Небесный Кузнец. Глава 152
— Ад бывает разный, — многозначительно протянул я, пропуская мимо ушей её слова про «сексуальную мебель с рогами». В конце концов, реагировать на провокации пленницы — не лучший способ начать диалог.
— О-о, а ты, я погляжу, прошаренный? — фыркнула демоница, склонив голову набок. Золотистые глаза блеснули интересом. — Википедию на досуге почитывал или бабушкины сказки слушал?
— Пришлось изучить вопрос перед тем, как спуститься в эту коробку, — я небрежно пожал плечами, адресуя этот ответ скорее Фьюри и Марку, чем ей. Демонстрация осведомленности — лучший способ контроля ситуации. — Но речь сейчас не о моих источниках. Ты назвала себя Принцессой Ада. Громкий титул. Так кто именно твой папочка? И, что важнее, какова цель твоего визита на Землю и вступления в Авангард?
Я сделал шаг ближе, позволяя своему восприятию Мастера Ци еще раз просканировать её структуру.
— Ты ведь здесь в своем истинном теле, — это был не вопрос, а утверждение. — Никаких аватаров, никаких проекций. Живая плоть, насыщенная магией под завязку. Рискованно.
— Мы не настолько близки, красавчик, чтобы я выдавала тебе свои маленькие грязные секреты по первому требованию, — Эллиссара хищно усмехнулась, чуть подавшись вперед, насколько позволяли путы. — Я даже ни с кем из вас еще не трахалась, а вы уже норовите залезть в самое ценное, что есть у демона — в душу.
Она состроила карикатурно грустную гримасу, захлопав ресницами.
— Какой моветон. Сначала ужин, потом допросы, мальчики.
Надо признать, мимика у неё была на удивление живая. Никакой каменной маски векового зла, никакой надменной стати. Либо передо мной гениальная актриса, либо демоны действительно куда ближе к людям, чем принято считать. Впрочем, Фьюри её шарм, кажется, совсем не трогал. Сейчас, ощущая поддержку — мою и Гипериона с Питером, — директор ЩИТа чувствовал себя хозяином положения.
— В таком случае можешь забыть об Авангарде, — голос Николаса лязгнул, как затвор пистолета. Он сразу зашел с козырей. — Мы не благотворительный фонд для беглых сущностей. Ни о каком доверии не может идти и речи, если ты не способна раскрыть свои мотивы здесь и сейчас. Дверь закрыта.
— Бе-е-е, — Эллиссара высунула длинный, раздвоенный на кончике язык, скорчив рожу главному шпиону планеты. — Как же вы, люди, любите всё усложнять! Скучные, параноидальные мешки с мясом.
— Это не более чем разумная мера предосторожности, — холодно парировал Фьюри, даже бровью не поведя. — Учитывая, какой исторический и культурный окрас имеет слово «демон» в нашем мире. Я допускаю, что часть информации в древних гримуарах искажена, что-то — выдумка церкви, а что-то — намеренная дезинформация. Но это не отменяет факта, что вы, демоны…
Фьюри сделал микропаузу, подбирая дипломатичный, но жесткий термин. Гиперион, стоявший скрестив руки на груди, решил помочь:
— Те еще хитрожопые засранцы, желающие поработить человечество.
— Такая интерпретация тоже имеет место быть, — невозмутимо кивнул Директор.
— Пфф! — демоница закатила глаза так, что остались одни белки, а затем вернула взгляд на нас. — Позеры. Начитались «Молота ведьм», насмотрелись «Сверхъестественного» и фанфиков девочек-подростков, и теперь считаете, что знаете о нас всё. «О нет, они хотят наши души, спасайтесь!»
Она фыркнула, дернув плечом.
— Демоны, к вашему сведению, бывают разные. Это как сказать, что все люди — нацисты или святые. Большая часть населения Ада фактически не сильно отличается от вас. Мы предпочитаем тихую мирную жизнь, интриги, самосовершенствование в магии и времяпрепровождение в приятной компании, а не беготню по полям брани в крови и кишках. Кому нужна война, когда есть вино и разврат?
— И разумеется, ты как раз из таких «правильных» демонов, — я позволил себе скептическую ухмылку. — Сделкам с душами предпочитаешь чайные церемонии, а в Авангард решила вступить, потому что фанатеешь по Человеку-Пауку?
