В следующие несколько дней история о том, как Фред с Джорджем вырвались на свободу, пересказывалась так часто, что мне стало ясно: она войдет в золотой фонд хогвартских преданий. Спустя неделю даже очевидцы этого события были почти убеждены, что своими глазами видели, как близнецы, оседлавшие метлы, сначала спикировали на Амбридж и забросали ее навозными бомбами, а уж потом вылетели из дверей на волю. Сразу после отбытия близнецов было много разговоров о том, что их поступок достоин подражания. Я частенько слышал от учеников фразы вроде «Честно, иногда мне страсть как хочется вскочить на метлу да и махнуть отсюда подальше» или «Ещё один такой урок, и я тоже исполню номер "прощание Уизли"».
Фред с Джорджем позаботились о том, чтобы память о них осталась в школе надолго. Во-первых, они никому не объяснили, как убрать болото, образовавшееся в коридоре на шестом этаже восточного крыла. Амбридж и Филч пробовали осушить его самыми разными способами, но безрезультатно. В конце концов болото огородили веревками, а Филчу поручили переправлять учеников в классные комнаты на плоскодонке, что он и делал, скрипя зубами от злости. Я осушил примерно квадратный метр этого болота, но судя по затраченным усилиям и небольшому результату мой способ далёк от оптимального. Думаю, что Макгонагалл или Флитвик могли бы удалить болото без всякого труда, однако, как и в случае с устроенным близнецами фейерверком, они явно предпочитали наблюдать за усилиями Амбридж со стороны.
Кроме того, дверь кабинета амбридж была разнесена в клочья, дощечки годились только в камин. Филч приладил на место старой двери новую, и, почему-то, даже не пришёл с заказом на новую дверь ко мне… Амбридж это конечно, Амбридж, но ценник завышать я бы не стал… Или Филч боялся (вполне обосновано, в смысле, необходимые знания есть) какой-нибудь закладки с моей стороны?
а «Молнию», точнее рухлядь, выглядящую как «Молния» была перенесена в подземелье, где Амбридж, по слухам, поставила при ней вооруженного тролля-охранника. Дарки презрительно заявила, что охранник так себе, ей он не помешает взломать замок, если потребуется. Но заботы Амбридж на этом отнюдь не кончились.
Вдохновлённые примером Фреда и Джорджа, многие ученики вступили в борьбу за право занять освободившиеся места Главных Бузотеров Хогвартса. Несмотря на новую дверь, кто-то умудрился подсунуть в кабинет Амбридж нюхлера с волосатым рыльцем — тот перевернул всю мебель в поисках блестящих предметов, а когда вошла Амбридж, прыгнул на нее и попытался сгрызть кольца с ее толстых пальцев. Навозными бомбами и вонючей дробью теперь швырялись в коридорах так часто, что среди учеников стало модно перед уходом с урока накладывать на себя Заклятие пузыреголовости — это обеспечивало им приток свежего воздуха, хотя выглядели они при этом весьма экстравагантно, будто щеголяли в надетых на голову аквариумах.
Филч, крадучись, ходил по коридорам с хлыстом в руке, надеясь поймать виноватых, но вся трудность заключалась в том, что их стало чересчур много и он никак не мог решить, куда ему броситься в первую очередь. Инспекционная дружина пыталась помочь ему, но с ее членами то и дело происходили странные вещи. Уоррингтона из слизеринской команды по квиддичу отправили в больницу с ужасным кожным недугом, из-за которого он словно покрылся кукурузными хлопьями. На следующий день, к восторгу Гермионы, Пэнси Паркинсон пропустила все уроки, поскольку у нее вдруг прорезались рожки.
