Прототип глава 43
Дилан готов был биться головой о стену.
Совет дедушка дал, просто и полезный: свалить подальше на время визита родни. Самый лучший вариант, потому что иначе они не удержатся, и тогда община вымрет, как те динозавры. Так что, если что, звоните, предоставлю убежище в своём поместье. Так уж и быть, всем предоставлю.
Дилан едва не завыл тоскливо на луну: сквозь распахнутое окно доносились звуки арфы, Клэр сидела на подоконнике, закутавшись в плед и мечтательно пялилась в пространство. Подумав, Дилан плюнул на приличия и здравый смысл, взял подушку, еще один плед, и устроился на том же подоконнике, благо размеры позволяли.
Фрэнк играл и играл. Разминал пальцы, по его словам. На взгляд одурманенного Дилана получалось просто великолепно, хотя он отлично понимал, что это не так. Фрэнк новичок, так что самые простые мелодии…
Плевать. Музыка творила с Диланом что-то ужасное, и он не собирался этому противиться, пусть и отдавало такое поведение махровым мазохизмом.
— Что делать будем? — вздохнула Клэр, когда соседи угомонились и свет в окнах дома погас.
— Страдать, — хмыкнул Дилан. — Страдать и получать от этого удовольствие. А там увидим.
— Звучит как план, — согласилась Клэр. — Пошли спать.
* * *
Энди мурлыкала песенку, чувствуя себя превосходно. Рождество близилось с каждым днём, настроение было отменное, да и физически Энди чувствовала себя просто великолепно. Вела она себя образцово, мисс Мюллер даже её похвалила, что девушка восприняла как должное.
Таблетки она принимать продолжала, половинную дозу, оставшиеся таблетки, подумав, решила не выбрасывать. Это сейчас Пег её снабжает лекарствами, а вдруг придётся уехать или еще что? Так что не принятые таблетки она складывала в пузырёк на всякий случай.
То, что её решение было правильным, Энди поняла быстро: вокруг неё вновь образовался круг поклонников, она снова вернулась на пьедестал, что неимоверно грело душу. Отец перестал грызть мозг нотациями, даже похвалил и пообещал на Рождественские каникулы свозить в Вашингтон: пройтись по бутикам, посетить театр, погулять… В общем, развлечься.
Энди такой инициативе обрадовалась, уверила отца, что всё отлично, всё замечательно, таблетки она принимает, нехорошее не думает… Так что с радостью поедет развлечься.
В голове крутились мысли, постепенно собираясь в неплохой план. Энди собиралась повторить свою прогулку по Вашингтону с тем же результатом. А что такого? Город большой, она того мужика лишь поцеловала… С него не убудет. Совсем не убудет.
Обдумывая план, Энди даже залезла в интернет, почитать, кто ж такие суккубы. Выяснилось, что это демоны, питающиеся сексом, вернее, выделяемой во время секса энергией. Суккубы были женщинами, ещё имелись инкубы, то есть мужчины.
Отлично.
Конечно, нарисованные суккубы и инкубы хвастались рогами, увеличенными половыми органами, иногда хвостами… Считались демонами нижнего уровня. Энди только пожала плечами: ей и поцелуя хватит. Она умная, не будет лезть на рожон.
Бретт и Чарли всё так же обходили её по широкой дуге, но теперь Энди это не волновало и не возмущало. Она ждала каникул и поездки в Вашингтон: это здесь шериф слишком многое знает, а в Вашингтоне… И город куда больше их городка, и люди не знакомы друг с другом в большинстве своём. То, что надо.
Так что, она подождёт. Вот и всё.
* * *
Жизнь вошла в привычное русло. Жители успокоились, офис шерифа вновь занялся мелкими кражами, бытовыми происшествиями и тому подобной мелочью, что радовало Ника неимоверно.
Приближалось Рождество. Городок медленно и неотвратимо украсился гирляндами, огромными разноцветными шарами и сосульками, еловыми и сосновыми искусственными ветвями, фальшивым снегом, гномами и снеговиками, оленями всех видов и мишурой.