После этих слов Эллиссара вдруг замерла. Её взгляд метнулся к Питеру, который всё это время молча стоял у стены, стараясь не отсвечивать. Демоница буквально впилась глазами в его фигуру, словно сканируя не просто ауру, а саму суть Паркера.
Несколько долгих секунд в камере висела тишина.
— Эх… жаль, что у тебя есть девушка, — пробормотала она наконец с искренним сожалением, от которого Питер под маской, я готов поспорить, залился краской до самых ушей. — Такая чистая энергетика… Деликатес. Но что касается первой части твоего сарказма, умник — да, я из адекватных.
— Слова, — отрезал Фьюри. — Дай нам основание верить этому. Расскажи свою историю. Кто ты, откуда и зачем здесь. И без клоунады.
— Эх… Слишком активно вы давите на бедную, хрупкую девочку-демона, товарищ директор. Никакой галантности, — она тяжело вздохнула, поняв, что игры закончились. Её лицо стало серьезнее. — Ладно. Начну с того, что я не врала. Я действительно Принцесса Ада. Дочь одного из семи Лордов.
— Одного из семи? — переспросил Фьюри, его глаза сузились.
Я же решил ускорить процесс. Мои данные от Блэйда и Ульяны требовали подтверждения.
— Кого конкретно?
— Так как белые в шахматах ходят первыми, — она криво улыбнулась, — то я откроюсь. Я дочь Блэкхарта.
Я кивнул. Пазл начал складываться.
— Что касается остальных шести, раз уж мы играем в открытую, — продолжила она, загибая пальцы, насколько позволяли путы. — Их имена вам наверняка что-то скажут, если вы действительно готовились: Мефисто, Мардук Куриос, Сатанниш, Хела, Аид и Беласко.
Пока она перечисляла, я незаметно отправил Фьюри пакет данных на его коммуникатор через Рубедо. Краткое досье на каждого, чтобы он понимал масштаб фигур на доске.
— Сейчас стоит уточнить, — вмешался я в её монолог, — что Блэкхарт, при всем уважении к твоей родословной, считается самым слабым и нестабильным из этой великолепной семерки. А еще, по иронии судьбы, он — блудный сын Мефисто.
Эллиссара удивленно вскинула брови. В её взгляде промелькнуло уважение.
— О, а ты действительно не промах, «Прометей». Хорошо подготовился. И да, ты прав. Мой папаня — тот еще обсос по сравнению с древними Лордами вроде Мардука или дедули Мефисто. Но он всё еще Архидемон. А эти твари, даже будучи аутсайдерами, обладают силой, способной стирать города. И они как раз-таки являются живым олицетворением всего того дерьма и зла, которое вы, люди, приписываете нашей расе.
— Разве ты, как его дочь, в таком случае не являешься архидемоном по праву крови? — резонно заметил Питер, всё еще чувствуя себя неуютно под её взглядом. — Яблоко от яблони…
— Полукровка, — пожала она плечами, и в этом жесте сквозило пренебрежение к собственному статусу. — Моя мать — человек.
Мы переглянулись. Это меняло дело. Но следующий её удар выбил почву из-под ног еще сильнее.
— Да и отец, вообще-то, тоже был человеком.
— Это как? — выпалил Паук. — Ты же сказала, твой отец — Блэкхарт. Архидемон.
— Иногда… — начал Марк, который, кажется, быстрее всех уловил суть семейной драмы. Его голос звучал мягко, с нотками понимания. — Отец — это не тот, кто дал генетический материал, а тот, кто воспитал и сделал тебя тем, кто ты есть.
— В точку, здоровяк! — Эллиссара широко улыбнулась ему, но на долю секунды маска беззаботности треснула.
Я заметил это — микровыражение в уголках глаз. Боль. Застарелая, глубоко спрятанная обида и грусть. Она быстро спрятала это за бравадой, но я успел. И тут одно из двух: либо она достойна «Оскара», либо с тем «отцом», который её воспитал, произошла какая-то трагедия. Или трагедией было само воспитание.
— Мы можем выстраивать в своих головах десятки теорий, — сухо прервал затянувшуюся паузу Фьюри. Он не любил сентиментальность. — Но скорее всего, они не будут иметь ничего общего с реальностью. Так что будь добра, доведи уже свою историю до логического конца.
