Чёрные силуэты, возникшие неизвестно откуда, обступили нас слева и справа, отрезав все пути к бегству; глаза блестели сквозь прорези капюшонов, с десяток палочек с горящими кончиками были направлены прямо нам в сердце. Джинни ахнула от ужаса.
— Дай его мне, Поттер, — с расстановкой повторил голос, и его обладатель, Люциус Малфой, протянул ко мне руку ладонью вверх.
— Десять против шести? — почему-то я не верил, что хотя бы некоторые оставили палочки не зажжёнными: Малфою важнее напугать маленьких детей численным превосходством, а не прятать союзников чтобы нанести неожиданный удар. — Притом, что у меня то, что вы не посмеете повредить? Вы правда думаете что у вас есть хоть какие-то шансы?
— Слыхали? Нет, вы слыхали? Он говорит так, словно собирается драться с нами!
— Просто ты не знаешь Поттера так, как я, Беллатриса, — вкрадчиво сказал Малфой. — Он питает большую слабость ко всему героическому, и Тёмному Лорду это отлично известно. А теперь дай мне пророчество, Поттер.
— Беллатриса, можешь уйти, мы всё-таки родственники… а вот мистеру Малфою придётся остаться, потому что нашему маленькому спору уже исполнился годик и первое же заклинание покажет кто из нас прав.
— Поттер, отдай эту штуку и никто не пострадает…
— Наоборот, я хочу чтобы вы страдали. Лорды, блин, целующие край мантии лича-полукровки. Ниже падать уже некуда! Бомбарда максима !
— Редукто ! — подхватили ещё пять голосов.
— Валим!
Нож в левой руке.
Мы ломанулись прочь от Беллатрисы, ну я специально выпустил бомбарду так чтобы она не задела Беллу. Последний шанс типа.
Кто-то схватил меня за плечо, получил ножом, судя по тому как вошёл в тело — куда-то в череп, причём с проникновением в одно из естественных отверстий. Не знаю в глаз ему попал или в мозг, да и не важно. Важно что он труп, а я остался без кинжала.
Стараюсь прикрыть бегущих: в меня пока я с пророчеством, бросать заклинания не станут.
А от меня щедро летят бомбарды и редукты, чисто чтобы жизнь мёдом не казалась.
Мы были в конце девяносто седьмого ряда; Я свернул направо и помчался к выходу, подгоняя Невилла и Гермиону.за дверью виднелся свет того сосуда из Лаборатории времени, мимо которого мы прошли… к началу 53 ряда…
— Коллопортус! — задыхаясь, выпалила Гермиона, и дверь со странным чавкающим звуком запечаталась наглухо.
— Где… где остальные? — немного дыхания на разговор ещё оставалось: всё-таки резкий старт и забег на грани форсажа даже тренированных спортсменов заставит тяжело дышать.
Очевидно, что Рон, Джинни и Луна убежали куда-то не сюда.
— Наверное, они побежали не туда! — с ужасом прошептала Гермиона, невольно отыгрывая троп: гении мыслят одинаково.
— Слушайте! — воскликнул Невилл.
Из-за двери, которую Гермиона только что запечатала, доносились шаги и крики. Не надо прикладывать ухо, чтобы услышать распоряжение Люциуса:
— Оставьте Нотта, оставьте его, слышите? Его раны — ничто для Темного Лорда по сравнению с утерей пророчества. Джагсон, вернись сюда, мы должны действовать организованно! Разобьемся на пары и будем искать — и не забывайте, с Поттером нужно обращаться осторожно, пока пророчество у него, а прочих можете убить, если понадобится… Беллатриса, Родольфус, вы идете налево; Крэбб с Рабастаном — направо; Джагсон с Долоховым — прямо вперед, в ту дверь; Макнейр и Эйвери, сюда; Руквуд, туда; Малсибер, со мной!
— Что будем делать? — спросила Гермиона, дрожа с головы до ног.
— Слышали? Они собираются убивать. Значит время кидаться остолбенеями прошло. Бить так, чтобы не встали.