Джеймс где-то купил здоровенную ель и теперь придирчиво оценивал и закупал игрушки: Фрэнк со Стивом дали ему полную свободу в этом процессе. Стив регулярно ездил в Вашингтон, возвращался оттуда благоухающий женскими духами, совершенно счастливый и довольный.
Неожиданно начал подтверждаться прогноз Фрэнка насчёт недвижимости: цены поползли вверх. Фрэнк лишь кивал и советовал не торопиться. Это лишь начало, а на дом у него уже есть пять претендентов. Это ж не пирожок купить, это вложение средств, так что еще два месяца, и можно начать.
Ник послушал прогнозы, посмотрел на написанные на листке цифры и зашатался. Они и за свой дом долг отдадут и еще в запасе неплохая сумма останется. С ума сойти! Да, Фрэнк помог организовать детям трастовые фонды, но Ник и сам хотел обеспечить детям хорошее будущее. А теперь он сможет это сделать.
Никакие происшествия не омрачали праздничное настроение. Городок жил тихой и размеренной жизнью, погружённый в подготовку к празднику, в семье всё было хорошо: Сара с Даной с энтузиазмом обучались у мистера Файвза, и Ник знал, что они готовят им всем подарки. Сам он давно купил то, чем хотел порадовать детей и супругу, Фрэнка с парнями тоже не забыл.
Чарли радовал особо: на Энди перестал обращать внимание, сосредоточившись на Эльзе Миллз: хорошенькая невысокая шатенка, самое главное, что без сюрпризов в родословной. Это Ник глубоко одобрял, потому что всё подспудно ждал, что сын, как и множество подростков, взбрыкнёт и его придётся хоронить: в то, что Энди удержится или случится чудо в третий раз, он совершенно не верил.
Пока что девчонка вела себя образцово, но Ник не расслаблялся.
Наконец наступило Рождество.
Они собрались в доме Фрэнка, решив отмечать семейно. Стол аж ломился от еды, рождественское полено поражало взгляд размерами, они разговаривали, шутили… Давно уже Ник не чувствовал такой умиротворяющей семейной атмосферы. Часы пробили полночь и Джеймс со Стивом под смех Фрэнка нырнули под ёлку за подарками.
Прекрасный праздник, просто идеальный, решил Ник, когда ему вручили первую коробку.
Угомонились они только часам к двум, расползлись по гостевым комнатам и отрубились.
* * *
Энди счастливо кружилась в танце, напевая. Отец с мисс Мюллер решили отметить Рождество в Вашингтоне, возле ёлки перед Капитолием. Энди вела себя образцово, так что надзор над неё ослаб, чем она не преминула воспользоваться.
Потихоньку ускользнув в толпу, Энди принюхалась, пытаясь как тогда отыскать чарующий аромат. Она шла и шла, нарезая круги по площади, пока не замерла, втягивая воздух затрепетавшими ноздрями.
Вот. Вот оно.
Молодой парень, пялящийся на неё как на кусок мяса.
Энди бросила на него быстрый взгляд, давая понять, что ощутила интерес, и парень не утерпел, подошёл ближе. Что он там говорил, Энди не слушала: так, кивала, мычала что-то одобрительное, касалась руки, и вот они уже отошли в сторону и парень, тяжело дыша, тянет её в фургон, припаркованный возле обочины.
Энди отметила приоткрытую дверь, какое-то шевеление за ней… Страха не было, в крови вскипал азарт. Она дёрнула парня на себя, впиваясь в его рот поцелуем, сделала глоток, оторвалась, снисходительно усмехнувшись, распахнула дверь и влезла в фургон, где сидел еще один парень, выпучивший на неё глаза, но тут же растянувший губы в похотливой улыбке.
Энди сжала его руку, довольно наблюдая за поплывшим взглядом.
Еще поцелуй, еще, еще… Она целовала его, пока не почувствовала сытость. Парень свалился мешком, Энди вылезла из фугона, огляделась — никого, — вдохнула дыхание вяло ворочающегося у фургона наглеца.
