Вчера я лёг пораньше, поэтому думал, что встану сегодня первым. Но когда вышел на кухню, обнаружил за столом пингвина, попивающего чай с бутербродами.
— Гутэн морген, — Пин отсалютовал мне чашкой, а затем сделал из неё глоток.
— Доброе… — поздоровался в ответ.
Было немного необычно, что пингвины могут говорить на человеческом языке. Привык к общению со своими фамильярами через мысли и образы. С Пином такое тоже можно проделать. И ему подобное нравится даже больше, чем устная речь. Более информативно и занимает меньше времени. Сейчас устную речь он больше использует по старой памяти.
Присев за стол с чашкой чая и с такой же тарелкой бутербродов, которая стояла и перед Пином, спросил у него:
— Как спалось?
— Хорошо. Хороший холодильник. Температура была комфортной.
Я покосился на холодильник. В отличие от других фамильяров, Пин почему-то предпочитал спать именно в нём. Точнее, даже в морозильнике. При этом он укрывался одеялом…
Вчера, когда только пингвин заговорил об этом, сразу же решил заказать ему личный холодильник. Я и Рико, конечно, освободили для нового фамильяра морозильную камеру и засунули всё из неё в инвентарь, но это немного неудобно.
— Ты говорить, для меня есть работа. Когда начинаем?
Помимо того, что этот фамильяр оказался говорящим, необычным был ещё и его акцент. Если прикрыть глаза, казалось, что сижу перед немцем.
— Работа есть, — подтвердил я. — Только для начала тебе надо найти мастерскую.
Вообще говоря, стоит задуматься о новом домике. Хотя ещё остаются свободные комнаты, но не хватает специализированных помещений. Типа той же мастерской и гаража на пару машин. Рико с Рядовым добавили бы, что нужен ещё полноценный бассейн и более или менее оборудованная зона для тренировок. Именно в таком порядке. Бассейн был важнее.
Хм, а ведь у меня есть ещё неиспользованная карта Юно Гасай. Допустим, сейчас одну комнату займёт Пин, ведь не ставить же его холодильник на кухне? Следующую Юно, если решу активировать её карту. И… всё. Свободные комнаты, не считая гостиной, закончились. Асия, конечно, уедет и тогда одна освободится, но я бы на самом деле предпочёл переехать в место посвободнее. Желательно в такой дом, который находится не напротив жилища главного героя.
Кажется, я знаю, на что потрачу деньги, которые получу от падших.
— Что мешает организовать рабочую зону во дворе или в свободной комнате?
— Соседи. Я думаю, что во время работы ты будешь шуметь. А ещё за этим местом пристально наблюдают. Мне бы не хотелось, чтобы правители города знали, чем ты занимаешься. Поэтому нужна уединенная мастерская.
К слову, слежка фамильяров Ситри и Гремори — это одна из причин, почему я ещё не активировал карту Юно Гасай. Допустим, наличие пингвинов объяснить смогу. Вообще говоря, это легко, ведь они мои фамильяры. Но вот появление человека без каких-либо документов и прошлого… Это уже будет посложнее.
Тем более Гасай, в отличие от других карт призыва, не одноразовая. Не исчезнет через час. Она со мной до самой смерти.
А ещё я не мог понять, как использовать Гасай. Юно же обычная девочка. В известной мне истории у неё был дневник, который показывал будущее дорогого ей человека. Звучит, конечно, жутко имбалансно. Но я сомневался, что мне повезёт так же. И не зря. Бейже подтвердил, что хрен мне, а не дневник Гасай.
Ну, я хотя бы был уверен, что Гасай, как прочие призывы и фамильяры, будет абсолютно верна мне. Уже что-то. К слову, именно из-за этой прошивки верности от Системы понадеялся на дневник.
Новый фамильяр, кстати, прояснил вчера один момент: мне не требуется объяснять им прямо всё. Оказывается, после призыва они получают информацию о мире. Знают, что и как здесь работает. Пин раскрыл мне это тогда, когда пытался объяснить ему, что пингвины здесь не разговаривают. И выглядят не так, как он.
Удобная функция. Даже как-то неожиданно, что она есть в Системе.
Пин, скрестив ласты на груди, покивал.