— Экспекто патронум ! Римус, где тебя черти носят!? Пропустишь ведь всё веселье!
Мы побежали, стараясь не шуметь, мимо сверкающего сосуда, где птичка всё так же вылуплялась из крохотного яйца и снова возвращалась в него, к двери в круглую комнату. Мы почти достигли цели, когда я услышал тяжелый, мощный удар в дверь, которую заколдовала Гермиона.
— Отойди! — воскликнул грубый голос. — Алохомор а!
Дверь распахнулась, но я и Гермиона с Невиллом успели нырнуть под стол с часами. Через несколько секунд они увидели полы мантий — к нам быстрыми шагами приближались двое Пожирателей смерти.
— Наверное, убежали в холл, — сказал грубый голос.
— Проверь под столами, — посоветовал другой.
Я увидел, как сгибаются колени одного из преследователей; высунув из-под стола палочку, я негромко сказал:
— Редукто!
Зря я это сделал… кровища хлынула фонтаном, мгновенно окатив нас всех. И ладно бы просто окатила, она теперь неприятно липла ко всему на свете… Однако его напарник отпрыгнул в сторону, уклонившись от моего заклятия, и направил палочку на Гермиону которая как раз выползала из своего убежища, чтобы получше прицелиться.
— Авада…
Я стремглав кинулся к нему, обхватил его за колени и рванул на себя. Зелёный луч ушёл в потолок. Пожиратель смерти рухнул на пол, и, судя по звуку как от разбитого горшка, получил как минимум трещину в черепе.
— Диффиндо ! — в упор не промажу.
Из горла пожирателя вырвался слабенький фонтанчик крови.
— Ты… — севшим голосом сказал Невилл. — Ты убил его!
— Ты слышал Малфоя!? Он приказал своим людям убить вас если понадобится! Конкретно эта сволочь пыталась убить Гермиону! Как ты собрался побеждать убийц? Заобезоруживать до смерти? Эти гады потому и побеждали, что их не пытались убить! Они убили братьев Прюэтт — у них не убили ни кого, от Бенджи Фенвика нашли кусочки — у пожирателей опять никто не пострадал! Если бы мстили насмерть хотя бы один за двоих, Пожиратели бы тупо кончились! Но нет, их надо гуманно обезоружить, посадить в тюрьму и через 14 лет они вернутся и выступят на бис с потомками тех, кто их победил! Палку в зубы и пошли мочить уродов!
Из соседней комнаты донёсся крик, потом треск и отчаянный вопль.
— Рон! — закричал Невилл.
Мы помчались туда откуда слышали голос. Внезапно дверь открылась и на нас помчались двое пожирателей
— ИМПЕДИМЕНТА! ИМПЕДИМЕНТА!
— СИЛЕНЦИО !
— РЕДУКТО !
Невилл упал, и покатился по полу, Гермиона рухнула, оступившись, один из пожирателей беспомощно открывал рот, но не издавал ни звука. Ну и жертва моего редукто в голову, возможно, начала покоиться с миром.
— Редукто !
Беззвучно, но жертва Гермионы смогла отразить моё заклятие.
Но тут Пожиратель смерти, которого Гермиона поразила немотой, внезапно наискось взмахнул палочкой, и что-то похожее на язык пурпурного пламени полоснуло Гермиону по груди. Она тихонько, словно от удивления, вскрикнула, потом обмякла и рухнула на пол.
Мгновенно затопившее меня бешенство:
— БОМБАРДА ! — и пожирателя разорвало в клочья. Бросаюсь к Гермионе. Беру руку — пульс есть.
Зашевелился стол. Приподнял Гермиону, благо она лёгкая, левой рукой, и направила палочку на звук. Стол снова зашевелился, и к моему облегчению из под него вылез Невилл с расквашенным носом и ободранной щекой.
— Гадди!
— Идти можешь?
Невилл кивнул.
— А нести Гермиону?
Подумав с полсекунды, Невилл снова кивнул. Нос его распухал прямо на глазах.
— Палочка?
Махнул рукой куда-то в сторону и пожал плечами.