Развернулась и ушла, поправляя шарф и кожаные перчатки. Праздник был в самом разгаре, взрывались, расцвечивая небо, фейерверки, Энди, напевая песенку, осторожно подошла к отцу, помахала ему рукой, когда он обернулся, ища её взглядом.
Отличный праздник. Просто великолепный. И вместе со всеми Энди запела рождественский гимн.
* * *
— Хорошо отметили, — задумчиво протянул Фрэнк, пялясь в потолок.
Джеймс что-то замычал, довольно улыбаясь. Действительно, очень хорошо отметили. И подарков было много, а главный Фрэнк вручил ему лично, причём три раза. Теперь Джеймс лежал и едва не пускал счастливые слюни, неимоверно довольный. В животе жизнерадостно заурчало.
— Пошли поедим, — покосился на него Фрэнк. — Но сначала в душ.
В кухню они спустились томные и благоухающие любимым сандаловым гелем Джеймса. Стив уже торчал у кофемашины, терпеливо ожидая, пока нальётся первая чашка. Ник с семьёй дрыхли, будить их никто не собирался.
Они лениво выпили кофе, позавтракали сэндвичами, вновь наполнили чашки латте…
Ник с Сарой и детьми позавтракали и попрощались.
День тянулся лениво, то, что надо. Они смотрели фильмы, играли в настолки, гуляли по улицам, улыбаясь елям и мишуре, раскланивались со знакомыми. Неожиданно начал сыпать мелкий снежок, укрывая землю тонким белым покрывалом. Стив стоял, улыбаясь небу, Джеймс смеялся, танцуя с Фрэнком танго под слышимую только им двоим музыку. Вернулись домой они, когда уже стемнело.
— Глинтвейна? — предложил Фрэнк, направляясь к холодильнику. В следующий миг Джеймс рванул вперёд, схватил его за руку и буквально сдёрнул с места, бросая в сторону Стива, с лёгкостью подхватившего мужчину.
Протез зазвенел, ударив нечто полупрозрачное, рыкнувшее и сверкнувшее алыми огнями глаз. Стив толкнул Фрэнка в угол, заслонив спиной, в его руках словно сами собой появились кухонные тесаки, тяжёлые, кованые вручную, заказанные Фрэнком в небольшом магазинчике.
Джеймс практически расплывался в пространстве, отражая атаки практически невидимого существа. Протез издавал звон с каждым ударом, серебряный нож, постоянно носимый Джейсом на спине, сверкал под светом люстры.
Нечто полупрозрачное пыталось прорваться сквозь него к Фрэнку, рыча и царапаясь длинными когтями, оставившими на живой руке пару царапин.
Еще удар, нечто взвизгнуло, обрушив собой этажерку с декоративной посудой, взрыкнуло и прыгнуло в окно, разбивая его. Джеймс замер, выставив протез, нож направился на гипотетическую опасность.
Наконец он разогнулся.
И начал всё проверять.
Стив с Фрэнком так и стояли, не двигаясь. Джеймс облазил весь дом, вернул нож в наспинные ножны и фыркнул.
— Никого.
Уставился на разбитое окно, вздыхая.
— Плёнкой и скотчем заклеим, — предложил Фрэнк, подходя к нему и обнимая. — Спасибо, Джеймс. Спасибо.
Джеймс вздохнул, утыкаясь лицом в его шею, чувствуя, как обнимают горячие сильные руки. Стив положил тесаки на место, почесал в затылке и пошёл искать пленку и липкую ленту. В дыру в стекле дул ледяной ветер, так что стоило поспешить.
Они принялись за уборку и заклеивание стекла, подняли этажерку, выбросили в мусор разбитые горшки и блюда. Сделали себе кофе.
— И что это было? — спросил Фрэнк, поглаживая Джеймса по руке.
— Понятия не имею, — ответил Зимний. — Но обязательно узнаю.