— Можно обустроить мастерскую рядом с морем. Возможно, даже где-то на диком пляже. Будет гут, если рядом окажется свалка металлолома…
— Не настолько уединённую, — сказал я, пока Пин совсем не размечтался.
Я думал, пингвины стайные животные. Рико и Рядовой, например, ходят практически всегда вместе. Но мой новый фамильяр походил на интроверта.
— Что мне делать сейчас, пока нет мастерской? Неужели бездельничать? — голос пингвина прозвучал так, будто он сказал самую жуткую вещь в мире.
— Ну, почему же? Во-первых, так как в мастерской работать тебе, то и подбирать её будем вместе. Во-вторых, надо бы ещё инструментами закупиться. Не будешь же ты чинить всё только голыми ластами?
— Я-я! Инструменты надо подобрать хорошие!
Увидев, как пингвин вновь размечтался, я ощутил подвох. Чувствую, дорого мне обойдутся покупки нового фамильяра.
— Ты умеешь пользоваться компьютером?
— Конечно! — с возмущением ответил Пин.
— Тогда подберёшь инструменты в интернет-магазине сам, хорошо?
Пингвин кивнул.
Когда я усадил фамильяра за компьютер, не мог и представить, насколько серьёзно он подойдёт к делу. Видеообзоры на тот или иной инструмент оказались лишь верхушкой айсберга. В обед я застал Пина за тем, что он строчил письмо производителю инструментов, ибо что-то ему не понравилось в маркировке металла.
Сам я тоже не сидел без дела. Подыскал несколько помещений, где можно обустроить мастерскую для нового фамильяра. Осталось лишь какой-то из вариантов согласовать с Пином. Но так как он был занят, решил пока что не отвлекать его. Тем более скоро должны доставить холодильник, а потом я пойду на вокзал, встречать Лили.
(***)
Почему-то Лили никак не ответила на сообщение о том, что встречу её на вокзале. Я подумал, что у неё, может быть, просто сел телефон.
Когда электричка прибыла, я вновь не спешил вставать со скамьи и подходить к вагонам. Ждал, пока большая часть народа выйдет… В итоге дождался момента, когда начали садиться уже пассажиры из Куо. А Лили всё не было.
Подумав, что просто упустил её, вдохнул воздух полной грудью, пытаясь ощутить запах женщины, но-о… его не было. Есть куча запахов, что принадлежали другим людям, даже парочка знакомых из Академии, но не Лили.
Я напрягся. На всякий случай вышел из вокзала и огляделся. На улице Лили тоже не оказалось. Потом обратно зашёл в здание вокзала и побродил, пытаясь отыскать монахиню. Наверное, я выглядел подозрительно, потому что меня в один момент окружила охрана.
— Господин, что-то случилось? — спросил один из охранников, тогда как другой на всякий случай держал наготове рацию.
— Да, — взглянув на охранника, подтвердил я. — Не могли бы вы помочь мне? Я потерял подругу. Она должна была прибыть на последней электричке. Почему-то на звонки подруга тоже не отвечает.
Охранники переглянулись. Второй незаметно отложил рацию. А ещё один, что «подкрался» ко мне со спины, выдохнул.
— Поговорим в нашем офисе? — предложил охранник.
Десять минут спустя я покинул вокзал немного озадаченным. Через администрацию вокзала удалось выяснить, что Лили сегодня не покупала билеты и тем более не садилась в электричку. Это было странно. Она же писала утром, что приедет сегодня. Вчера, кстати, то же самое во время телефонного разговора сообщила и Асии.
Новая попытка дозвониться до монахини ничего не принесла. Оператор говорил, что у абонента либо выключен телефон, либо он находится вне зоны действия сети.
Скоро я вернулся на вокзал. Здесь были таксофоны. Одним из них и решил воспользоваться, чтобы позвонить в тот церковный приют, в котором жила и работала Лили.
Хорошо бы, конечно, делать это вообще из другого города. Подобное прикрытие было так себе, но всяко лучше, чем звонить со своего мобильного или домашнего. Для общения с Асией Лили использовала личный телефон.
По ту сторону подняли трубку. И сразу же зачитали короткую молитву. После же старческий голос доброжелательно поприветствовал меня, представил организацию и спросил, с какой целью был совершён звонок. Я услышал, что пожилая монахиня раскрыла блокнот и приготовила ручку.
