• Boosty Shared
• Владимир Сыров / Gerodot

• T

• поттер

Глава 103.docx

Глава 103.fb2

Очевидно, что уснуть я не мог. Не после таких откровений… Но, тем не менее, это повод погрузиться в записи аврора.

Меня ждала книга.

Черный, потертый переплет. Просто старая кожа, впитавшая в себя запах табака, вроде… кофе и, кажется, застарелой крови. Наследие Руфуса Скримджера.

Я открыл первую страницу.

Почерк был резким, угловатым, буквы словно высекались на бумаге, а не писались. Чернила местами расплылись, но текст читался четко.

«Если ты читаешь это, значит, я мертв. Не трать время на сантименты. Я оставил это не для того, чтобы ты, кто бы ты ни был, лил слезы над моей памятью, а для того, чтобы ты выжил. И, возможно, убил тех, кто убил меня».

Никаких приветствий. Скримджер оставался верен себе даже с того света.

«Основа. Ты думаешь, что знаешь магию, потому что вызубрил десяток латинских слов и научился правильно махать палкой. Ты ошибаешься. То, чему учат в Хогвартсе — это лишь верхушка айсберга. Упрощенная модель для детей и посредственностей. Проще говоря, мой друг и последователь, это костыль. Это ментальный якорь, позволяющий твоему разуму зацепиться за концепцию заклятия, не понимая ее сути. Настоящая магия — это воля, облеченная в форму. Слова не нужны. Жесты не нужны. Нужна лишь Структура».

Я перевернул страницу. Дальше шли схемы… Тяжёлые, трёхмерные и многосоставные рисунки с подписями.

И текст.

«Любое заклинание состоит из трех компонентов: Ядро, Каркас и Вектор.

Ядро — это чистый концепт. То, чего ты хочешь добиться. «Огонь». «Боль». «Защита». Чем чище твое понимание концепта, тем мощнее ядро. Именно поэтому Непростительные требуют искреннего желания — без чистого намерения ядро рассыпается. Ты не сможешь убить человека заклинанием случайно. Ты ДОЛЖЕН этого желать.

Каркас — это своего рода ограничитель. Без него чистая магия просто выплеснется из тебя бесформенной волной, истощив резерв за секунду. Слова и жесты создают этот каркас для новичков. Мастер строит каркас в уме. Это матрица, удерживающая энергию в нужной форме.

Вектор — направление и способ перемещения твоей воли. Луч, волна, облако, ментальный удар».

Я оторвался от чтения. Это было… просто, да. Все гениальное просто, хах. И это идеально ложилось на то, что я уже интуитивно нащупал с помощью Системы и своих экспериментов с рунами. Руны — это и есть графическое выражение Ядра.

Я перелистнул несколько страниц, пропуская введение, и наткнулся на раздел, озаглавленный: «Архитектура Мысли: Создание ментальных конструктов».

«Чтобы колдовать без слов и палочки, ты должен построить заклинание внутри своего разума еще до того, как магия покинет твое тело. Представь заклинание как физический объект. У него есть вес, текстура, температура. Когда я кастую «Инкарцеро» безмолвно, я не думаю о слове. Я чувствую, как мои мысли сплетаются в тугие, шершавые узлы. Я слышу скрип натягиваемой веревки в своей голове. И только потом я выбрасываю это ощущение наружу».

Хм… помнится, я уже сталкивался с проблемой тяжести безмолвных кастов, тогда на помощь пришли быстрые слоты Гримуара, но раз тут, считай, разжеванный ответ, то можэно и снова погрузиться в это.

Не стал использовать Систему. Никаких быстрых слотов.

Выбрал простейшее — «Люмос».

В школе учили: сосредоточиться, произнести слово, сделать петельку. Скримджер же учил почувствовать свет.

Я представил темноту. Абсолютную, вязкую. А затем представил, как в центре этой темноты рождается искра. Представил, как фотоны разлетаются во все стороны, отталкивая тьму. Построил каркас — сферу, удерживающую этот свет, не дающую ему рассеяться мгновенно. Сжал эту сферу волей, уплотняя свет до состояния жидкого золота.

