Проект: Новая Заря. Глава 91
________________
Внимание, в конце главы будет интерактив!
Приятного чтения!
________________
Зал Совета пребывал в полумраке. Заседание закончилось уже как с час назад, но Тевос так и не покинула это место, продолжив свою работу. Она была бы и рада отдохнуть, но долг требовал от неё иного, пускай усталость порывалась опустить её руки.
«Богиня словно насмехается надо мной!» — горько подумала азари, помянув почти забытое божество. Всё меньше и меньше дочерей Тессии выбирали старый путь, приведший их народ в далёком прошлом на вершину галактики. Благодаря своим идеалам, именно азари первыми нашли Цитадель…
Эти идеалы, а вернее их крушение, их и уничтожило. То, что получилось по результату, сложенное израненными душами из осколков, уже нельзя было назвать её народом ни в коем разе! Существа, рождённые из пены перемен, пускай и несли кровь азари в своих жилах, но по духу они ими не являлись. Эти же идеалы заставляли уже немолодую матрону не сдаваться.
«Если ваша суть рассыпалась лишь от одного касания, погребя культуру, то может быть она была обречена с самого начала?» — обожгли Тевос слова советника от СССР, выплывшие из памяти. Годы назад она с дерзостью ответила, сейчас, устав и разочаровавшись, женщина поняла правдивость сказанного.
Матрона не была глупа, видела куда больше, чем другие, вот только отказывалась верить в очевидное. Каждый раз читая отчёты, поданные ей маститыми экспертами, Тевос понимала, какой первосортный бред творит её народ, используя её руки! Смысла не было во всех интригах, когда как коммунисты переиграли их и уничтожили ещё первым ходом. Все трепыхания сделали только хуже.
«И скольких жизней стоило это молчаливое противостояние? Для чего всё это было?» — задавалась она вопросами.
Матриархи сами размягчили Республику, подготовив её к добивающему, даже не к удару, а к тычку от советов. Начав идеологическое противостояние, Цитадель разложилась морально, утянув за собой и азари. Каждая контрмера против СССР лишь ускоряла процесс гнили, который в моменте был не видимым. Выкладки-то были идеальные!
«Как же, победить малой кровью!» — терзало Тевос осознание. Коммунистов можно было победить, но ни о какой малой цене и речи идти не могло. Ударь Цитадель сразу, то у СССР не было бы шанса. Банально бы завалили бы трупами. Что смог бы один рукав против всей галактики, где и ресурсов больше, и население? При относительном равенстве военных технологий, вопрос бы решился быстро и кроваво. Всё портил лишь способ межзвёздных путешествий красной чумы!
Можно было навязать генеральное сражение, выжечь их планеты, но получить удар возмездия, а вот что-что, а мстить коммунисты умели!
Но СССР сделал вид принятия правил, пусть обозначив свою непокорность. Усыпил бдительность. Теперь из противостояния Союз выйдет победителем, пусть и уплатив огромную цену, вот только им это и не нужно.
«Только будучи разбитой и раздавленной, начав думать головой, а не гордостью, я поняла, что СССР реально готовился и рвал жилы, чтобы встретить кого-то… Жнецы или ещё какой враг — уже не важно. Мы же для них не были противником, а наше нежелание слушать обратило нас в буфер, который примет первый удар истинного их врага.» — пришло к Тевос горькое понимание.
— Не ожидал вас увидеть тут в столь поздний час, — тёплый, бархатный баритон советника СССР заставил вздрогнуть азари.
Погружённая в свои мысли, матрона не услышала слишком тихие шаги гигантского вульфхеднара.
Разумный пёс, видя это, слегка опустил уши, будто бы повинился, но опытный политик не поверила в мнимое раскаянье. За годы, проведённые в борьбе с коммунизмом, она научилась определять, когда его адепты лицедействуют, а когда их эмоции искренни.
«Не имея возможность передать свои эмоции, они научились играть, компенсируя «ущербность» только словесного общения для своего собеседника, чтобы передать скрытый подтекст и игру образов. Вот только это не означало, что они не жонглировали ими, запутывая оппонента. Не обманывая напрямую, коммунисты мастерски жонглировали фактами.» — в который раз всплыла выкладка аналитиков, сделанная годы назад, оказавшаяся и правдой, и неправдой одновременно, ещё лучше подтверждая себя.