Тем временем стало ясно, что перед тем, как покинуть Хогвартс, Фред и Джордж успели распродать уйму Забастовочных завтраков. Стоило Амбридж войти в классную комнату, как собравшихся там учеников начинало тошнить и лихорадить. Одни падали в обморок, у других шла кровь из обеих ноздрей. Вопя от ярости и бессилия, она пыталась определить источник загадочных симптомов, но ученики упрямо твердили ей, что страдают от «амбриджита». Оставив после уроков четыре класса подряд и ровно ничего этим не добившись, она была вынуждена отказаться от репрессий и позволить мокрым от пота, мертвенно-бледным и окровавленным ученикам покидать ее занятия целыми толпами.
Разумеется, занятия Отряда Дамблдора продолжились: оповещалка сработала вовремя, да и запасные выходы имелись, так что с поличным Амбридж не поймала вообще никого. На занятиях я показал, что некоторыми казалось бы безобидными чарами можно ой как нехило приложить противника. Например, если «слегка» переборщить с силой при заплетании волос, можно практически снять с недруга скальп. Косметическое заклинание которое ещё и не блокировалось практически ничем, при переизбытке вложенной силы слепило противника, а из побочных эффектов — покраснение кожи вокруг глаз с весьма неприятными нарывами. Анджелина подсказала, что если перестараться с заклинанием увеличения кое чего, то противник, причём не обязательно девушка, почти наверняка потеряет равновесие.
Ну, парни и девушки имели слегка разное представление, что же это за «кое что», но работало в обоих вариантах.
Но даже потребители Забастовочных завтраков не могли сравниться с Пивзом, этим непревзойденным мастером сеять разрушение и хаос: похоже, полтергейст принял прощальный завет Фреда очень близко к сердцу. С безумным хихиканьем он носился по всей школе, переворачивал столы, выскакивал из-за классных досок, опрокидывал вазы и статуи; дважды он запихивал Миссис Норрис в пустые рыцарские доспехи в коридоре, и разъяренный смотритель замка извлекал ее оттуда истошно орущей, но живой и невредимой. Пивз разбивал фонари и тушил свечи, жонглировал горящими факелами над головой у перепуганных учеников, заставлял аккуратно сложенные стопки пергамента обрушиваться в огонь или за окно; он устроил на третьем этаже наводнение, открыв краны во всех умывальнях, набрал полную сумку тарантулов и выпустил их посреди вестибюля во время завтрака, а если ему хотелось передохнуть, часами парил над Амбридж, сопровождая ее повсюду, куда бы она ни пошла, и издавая громкие непристойные звуки всякий раз, как она открывала рот.
Если не считать Филча, никто из обслуживающего персонала даже не пытался помочь директору. А спустя неделю после того, как Фред и Джордж покинули школу, Гарри своими глазами видел, как профессор Макгонагалл прошла мимо Пивза, старательно отвинчивающего хрустальную люстру, и мог бы поклясться, что она, почти не разжимая губ, шепнула полтергейсту: «Не в ту сторону крутишь!»
В довершение всего, Монтегю до сих пор не оправился от заключения в туалете. У него по-прежнему путались мысли, и как-то утром, во вторник, его родители были замечены на парадной аллее: они шагали к замку с крайне рассерженным видом.
* * *
квиддич… Этот сезон словно специально для того, чтобы показать НАСКОЛЬКО ПЛОХА новая команда слизерина… В первом матче сезона слизеринцы продули нам. Не скажу что это полностью моя заслуга, скажем, 50/50 с очками нюхлера. Слизеринцы продули когтевранцам, во многом благодаря превосходной игре Чжоу (немного — потому что на матч она вышла на моей «молнии», замаскированной под её обычный «чистомет»). Слизеринцы продули пуффендуйцам, что уже удивительно. Впрочем, Диггори это Диггори, Малфой это Малфой, да и команды когтеврана и пуффендуя более сыгранные.
Заключительный матч сезона — Гриффиндор против Когтеврана — должен был состояться в последние майские выходные. Хотя пуффендуйцам удалось-таки выиграть у Слизерина с минимальным перевесом, гриффиндорцы почти не надеялись на победу, в основном из-за обескураживающей игры Рона в прошлых матчах (конечно, ему никто об этом не напоминал). Однако сам он, похоже, был настроен оптимистически.