В голове зазвенело от напряжения. Это… было труднее, чем махать палочкой, признаю. Мозг сопротивлялся, требуя привычного костыля в виде слова.

«Свет. Сфера. Удержание», — чеканил я мысленно.

Я открыл ладонь, не используя палочку.

— … — беззвучный выдох.

Над ладонью, дрожа и пульсируя, повис маленький, размером с горошину, шарик света. Он был тусклым, нестабильным, готовым погаснуть от любого дуновения, но он был.

[Получен опыт в свободной беспалочковой магии. ]

[+50 ОЗ.]

Сжал кулак, гася огонек. Голова слегка кружилась, но внутри разливалось чувство триумфа. Система лишь подтвердила то, что я и так чувствовал. Я сделал это сам и… в чем была проблема год назад? Не сказал бы, что это далось мне тяжело, хотя… дело и в познании природы заклинания. Понять, что есть свет и как его зажечь своей волей –— дело одно, а как будет происходить создания невербального беспалочкового заклятия с условным «Инпедимента» –— вопрос другой.

Вернулся к книге, пропустив главу. Следующая тема называлась «Инженерия проклятий». Вот где начиналось самое интересное. Скримджер… в своих записях учил создавать свое ментальное заклятие.

«Запомни: заклинания не высечены в камне какими-то древними богами. Их придумали люди. Такие же смертные, как мы с тобой, просто более упрямые. Кто-то когда-то решил, что слово «Экспеллиармус» лучше всего подходит для резонанса с концепцией разоружения. Но это не догма. Это лишь проторенная тропа. Ты можешь проложить свою.

Хочешь создать своё заклинание?

Определи цель. Чего тебе не хватает в стандартном арсенале? Не пытайся изобрести Аваду под другим именем. Ищи пустоты, которые можно заполнить.

Найди свой вибрационный ключ. Это может быть слово на латыни, шипение на парселтанге, просто набор гортанных звуков или даже чистый ментальный образ. Главное — чтобы твоё подсознание жестко ассоциировало этот ключ с нужным результатом. Но не строй из себя героя раньше времени. Начни с костылей — используй палочку и голос. Пусть они направят твою волю, пока ты не научишься формировать каркас заклинания в голом разуме. Только когда набьешь руку, пробуй убирать слова.

Считай цену. Рассчитай энергозатраты. Если ты попытаешься с ходу создать заклинание «Убить всех врагов в радиусе мили», твоё магическое ядро схлопнется быстрее, чем ты успеешь моргнуть. И превратишься в сквиба или труп. Начинай с малого. С того, что ты сможешь удержать в кулаке».

Отложил книгу и задумался, постукивая пальцем по столу. Чего мне не хватало? У меня были атакующие заклинания, от банального «Флипендо» до чудовищной «Порки». Были защитные, были бытовые. Но в бою… в тех же состязаниях, я заметил одну неприятную вещь: мы либо били по площади, надеясь на удачу, либо точечно. Не хватало именно какого-то стана… В Хогвартсе учили «Остолбеней». Хорошее заклинание, надежное. Но это, по сути, магическая кувалда. Она либо вырубает, либо отбрасывает. Если противник силен, он может поставить щит или просто принять удар на жесткость ауры. Мне же нужно было что-то, что бьет не по телу, а по восприятию… Хм. Перегрузка нервной системы? Что-то, что выводит противника из строя, не нанося ему непоправимого физического вреда сразу, но делая его абсолютно беспомощным на несколько секунд.

Итак, цель определена: краткосрочный сенсорный шок. Паралич… сигналов от мозга к мышцам, да! Как этого добиться? Электрический импульс? Нет, слишком просто защититься. Простой громоотвод или заземляющие чары сведут усилия на нет. Вибрация? Ближе, но вибрация трясет тело, а мне нужно трясти саму суть управления этим телом.

