, которую мы достали, это называлось частичным расщепом по части тела. Были ещё несколько видов расщепов, они встречались гораздо реже, на десятки тысяч таких обычных — единицы тех необычных, но были гораздо ужаснее, даже не все лечились. Правда для большинства этих необычных расщепов нужны весьма специфические условия (обычно случаются при попытке трансгрессировать на защищённую от трансгрессии территорию).
Мне из всего этого зоопарка расщепов реально грозил только расщеп копчика (который в анимагической форме является хвостом) и ушей, у анимагической формы в ушах заметно больше мышц.
На пятом этаже нас задержал Пивз — он перекрыл дверь и объявил, что пропустит лишь тех, кто подпалит на себе штаны.
Я достал из кармана дремавшую Дарки, и демонстративно покачал её на руке. Джинни проследила, просияла и достала из кармана свою Марианн. А та немедля выудила из-за спины лук и натянула на него тетиву. Даже стрелу вложить не успела, как Пивз, держась за зад и издавая неприличные звуки, умчался подальше на реактивной тяге.
— Догнать? — спросила Дарки с таким видом, будто это она прогнала полтергейста.
— Да ладно, пусть полетает…
за февраль было ещё несколько занятий по трансгрессии. У меня было чувство что сейчас расщепит, и я отказывался от попытки. Потому что то же чувство говорило, что расщеп будет как раз по анимагической части, а светить раньше времени эту способность не хочется.
К концу февраля расщепилась Гермиона, и на следующей попытке Дафна и Падма.
А мне мой внутренний тигр сказал что весной всё сразу получится. На вопрос, в курсе ли он, что весна официально уже меньше чем через неделю, внутренний тигр заявил что по его мнению ещё зима.
На день рождения Рон стащил-таки съедобные котелки, пропитанные приворотом на Ромильду Вэйн (я удивился не тому, что стащил, а тому, что продержался так долго). И умчался искать любовь всей своей жизни. Я ему в этом препятствовать не стал. Но отправил Рейн проследить, чтобы глупостей не натворил…
Глупостей Рон натворить в общем не успел, потому что пока бегал с горящими глаами по гостиной спрашивая видел ли кто-нибудь Ромильду Вэйн, попался на глаза семикурсницам, которые моментально прочухали про приворот, и был оперативно связан, обездвижен и предъявлен декану.
Маккошка переправила одержимого в больничное крыло, а потом заявилась в спальню. Где получила пакет с заряженными котелками, подаренный мне и свалившийся на пол, с которого Рон его и подобрал.
По тому каким взглядом Маккошка скользнула по Дарки, в чисто случайное падение она не особо поверила.