Война… до жути простая и в то же время сложная штука. Просто в ней то, что побеждает сильнейший — тот кто собрал более сильную, более крупную, более опытную армаду. Много пушек, много профессионалов, много снарядов — формула не менялась никогда. И потому побеждает то государство, которое выполняет все эти три требования.
К этому все и стремятся, но не у каждого получается. Знаете, трудно тягаться с той же Республикой, когда ты маленькая планета с населением меньше миллиарда. Ты просто не сможешь произвести столько же ресурса — живого или стального — как Республика. Потому ты либо подчиняешься сильнейшему, либо проигрываешь. Или надо как-то нивелировать количество качеством.
Сделать это сложно, однако моим силам это удавалось. Правда не благодаря какому-то чудо. Мы просто использовали проверенную стратегию руками не менее проверенных тактиков. Проводили этакий блицкриг, только в реалиях космической войны, где основные битвы проходили с помощью кораблей.
Множество ударных клиньев входили в слабейшие системы, после чего сеяли хаос. Уничтожалось все станции, проводилась бомбардировка ключевых объектов. Целью было не захватить планеты, а уничтожить корабли и возможность их спокойного перемещения, уничтожение наблюдательных и защитных станций. После чего планета, которая готовилась к обороне, оставалась фактически одна в относительной изоляции.
Да, они могли доставлять послания с помощью гражданских судов, как и имелись подземные космопорты. Однако действительно крупные и опасные корабли строились и находились в пустотных верфях. Потому о каком-то неожиданном ударе в спину и появлении огромного флота в тылу мы не переживали.
Далее шли уже более длительные зачистки с помощью десантных барж. Корабли просто вставали на орбите и начинали методично бомбить планету до тех пор, пока не оставалось целей для бомбёжки. Далее зачистка. Таким образом основные силы всегда шли далеко впереди и состояли преимущественно из флота. Разве что на кораблях имелся десант для защиты от абордажей и иногда их проведения. В остальном только флот.
Таким образом мы разделили большую часть сектора на малые очаги и если угодно котлы. В это же время мы ждали ответных нападений, что враг соберёт ударный кулак и ударит по нашей растянувшейся линии фронта. Однако этого не случилось, потому что враг понимал, что сразу же после этого наши маленькие флотилии начнут перегруппировку и окружат его ударный кулак, навязав невыгодное им космическое сражение.
Кроме того они знали, что у нас есть корабль способный взрывать даже звёзды. И они вынуждены были защищать коренную систему и свои главные верфи. Мы же пёрли вперёд, отрезая малые куски и лишая центральную систему с другими её территориями. Вряд ли это сильно поможет, потому что ресурсами они запаслись, а война на истощение нам невыгодно, но… тоже не будет лишним оставить их без помощи, превратив в выжженную землю их союзников, которые по большей части отступали, спасая каждый корабль.
И вроде всё шло хорошо, но тьма словно нависла над нами. Каждый день я обучался чувствовать Силу иначе и смотреть за пределы своего привычного восприятия. И там я видел Тёмную Сторону, что не показывала мне ничего. Ведь она никому полностью не подчинялась, а самым преуспевшим в её понимании и управлении являлся сам Вишейт. Он скрывал от нас всё то, что нам видеть не следовало.
Так в очередной раз сидя за картами и изучая доклады всех капитанов и адмиралов, поглощая их опыт и объединяя их всех вокруг себя, я искал истину, что находилась в местах пересечения их гениев, каждый из которых мог быть даже больше моего. Они были лучшими в чём-то своём, а я был лучшим в том, чтобы определить их истинный талант и учесть его там, где он будет фатальным для наших врагов.
Хотя не то чтобы я был таким исключительным, ведь прежде чем принять окончательное решение я всё равно проводил долгие консультации сначала с адмиралами — что командовали арьергардами, авангардами, основными силами и просто отдельными флотами, коих было прилично из-за рассредоточенности наших сил — а затем ещё и самой Аш-Каной, что лично застала войн больше любого из нас и видела через страницы историй ещё больше.
И порой я задавался вопросом — а зачем здесь я? Неужели я играю такую важную роль? Не знаю, с каждым днём с того позорного поражения в первой битве, где я ничего не смог сделать против обряда, оказавшись в ловушке… меня только и посещали эти мысли. Что я ничего не делаю и вклад мой скорее формален. Однако не шутки ради меня сюда поставил Ар-Эдан.
Иногда меня посещали горделивые мысли, что он готовит приемника, что возможно именно я возглавлю орден Адротэс, но… эти глупости я отреза сразу. После чего очищал разум и шёл на очередную тренировку. В этот раз Аш-Кана отсутствовала, у неё тоже дел хватало, так что практику я проводил часто в одиночестве, закрепляя уроки.
И делал я это не в одиночестве, а в компании своей единственной ученицы — Астрал, той единственной, кто меня не предала не формально, не фактически. Я учил её тому, что узнал сам и вместе с этим закрывал последние бреши своего невежества. Ведь истинное понимание приходит лишь тогда, когда ты способен его передать, ответив на самые сложные вопросы, которые способен задать лишь тот, кто тоже идёт к этому пониманию, но другим путём, затрагивая те моменты, о которых ты даже не думал.