А мне матч явно не смотреть: именно к этим выходным Лээна сказала, что по её мнению я готов к превращению, и раз так, то чего с этим тянуть. Ночью сфинкс побывала у Хагрида, а вернувшись сказала что всё готово.
Поздно-поздно вечером я под мантией-невидимкой выбрался из замка и как и сказала Лээна вошёл в запретный лес. Как только огоньки замка скрылись за деревьями, вытащил медальон Лээну и погладил. Он тут же превратился в сфинкса.
Лээна некоторое время принюхивалась, потом сориентировалась и повела меня куда-то вглубь леса.
Кажется первая же полянка…
— Поджигай вот этот костёр… — Лээна показала не небольшую кучку, можно даже чуть ли не маленькую копну. — Только не чтобы горело, а чтобы тлело. Потом возьмёшь вот отсюда… зачем столько, пары веток хватило б с избытком… ладно, много не мало. И вон туда не наступай… ну по крайней мере пока.
Делаю что говорят. Костёр такой сырой, что запалить удалось только с четвёртого инсендио. И то, кажется, вот-вот погаснет.
— Может, переложить его правильно?
— Нет, он должен быть именно таким, он тут для дыма, а не для тепла.
— И вонять так тоже должен?
— Не должен… — львица сморщила нос. — Но может. Наверное Хагрид ещё чего-то от себя добавил.
— А эта добавка не помешает?
— Ну разве что тебя стошнит… Иди сюда, бери вот этот пучок, вот этот… их надо привязать к кистям… нет, выше вон туда, ну да, где сустав. И вот этот, его просто возьми, после того как закончишь привязывать… нет, нужна скользящая петля, а то ты его просто порвёшь… да, так хорошо… теперь раздевайся, полностью… хмм… ну да, надо было сначала, не подумала, я то с одеждой не дружу… давай-давай, чего я там не видела… садись теперь… да, я знаю, дым нужен ещё и для этого. Ну всё, теперь читай заклинание… и помни, ты — тигр!
Голова болела, раскалывалась, прямо на части. А заклинание длинное, хорошо что выучил заранее… и заклинание по большому счёту тоже костыль: можно обойтись и без него, но пришлось бы сидеть вот так… от нескольких дней до чуть ли не недели, индийские йоги так вообще годами сидят, у них правда цель немного другая…
Голова становится всё тяжелее, дым заволакивает, кажется, весь мир… тигр… тигр… большой и могучий, справиться с медведем, с ветром, холодом, убьёт лося… нет, лося не догнал или хотя бы зайца (сам выскочил, прямо под могучую лапу), отгонит могучим рыком полудикого человека, спугнёт кентавра, трахнет львицу… передамажит ИСа, обездвижит Black Prince, а в «королевской» ипостаси подсветит тяжей противника для своей арты… Что-то меня опять не туда потянуло! Я хищник, а не железная коробка на гусеницах! Прогуляется по окрестностям Хогвартса… Какая неприятная деревня расположена тут… Заходить в неё тигр, конечно, не будет.
Костёр внезапно погас, зола разбросана вокруг. Я сижу перед погасшим костром, и мне совсем не холодно. Мех тёплый, и зрение… кошачье! Так я видел, когда смотрел глазами Дарки!
— Лээна? — с губ срывается хриплый рык. И языком нащупываю в пасти… именно в пасти, вполне себе здоровенные клыки.
— О! Вернулся? — сфинкс пристально смотрит в глаза.
«Да, я Гарри Поттер…»
— Ну вот и отлично! — сфинкс неудержимо зевала. — Превращайся обратно и пошли в замок.