— Бери трофейную… или Гермионину.
Едва Невилл вооружился, передал Грейнджер ему.
— Пошли!
— Я дубал… ты стал как оди…
— Не я такой — жизнь такая!
— Бабушка бедя убьед, — хрипло сказал Невилл; кровь сочилась у него из носа на каждом слове. — Эдо быда сдарая бадочка отца.
— Своих не бросаем! Скажешь, что если нет денег на новую, я оплачу.
Мы добрались до двери. Она вела во вращающуюся комнату. Разумеется, после того как захлопнули дверь, стены начали вращаться… «в Атриум Министерства Магии»
Двери остановились, но не успел я развернуться, чтобы показать куда нам надо, как распахнулась дверь справа и в комнату ворвались три фигуры. Палочку на них…
Хорошо что не начал сразу бросаться чем-нибудь смертельным: длинные белокурые и вьющиеся волосы позволили опознать Полумну, а огненно-рыжие — Джинни. Третьим, учитывая что в него не бросались заклинаниями, был, скорее всего, Рон.
— Гарри, — пробормотал Рон, слабо хихикая. Он покачнулся и попытался схватить меня за мантию, взгляд его не фокусировался плавая не хуже чем перед Святочным балом, когда он пытался пригласить на бал собственную сестру. — Ах, вот ты где… ха-ха-ха… смешной у тебя вид, Гарри… ты на себя не похож…
Лицо Рона покрывала мертвенная бледность, из уголка рта сочилось что-то тёмное. В следующую секунду колени у него подкосились.
Джинни помотала головой и сползла по стене на пол, тяжело дыша и держась за лодыжку.
— По-моему, она сломала ногу. Я слышала хруст, — прошептала Полумна. Похоже, только ей одной и удалось остаться невредимой. — Их было четверо, и они загнали нас в какую-то тёмную комнату с планетами. Очень странное место — иногда мы просто парили в темноте…
— Гарри, мы видели Уран, совсем близко! — сказал Рон, все еще хихикая. — Понял, Гарри? Мы видели Уран… ха-ха-ха…
В уголке его рта надулся и лопнул кровавый пузырек.
— …в общем, один из них схватил Джинни за ногу, я применила Уменьшающее заклятие и залепила ему в лицо Плутоном, но…
Полумна беспомощно повела рукой в сторону Джинни, которая, часто дыша, сидела на полу с закрытыми глазами.
— Повело ещё что Марианн подстрелила одного из Пожирателей…
— Прямо в глаз! — добавил Рон, не переставая подхихикивать. — В самое яблочко!
— А что с Роном? — тревожно спросил Невилл. Рон продолжал хихикать, крепко вцепившись в его мантию.
— Не знаю, чем они в него попали, — грустно сказала Полумна, — но он стал какой-то странный. Я еле привела его сюда.
— Не Конфундус случайно?
Пожатие плечами.
— Луна, Джинн донесёшь?
— Да, — откликнулась Полумна, закладывая палочку за ухо. Потом она обняла Джинни за талию и стала поднимать на ноги.
— Лодыжка — ерунда, я и сама встану! — нетерпеливо сказала Джинни, но в следующий момент пошатнулась и едва не упала, схватившись за Полумну.
Поднял Рона левиосой за одежду с трофейной палочки. Переложил её в левую руку и достал свою.
До двери оставалось всего несколько шагов, когда другая, противоположная дверь распахнулась и в комнату ворвались трое Пожирателей смерти.
— Попались! — взвизгнул один из них.
Сверкнули Оглушающие заклятия; я швырнул тушку Рона в нападавших: «так от тебя больше пользы» затем подтянул манящими чарами. Выигранного времени оказалось достаточно, чтобы мы все смогли вломиться в комнату и захлопнуть дверь перед носом у пожирателя.
Это была комната, где в прозрачном сосуде плавали мозги.
— Ничего! — крикнул мужской голос. — Туда можно попасть и по-другому… МЫ ИХ ПОЙМАЛИ, ОНИ ЗДЕСЬ!