— Извини, я задержался, — тихо произнёс я, застав Астрал в зале, уже сидящую в позе медитации и настроенную на урок.
— Понимаю, много дел. Я тоже задержалась и чуть опоздала.
— Обход прошёл без проблем?
— Воины рвутся бой. И запал ситхов передаётся сопровождающим их солдатам.
— Как там Фараис?
— В её душе всё также ярко сияют узлы суицидальных наклонностей. Она ищет смерти в бою, но только для себя и при этом всячески старается защитить других. Парадоксально, но логично. Не имея возможности исцелить себя, она не даёт пасть в бездну другим. Если эта война закончится и придёт время демобилизации… хочется верить, что некоторые из её солдат вернутся героями, а не изгоями.
Я промолчал, сев напротив неё в позу лотоса и приготовившись к познанию Силы. Я был её проводником также, как Аш-Кана была моим. Мы блуждали по Тёмной Стороне, изучая хитросплетения яростных эмоций. Изучали их и проводили через себя объединённые чувства.
Порой это мог быть страх планеты, на орбите которой мы останавливались и устраивали неизбирательную ковровую бомбардировку. Иногда это была ярость наших союзников, что рвались в бой. Порой это была боль, которой оказывались преисполнены раненные, изувеченные и сломленные физически и психически солдаты.
Мы были способны выдержать эти эмоции по отдельности, мы порой намеренно их усиливали, но истинное мастерство ситха заключалось в том, чтобы зачерпнуть из этого океана мрака как можно больше и испить Силу огромными глотками из бездонной чаши Могущества. И способны на это были немногие, а большинство и вовсе неспособны справиться даже со своими эмоциями и чувствами.
— Ты сегодня словно витаешь где-то вдали… хочешь чем-то поделиться? — спросила Астрал, прекрасно видя мои сильные и слабые стороны, ведь что-то скрыть в такой тренировки было крайне сложно, а пропасть в мастерстве между нами не была столь же большой, как между мной и Аш-Каной.
Я же открыл глаза, после чего выдохнул и опустил взгляд на свои руки, что скрестил между ног.
— Я вижу бездонную тьму. За ней скрывается могущественная Сила, которая принадлежит не нам. Такой же мрак был в тот день, когда по ордену джедаев нанесло удар братство Экзара. И они не видели ничего также, как ничего не видим мы сейчас.
— Неизвестность пугает, — согласилась моя ученица, после чего с трудом вырвалась из плена Силы, тоже открыв глаза и посмотрев на меня.
— Нет, Астрал, дело не в неизвестности, — покачал я головой. — А как раз в том, что я точно знаю, что будет дальше. Никто из нас не вернётся с этой войны.
Мы, предатели Ар-Эдана, все думали об этом с самого начала, но никто не мог произнести этого вслух. Все выбирали как раз неизвестность и неопределенность. Так парадоксально, ведь именно неизвестность зачастую терзает нас куда сильнее. Однако никакого парадокса нет, просто вы в очередной раз забыли главное правило — всё зависит от точки зрения.
И в данном случае неизвестность спала ситхов, которым Ар-Эдан дал второй шанс. Спасала тем, что ещё ничего не было решено и была иллюзия, что мы на что-то влияем. Что есть смысл продолжать борьбу. Они цеплялись за эти иллюзию, сами выбирали неизвестность, которая разрывала разум, но которая была лучше самого худшего исхода. Ведь она давала надежду, ложную и глупую, но такую необходимую.
— А чего бы ты хотел на самом деле? Как бы ты хотел всё это… закончить?
— Не знаю… хочется бросить вызов Ар-Эдану, решить всё раз и навсегда, но ни победа над ним, ни поражение от него ничего мне не дадут. Ведь я сам знаю, что победа ничего не докажет, потому что Ар-Эдан лучше. А поражение… поражение докажет то, что я и так знаю, — ответил я, понимая что у меня нет ни надежды, ни смысла продолжать что-то делать и я просто двигаюсь по инерции, в то время как мои эмоции слабеют и слабее становлюсь я.
Без Силы же и Тёмной Стороны… я вернусь к тому, что уже показал мне Ар-Эдан, забрав у меня этот дар и проклятье. Я этого боялся и только этот появившийся страх хоть как-то позволял оставаться на том же уровне.
— А ты, чего хочешь ты? Вернуться в орден, из которого тебя забрали насильственно? Убив твоих друзей и наставника?
Астрал закрыла глаза и слегка отвернулась, поджав губы. Орден Джедаев учил её бороться с эмоциями, я же научил её использовать их. И потому эта ярость и жажда мести не только позволили ей выбраться из ямы отчаяния, но и теперь давали ей то Могущество, которая она могла направлять как решит она. Однако Астрал сильно изменилась, куда сильнее, чем та же Лаари, я и все те, кто проходил через многочисленные проверки Ар-Эдана, который никогда не пытал и не наказывал. Он лишь учил, а мы… мы выбирали: учиться или нет.