— В общем, слушайте, — Эллиссара вернула на лицо выражение легкой отстраненности, словно рассказывала не свою биографию, а сюжет скучного фильма. — Я биологическая дочь Блэкхарта. И, как верно подметил ваш светящийся друг, — кивок в мою сторону, — мой папаня считается слабаком и неудачником по меркам Высшей Лиги Ада. Мефисто ни во что его не ставит, остальные Лорды терпят лишь постольку-поскольку.
Её голос стал жестче.
— Но, как и подобает амбициозному Архидемону с комплексом неполноценности, мириться с этим он не хотел. Ему нужна была сила. Так на свет появилась я… И еще несколько сотен таких же «детей».
— Прямо как у Мардука, — вставил я свои три копейки, вспоминая слова Ульяны высказанные ей между делом.
— О, ты и про это знаешь? — она скептически выгнула бровь. — У тебя хорошие информаторы. Но я тебя разочарую: результат может и выглядит похоже — куча наследников, — но цели кардинально разные.
Она подалась вперед, и цепи на её руках звякнули.
— Мардуку дети нужны для пополнения штата. Это винтики в его адской канцелярии, верные клерки и помощники, которым можно делегировать бумажную работу. Это скучно, но стабильно. А в случае с Блэкхартом…
Её глаза потемнели, вертикальные зрачки сузились в нити.
— Этот ублюдок не искал помощников. Он решил бросить прямой вызов Мефисто. Ему не нужны были дети. Ему нужно было оружие.
— Мефисто — сильнейший из Лордов, — добавил я для контекста, быстро прокручивая в голове файлы, полученные от Блэйда и Ульяны. — И сотня детей, получается, его личная гвардия? Блэкхарт растит армию, чтобы свергнуть отца? Звучит как классическая схема, но… ты бы не сбежала, если бы всё было так тривиально. Ты не захотела быть солдатом в чужой войне?
Эллиссара горько усмехнулась. В её глазах, только что искрившихся дерзостью, мелькнул настоящий, животный страх.
— Если бы всё было так просто, красавчик… Мы не солдаты. Мы — корм.
Тишина в изоляторе стала звенящей. Даже Фьюри, видавший всякое, чуть нахмурился.
— Почти тысячу лет он выращивал нас, селекционировал, стравливал друг с другом, заставлял пожирать слабых, чтобы сильные становились еще сильнее, — голос демоницы дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. — И всё это ради одного момента. Когда мы созреем, он поглотит наши души, ассимилирует нашу силу со своей. Мы — живые батарейки. Консервы, которые он бережет для решающей схватки с Мефисто.
— Это… — Питер запнулся, явно пытаясь переварить услышанное. — Это чудовищно. Наверное, даже для демонов.
— Странно, — задумчиво произнес я, включая режим анализа. — Странно, что ты вообще смогла узнать о подобном плане. Обычно такие вещи держат в строжайшем секрете до самого финала. Если это козырь Блэкхарта, то утечка информации ставит под угрозу всё его тысячелетнее планирование. И почему Мефисто не вмешается?
— Последний даже не почешется, — покачала головой Эллиссара, звякнув цепями. — Пока Блэкхарт не вторгается напрямую на территории Мефисто, старому интригану плевать, чем его сынишка развлекается в своей песочнице. А может, он знает и просто ждет, чтобы раздавить сына в момент его триумфа. Это в его духе. Что касается утечки… Большая часть моих братьев и сестер догадывается. Но они ничего не могут сделать. Они сломлены. Они верят, что стать частью отца — это высшая честь.
— Лорд на своей территории фактически Бог, — кивнул я, признавая безвыходность ситуации. — Но в любом правиле есть исключения. Как ты смогла вырваться из-под колпака Бога?
— Отец… — выдохнула она, и в этом слове было столько тепла, что оно казалось чужеродным в этом холодном бункере. — Мой настоящий отец. Его звали Альтаир. Раньше, когда он был смертным, его звали Хассан.
— Человек? — уточнил Марк.