Приходит понимание, как это сделать. Через мгновение стою уже в человеческом облике… голый… упс, торопливо натягиваю первое попавшееся, затем второе попавшееся.
— Да что это за запах?
— Ха-агриду спасибо скажешь! — Лээна продолжала зевать.
— Скажу… а за что?
— Он сюда добавил семена апельсина!
— Они не могут ТАК ВОНЯТЬ!
— Как это «не могут»? Всегда так пахли!
— Подожди-ка… то есть для кошек…
— Подозреваю, что именно для кошек!
— То есть я не смогу больше есть апельсины?
— Ну… сможешь, только своего тигра уговори уйти поглубже. Тогда и восприятие станет практически человеческим… И вообще, давай поговорим когда я отдохну…
— Ладно…
Добрались до замка в предутреннем тумане…
— Я что, всю ночь там просидел?
— Если бы только просидел! — Лээна не потрудилась даже превратиться в медальон, или как-то замаскироваться, так в своей четвероногой форме и топала.
— То есть я по лесу бегал? И ты со мной?
— Ага…
— Э… мне э-э… приснилось… что я кролика сожрал…
— Не приснилось. И не только кролика… мне пришлось тебя от растёрзанного акромантула оттаскивать, пока другие не подошли…
— Э… акромантула? А мне он небольшим паучком показался…
— Ну так ты и сам в тигриной форме… — опять зевнула, на этот раз превратив пасть в львиную, наверное так зевки лучше действуют. — Немножко больше…
— Ну что ты всё время зеваешь? Подумаешь ночь не спала…
— Ночь!? Два с половиной дня! За тобой бегала! Ты ж больше меня, поди угонись!
— Два… с половиной… дня… Ты хочешь сказать, что уже понедельник!?
— Да! И я сожру того, кто разбудит меня раньше чем во вторник!
Лээна скрылась в нашей столярке, забралась под верстак и шевелиться отказалась. Ладно… пишу записку:
Не входить!
Внутри можно умереть ужасной смертью!
(Действует до завтрака во вторник )
Записку на самое видное место, на середину стола обращённого ко входу. Притворяю зверь, и отправляюсь в башню гриффиндора.
* * *
— Гарри! — радостный вскрик Гермионы, сидевшей с книгой в гостиной. — Ты где был!?
— Бегал…
— Но футболка наизнанку и пахнет дымом, — Гермиона смущённо остановила себя, собиравшуюся обнюхать футболку…
— Ты не поверишь, когда я расскажу тебе КУДА, а главное, КАК я бегал…
— В столярке после завтрака?
— Нет, в столярке можно умереть ужасной смертью…
— Ты туда цербера притащил?
— Нет, там спит Лээна. И она пообещала сожрать любого, кто разбудит её раньше вторника.
Гермиона потащила меня на завтрак, и попутно рассказала как Рон стал в субботу героем матча, отразив десять бросков по воротам, в смысле по кольцам.
— И ты этого, разумеется, не видела?
— Откуда ты знаешь!?
— Да или нет?
— Да, я этого не видела… но ПОЧЕМУ — расскажу когда вокруг не будет лишних ушей!
Лаванда и Парвати скорчили одинаковые обиженные мордашки.
В понедельник уроки прошли в полусне. И никакие коридоры и двери мне не снились. Наверное просто сил не было. А ещё Рон, насколько я понял, рассказывал что-то пр оквиддич и про то как стал героем матча, но мне хотелось СПАТЬ, поэтому слова рыжика проходили мимо меня, совершенно не отпечатываясь в памяти.
Во вторник меня разбудили Гермиона и Парвати и вместо завтрака потащили в столярку.
В столярке меня ждала вся женская часть нашей Расширенной компании. Падма, Луна, Дафна и Трейси с двумя блюдами бутербродов. Джинни чуть опоздала, зато тоже притащила целую тарелку:
— Пришлось подождать, пока домовики их приготовят, — объяснила девушка опоздание.