— Добрый день. Можете позвать к телефону сестру Лили?
Начав что-то писать, старая монахиня резко остановилась.
— Сестру Лили? Боюсь, это невозможно. На данный момент она отсутствует. Пожалуйста, попробуйте позвонить позднее. Скорее всего, завтра сестра Лили сможет поговорить с вами.
— Вы можете сказать, куда она ушла?
— Могу ли я узнать, с какой целью вы интересуетесь? — добродушность из старческого голоса начала исчезать. Монахиня, скорее всего, стала подозревать меня в чём-то нехорошем.
— …
— Вы ещё здесь? — спросила монахиня после того, как моё молчание затянулось.
Я повесил трубку.
Надо навестить этот приют. Если у Лили начались проблемы из-за общения со мной или Асией, надо как-нибудь помочь ей. Думаю, если это действительно поработали представители её фракции, то возле приюта я смогу найти какие-нибудь улики. Надеюсь, след ещё не выветрился полностью.
Предупредил фамильяров, что возникли дела. Поменяв одежду и прикрыв лицо медицинской маской, вызвал такси. На нём добраться до Токио будет гораздо быстрее.
До самого приюта доезжать не стал, но остановился не так далеко от него. Выйдя из машины, прислонился к стене, прикрыл глаза и попытался почувствовать знакомый запах. Мгновение спустя бросил сердитый взгляд на заведение через улицу. Это была кофейня, запахи из которой здорово забивали нос.
Отойдя от неё на метров сто, вновь попытался ощутить запах Лили. Больше, конечно, тянуло по понятным причинам в сторону приюта, но что-то такое тонкое, едва заметное, ведущее в противоположную сторону, уловить удалось.
Вздохнув от облегчения, полностью сконцентрировался на этом едва уловимом следе и пошёл по нему.
Не успел я далеко отойти, как мне стало неспокойно. Вдоль позвоночника пробежали мурашки. Я оглянулся, а потом бросил взгляд себе за спину. Вроде бы ничего необычного… Но чтобы успокоиться до конца, прошёлся оценкой по прохожим. И один из них, чёрт возьми, считал меня подозрительным. Чуть сконцентрировавшись на нём, уловил знакомый и уникальный запах церковных свеч. Священник.
Это плохо. Хотя… Если я вдруг потеряю след Лили, можно будет допросить этого священника. Мол, правда ли церковь никак не замешана в исчезновении женщины. Поэтому пусть пока следит за мной. Я тоже буду присматривать за ним.
Наверное, мне следовало начать волноваться. Минуты через три я понял, что Лили шла в сторону метро. В теории, если она вышла на станции, которая ближе к вокзалу, смогу вновь встать на след монахини. Но если она решила поехать куда-то в другое место… Тогда всё потеряно.
Вскоре запах Лили стал более отчётливым. Это приободрило меня. Но очень быстро я понял, что не так. Это был запах крови Лили.
Наплевав на следящего за мной священника, побежал туда, откуда тянуло кровью женщины. Почему-то Лили, которая всё это время шла по оживлённой улице, свернула с неё и вышла на детскую площадку.
Только сам оказавшись рядом с ней, сообразил, что из этого места пахнет не только монахиней, но и ещё одним знакомым запахом. Он принадлежал не кому-то конкретному. Скорее, я уловил отличительную черту в запахе целой расы. Пахло, сука, демонами. Да, на детской площадке было несколько демонов.
Побродив по ней, обнаружил пару капель крови, которые принадлежали Лили. И на этом всё. След обрывался. Чёрт! Похоже, использовали телепортацию.
На площадке было несколько мамочек, чьи дети как раз играли на ней. Я подошёл к ним.
— Извините, как давно вы здесь? Не замечали кого-нибудь странного?
Одна из мамочек прошлась по мне взглядом, фыркнула и произнесла:
— Кроме вас, странного здесь больше никого не было.
Я не стал обращать внимание на её колкость. Даже ничего не сказал. Моим вниманием завладела камера, которая смотрела точно на детскую площадку. Понять бы, кому она ещё принадлежит.