Концепт «Хаоса».

Я вспомнил свои занятия по биологии, ту книгу, которую дала Тонкс. Нервная система — это, по сути, электрическая сеть, передающая данные. Сигнал идет от мозга к руке: «Подними палочку».

Мне нужно внедрить в этот сигнал шум, что заблокирует прямые указания мозга к телу, но… не повредит жизнеобеспечивающие процессы, хм…

Ладно, примерно понятно. Теперь каркас. Это должно быть направленное воздействие. Луч или волна? Луч быстрее, он бьет точечно, но от него легче уклониться тренированному бойцу. Конус? Да, коническая волна на короткой дистанции –— зона поражения шире, увернуться сложнее, идеально для средней дистанции, на которой обычно и происходят дуэли.

Оставалось самое сложное — Вектор и Ключ. Нужна формула. Латынь, конечно, классика, она лучше всего резонирует с местным магическим полем, созданным веками практики. Что у нас есть? Nervus — нерв. Ruptura — разрыв. Chaos — хаос. «Нерво-Руптура»? Звучит коряво, как диагноз врача, а не боевое заклятие… К тому же слишком длинно. В бою язык сломаешь. Нужно что-то хлесткое. Sensus — чувство, ощущение. Fracto — ломать, дробить. «Сенсу-Фракто» — слом чувств. Звучит нормально, лаконично… Тем более нет смысла надолго заучивать словесную форму, раз скоро, после практики, отойду от нее.

Я пододвинул к себе пергамент и начал рассчитывать нумерологическую составляющую, чтобы убедиться в гармонии звуков. S-E-N-S-U. Единица, пятерка, пятерка, единица, тройка. Сумма пятнадцать, сводим к корню — шесть. Число Гармонии. В данном контексте — нарушение гармонии тела, атака на баланс. Подходит.

Теперь вторая часть. F-R-A-C-T-O. Шесть, девять, один, три, два, шесть. Сумма двадцать семь. Корень — девять. Число Завершения, конца цикла. Шесть и Девять. Перевертыши. Зеркальность. Нарушение порядка через искажение гармонии. Вибрация подходила идеально, словно сама магия подсказывала мне этот путь.

Теперь — жест. Это не должно быть плавное движение, как при левитации. Здесь нужна агрессия, резкость. Резкое, ломаное движение. Зигзаг. Как молния, бьющая в землю. Резкий взмах вниз, короткий росчерк вправо и финальный тычок вперед, выбрасывающий волю наружу.

Я встал, отодвинул кресло, достал палочку. В комнате никого не было, но я на всякий случай наложил на дверь и стены заглушающие чары — не хватало еще, чтобы Флитвик прибежал на шум эксперимента –— ночь же. Передо мной стоял манекен для одежды, кем-то заботливо оставленный, чтобы за ночь постиранная одежда сама себя разгладила под своим весом. И этому парню было плевать, что есть бытовые чары –— полукровка же.

Закрыл глаза, собирая концентрацию в кулак. Скримджер писал: «Построй заклинание в голове». Я начал строить. Ядро — «Шум». «Сбой». «Помехи». Я представил конкретный образ: тысячи радиостанций, орущих одновременно на одной частоте, скрежет металла по стеклу, вспышки стробоскопа. Представил, как нервы манекена — если бы он был живым — превращаются в искрящие, оголенные провода, по которым вместо четких команд течет раскаленный бред. Я должен был не просто пожелать этого, я должен был поверить, что моя воля сейчас сломает порядок вещей в точке удара.

Рука с палочкой напряглась. Я чувствовал, как магия течет по пальцам, скапливаясь на кончике древесины, ожидая выхода. Она была колючей, неприятной, диссонирующей.

— Сенсу Фракто! — выкрикнул я, резко рубанув палочкой воздух зигзагом.