— Был им. Почти сто лет назад из-за криворукости одного из моих «братьев», баловавшегося с ритуалами, его затянуло в наш слой Ада. Обычный человек умер бы за секунду. Но Хассан был… упрямым. Он выжил. Он сразился в духовной дуэли и совершил невозможное — убил и поглотил сущность моего брата Майрусса. Стал демоном, обрел силу, но… не потерял человечность.
— То есть он убил твоего кровного брата, — холодно уточнил Фьюри, фиксируя факты.
— Я знаю, к чему ты клонишь, черномазик, — огрызнулась Эллиссара. — Но Майрусс был садистом и ублюдком, каких поискать. А я была всего лишь личинкой, слишком молодой, чтобы что-то понимать. Альтаир воспитал меня. Он учил меня не магии тьмы, а тому, что значит иметь выбор.
— Стоп, тебе больше ста лет?! — искренне удивился Питер, глядя на девушку, которая выглядела его чуть старше его самого.
— И при этом ты всё еще считаешься «самым молодым» Мастером Магии? — добавил я скептически.
— Время в разных областях Ада течет иначе. Это нелинейная величина, Эйнштейн был бы в восторге, — отмахнулась Эллиссара. — Если переводить на ваши земные обороты вокруг Солнца, то мне биологически и ментально не больше двадцати пяти. Но вернемся к сути.
Она посмотрела прямо мне в глаза.
— Альтаир узнал, что час жатвы близок. Ценой собственной жизни, сжигая свою душу как топливо, он пробил брешь в барьере Блэкхарта. Он открыл Врата ровно на столько, чтобы я и две мои названные сестры успели проскользнуть.
— Две сестры? — Фьюри напрягся, его рука рефлекторно дернулась к кобуре, которой сейчас на нем не было. — Ты сказала, что пришла одна.
— Хи-хи, — нервно хихикнула демоница, и её улыбка стала хищной. — А вы действительно думали, что я, Принцесса Ада, приду в логово самой опасной организации на планете и сдамся без страховки? Я, может, и в отчаянии, но не идиотка.
Она подалась вперед, насколько позволяли ограничения.
— Стоит мне перестать выходить на ментальную связь или получить серьезную рану, как они тут же начнут штурм этой Базы. И поверьте, это будет не просто драка. Это будет резня.
Она произнесла это будничным тоном, словно обсуждала погоду, но я понимал: это не блеф. Учитывая, что сейчас на базе находимся мы — Авангард — штурм был бы обречен на провал. Но в любой другой день? Несколько высокоуровневых сущностей могли бы превратить всю Базу в руины за полчаса.
— Это угроза? — прорычал Фьюри, и воздух в камере стал тяжелым.
— Нет. Это страховой полис, — жестко ответила она. — Жизнь у меня одна. И у моего отца она тоже была одна, и он пожертвовал ею, чтобы я жила. Я не собираюсь сдыхать в вашей лаборатории на разделочном столе только потому, что вы мне не доверяете.
— Ладно, оставим сестер за скобками, это разумный ход, я бы поступил так же, — кивнул я, гася конфликт в зародыше. — Паук? Насколько она была честна с нами?
Все взгляды скрестились на Человеке-Пауке. Его чутьё и эмпатия сейчас были надежнее любого полиграфа.
— Я… я не чувствовал лжи, — медленно покачал головой Паркер под маской. — Страх, горечь, решимость — да. Но обмана нет. История про отца… она настоящая. Это личное.
— Хорошо. — Я повернулся к пленнице. — Сколько времени ты уже на Земле? И почему в итоге пришла именно в Авангард, а не забилась в какую-нибудь пещеру?
— Ну, примерно полгода. Помотало нас, конечно… — Эллиссара прикрыла глаза, вспоминая. — Но мы, демоны, умеем приспосабливаться не хуже тараканов и вас, людей. К тому же, одна из моих сестренок знакома с Землей, пусть её знания и устарели лет на двести.
— Еще один «человек»? — поинтересовался Марк.
— Не-а. Вампирша.
— Складывается ощущение, будто в Аду есть кто угодно, но не демоны, — вздохнул Питер. — А те демоны, что есть — на самом деле люди.
— Хех, Ад — это самое мультикультурное место во Вселенной, мальчик, — гордо произнесла Эллиссара. — Туда сливают всех, кто не прошел фейс-контроль наверху. Никакой дискриминации по цвету кожи, религии, расе, количеству клыков или длине рогов. Всё, что имеет значение — это Личная Сила. Выживает сильнейший.