— Я всего лишь пытаюсь не допустить бойни галактического масштаба, — устало произнесла Тевос.
— Похвальное начинание, достойное уважения. Придя сюда сегодня, я не ожидал столь решительных действий от вас… Продавить назначение сразу двух неподконтрольных вам СПЕКТРов… Это сильно, — мягко выразил восхищение разумный зверь.
— Вы так хотите, чтобы я это произнесла? — ощутила раздражение азари, поняв, куда её подталкивают. — Хорошо. Вы были правы с самого начала. Надеюсь, что назначение этих разумных на пост СПЕКТРов поможет вам предотвратить бойню между кварианцами и гетами.
Советник от Союза лишь скривился, словно проглотил кислый, успевший подгнить лимон.
— Если бы это было так просто… — его голос тоже прозвучал устало. — Рад вашему прозрению и отходу от политики эгоцентризма вашей расы, вот только поздно. Но в одном вы правы, мы не допустим бойни гетов и кварианцев. Флот, спровоцированный вами на столь радикальный путь, пускай и не без потерь, но отобьёт свой дом.
— Вы решились им помочь. Мудро, учитывая ваш союз, — кивнула в такт своим мыслям, мгновенно просчитывая последствия, советник.
— Мы не будем им помогать, — возразил советник СССР. — Если бы не устроенная вами диверсия и не откровенное подстрекательство всех ведущих рас Цитадели, кочевники уже давно вернулись бы в родной дом. Отпала бы сама причина для силового решения.
— Как? — не поняла Тевос.
— Всё просто, — пояснил собеседник. — Мы никогда не считали, что сторон конфликта в этой ситуации лишь только две. Помоги Пространство в начале, и галактическая история повернулась бы по-другому. В то же время мы были свободны от ваших предрассудков по отношению к синтетикам. Они в отличие от органиков не лгут и охотно говорят свою версию событий без прикрас.
— Иерархия была права в своих обвинениях, — лишь покачала головой азари.
Теперь она ещё больше запуталась. Почему СССР тогда не действовал, имея таких союзников?
— Но не понимала сути, — согласился советник. — Вы привыкли считать гетов лишь железками. Это опасное суждение. Очень. При всей своей логичности, они тоже могут закусить удила и благодаря вашим действиям, синтетики это сделали. При возможности решить всю ситуацию без выстрелов, геты отказались от этого. Знаете почему?
Тевос не собиралась играть в поддавки, поэтому промолчала.
— «Мы дадим создателям урок», — сказали они нам. Поэтому кварианцы отобьют Раанох. Поэтому на них нападут турианцы, и вот костелицые попробуют устроить бойню, если не геноцид, потому что их натравливали на нас и этой агрессии нужна точка выхода. Поэтому геты будут умирать за своих непутёвых создателей и вместе с ними…
— Но вы же можете остановить это! — перебила азари собеседника, возражая.
— Можем, — согласился с ней вульфхеднар. — Только не будем, потому что это ничего не даст. Вместо кварианцев, немного погодя, будете вы или саларианцы, потому что, пока мы говорили, вы сеяли ветер. Остановись и прислушайся все вы, пожертвовав гордостью… Теперь придётся платить жизнями. И мы — не ангелы, чтобы ходить и за всех утирать сопли, простите меня за грубость! В отличие от вас, мы не будем лицемерить и честно скажем, что жизни НАШИХ граждан важнее!
От слов вульфхеднара советнице стало зябко. Казалось, сам воздух подёрнется инеем, несмотря на всю систему климат-контроля.
Дав осознать полную весомость сказанного, её собеседник продолжил, но уже намного мягче:
— Но в то же время мы не допустим бойни, но лишь потому, что это не выгодно всем нам. Если слова не возымели действия, то поможет затрещина! Поэтому кварианцы, взяв свой Раанох, его лишатся. И меня одно радует, моя страна сделала всё, чтобы этого не случилось! Крылья свободы отрастают всегда с болью. Только свободные от предрассудков смогут устоять перед грядущей бурей.