Ощущение было странным, словно я дернул за тугую, ржавую струну. С кончика палочки сорвалась бледная, едва заметная искаженная волна воздуха, похожая на марево над раскаленным асфальтом. Она ударила в манекен с глухим, вибрирующим гулом. Деревянная кукла задрожала, но не от физического толчка. Она завибрировала всем корпусом, издавая противный, высокий звук, будто материал сам по себе начал стонать.

По лакированной поверхности побежали мелкие трещины, словно структура дерева на секунду потеряла свою целостность, забыв, как быть твердой.

Я опустил палочку, чувствуя, как мелко дрожит рука. Отдача была неприятной, словно удар током. Ладно. Что-то вышло, но как работает конкретно –— сказать не могу. По крайней мере, тело не разрушит.

Сейчас бы испробовать на существе с нервной системой. Мне нужен был кто-то живой, но… расходный.

— Призыв: Моблин, — прошептал я.

Воздух в центре комнаты сгустился, и с влажным чавкающим звуком на каменный пол ступил призванный миньон. Он был похож на кабана, вставшего на задние лапы, — сгорбленный, покрытый грубой щетиной, с тупыми, маленькими глазками, в которых не читалось ни капли интеллекта, только примитивная агрессия и покорность хозяину. В его лапах было зажато простое деревянное копье.

Моблин хрюкнул и завертел головой, пытаясь понять, где находится и кого нужно бить. Идеальный подопытный. Крепкий, тупой и обладающий достаточно примитивной нервной системой, чтобы эффект был наглядным.

— Стой смирно, — приказал я, поднимая палочку.

Демон послушно замер, уставившись на меня. Я глубоко вдохнул, восстанавливая концентрацию. Образ хаоса, скрежет помех, разрыв связей. Я снова сформировал ментальный каркас заклинания, на этот раз стараясь сделать его плотнее, жестче, чтобы избежать лишней отдачи.

— Сенсу Фракто! — выкрикнул я, повторяя зигзагообразный жест.

Искаженная волна воздуха сорвалась с палочки и ударила моблина в грудь.

Эффект превзошел мои ожидания. Демон… как бы сказать… сломался. Его руки и ноги дернулись в разные стороны в совершенно неестественном спазме. Копье с грохотом выпало из разжавшихся пальцев. Моблин издал пронзительный визг, полный абсолютного непонимания происходящего, и рухнул на колени, а затем завалился на бок. Его тело била крупная дрожь, глаза закатились, а из пасти потекла пена. Он пытался встать, но его ноги гребли воздух, словно он бежал, лежа на боку, а руки хаотично царапали пол.

Связь между мозгом и мышцами была разорвана. Его тело получало миллион противоречивых сигналов одновременно.

Не умер бы…

— Работает, — выдохнул я, наблюдая за конвульсиями призванного существа.

Я подошел ближе. Моблин даже не заметил моего приближения, продолжая бороться с собственным телом. Эффект длился секунд десять, после чего дрожь начала утихать, и взгляд демона стал проясняться. Он тяжело, хрипло задышал, пытаясь сфокусировать взгляд, но его все еще пошатывало.

Десять секунд полной недееспособности. В реальном бою это вечность. За это время можно разоружить, связать или добить противника трижды. И это при том, что моблины выносливее людей.

Я развеял миньона одним щелчком пальцев, отправляя его обратно в подпространство.

— Неплохо, — сказал я тишине. — Совсем неплохо для первого раза. Но нужно доработать. Уплотнить структуру, чтобы снизить затраты магии, и отточить жест до автоматизма.

[Получен опыт в создании боевых заклинаний (Дезориентация).]

[Заклинание «Сенсу Фракто» добавлено в арсенал. ]

[+100 ОЗ.]

Остаток ночи я провел, жадно поглощая раздел «Ментальная война: Атака».

* * *

Дни до конца семестра слились в единую полосу тренировок. Я доработал «Сенсу Фракто», доведя его до состояния узкого, почти невидимого конуса. Но манекены и тупые моблины — это одно. Мне нужен был полевой тест на ком-то, обладающем сложной нервной системой и магической аурой. На человеке.

