Ненавижу болеть. Особенно если болячка настолько противная, как и та, что нынче терзает моё тело. Слабость, жар, повышенная потливость и озноб не добавляли хорошего настроения. Впрочем, ради дела можно и потерпеть, что я собственно и делал.
В первый же день, когда я слёг в койку без сил подняться с неё, меня пересилили в другую комнату. Руководство и персонал вообще довольно быстро смекнули что к чему, видимо не впервой им видеть симптомы оспы, так что меня посадили на карантин, а все личные вещи, как я впоследствии узнал, банально сожгли. Хотя личных вещей-то у меня и не было. Вся одежда и прочая была выделена приютом, так что жалости не было. Тем более, что вскоре мне принесли новый комплект, который позже должна была постичь та же участь.
В общем, сидел я в полной изоляции, а единственным посетителем была одна из воспитательниц, что уже, по её словам, пережила заболевание и теперь ей заразиться не грозило. Она-то и приносила мне еды с питьём, пусть я не особо в ней и нуждался. Аппетита не было от слова совсем. Так и проходили мои дни в ожидании прихода доктора с надеждой, что он успеет прежде, чем я приду в норму.
Вообще, вся эта затея с коровьей оспой авантюра чистой воды. Мало того, что врач мог оказаться не тем, кого я жду, так ещё и существовал пусть и крайне малый, я бы даже ничтожный, шанс подцепить осложнения, что могли бы привести к печальным последствиям. Вот только игра определённо стоила свеч, так как Хилюлюк далеко не так прост, как кажется на первый взгляд. Однако, несмотря на все мои надежды, первым явился не он. Впрочем, впоследствии, я ничуть не пожалею об этом факте и даже наоборот буду только рад такому исходу. Но тогда я этого ещё не знал.
Короче говоря, доктора я дождался. Забавный такой мужичок, с явно выделяющимся пузом и густыми усами в стиле Халка Хогана, постоянно улыбающийся, осмотрел моё обессиленное тельце, назначил какие-то препараты, которые сам и предоставил, и был таков. А уже ночью, спустя несколько часов после его ухода, окно в моей спальне отворилось и на подоконнике показалась худощавая фигура, издающая натужное кряхтение.
Я лежал в кровати, с внутренней ухмылкой наблюдая за стараниями человека, которого прежде видел лишь на страницах манги, пока он пробирался внутрь, едва не рухнув с подоконника на пол, включал свет и что-то там вынимал из притащенного чемоданчика, на одной из стенок которого был изображён пиратский флаг.
Надо сказать, что Хилюлюк, а это был именно он, был ровно таким, каким я его помнил. Разве что приобрёл объём, если можно так сказать. Пожилой мужчина, лет пятидесяти на вид, с трёхдневной щетиной на лице и весьма странной причёской, одетый в старый потёртый, множество раз подшитый, плащ, чёрный цилиндр на голове, зелёную рубашку не первой свежести и странные розовые штаны с узоров в виде падающих лепестков сакуры. Причём больше всего эти самые штаны напоминали нижнюю часть пижамы.
В общем выглядел этот кадр крайне эксцентрично. Особенно видя его метающийся по комнате взгляд, ищущий чем бы поживиться. Но больше чем его внешний вид, привлекали слова, которые он бубнил себе под нос.
— В этот раз точно должно сработать. Над этой формулой я целый месяц корпел, так что должно получиться, я уверен.
Надо сказать, что это не внушало особого доверия. Скорее наоборот, заставляло поёжиться и отказаться от любых возможных услуг с его стороны, о чём я незамедлительно его и оповестил.
— Я бы не хотел, чтобы вы ставили на мне эксперименты. — несколько слабым голосом, — Да и в целом помощь мне уже не нужна. Немногим ранее меня навестил более квалифицированный специалист и оказал помощь. Вы же Хилюлюк, верно?
Мужчина медленно выпрямился, отвлекаясь от своего чемоданчика, после чего натурально выпучил глаза и тут же спрятал руки себе за спину, в которых держал внушительных размеров шприц и подходящую к ней ампулу с чем-то жёлтым внутри.
— Эм… Ты не спишь? Странно… — проговорил он, — Насколько мне известно тот гадский Штрих должен был выписать тебе снотворное.
— Я его выплюнул. — хмыкнул я, — Надеюсь, что вы не будете пытаться сделать мне укол насильно. Особенно шприцом такого размера. Для кого он вообще сделан? Для лапана?
— Откуда ты… Нет! Конечно нет! Я квалифицированный врач! –воскликнул он, всплеснув руками, но тут же спрятал их себе обратно за спину, когда вспомнил, что в них находится, — С чего бы мне вообще закупать инвентарь в ветеринарной клинике, если я лечу людей? Что за наветы?
— Это была шутка. Правда теперь я начинаю сомневаться… — хохотнул я, — А где же вы получали свою квалификацию, если не секрет?
Хилюлюк вскинулся было сказать что-то явно резкое, но передумал и быстренько уложил свой инвентарь обратно в чемоданчик, который захлопнул с гордым видом и направился обратно к окну.
— Так, раз уж в моих услугах здесь не нуждаются, то я, пожалуй, удалюсь. Всего доброго. Не болейте. — выдал он, принявшись отодвигать раму, которую закрыл после своего необычного появления.
— А почему не через дверь?
— Потому что меня там могут ждать. — тут же отозвался он, но сразу же поправился, — Вернее, потому что мне так больше нравится, да.
Я насмешливо наблюдал за его действиями. Честно сказать, мне этот кадр даже чем-то импонировал. Наверное, своим поведением, которое явно было наигранным. Просто пытался поднять настроение болеющему ребёнку насколько это вообще возможно.
— Скажите, а вам случайно не требуется помощник? — задал я наконец вопрос, который так меня интересовал.
— Что? — Хилюлюк резко развернулся и пристально начал рассматривать, выискивая что-то понятное только ему одному. Впрочем, недолго, так как вскоре он развернулся и продолжил своё занятие, бросив коротко, — Нет. В помощниках я не нуждаюсь.
— Просто скоро мне исполнится шестнадцать, и я вылечу из этого места. А податься мне, собственно, некуда. — продолжил я не меняя интонации, — Пусть репутация у вас не очень, но ни один человек не скажет, что вы не выполняете своей основной обязанности. Ваши препараты действительно помогают в лечении болезней. Вот я и подумал…
Хилюлюк вновь остановился и повернулся ко мне. Простояв так несколько мгновений, задрав одну ногу на подоконник, он наконец спустил её и захлопнул окно, вновь вернувшись к кровати и усаживаясь на самый её край.
— Почему именно ко мне обратился?
— Как раз-таки из-за вашей репутации. — пожал я плечами, — Обычным докторам до меня дела нет. У них есть и ученики, более успешные и не являющиеся беспризорными сиротами, и средства. У вас же, насколько я знаю, ни того, ни другого. Тем не менее знаний у вас более чем достаточно. Да и характер ваш… Если меня не обманули, то вы помогаете всем страждущим в меру своих возможностей.
— Ха… Неприятно слышать такое от сопляка. — его поведение изменилось. Больше не было той напускной глупой наивности. Хотя полностью она всё же не исчезла, но стала куда менее заметной.
— Зато честно. — усмехнулся я, — Так каков будет ваш положительный ответ?