— Соглашусь. Это только наша вина, — сдалась Тевос. — Поэтому я сделала то, что сделала. Надеюсь, что два СПЕКТРа помогут решить вам ваши проблемы, чтобы высвободить силы для предотвращения бойни. Пусть мои поступки можно трактовать как предательство интересов своего народа, но они правильны! Не после всего…
Разумный пёс усмехнулся, видя метания матроны насквозь. Ему осталось лишь озвучить истинную причину моральных терзаний.
— И это никак не связано с планом матриархов? — заставил заледенеть азари он одной лишь фразой. — Каково это знать, что все ваши слова о мире и гармонии — лишь обман? Вы направляли народы, чтобы они стали буфером между вами и Жнецами, дабы улизнуть в последний момент! Ведь протеане вас предупредили, но вы не предупредили галактику, не так ли? Ещё и наши слова превратили в тлен!
Тевос бы хотелось что-то возразить, но это был именно тот случай, когда коммунист одной лишь правдой обрушил всё. Ещё одно подтверждение: они знали всё с самого начала. Поэтому они сломали всю её расу, презирая гнилое нутро за благочестивым фасадом. Сколько раз звучало из их уст: «Не надо так!»?
Миротворцу было страшно признать: не мнимый враг чудовище, а они! Теперь же только и оставалось уповать на силу СССР, молясь забытой Богине, проливая горькие слёзы, надеясь, что не ещё поздно…
* * *
«Нормандия» рвалась вперёд, спеша к цели своего рывка. Пока в политическом мире гремели шторма, крейсер скользил сквозь пространство в варп-пузыре, под хрустальную песнь двигателей. Мир для экипажа сжался до размеров корпуса, очерченного бронеплитами.
По корабельному времени была ночь. В теории, бодрствовать должна была лишь дежурная вахта, вот только обстоятельства от некоторых требовали иного.
Артём заперся в узле связи. Усиливающая аппаратура позволяла не только пересылать друг другу ментальные символы, но и вести общение в прямом эфире, как будто бы твой собеседник был не за десятки световых лет от тебя, попутно ускоряя сознания, растягивая минуты до часов для говорящих. Слишком много хотел рассказать оперативнику его командир, чтобы уместить это в рамки обычного звонка.
На том конце провода Сергей костерил врагов, сумасшедших учёных, скорый конец света, жалея, что не может порваться на несколько частей. После захвата Омеги он, как командир «Аргентум», должен был возглавить штурм базы Коллекционеров.
Флотские соединения были уже готовы обрушить всю мощь нескольких флотов на пособников Жнецов, но разведка остановила рывок Красной Флотилии. Убежище их противника находилось слишком близко к чёрной дыре, находясь в зоне действия её гравитации, что ставило на нет возможность прыжка через варп. Поэтому флот лёг в дрейф, в ожидании прибытия буксиров, могущих провести его через единственный путь — ретранслятор.
Атака должна начаться через сутки. Едва оправившийся после комы Сергей привёл в боеготовность всех свободных оперативников отряда, зная, что именно стоит на кону. Ему оставалось лишь материться сквозь зубы, надеясь, что Шеп сможет успеть раньше добраться до феминистично настроенной учёной, чем Призрак.
Сам же подполковник был погребён под услышанным. Артём лишь только догадывался о всей той мерзости, толкнувшей академика Лебедева сделать именно так, как он сделал, но ни он, ни ЦЕРБЕР не могли предположить всей глубины затеянного им чудовищного поступка.
Теперь, когда слова о единственном пути обрели чёткий образ, была понятна полная невменяемость и гениальность товарища Лебедева. «Правильно, товарищ Сеченов ушёл с поста главы координационного совета. Он отлично выучил урок, не позволив сотворить из себя кумира… Уважение к Лебедеву сыграло с нами злую шутку», — сокрушался Шеп, кипя от гнева…
Не спала и ещё одна каюта.
— Откройте, — крикнула Миранда, не желая вставать с кресла, стоило дверному сенсору известить её о гостье. Не то чтобы она хотела этих гостей, но, примерно догадываясь, кто по ту сторону порога, смерилась с необходимостью.