Сфотографировав пятна крови и сделав пару снимков улицы с мыслью, что может где-нибудь пригодиться, пошёл к зданию с камерой.
К сожалению, всё было не так просто, как мне того хотелось. На первом этаже были магазинчики. Я надеялся, что камера принадлежит одному из них, но нет, она оказалась городской, а значит, доступ к записям можно получить только через полицейских.
Что же… Мне было нечего терять, поэтому я быстро направился в сторону ближайшего отделения полиции.
— Нет, мы не можем предоставить вам доступ к записям с камер, — покачал головой дежурный.
— Тогда могу ли я поговорить с главным?
— Может, я могу помочь с вашей…
— Главного мне! — повысив голос, перебил я полицейского.
Через мгновение уже успел пожалеть, что потерял контроль над эмоциями, но неожиданно это помогло. Меня действительно проводили в кабинет местного начальника.
— Вы искали меня? — спросил загорелый мужчина с сединой, поднявшись на ноги и надев на голову фуражку.
Я подошёл к его столу. Полицейский из-за этого прищурился.
— Мне нужен доступ к записям с камер.
— К сожалению…
Недослушав начальника, я сделал вид, что полез во внутренний карман и достал из него пачку денег. Ровно сто тысяч иен.
— Вы предлагаете мне взятку?! — возмущённо спросил полицейский.
Я ещё раз сделал вид, что полез в карман. Достал на этот раз уже две пачки. Взгляд начальника дрогнул.
— Это… нарушение закона.
Покивал на его заявление. В третий раз не стал мелочиться и положил ещё одну пачку денег. Только сейчас валюта была другой. Доллары.
Полицейский вновь прищурился. На его руках быстро появились перчатки. Он пролистал последнюю пачку денег и одобрительно кивнул.
— С этого и надо было начинать. Запись смотрим вместе. Я забываю о вас, а вы о том, что обращались ко мне.
— Хорошо.
Убрав пачку долларов куда-то под стол, начальник вытащил портфель, положил в него иены и позвал меня с собой. Немного поплутав по участку, мы вошли в кабинет с множеством мониторов… Здесь находилось три сотрудника. Каждому из них начальник дал по пачке денег.
— Улица и время? — с этим вопросом полицейский обратился ко мне.
Я назвал улицу и примерное время. Ещё до того, как начальник приказал найти это место и изучить записи, один из его подчинённых уже начал работать.
— Э-э… Есть проблемы.
И я понял, о чём идёт речь. Изображение транслировалось на главном мониторе. Точнее, помехи с него.
— Почему-то в этот момент камеры не писали.
— Вы что, поработали на стороне? — с осуждением спросил полицейский, пробежавшись взглядом по своим подчинённым.
— Это не мы! — тут же попытался оправдаться один из них.
Начальник хотел разразиться гневной тирадой, но его привлёк мой вздох и последовавшие за этим слова:
— И на что я надеялся?
Поблагодарив полицейского, вышел из кабинета и направился к выходу.
— Хм, а по отделению он ходит уверенно, словно знает план здания. С кем мы связались, босс? Не контрразведка же!
— Дурак! Думаешь, кому-то из них понадобилась бы наша помощь для доступа к записям с камер?
Выйдя из здания полиции и пройдя немного, я попросил телефон у прохожего, чтобы позвонить.
— Добрый день. Я сегодня звонил вам по поводу сестры Лили. Её похитили демоны. След обрывается на детской площадке. Там есть кровь сестры Лили…
Других вариантов не оставалось. С этим делом один точно не справлюсь.
Выложив всю имеющуюся у меня информацию, вернул ошарашенному прохожему телефон. Поблагодарил его и направился в сторону остановки. Хотелось поглядеть, что предпримут церковники, но подходить к приюту опасно. Один из местных священников уже как-то обнаружил меня. Почему-то он посчитал мою персону подозрительной даже с аурой нормального человека . Возможно, другим священникам я тоже не понравлюсь.
Поплутав по Токио, пытаясь избавиться от хвоста, вызвал такси и вернулся в Куо.
Я надеялся, что в дороге смогу успокоиться, что злость на самого себя из-за бессилия пройдёт, но этого не случилось. Наоборот, яд стал ещё сильнее.