— И по критерию Личной Силы ты вполне тянешь на вступление в наши ряды, — признал я, оценивая плотность её ауры еще раз. — Но главный вопрос всё еще висит в воздухе. Зачем тебе это? Героизм? Искупление? Не похоже.
— Будто бы вы, гении, не догадались… — она закатила глаза.
— Убить Блэкхарта, — произнес я очевидное.
— Именно, — её лицо исказила гримаса чистой ненависти. — Я хочу использовать вас. Сильнейших героев Земли. Я хочу, чтобы вы помогли мне прикончить этого урода, пока он не сожрал моих братьев и сестер. Я хочу отомстить за Отца.
— А после смерти папочки трон освободится, — добавил я, глядя ей прямо в глаза. — И ты планируешь его занять. Сама стать Лордом Ада.
— Ага. И не без этого, — не стала увиливать демоница, дерзко вскинув подбородок. — Кто-то же должен навести порядок в этой помойке. Почему не я?
Вот такая история… Выглядит как болото, в которое не стоит соваться без химзащиты. Вмешиваться в разборки Лордов Ада — это гарантированный способ нажить себе врагов вечности. Но с другой стороны… Это шанс. Уникальный стратегический актив. Иметь «своего человека» — кхм, своего демона — на троне одного из доминионов Ада? Это уровень межпростраственной геополитики, который Фьюри даже не снился.
Вопрос лишь в том, насколько ей можно верить вдолгую. Сейчас наши цели совпадают. А потом?
Впрочем, я привык решать проблемы по мере их поступления. Сейчас мне нужен союзник и учитель.
— Ты можешь изменить свой облик с помощью магии? — спросил я, меняя тему. — Если ты полгода жила среди людей и не попалась, у тебя должна быть качественная маскировка.
— Обижаешь, красавчик, — хмыкнула Эллиссара.
На мгновение её фигура подернулась красноватой рябью, словно помехи на старом телевизоре. Никакого дыма или хлопков — чистая трансформация структуры.
Рога втянулись, кожа посветлела, приобретая благородный оливковый оттенок, клыки исчезли. Через секунду перед нами сидела просто очень красивая черноволосая девушка лет двадцати пяти. Точная копия Эллиссары, но без единого намека на инфернальное происхождение. Даже аура изменилась, свернувшись и замаскировавшись под обычного одаренного человека.
— Иллюзия? — спросил Марк, щурясь своим рентгеновским зрением.
— Биомантия и структурное изменение, — пояснила она, разминая уже человеческую шею. — Плоть послушна воле, если знаешь ниточки, за которые можно дергать.
— Нужно усилить антимагические протоколы, — буркнул Фьюри, явно недовольный тем, как легко она манипулирует реальностью в его «надежной» клетке.
— Тот факт, что она здесь не в плену, а в гостях, был очевиден с самого начала, Ник, — пожал я плечами.
Я шагнул ближе к ней, глядя уже не на демона, а на потенциального рекрута.
— Последний вопрос. Магии научишь? Меня интересует структура заклинаний, а не просто махание руками.
Глаза девушки загорелись. Она поняла, что рыбка клюнула.
— Только если примете в Авангард. Полный соцпакет, защита, доступ к ресурсам. И помощь с Блэкхартом, когда придет время.
— Это сговор, — со вздохом прокомментировал Фьюри, понимая, что его снова переиграли обстоятельства.
— Это значит «да»? — лицо Эллиссары просияло так, словно ей подарили щенка, а не членство в военизированной организации.
— Это значит, что мы как минимум готовы перевести переговоры из тюремной камеры в более… комфортную обстановку, — ответил директор, резко разворачиваясь на каблуках. Он зашагал к выходу, его черный плащ развевался даже в отсутствие ветра. — Гиперион, глаз с неё не спускай. Прометей — ты отвечаешь за последствия.
— Но скорее «да», чем «нет», — шепнул я девушке, проходя мимо.
— Я всё слышал, Прометей! — рявкнул Фьюри, не оборачиваясь.
— Я знаю, Ник, — улыбнулся я под шлемом.