Запечатываем двери. Луна и Джинни не сильно подвижные, так что ближайшие, Невилл с разбитым носом колдовать не может, Гермиона без сознания, а от Рона больше пользы в виде массивной бессознательной тушки… всё-таки он смог в одиночку остановить атаку трёх пожирателей!
За стеной бухали шаги; время от времени кто-то бросался всем телом на очередную запечатанную дверь, так что она скрипела и ходила ходуном. Полумна с Джинни запечатывали двери по другую сторону комнаты — и тут, добравшись почти до самого ее конца, я услыхал крик Полумны:
— Колло… а-а-а-а-а-а!
Я мгновенно повернулся и увидел ее в воздухе: пятеро Пожирателей смерти ворвались в дверь, которую она не успела запечатать. Полумна упала на стол, проехала по нему и, рухнув на пол, осталась лежать без чувств.
— Хватайте Поттера! — завизжал кто-то из Пожирателей бросилась ко мне. Я увернулся и побежал дальше: мне ничто не грозит, пока они боятся разбить пророчество…
— Акцио мозги! Ваддиваззи!
Из зелёной жидкости, точно рыба, выпрыгнул мозг — на секунду он повис в воздухе, а затем поплыл к кому-то из пожирателей. На лету он вращался, и из него выползали ленты движущихся изображений — они разматывались, как рулоны кинопленки…
Едва коснувшись его кожи, щупальца мыслей стали обматываться вокруг кистей пожирателя, как верёвки.
Дикий вопль пожирателя показал, что действие не самое приятное.
Но тонкие ленты уже обвивались вокруг его груди. Он принялся разрывать их, а мозг тем временем тесно приник к нему, словно осьминог.
Джинни неловко повернулась и застонала. Красный луч заклинания попал ей прямо в лицо. Она повалилась на бок и замерла.
Я прошмыгнул в единственную оставшуюся незапертой дверь, ту, через которую вошли пожиратели. И через несколько шагов вдруг пол пропал… я свалился на следующую ступеньку гигантской лестницы, потом на следующую… пять, блинских ступенек… как же это больно…
Арка смерти… блин, и я рядом с ней… любое неосторожное движение и Пожиратели останутся без пророчества, а Дамблдор без избранного… н да, вся моя ценность в том пророчестве…
Вся комната задрожала от хохота Пожирателей смерти. Подняв глаза, я увидел, как те пятеро, что были со мной вместе в Комнате мозгов, спускаются вниз, а из других дверей появляются все новые и тоже начинают прыгать со скамьи на скамью, приближаясь ко мне. Внимание на мгновение привлекла Беллатриса, стоявшая на верхней ступеньке и что-то рассказывавшая бледной, так и не переодевшейся из пижамы, Габриель. Я поднялся на ноги, хотя они слушались плохо, я чуть не упал снова. Пророчество каким-то чудом уцелело. Ну что же, если не дождёмся кавалерии, придётся забрать с собой хотя бы одного-двух… или сразу всех? Вряд ли Малфой сможет справиться с заклятым огнём… Против этого решения разве что наличие Габриель. Убить всех остальных в комнате — мир станет только лучше, а вот Габриель и, возможно, Беллатриса…
Я надеюсь, Беллатриса сможет справиться с заклятым огнём и вытащит француженку: она ж за неё лично отвечает…
сделал палочкой восьмёрку, чисто чтобы размять пальцы. Шарик с пророчеством в левой руке, как щит, будет оберегать меня от атак пожирателей, а палочка в правой… предпочёл бы меч, но увы, значит будем драться с тем что есть!
— Наверх мы товарищи, все по местам
последний парад наступает
врагу не сдаётся наш гордый варяг
пощады никто не желает!
Все Пожиратели смерти остановились, глядя на меня. Некоторые дышали так же тяжело, как и я. Один был весь в крови и зажимал рукой глаз, вероятно, работа Марианн.
— Ты проиграл, Поттер, — негромко сказал Малфой, стягивая с лица маску. — А теперь будь хорошим мальчиком, дай мне пророчество.