Случай представился сам собой, в пустом коридоре на четвертом этаже, недалеко от лестницы в подземелья.

Навстречу мне вырулил старшекурсник Слизерина. Это был Кассиус Уоррингтон, шестикурсник, похожий на шкаф, с маленькой головой и тяжелым взглядом. От него за версту разило дешевым пойлом и какой-то сладковатой, дурманящей дрянью — то ли настойкой полыни, то ли неудачным эликсиром эйфории. Он шел, задевая плечами стены, и что-то бормотал себе под нос, но, увидев меня, резко остановился. Его мутные глаза сфокусировались на моем галстуке.

— О-о-о… — протянул он, и его губы растянулись в недоброй ухмылке. — Когтевранский выскочка… Дурсль, да? Тот самый, что обижает маленького Драко?

Я попытался обойти его, не ввязываясь в конфликт.

— Дай пройти, Уоррингтон.

Но он шагнул мне наперерез, преграждая путь своей массивной тушей.

— Куда спешишь, герой? — он икнул, и рука его потянулась к палочке. Движения были заторможенными, пьяными, но в них чувствовалась тяжелая, звериная сила. — Думаешь, раз ты выиграл детский турнир, то тебе все можно? Сейчас я покажу тебе, что такое настоящая магия, грязнокровка.

Он выхватил палочку. Увидел, как на кончике его древесины начало собираться грязно-желтое свечение какого-то мерзкого проклятия, способного покрыть кожу нарывами или вывернуть колени назад…

Ну, сам напросился.

Позволил ему начать движение руки для касты, а сам направил палочку ему в переносицу.

— Сенсу Фракто!

Бледная волна искажения ударила Уоррингтона прямо в лицо.

Эффект на человеке оказался куда страшнее, чем на демонах.

В одно мгновение его лицо потеряло всякое осмысленное выражение, превратившись в маску абсолютного ужаса. Рука с палочкой, которая уже заканчивала замах, вдруг дернулась в сторону и с силой ударила его самого по бедру. Ноги подогнулись, но не синхронно: левая попыталась делать шаг, а правая просто отказала, словно кость превратилась в желе.

Он рухнул на пол, но даже падение вышло неестественным –— просто плашмя ударился лицом о камень.

Уоррингтон попытался встать. Он уперся руками в пол, но вместо того, чтобы отжаться, его тело выгнулось дугой, а голова запрокинулась назад. Он открыл рот, чтобы закричать, но вместо звука из горла вырвался лишь сдавленный булькающий хрип — его голосовые связки получили команду сжаться, а не вибрировать.

Его глаза бешено вращались в глазницах, не в силах сфокусироваться ни на одной точке. Для него сейчас верх был низом, пол — потолком, а собственное тело — чужеродным, враждебным механизмом, рычаги управления которым перепутали местами.

Я подошел ближе, глядя на него сверху вниз. Уоррингтон скреб ногтями камень, пытаясь отползти, но вместо этого полз на меня, дергаясь, как раздавленное насекомое. Он плакал, слюна текла по подбородку, потому что он забыл, как глотать.

Полная десинхронизация чувств.

— Неприятно, правда? — тихо спросил я, наблюдая за его мучениями. — Твой мозг говорит руке двигаться вправо, а она летит влево. Ты хочешь вдохнуть, а легкие пытаются выдохнуть. Добро пожаловать в хаос.

Эффект продлился около минуты — дольше, чем на моблине. Когда судороги начали стихать, Уоррингтон остался лежать в позе эмбриона, тяжело, со всхлипами дыша. Он был полностью деморализован. Он даже не смотрел в мою сторону — его все еще мутило, вестибулярный аппарат пытался понять, в какой стороне находится земля.

Я перешагнул через него и пошел дальше, чувствуя холодное удовлетворение.

В сочетании с моим «Галстуком Скрытого Разума» и этими новыми навыками атаки я становился проблемой, которую невозможно решить стандартными методами.