— Видно, всё серьёзнее, чем я думала, — глядя на валяющуюся форму, проговорила Риса, переступая через хаотично лежащие предметы одежды.
Разумная кошка, знавшая девушку слишком давно, такая картина, мягко говоря, удручала. Её подруга, педант до мозга костей, аккуратная до раздражения, вот так вот разбросала одежду, лучше всего показывая, насколько она не в своей тарелке.
Вздохнув, кошка плюхнулась в кресло напротив, нагло притянув тарелку с фруктами. Величественно взмахнув хвостом, Риса изрекла:
— Рассказывай, — с хрустом впиваясь в стеклянную грушу.
Хмуро смерив беспардонную подругу взглядом, провожая стремительное исчезновение плода в пасти хищника, для которого фрукт был лишь баловством, Миранда прикрыла глаза. Отпив остывший кофе с корицей и чайной ложечкой сахара, снова воззрев на кошку, которая игнорировала красноречивый посыл оставить её одну, она дала оценку:
— Он полный олень, — слишком легко слетели с её губ слова, заставив представителя семейства кошачьих поперхнуться кусочком сладкого плода.
Осторожно проглотив ставшее комом лакомство, шокированная таким ответом, но не подающая вида Риса, в один присест покончила с грушей, обдумывая. Особенно тщательному анализу был подвергнут эмоциональный образ, где их общий знакомый Артём обращается в парнокопытное.
— Очень интересно, что ты думаешь так о нашем командире. А теперь можно подробности, — покрутив рукой, решила зайти с другого края кошка.
— Подробности так подробности… — слишком покладисто сказала девушка. — Я всё понимаю, травмы прошлого, потерянная любовь… Годы назад я была готова, что он, как и все остальные «незабудки», меня пошлёт. Без обид?
Риса лишь величественно кивнула, не обидевшись, вспомнив, сколько нервов её сестра попила своему мужу, пока не смогла снова быть счастливой. В мире, где каждый чувствует эмоции другого, любовь находят один раз и навсегда. Одно дело, если тебе не ответили взаимностью. Это больно, но можно пережить, но совсем другое, когда твой избранник умирает. Вместе с ним умирает и часть тебя, оставляя шрам, который может и не зажить. Не каждому подключённому везёт полюбить ещё раз.
— Да и я понимаю, как выгляжу. Одно время даже думала пластику сделать или шрамы, чтобы не быть похожей, но быстро поняла, что не виновата, какой меня создали, да и не поможет. Проблема-то в голове. — обрушила ещё один ментальный образ на подругу Миранда.
Вот тут кошке стало немного стыдно, но лишь чуть-чуть. Она её тоже сперва встретила и вела с ней, исходя из внешности. Вот только стыдно ей было чуть-чуть. «Фелиниды и стыд — несовместимы!» — любила приговаривать Риса, эпатируя публику.
— Честно, я бы поняла, если бы он из-за похожести меня послал. Даже бы приняла как данность, пристрели он меня сам вместо того, чтобы защищать. Да плевать мне было, что про меня думают поначалу. Знаешь, когда я его спасла, влив свою кровь, потому что он мой товарищ, пусть до этого и видела только от него хмурую гримасу на лице… Только у него поведение поменялось, как и у вас!
Миранда с грохотом поставила кружку на журнальный столик, расплескав её содержимое вокруг, посылая ещё один ментальный образ, от которого у Рисы заныла нога. Неприятный ветерок пробежался по её шерсти, напоминая, насколько близка была тогда смерть.
— Товарищество, дружба… Тогда, на Пандоре, когда пришёл приказ, у него была идеальная возможность от меня избавиться. Ушла бы я в столичное управление, но нет! А я совершила ошибку, влюбилась в него. Сперва не решаясь сделать следующий шаг, потом не зная как. Это пытка — видеть его в объятиях очередной постельной грелки…
Девушку натуральным образом штормило. Она то срывалась почти на крик, то шептала, закидывая Рису своими ощущениями. Кошка же просто взяла ещё одну грушу. Пусть она всё это слышала и не раз, но сейчас было главное вскрыть этот нарыв, дать кипящему чайничку спустить пар, а не ворчать. Ей легко просто послушать. Кошки — мастера слушать и мурлыкать в такт.