— Родовое проклятие сменится личным, — что это я несу? И почему голос кажется чужим? И у всех физиономии какие-то вытянутые… — и кто знает, какое из них будет ужаснее! Двое из вас сегодня умрут, но не будет у них ни могилы, ни гробницы! Ужасное преступление будет смыто ужасным искуплением!
— Эмм… — Малфой с опаской оглядел остальных Пожирателей. «Кажется я только что сам изрёк пророчество… ох и длинный же будет список имён тех, кто его прослушал…» — я имел ввиду то пророчество, что у тебя в руке.
— Это? — сделал удивлённый вид. — Лови! — я метнул шарик с пророчеством в арку смерти. Наперерез бросился Лестрейндж (честно, не знаю который), и даже поймал его, но не удержался и вместе с пророчеством рухнул в эту самую арку.
— Пятый фраг! — усмехнулся я. — почти «воин»[в «Мире Танков» «воина» дают за шесть уничтоженных противников]! А с вами, поди-ка и Колобанова[там же, остаться в одиночестве против пяти и более противников и победить] возьму?
И вдруг высоко над ними распахнулась еще одна дверь, затем другая — и в комнату вбежали еще пять человек Это были Сириус, Люпин, Грозный Глаз, Тонкс и Кингсли. «Капец моему Колобанову…»
Малфой обернулся и поднял палочку, но Тонкс уже послала Оглушающее заклятие прямо в него. Я не стал дожидаться и смотреть, попадет ли оно в цель. Пожирателей смерти ошеломило внезапное появление членов Ордена, которые, прыгая со ступени на ступень, принялись осыпать их заклятиями. В неразберихе ярких вспышек и падающих тел я заметил отползающего в сторону Невилла. Конопатый — Руквуд — из отдела тайн. Посылаю рядом с ним бомбарду. Осколки посекли ему руки, вторая бомбарда — принимает на щит, получает прошедшей сквозь щит ударной волной, да не поскупился я вложиться в бомбарду, третья — какой живучий! Диффиндо, семктумсемпра, ещё несколько заклятий с таким расчётом, чтобы на них требовались РАЗНЫЕ щиты: ну хоть от чего-то же его щит не защищает!.. Наконец, палочка выпадает из рук бывшего невыразимца. И ставлю точку редукто по шее
— Отдай его мне! — орал одноглазый пожиратель, наваливаясь на меня всем телом. Похоже, он не видел и/или не слышал, что пророчество уже в арке смерти.
Даже палочку не использовать: на руке с палочкой лежу я, а на мне этот гад.
И опять спас Невилл. Не имея возможности колдовать, он просто ткнул в прорезь капюшона палочкой Гермионы.
— Теперь симметричненько… — выдохнул я. Ослеплённый пожиратель — это оказался МакНейр — сорвал с головы капюшон и яростно тёр кулаками глаза.
Битва словно обходила стороной две женских фигурки, стоявших на верхней ступени лестницы. Беллатриса и Габриель. На кончике палочки старшей волшебницы всё время горел щит, постоянно меняющийся, и то отражавший случайно прилетевшие проклятия, то поглощавший их.
Появился Дамблдор, снял пытавшегося сбежать пожирателя, битва остановилась, и только Сириус сражался с каким-то пожирателем. Беллатриса толкнула Габриель прямо на нацелившего на неё палочку Билла (я и не заметил, когда он появился), следом полетело оглушающее заклятие, так что девочка упала на свежеоглушённого Первого Уизли. После чего Беллатриса повторила мой трюк, сбежав через ту дверь, через которую ворвались преследователи.
Противник Сириуса пропустил, вероятно невербальный экспеллиармус, но бросился врукопашную. Всего несколько секунд борьбы, и Сириус Блэк и сидящий на нём верхом Лестрейндж рухнули в арку смерти.
Откуда-то сверху послышался истерический женский смех, в комнате с мозгами сверкнули две вспышки заклинаний, по цвету похожие одна на крициатус, вторая на то проклятие, что вроде бы прилетело в Гермиону.