Расселись как обычно. Я разбудил Лээну. Та обвела вся нашу компанию полусонными глазами:
— Я же просила не будить раньше вторника…
— Сегодня как раз вторник!
— Да? — взгляд сфинкса зацепился за блюдо с бутербродами. Женщина-львица подошла и разинула пасть так, что это явно противоречило законам геометрии. А потом в один жевок слопала всё блюдо бутербродов. Падма (кажется это блюдо принесла именно она) только пискнуть успела. — Тогда, до среды!
И сфинкс, пережёвывая стащенные бутерброды, отползла обратно под верстак, где была её лежанка.
— Что это было? — спросила Дафна, механически жуя бутерброд со своего блюда.
Луна в ответ стала просвещать всех желающих об особенностях питания сфинксов. Они могут проглотить объект больше собственной головы, и сожрать гору мяса больше собственного веса, и это при том, что могут обходиться без воды и пищи чуть ли не веками.
Вот последнее утверждение я могу подтвердить: было что-то подобное в одном вроде бы уважаемом магозоологическом журнале. Там, правда, уточнялось, что век без пищи и воды сфинкс проводит в спячке, в виде статуэтки…
— Я таки предлагаю выслушать Гарри, — напомнила Падма, прерывая дискуссию Луны, Трейси и Парвати, которые уже обсуждали особенности диеты сфинксов.
— Да, где ты пропадал два дня…
— И три ночи, — добавила Джинни. И пояснила, — Рон сказал, что ты ещё в пятницу вечером не ночевал в спальне, и явился только на уроки…
— Как я уже сказал, я бегал… Лээна сказала, что эта ночь подходит для инициации… и я смог превратиться. А обратно — только в понедельник рано-рано утром. Хорошо ещё, что Лээна меня таки догнала, а то я до сих пор бегал бы в хвостато-полосатом виде.
— ПОКАЗЫВАЙ!!! — идеальным хором.
Почему бы и нет? Отошёл на свободное место, где точно никого не зашибу и ничего не сломаю. Хитрый, скорее мысленный жест, и комната заметно уменьшилась в объёме, и девочки стали какими-то маленькими и хрупкими…
Вздох восхищения. Обычные охи- вздохи. И среди них: «какой огромный!».
«Ну! 2,5 метра в длину, и это не считая хвоста и 2,5 центнера веса!» и да, возможно и моя человеческая и, соответственно, анимагическая формы ещё немного подрастут. Поэтому нужно быть очень осторожным. Даже неловким взмахом хвоста (тот подчиняется так же плохо как и уши) могу сбить кого-нибудь с ног.
А потом эти неугомонные девушки стали меня гладить, словно огромного кота. Потом Падма достала расчёску, за ней это действие повторили все, кроме Гермионы, которая свою расчёску трансфигурировала из заготовки, в ящике стола.
И естественно, был всеми девушками в пушистой форме затискан. Благо, тигр большой, и места хватило всем. И тщательно вычесан. Да, моя анимагичская форма стала куда более причёсанной, чем человеческая…
Дафна молодец. Как-то то ли почувствовала, то ли угадала, что мне уже хватит. Так что отогнала подруг, и я смог превратиться обратно.
— Вычесанное не выбрасываем! — распорядилась хозяйственная Трейси.
Та-ак, что там про ритуал отсечения? С наличной шерстью это сделать не сложно, и теперь Трейси сможет не заморачиваясь делать с шерстью что угодно, даже продать спрядённые нитки: повлиять на меня ритуалы с этой шерстью уже не смогут.
— Ты ведь покатаешь меня? — попросила Луна. — когда-нибудь… и жену… и детей…
Хитро придумано! Поставить себя в один ряд с теми кого я катать на себе точно буду… но почему бы и нет…
— Покатаю… после того как зарегистрируюсь в Министерстве.
Рассказать мне про Грохха Гермиона за всеми этими действиями забыла