— На Цитадели, когда Артём сказал, что я идеальная, мне стало обидно. Во-первых, очень неприятный привет из прошлого, а во-вторых, если я идеальная, так чего же он не проявляет решительности? Вот я и почти впрямую об этом и сказала. А он сперва не заметил, а потом сделал вид, что не понял!
— Миранда, ты же следователь? — задала риторический вопрос Риса. — Ты лучше меня знаешь, что мужики, даже самые лучшие из них, порой намёков не видят в упор…
— Мне что, к нему в каюту завалиться, перевязанной ленточкой? — ядовито огрызнулась девушка, тут же спохватившись.
«Да! А лучше ещё и сказав: «Прими ответственность и возьми меня наконец!»», — дёрнула хвостом от возмущения разумная кошка, но промолчала. «За вашими брачными танцами было забавно наблюдать первые лет десять. Сейчас уже даже ставки никто не делает!!! Как вы меня достали! Вот кто-кто, но моё святейшество должно было вас давно накормить конским возбудителем и, оставив в одной каюте, запаять дверь для надёжности! Одна — глубоко травмирована, второй — тактичный, когда не надо, до жопы! Смяукнешься с ними!»
Поборов непреодолимое желание вылизаться от нахлынувшего возмущения, Риса сделала глубокий вдох, спрашивая:
— Тогда какого хрена, подруга, ты не влепила ему пощёчину, высказав всё, что мне сейчас? — задала резонный вопрос кошка.
— Потому что это бессмысленно, — сухо сказала Миранда, резко успокоившись. — Даже если всё пройдёт хорошо, то перед опасным заданием…
— У-у-у-у-у!!! — самым натуральным образом завыла Риса. — Вроде два умных человека, но почему вы такие тупые?!
Совершив грациозный прыжок, она сбила опешившую от такой реакции девушку вместе с креслом. Кошачье терпение — странный предмет. Гордый хищник может часами караулить мышку, а может обшипеть и плюнуть прямо сходу. Одна же кошка слишком долго терпела, слушала, решив, наконец, перевернуть доску и вежливость, раз по-нормальному до кого-то не доходит.
— Мы живём лишь раз в этих телах, и то, что есть посмертие и перерождение, ничего не меняет! — шипя, процедила хищница, обнажив клыки. — Вы так будете до новой жизни мыкаться! Хорошо. Не хочешь перед операцией ему мозги вправить, хотя надо было, так тому и быть… но, если ты с ним словами в рот в рот не поговоришь, а потом не трахнешься пися в писю, я тебя сама ему сдам!!! И коитус с его мозгом считаться не будет!!! Переспите — потом сами поржёте над тем, какими тупыми вы были!!!
— Риса?! — возмутилась следователь, краснея, которая представила всё это в красках и начала робеть.
— Что, Риса?! — окончательно разъярилась кошка. — Я не шучу!!! Устроили мне тут пиздастрадания над водами Атлантического океана на протяжении трёхсот двадцати пяти серий! Мне надоело наблюдать! Хватит! Вы два безнадёжно влюблённых, ебанутых на голову человека! Так будьте вместе!!! Струсишь, я тебе покажу, что страшнее кошки зверя нет! Сперва тебе глаз на задницу натяну, а потом и ему! Для симметрии!
В доказательство своих намерений хищница показала ей ухоженные когти, пошевелив ими около глаза, очень внушительного размера и остроты.
«Буду пинками гнать! Хватит мне тут!», — злорадно подумала одна злая кошка…
________________
Доброго дня, товарищи!
В преддверии, так сказать, и в качестве разминки перед новым годом, решил подумать, на тему угощения, коим буду почивать в жуткую-жуткую ночь. Поэтому, вот возможное меню:
1) Глава в стиле хоррор;
2) Глава оммаж, где герои сами празднуют, но что-то идёт не так;
3) Небольшой рассказ (Старый добрый Фреди в нестандартном окружении);
4) Просто увеличенную главу (Самый скучный для меня вариант. Не затейливо!).
Ваш выбор напишете в комментариях.