— Когда-то я хотела этого. Хотел проникнуть вглубь ваших рядов, нанести удар в спину, возможно даже тебе, но… — выдохнув и сжав расслабленные пальцы в кулаки, где оказались пойманы её ярость и жажда мести, Астрал вновь открыла глаза, посмотрев прямо на меня. — Но теперь это кажется невероятно глупым, как и многие другие. Месть ничего не изменит, лишь утопит в крови то немногое, что осталось. Даже если бы я могла убить тебя или какого-нибудь командира под твоим началом — система осталась бы той же.
— Значит надо изменить систему. Нанести удар в то место, где она слаба. В слабое звено, которое разорвёт цепь и… позволит создать что-то иное. Звучит как очередная бессмысленная глупость. Особенно когда ты знаешь, что систему контролирует… — я тяжело и глубоко вздохнул. — Контролирует даже не Ар-Эдан, а сущности куда сильнее него.
— Да, это я тоже поняла. И смирилась с этим.
— Смирилась? Как-то не по-ситхски.
— Почему же? Суть ситхов в том, чтобы взять под свой контроль поток Силы и направить его. И какой смысл направлять свой потенциал туда, где он ничего не изменит? Именно поэтому его надо направить, где он что-то меняет. Реализовать себя, свои цели и амбиции, занять нишу там, где ты способен. Пусть даже никогда не займёшь первого места. Про это же говорил Марка Рагнос, разве нет? Про то что не столь важно быть сильнейшим, сколько необходимо быть там, где ты нужнее всего. И когда ситхи это понимали, тогда Империя и была в Золотом Веку.
— Не думал, что ты так детально изучала собранные нами на Коррибане знания.
— То было тогда, когда я испытывала презрение. Теперь я испытываю… горечь от понимания, сколько далеки мы все от Истины, которую показывает нам Сила. Поэтому я никогда не вернусь в орден Дже'дайи. Ведь там остались лишь такие же заблудшие глупцы, как и в ваших культах Тёмной Стороны. Никто не приблизит меня к понимаю Силы, кроме… меня сомой.
— И кто же тебя этому научил? — удивился я, думая что Аш-Кана уже за моей спиной мою ученицу обучает.
— Ты, — спокойно ответила Астрал. — У тебя и научилась.
И моё удивление с ухмылкой быстро сошло на нет, сменившись стеной из серьёзности и задумчивости. Воистину загадочен был путь по этой винтовой лестнице, где мы порой перескакивали через уровни и постоянно меняли стороны по всем осям. Сложна была и блок схема, что однажды показала мне Аш-Кана. И порой мы поднимались вверх такими путями, которых сами не понимали или попросту не замечали других ступеней, что были проще и очевиднее, но не для нас.
Или наоборот были сложнее… каждый путь был уникален и двигаясь по своему пути мы всегда ненароком меняли другие. Ведь всё пересекалось и вокруг нас всегда находится множество других, что двигаются к вершине, даже если сами этого не понимают.
— Ну, хоть чему-то полезному научил, — спустя паузу, я всё смог сконцентрироваться на чём-то хорошем, а не бросил себя в бездну отчаяния из-за того, что сам не понимал как так происходит, что сам я в тупике, а моя ученица идёт дальше, обходя меня. — Так чем же ты хотела заняться, если бы это всё закончилось?
— В Галактике так много миров, что нуждаются в помощи. Миров, что не желают быть инструментом в борьбе Светлой и Тёмной Сторон, а просто хотят жить. Я не смогу уничтожить эту круговую поруку, но мне более чем под силу побороть последствия чужого безумства. Я не стала бы ничего ломать и рушить, я бы построила в тех местах, где уже находятся руины, порядок. Порядок, который считаются правильным сама. Без пафоса и индоктринаций. Просто… просто мир, где…
— Где будет тихо и спокойно. Где не будут винить за сильные эмоции и яркие чувства, и где не будут заставлять вечно бороться и соперничать за первое место. Мир где можно будет просто жить, радуясь своему труду, смотря на чистое небо и своих детей, которые будут становиться не солдатами, не хирургами и не бизнесменами, а просто счастливыми, умеющими ценить покой.
— Да, пожалуй, ты сформулировал всё лучше, чем я. Вот ещё как-то так сделать, чтобы туда война не добралась. Или одновременно защитить эту гармонию от неё. Правда я ещё не знаю как именно.
— Узнать можно и в процессе. Но давай продолжим тренировку. Она пригодится тебе, когда Вселенная снова заставит делать крайне сложный эмоциональный выбор.
Астра кивнула и мы продолжили. А я… а я теперь был полностью уверен в том, зачем именно я здесь нахожусь. Ведь если я уже падал в бездну, то другие ещё были на грани и их можно было спасти. Не только Астрал, а многих, кто оказался между молотом и наковальней.
И мне было под силу это сделать. Главное успеть до того, как станет слишком поздно и Вишейт нанесёт один свой удар, который сразу же сокрушит всю Империю Ар-Эдана.